По правилам их должно быть трое

Мороженое приятно холодит язык и приводит вселенную Хосока в тихий ледниковый период. Он успокаивается, как ему и положено, проводит время в одиночестве, гуляет по пусанским улочкам, пляжам, паркам. Внезапно кажется, что можно вот так всю жизнь прожить – в одиночестве, в штиле его личного моря. Можно, но хочется иначе, так, чтобы за руку кто-то держал, смотрел в глаза вызывающе, и дыхание чтобы у этого кого-то было обжигающе горячее. Странно, но под это описание подходят оба. - Привет, ты где? - В Тэгу, а ты? – голос Шуги успокаивающий тихий. - В Пусане. - Дальше от проблем и мыслей? – старший проницателен как всегда, думает Хоуп. На самом же деле, точно такой же сбежавший, как Джей. – Приедешь? - Ты один? - Нет. - С Чимином? – на вопрос отвечают невнятным «угу». – А макне где? - Не знаю. - Встретимся уже в Сеуле, - решая, что в Тэгу лучше будет без него, раз там нет и Чонгука – пусть никто не мешает МинМинам, как раньше, уже так давно. В эти отношения и так слишком многие влезли: и Чонгук, и Хосок, и Тэхён. Последнего хочется увидеть, знать бы только где и как - Хосок бы попробовал. Хосок бы много всего попробовал, чтобы с Тэхёном… быть? Стать? Попробовать? Хоть что-то. На билете конец месяца, а это значит, что прошло три недели, как он уехал. Время возвращаться. Сеул встречает шумно. Вокруг угрюмые спешащие люди. Джей в солнечных очках и наушниках, музыка проникает даже под кожу. Он улыбается, потому что точно знает, как будет действовать. В сутки можно спать всего три часа, чтобы потом не падать замертво, на еду можно тратить часа два за весь день максимум, полчаса на душ, пятнадцать минут, чтобы переодеться, и на всякий случай еще два часа на непредвиденные расходы времени. По этому плану у Хосока в день есть еще шестнадцать часов пятнадцать минут, чтобы, гуляя по городу, однажды встретить его. Он дает себе ровно десять дней. И если нет, то значит нет, а если судьба, то они обязательно встретятся, так ведь? На друзей в эти дни Хосок не тратит время, лишь отвечает на телефонные звонки и говорит, что скоро вернется таким, как был раньше, поэтому не стоит расслабляться, и смеется искренне. - Ты же не ищешь его? - Нет, гуляю. - И не ищи, ладно? - Ладно. Юнги понимает, что Хосок все же ищет, он на его месте тоже искал бы и очень не хотел, чтобы с ним кто-то поступал так же, как сейчас он поступает с Джеем. У Юнги есть номер телефона Тэхёна, не совсем у него - у Чимина, но старший даже не собирается давать его Хоупу. Им всем надо переболеть этим парнем и выработать иммунитет. У Чимина болезнь протекает по-своему, Юнги закрывает на все глаза и делает вид, что не в курсе, кому каждое утро и вечер пытается дозвониться младший. Шугу успокаивает то, что ни на один звонок Чимину не отвечают. Парень вспоминает, что и с ним не все в порядке, когда на пороге внезапно появляется Чонгук. - Ты где пропадал? – в ответ Чонгук виновато улыбается. – Зайдешь? – младший машет головой отрицательно и просит выйти на улицу. - Я много думал, - парень вспоминает прошедшие несколько недель. – Мне было очень плохо без вас, - Юнги внезапно кладет руку на голову Чона и ерошит темные волосы. – Хен, мне кое-кто нравится. Шуга удивляется, не ожидая услышать эти слова. Все что угодно он мог предположить, но не это. - Тебя никто не держит, - в своем привычном стиле озвучивает старший. – Можешь валить куда хочешь в любое время, - но Чонгук в этих словах слышит поддержку, а не пинок под зад. Криво улыбается, кивая. - Но вы от меня не избавитесь так просто. - Ноги в руки и пиздуй! - Хен, ты такой классный. *** - Пошли вы все на хер, - орет Намджун и отворачивается ото всех. – Уехали, козлы, так еще и не отвечали на звонки. Знаете, - когда Намджун злится и пытается быть крутым, выглядит он забавно. Парни еле сдерживают улыбку в как бы серьезном разговоре, - вы мне нахер не нужны. Я нашел с кем буду записываться, а вы и без меня справитесь. - Ну, хен, - Чонгук дует губы и смотрит по-детски с раскаянием. – Ну мы же здесь. - Поздно, - выпучив глаза, выдает рэпер. - Никогда не поздно, - утверждает Чимин. - Пиздуй, - от Юнги никто другого и не ожидал. - Да пошли вы! – бесится Намджун. – Суки, знаете, как мне скучно без вас было? Все заливаются смехом, ожидая такого окончания разговора, и даже Намджун, ведь наконец-то почти все снова в сборе, а у него еще на несколько знакомых прибавилось за это время. - А где остальные-то? *** Когда заканчивается десятый отведенный на поиски день, Хосоку грустно и хочется продлить срок, но он ведь решил, что именно десять дней - не поставь ограничение, искать можно вечность. Ему грустно, обидно так, что хочется всплакнуть, но вместо этого он улыбается, тихо произнося: - Не судьба, да? – соглашаясь... - Судьба, да? – спрашивает у себя Джин, заваривая на кухне утром кофе на двоих. - О чем ты? – Тэхён выглядывает из-за угла, прищурив немного глаза. - Ни о чем, - улыбается старший, ставит на стол две маленькие кружки. – Садись, сейчас будет готов завтрак. - Как в старые времена. - Ты все еще вспоминаешь? – Тэ садится за стол и на этих словах смотрит на Сокджина. - Много воды утекло с тех пор, как раньше все равно не будет. - Я и не хочу, - парень ставит перед младшим тарелку с блинчиками и сироп. – Угощайся. - Вкусно, - попробовав кусочек. - Спасибо, - он не садится за стол, отпивая несколько глотков и наблюдая за уплетающим завтрак Тэ. Будто бы и не было всего того времени. Будто бы и не было, но на самом деле-то было. Он обходит стол, становится за спиной и обнимает за плечи. - Это лишнее и уже давно не в твоем стиле, - Тэхён откладывает вилку. – Ты теперь дерзкий наркоман, жестко трахающий парней, надменно смотрящий в глаза. Не делай вид, что ты добрый хен. - Все мы меняемся. - Я пойду. - Тебя не смущало жить со мной четыре дня после выписки. - Теперь смущает, - Тэ пробует встать, но Джин его хватает за плечи и усаживает обратно, только теперь лицом к себе. - Пора поговорить. Как ты нашел меня? С какой целью пришел ко мне домой? Я видел количество твоих звонков. Что ты хотел в тот день? - То, что уже не хочу. - А я все еще хочу, - Джин хватает его за волосы. По какому-то всемирному закону Джин как старший до сих пор сильнее. Тэ чувствует прикосновение его губ к своим и то, как сильно сжаты пальцами его волосы на затылке. В стоне разжимая губы, Тэхён впервые дает себя целовать Сокджину. Закрывает глаза. Как же хочется сейчас сжать его в объятиях и попросить прощения за прошлые годы, за то, что заставил работать на себя, за то, что отправил его в бордель. Слишком жестокое было тогда: "Я дождусь, когда ты приползешь ко мне на коленях". за эти слова Сокджину стыдно. - Я не приполз к тебе на коленях, - Тэ бьет по самому больному, Джин был готов к этому. Знает, что хочет сделать. - Нет, - он поцелуями спускается по шее, целует через футболку грудь, опускаясь на колени перед младшим. – Я очень хочу, - он тянется к молнии на штанах Тэ. - Ничего не изменилось, - зло бросает Тэхён, встает со стула, оставляя Джина стоящим на коленях. – Много воды утекло, но, спрашивается, куда, - Сокджин ждет, что Тэ сейчас хлопнет входной дверью, но голос раздается из спальни. – Мне долго ждать? Сокджина будто бы разыгрывают сейчас. Он заходит в комнату, смотрит на лежащего без футболки и в расстегнутых штанах Тэхёна, сглатывает и боится что-нибудь сделать. Это не похоже на тот раз в борделе с Хосоком: тогда все было будто не с ним или во сне. Сейчас же перед ним реальность. - Не нравится больше? - Нравится. - Ну так начинай. Джин нежно касается его губ в поцелуе - воздушно нежно, даже немного чересчур. Гладит кончиками пальцев, боится ощутить всем телом. - Кончай, - сквозь зубы шепчет Тэхён, Джин смотрит на него непонимающе. – Кончай, слышишь? Хватит вот этой нежности, просто возьми, что так хотел все это время, - Тэ переводит взгляд. Теперь он смотрит старшему в глаза. – Трахай! - Придурок, - Джин ложится на него всем телом, обнимает крепко за шею. – Ты стал такой истеричкой. - Отвали, - пытается брыкаться Тэ. – Не трогай меня, - но все попытки тщетны. – Так, черт возьми, что ты на самом деле хочешь? - Перестань ненавидеть меня, - еле слышно шепчет Джин. - Я не ненавижу, - так же тихо выдыхает Тэхён, - уже давно не ненавижу. Тэ держится пальцами за футболку на боках старшего и не отпускает. За что ему его ненавидеть? За те побои в самом начале? За то, что не дал жить, как хотелось? А как хотелось, спрашивается? Он никогда не делал того, чего не хотел, его никогда не трахали клиенты борделя, кроме Хосока тогда. Но Хосок не считается. Хосок вообще слишком хороший для Тэхёна и, если быть честным, для всего этого мира. - И что мы будем делать? - Просто жить дальше. - Переезжай ко мне, - Джин целует в шею чуть ниже уха. - Ложные надежды, хен, - как приговор озвучивает Тэхён.