Почти Стокгольмский синдром

Он был среднего роста, с коротким светлым ежиком волос и прожигал нас синими, как васильки, глазами. Вполне реальный человек, одетый в темную футболку и потертые джинсы, если бы не множество порезов на шее. Один из них был особенно глубок, и сквозь него зияла порванная артерия. -Ты, теперь ты слышишь меня, верно? – грубоватый голос и еще более грубое тыканье пальцем в мою скромную персону. -И слышим, и видим, - я нервно сглотнула, прикидывая, чем можно было одномоментно нанести столько ранений в шею. -Ты должна отомстить за меня, - да когда же он уберет этот чертов палец. - С чего мне оказана такая честь? – Облако немного подпихнул меня, явно намекая, что говорить с умершим нужно повежливее. -Прихоть богов, - новый персонаж развел руками, - я не могу уйти не отомщенным. Если ты этого не пожелаешь, я найду другого. Но сначала мне придется избавиться от тебя, что бы явиться кому-то еще. Как все просто. Я уже начинаю привыкать, что в последнее время мой выбор колеблется между «сделай» или «умри». Хорошая такая альтернатива, стимулирующая, я бы сказала. - Что ж, я слушаю тебя, дух. Расскажи мне кому мстить, - разговор обещал быть длинным. Облако сзади неуютно шевелился. Призрак осклабился. - Мое имя Григорий, не стоит обращаться ко мне «дух». Я еще слишком хорошо помню свою земную жизнь. Я умер 16 марта, четыре года назад. И уже четыре года я пытаюсь показать тебе тот памятный день. Так чего же зря чесать языками? Не дожидаясь нашего ответа, Григорий повернулся к нам спиной и поднял руки. В тот же момент шаман сзади сильно сжал мое предплечье. Ад и пекло. Я не хочу больше никуда перемещаться. Хватит с меня этих потусторонних прогулок. Я и Облако стояли посреди уже знакомого мне помещения. И это место, пожалуй, было наименее желанным, где бы я хотела оказаться. Это была комната с моего сна. Ламинат под светлое дерево, стены с обоями цвета кофе с молоком. Комната была довольно узкой, заставленной мебелью на тон темнее, чем пол. И громаднейшее французское окно, занимающее центр стены. За окном было светло – время утреннее. Перед ним сидела уже знакомая мне девушка, с копной светлых волос, которые сейчас были заправлены за аккуратные ушки. Закинув ногу на ногу, она что то увлеченно высматривала в планшете. Иногда она улыбалась и задумчиво покусывала ноготь на большом пальце. Я не могла отвести от нее глаз. Ужасно хотелось зайти к ней за спину и, положив руку на плече, посмотреть, что же она читает. Но железная хватка шамана не позволяла мне сдвинуться с места. Дверь в конце комнаты резко отлетела в сторону, звучно стукнувшись о стену. В комнату, в буквальном смысле этого слова влетел уже знакомый нам парень. Планшет упал на пол, Григорий схватил рыжеволосую девушку за руку, поднял со стула. Та испуганно на него смотрела, не понимая, что происходит. На взбешенном парне была та же футболка и джинсы, в которых мы с ним познакомились. Подтянув лицо девушки к своему, он проорал: - Где! Ты! Была! Всю ночь?! – светловолосое существо совсем поникло. - Дома… Я тут была, - неуверенный, дрожащий голос. -Дооооома, значит?! Чего же ты трубку не брала? – парень отшвырнул от себя девушку, как тряпичную куклу. Та пролетела мимо стула и хлопнулась на пол. Я хотела убить Григория. -Мне никто не звонил, - из ее глаз уже начали выкатываться слезы. Она, не поднимаясь, пыталась отползти от мучителя. Юноша подошел и присел возле нее. Его голос был вкрадчив и тих: -Ах, не звонил? Может, это потому что кто-то его выключил? – он дернул девушку за рубашку и, развернувшись, поставил на пол, не отпуская. Теперь я хорошо видела ее лицо, то затравленное выражение на нем. -Я….Я… - Дай угадаю! Не видела, как мобильник сел? Правда? – голос парня снова стал повышаться. Облако дернул меня, привлекая внимание к себе. Кипя от злости, я посмотрела на него. Шаман глазами мне указал на незакрытую дверь. Сперва я подумала, что за дверью висит зеркало. Темные волосы и выражение дикой ненависти на лице. Но, присмотревшись поближе, я поняла, что это еще один свидетель этой ужасной картины. У меня никогда не было таких светлых серых глаз. В этот момент Григорий размашисто замахнулся на светловолосую девушку. Лицо девчушки около дверей как-то по особенному, болезненно скривилось. И тут произошло нечто, чего я совсем не ожидала. Французское окно брызнуло осколками, но они не спешили падать на пол. На секунду замерев в воздухе, они развернулись чем-то на подобие клина и полетели в Григория. Парень отпустил края чужой рубахи, покачнулся. Удивленным взором обвел комнату, как будто только что ее увидел. Прижал руку к шее, вскрикнул. Я и сама уже почувствовала эту боль. Еще пара миллисекунд и вот Григорий уже падает на колени, а потом и на грудь. Рядом хлопается его рука, отскакивает, как кусок мертвого каучука. К нему подбегает девушка. Накрывает кровавое месиво на его шее волной своих осенних волос. Они мгновенно пропитываются красным, а она, не обращая внимания, пытается дозваться до него. Пытается остановить кровотечение, но боится вытащить осколки из шеи, потому что кровь потечет еще стремительнее. - Гриша… Гришенька… Не надо! Не уходи! Гриииииша! – негромкое завывание. Парень из последних сил пытается что-то сказать, но лишь беззвучно шевелит губами. Взгляд его стекленеет. За дверью заметное шевеление. В комнату неловко входит доселе молчавший персонаж. Темноволосая загадочная девушка подходит к парочке в луже крови и кладет ладонь на спину плачущей. Та словно не замечает ее, продолжая поглаживать лицо уже умершего парня и шептать ему что-то утешительное. Вздохнув, обладательница серых глаз пытается погладить безутешную знакомую по пропитанным кровью волосам. Та, словно очнувшись, отдергивается и комнату заполняет ее высокий крик: -Убийца!