Песочные часы

Линси сжимала руками стол, хотя это не могло помочь заглушить то, что творилось внутри. Что-то с треском оборвалось, что было так необходимо. Девушка не могла поверить ни глазам, ни ушам, ни разуму, который подтверждал всё. Как он мог? Как Оливер мог быть способен на такое? Зачем было это всё? Простая игрушка, развлечение, девочка на пару ночей. Линси закрыла глаза, но нельзя плакать, сейчас нельзя, не при них, не при нем. Ее просто разрывало изнутри, легкие сдавило, было физически трудно дышать. - Линс? - окликнул ее Джеймс. - Да-да, идемте я вам все покажу, - взглянула она на девушек. Черт, жгучая ревность овладела ей, когда Линси перевела взгляд на брюнетку. Если бы не та, они с Оливером были бы счастливы. Но есть и другая сторона, так называемой любовницей являлась ведь именно Линс. Она захлопала ресницами. Эта девушка ни в чем не виновата. Оливер стоял, не двигаясь, знал ведь, что когда-нибудь это случится. Но не так скоро и не при таких обстоятельствах. Он удивлялся, почему Линс молчит, и благодарил ее. Хотя в пору было просить у нее прощения. Вдруг он увидел перед собой Линс и удивленно поднял глаза, она не смотрела на него. - Разрешите, мистер Фелпс, - тихо произнесла она. Оказывается, Оливер загораживал проход на лестницу. Он тут же отошел, девушка кивнула и поднялась, за ней Амелия и Кэти. Последняя улыбнулась Оливеру. В его голове прозвучало равнодушное "мистер Фелпс". После всего... - Эй, ты чего завис? - окликнул его брат. Оливер посмотрел на него и помотал головой. - Ладно, пойду машину поставлю. Джеймс вышел, оставив Оливера наедине со своей совестью. Тот сокрушенно опустил голову, закрыв лицо ладонями. Это конец. Линс расскажет Кэти, и он потеряет всё, что есть. Да хотя уже потерял. Этот ее взгляд, когда она поняла, изменившийся голос, из которого исчезли те нотки нежности. Оливер сжал зубы. Что он наделал? Всё изначально было неправильно, он использовал их обеих. И сам себя не простит. Линси... Он ведь был первым у нее во всем. Такое жестокое разочарование и предательство. Оливер вдруг усмехнулся. Тогда, в самом начале, он не хотел ехать сюда. Послушай его Джеймс, ничего бы не было. Но эта мысль потрясла парня. Забыть всё? Оливер никогда не сможет. Двери наверху хлопнули, Амелия и Кэти спускались по лестнице, улыбаясь. Значит, всё в порядке. Оливер не мог смотреть в глаза своей девушке. Тонкая грань разделяла его и от этого краха. - Идем посмотрим пляж? - улыбнулась ему Кэти. - Эм... Вы идите, я догоню. Телефон куда-то подевал, найти не могу. - Да что с тобой в последнее время? - обеспокоенно спросила девушка. - Все нормально, - отмахнулся Оливер. Кэти кивнула, и они вышли. Было слышно, как Линси переходит из комнаты в комнату - подготавливает. Она всегда безукоризненно выполняла свою работу. Оливер перевел дух. Убил бы себя на ее месте, причем уже давно. Собравшись, он поднялся наверх. Честно? Было страшно. Оливер тихо поднялся. Девушка была в его, в их с Кэти комнате, она уже почти закончила. Он смотрел на нее, не в силах выдавить из себя ни звука. - Линс, - с придыханием произнес Оливер. Не оборачиваясь, девушка вздрогнула и закрыла глаза, по спине прошли мурашки, зубы застучали, а рана становилась всё глубже. Линси пыталась дышать, пыталась унять дрожь в коленях, но безрезультатно. Оливер, скрепя сердце, подошел ближе, она повернулась, и парню стало плохо. В ее стеклянных от крепко сдерживаемых слез глазах полных боли читался лишь один вопрос "Зачем?". - Линси, я всё объясню, - он протянул к ней руки и дотронулся до ладоней, прижимающих к груди простыни. - Не трогай меня, - хрипло произнесла девушка, не поднимая глаз и сделав шаг назад. Оливер на секунду прикрыл глаза, так ему и надо. Линси хотела уйти, но он не дал. - Просто выслушай. Ты - моя другая жизнь. Родители мои и Кэти... - Мне всё равно, Оливер, - соврала, перебив его, Линс. Ему стало не по себе от того, как жестоко она произнесла его имя, как никогда. А девушка держалась из последних сил, сковывая себя железными оковами. Что ж, выдержка у Линс была, она просто не могла позволить другим видеть ее слезы. - Просто дай мне уйти, я перетерплю эти два дня. Но после прошу лишь одного: никогда не возвращайся, - процедила Линс, зажмурив глаза. Оливер онемел, этого он не ожидал, хотя должен был. Но стало жутко больно от ее слов, как эти губы могли такое произнести? Линси ведь столько раз просила его остаться, но он уходил. А теперь наоборот. Сердце парня сжалось в страхе, он никогда не видел Линс такой, до боли сжимающей пальцами простыни, сдерживая слезы, только чтобы не показаться ему слабой. Гордая. Вот так, Оливер и не думал, как ужасно будет чувствовать, что Линс потеряна для него. Нет, только не это! Что же с ними будет? Так нельзя, нельзя так безбожно убивать любовь. Но не Линс начала. - Линси... Что, если я скажу, что люблю тебя? - наконец, произнес Оливер. Внутри девушки всё сжалось, и, казалось, слезы хлынут ручьем. Сейчас? Говорит сейчас просто для того, что спасти себя? - Скажешь? - язвительно усмехнулась она. - Нет, - помотал головой Оливер, дыхание сбилось. - Я люблю тебя. Пожалуйста. Ты очень мне нужна, - хрипло сказал он. А Линси до крови, до боли в скулах кусала губы. В ее голове стучало только "Ложь, ложь, ложь!". - Олли!? - на лестнице послышались шаги, оба обернулись. - Нет, Оливер, ты ее любишь, - на последок взглянув ему в глаза, тихо сказала Линси и направилась к двери, где столкнулась с Кэти, улыбнулась той и вышла. А Линси заметила, что не может даже испытывать к Кэти какой-то ненависти, желания отомстить. Она не понимала себя. Просто знала, что не эта улыбчивая девушка, так преданно смотрящая на Оливера, делает ей больно. Это он, только он изменял Кэти с той, которую знает месяц, он бросал ее, чтобы побыть с малолеткой. И Линси сейчас была на стороне Кэти, потому что это ужасно. Это неимоверно больно, и она не могла бы ничего рассказать, даже если бы хотела, нет. С каменным лицом Линси приготовила им завтрак и всё устроила. Джеймс и Амелия гуляли по пляжу, а Оливер... они с Кэти всё еще были наверху. И, если честно, Линси не хотела, чтобы он рассказал той что-то сейчас. Наконец, Линс вошла в пристройку, закрыла дверь и беспомощно опустилась по ней. Вот теперь можно ломаться. Сердце все еще ныло, просило вернуться в прошлое, слезы душили девушку, никогда не было так больно. Настолько, что всё тело дрожало. Линси жмурила глаза, впиваясь пальцами в волосы. С губ слетал безмолвный крик, руки прижимались к лицу, в попытке закрыть от всего. Но то, от чего было так больно и невыносимо, было внутри. Оно разъедало душу, создавая огромную дыру, с каждым всхлипом становившуюся все больше. Сердце... Линси перестала его чувствовать, слишком пусто и холодно, до невозможности холодно. Тот, кто растопил его, собрал в аккуратный сверкающий драгоценный камень, безжалостно растоптал в тот момент, когда сияние было самым ярким. Поэтому так мучительно больно. Потому что Оливер врал, с самого начала, с первой минуты и первого взгляда. Он врал всем. Линси боялась даже подумать, представить, что ложью было абсолютно всё, это взгляды, поцелуи, ночи. Девушка заскулила, не могла больше терпеть. Воспоминания током проходили по телу, каждое его касание отдавалось разрядами в памяти, каждая улыбка и ласковое слово. Всё это время в действительности Оливер не был с ней, Линси всегда была второй и никогда единственной, как наивно думала. Боль сжимала все нутро, казалось, ребра сейчас сломаются. Линс подняла глаза, перед ней была кровать. Первая их ночь, ее первая. По и так мокрому от слез лицу стекали горькие слезы. Линси начала прокручивать некоторые слова Оливера и моменты и понимала, сколько раз он был на грани, а она элементарно не видела ничего плохого, потому что и подумать не могла, что он предаст ее, использует как вещь. Линси ведь до сих пор любит его, эту улыбку и глаза, будь они не ладны. И все отдаст, лишь бы Оливер снова был таким, как прежде. Вот только она не будет. С пустым взглядом и ноющим чувством в груди Линс продолжала сидеть на полу, в голове отдавался ровный и равнодушный стук часов. Ей было просто интересно, что сейчас чувствует Оливер, было ли хоть что-то правдой? Линси вспомнила свое День рождения, и в сердце снова полетели отравленные стрелы. Было слишком хорошо, чтобы продолжаться долго и быть правдой. Платье. Дорогой подарок. Линси не понимала, зачем оно. Да и не сможет смотреть на эту вещь, слишком переполненную воспоминаниями. Девушка поднялась, чуть пошатнувшись от бессилия, вытащила платье и долго смотрела на него, а руки тряслись. Линс аккуратно сложила его. Выйдя, она увидела ребят, направляющихся к морю, Оливер шел как-то особняком, но Кэти радостно подгоняла его, Джеймс и Амелия целовались. Линси ностальгически посмотрела и вошла в дом, она положила платье на кровать Кэти и ушла. Девушки купались, а близнецы сидели на берегу, переговариваясь. Видно, парни были не такими стойкими, как их девушки. Преодолевая желание упасть в кровать, уткнуться в подушку и забыться, Линси подождала, пока ребята вернуться в дом, и пошла накрывать обед. Так же сбежав до их появления, она вернулась чуть позже и услышала то, что ждала. - Олли, ты купил мне платье на премьеру? - восторженно спросила Кэти. Лицо парня нужно было видеть, сначала он ничего не понял, а потом разочарованно выдохнул. - Только ты с размером не угадал, нужно было ровно на один больше, - усмехнулась Кэти. - А чеки не сохранились, чтобы обменять? Жаль. Вдруг Линси выронила из рук поднос, и он со стуком ударился об кафель. Девушка обреченно выдохнула, ее все услышали. Кэти спустилась, зашли Джеймс и Амелия, Оливер остался наверху. - Посмотри, какое красивое! - с улыбкой обратилась к подруге Кэти. - Ух ты! Ты где его взяла? - Амелия подошла ближе. - О, это надолго, - рассмеялся Джеймс и поднялся. - Оливер подарил, - весело отозвалась Кэти. Линси смотрела на нее, такая радостная. - А оно не... - Да, маловато на меня, - грустно вздохнула девушка, - Но так нравится! Слушай, Линси, не хочешь померить, мне кажется, это твой размер, - вдруг сказала Кэти. - Да, ты светленькая, тебе подойдет, - добавила Амелия. Линси распахнула глаза от неожиданности и чуть не уронила тарелки. - Нет, вы что, оно же ужасно дорогое! - выпалила она. - Ну, по нему видно. - Ладно тебе, просто примерь, - улыбнулась Кэти. "- Да чего ты постоянно улыбаешься?" - вздохнула про себя Линс и должна была признать, что девушки очень милые, на них невозможно было злиться. - Ну хорошо, - закатила глаза Линс и улыбнулась. В ее голове мелькнула мысль. - Кажется, у меня есть к нему подходящие туфли. - Ну давай уже, - в нетерпении сказала Амелия. Через несколько минут Линси вернулась, девушки ждали ее, обсуждая что-то, но замолчали, когда девушка вошла. - Оно просто ужасно тебе идет! - отозвалась блондинка. - Правда, это потрясающе! - поддержала ее Кэти. - Туфли будто в наборе. - Сидит идеально по фигуре, - оглядела ее Амелия. Линси горько усмехнулась, на глазах готовы были появиться слезы. - Нет, это очень красиво! - Чего вы так щебечите? - рассмеялся спускающийся Джеймс, за ним и Оливер. Парни резко остановились, увидев Линси. Оливер встретился с ней взглядом. " - Что ты делаешь?" " - Хочу вернуть тебе твое." - Линс, по какому поводу праздник? - спросил Джеймс. - Очень красиво. - Это платье Кэти, она просто дала мне его померить, - она старалась говорить ровно. - По-моему, оно тебе очень хорошо подходит, - подал голос Оливер, девушка не ответила и не посмотрела на него. - Я тоже так думаю, и туфли удачно нашлись, - заметила Кэти. - Олли, может, подарим его нашей хозяйке за такой чудесный дом и невероятно вкусную еду? - Нет-нет, ни в коем случае! - воскликнула Линси. - Почему бы и нет, - отозвался Оливер, пытаясь обратить ее внимание на себя. - Когда у тебя день рождения? - спросила Кэти, парень хотел было открыть рот. - Полгода назад было, - улыбнулась ей Линси, не смотря на Оливера и зная, что может сорваться, ибо пока платье на ней, перед глазами пролетают секунды того дня. - Ну и ладно, - медленно сказала брюнетка. - Нет, Кэти, спасибо огромное, но это слишком для меня. Оно для таких городских как вы, - Линси с улыбкой посмотрела на девушек. - А мне в нем ходить некуда, - она опустила голову, - и не с кем. - Слова отозвались в голове Оливера. - Что ж, жалко, - вздохнула Кэти. - А давай лучше я отдам тебе туфли! - предложила Линси. "- Куда же тебя понесло?" - покачал головой Оливер. - Ну уж нет! - рассмеялась Кэти. - Раз ты не хочешь, то и я не буду. - Ну ладно, - улыбнулась Линси, - сейчас верну, - и вышла. - Она такая красивая, - заметила Амелия. - Согласен, - поддержал девушку Джеймс. - Очень, - еле слышно сказал Оливер, вспоминая вкус ее губ, которые только этим утром целовали его. До конца дня Линси упорно избегала даже мимолетных встреч с Оливером, девушка чувствовала, что ведет себя по-другому, хочется сделать ему плохо. Но только на тот момент, когда видит его. Оставаясь наедине с собой, Линси безумно скучает по нему и хочет, чтобы он пришел. И стало до невозможности больно, когда она, вернувшись забрать кофту, увидела целующихся Оливера и Кэти. Линс наплевала и ушла к себе, рана внутри закровоточила сильнее. Она должна быть на месте Кэти, Линси была на ее месте. Глаза уже жгло от слез. Дождавшись, когда все уйдут спать, и свет погаснет, Линси вышла и пошла к морю. Вода ведь всегда спасала её, уменьшала боль, что ж, пусть так будет и теперь. Дул промозглый ночной ветер, море бушевало, но девушке было всё равно. Линси доплыла до камня и, забравшись на него, взглянула на окно Оливера. Там горел ночник, значит, они не спят. Девушка подняла глаза к небу, чтобы слезы закатились обратно, но как бы не так. Линси взмахнула руками и камнем нырнула в воду. Так птицы срываются со скал, когда их пара умирает, и они не могут жить в одиночестве. Вот и Линс не сможет. Девушка старалась уйти глубже на дно, но бушующая вода выталкивала. Линси зажмурила глаза, и перед ними появились образы Кэти и Оливера, возможные в данный момент. Она вынырнула с громким вздохом, волны смывали ее слезы, хотя и накрывали с головой. Но Линс этого было мало. Она плыла против течения, дальше и дальше, быстрее, против волн, чтобы боль в мышцах заглушила ту, что в сердце. Но всё тщетно. Линс жмурила глаза, постоянно погружаясь под волны, чтобы не били в лицо, и глотала воздух снова. Оливер. Он мог бы быть рядом. И что, снова смешанно с враньем? Снова не знать, что ты не нужна ему? И почему все это время он не оставлял ее? Линси уже давно не чувствовала под ногами дна, как с ним всегда, и плыла дальше, просто чтобы не давать мыслям овладеть собой. Вода охлаждала ее, но не так, как раньше, становилось зябко и мерзко, и на этот раз никто не согреет на берегу, незачем туда возвращаться. И каждую ночь, что Линс не спала, скучая по нему, Оливер был с Кэти. Ему было с кем проводить ночи всегда, выбор есть. А Линси всегда ждала его одного, даже в мыслях никогда не было никого другого. Запасной аэродром. Он целовал её, как и Кэти, обнимал и касался так же, улыбался и говорил шепотом точно так же, как и с Кэти. Линси никогда не была особенной, как же больно понимать это. Губы девушки вытянулись в тонкую линию, они дрожали. Линс размахнулась и ушла под воду, глубоко, не желая возвращаться. Было темно, луна светила слишком ярко на поверхности. Девушка боролась с течением и пыталась опуститься ниже. Вдруг ногу свело в судороге, стало больно, как будто напоролась на стекло. Вода попала в легкие, так как Линси попыталась вскрикнуть. Собравшись, девушка сумела всплыть. Панически глотнув воздуха, она попыталась сориентироваться, голова кружилась, нога не чувствовалась. Линси сжала зубы, она может сейчас утонуть, а Оливер... Ему не до нее, никто не спасет. Всё только в ее руках. Линси тряхнула головой и оглянулась. Как же далеко ей удалось уплыть. А в окне все еще светил тусклый свет. Боль разрывала сердце, воображение издевалось над Линс, ей казалось, что это до нее дотрагивается Оливер, а это всего лишь волны, с которыми теперь было так сложно сражаться. Девушка нахлебалась достаточно воды, пока плыла. Лунный свет казался ледяным, светом одиночества и печали, и он окутывал ее. Наконец, ногу отпустило, и стало легче. Но живот все равно сводило от внутренних мук. Черт, когда же это кончится? Может, когда они уедут? Осталось перетерпеть день. Почувствовав под ногами камни, Линси тут же встала и хоть чуточку расслабилась. Мышцы сводило от усталости, она буквально выползла на берег и легла на их... камень. Как раз под окном. Было так больно, что хотелось пройти голыми ногами по разбитому стеклу, но это будет лишь легкая фоновая боль. " - Господи, пожалуйста, дай мне его забыть! Забыть его запах, губы, руки, ключицы, голос." Слезы снова накрывали ее. Линс села, потому что внутри всё сжималось. Она посмотрела в окно. Светильник выключили. Хотелось закричать, позвать его, пусть придет, Линс не могла больше. Она смотрела на окно, будто собачка, ожидающая зова хозяина, который надолго уехал. Девушка вспоминала ту ночь, с такой же полной луной, когда Оливер пришел к ней, испугался, подумав, что утонула. А сейчас он слишком занят. Но Линс все равно ждала. Он был ей нужен, как никогда. Беззащитная глупая девочка, не знающая правил жизни. "Я люблю засыпать и просыпаться с тобой. Я бы хотела жить с тобой, быть с тобой, любить тебя, быть любимой тобой. Я люблю тебя." - вспомнилась Линс заученная и придуманная ею же фраза, с которой она засыпала в одинокие ночи. Что будет теперь? Девушка сидела, обхватив себя, ветер раздувал ее мокрые волосы, становилось холодно, но Линс не уходила, она просто смотрела в окно, про себя зовя Оливера. Если бы ему нужно было, он бы пришел. "- Неужели ты еще не поняла, дурочка? - обращалась к себе Линс. - С ней он четыре года, с тобой месяц. Это не в твою пользу. Он не вышел к тебе, не сказал ничего своей девушке, радуясь, что молчишь ты. Наивная, не хочешь делать никому плохо, мучаясь сама. Что ж, продолжай, но тебе его не вернуть хотя бы потому, что ты ему не нужна." Девушка закрыла глаза, по щекам скатились слезы. Всё ведь именно так. Она встала и пошла к себе, мурашки противно покрывали ее кожу. Закрыв дверь, Линс легла на кровать, глядя в потолок и прижимая к себе вторую подушку, потому что разучилась спать в осознанном одиночестве. Но глаза оставались ясными, а мысли не давали покоя. Девушке послышался стук в дверь, потом еще, она села на кровати и не шевелилась. - Линс, - послышался голос Оливера. Она вжалась в кровать, как загнанный зверек. Линси вдруг испугалась, не хотела, чтобы он приходил, не смогла бы сейчас выдержать его взгляда. - Я ведь знаю, что ты не спишь так же, как и я. " - У нас слишком разные причины, чтобы не спать!" - ответила про себя она. - Пожалуйста, открой, я хочу поговорить. Линси, - дрожь от его голоса, - я должен всё объяснить. Ты поймешь, обещаю, только открой. Я не могу так, Линс, прости меня. Я беспросветный кретин, знаю, что наворотил много дел и теперь почти невозможно выбраться, но без тебя на это шансов нет вообще. Пожалуйста. Линси молча плакала, не давая себе всхлипнуть, стискивая подушку. Зачем Оливер пришел, так еще хуже. Она же не сможет контролировать себя. Он только что спал с Кэти, а теперь скучно, и решил прийти? - Прошу тебя, я... Ты нужна мне. Что ты творила сегодня днем? Что за ерунда с платьем? Отомстить хочешь? Это же все мелочи, мне хуже сейчас. Линси! - Оливер стоял под дверью, он прекрасно знал, что девушка слышит его, наверное, знал, что плачет. Именно поэтому его душило изнутри, чувство вины буквально убивало. - Линси, открой. Я люблю тебя, Линс. И новый приступ плача. " - Поздно, Олли, поздно. Это вынужденные слова, ты бы не произнес их, будь все хорошо!" Линси потеряла веру в людей из-за него одного. Ложь окружает и кроется во всем. Еще хуже, когда не умеешь ее распознавать, и этим пользуются те, кто тебе дорог. Кого ты любил больше себя, ради кого был готов на всё. А Оливер все стоял и говорил одно и то же, он не говорил про Кэти, он говорил про Линс, что любит и нуждается. Но она не верила, плакала, было больно, но не верила. - Линс? - обреченно позвал ее Оливер. - Ладно, уйду, - сказал он, но остался молча стоять. Девушка смотрела на дверь, ветер мешал услышать шаги. Линс медленно подошла к двери, тихо шмыгнув носом, и протянула руку к ручке, хотя не знала, что хочет. Просто порыв души. Уже дотронувшись, Линси одернула руку и обессиленно прислонилась к двери. С другой стороны Оливер облокотился головой и кулаками. Два человека, которых разделяла бездушная дверь, значащая сейчас очень много. Наверное, они чувствовали друг друга, потому что стало больнее, но теплее. Простояв так пару минут, Оливер отошел, опустил голову и побрел в дом. Его жизнь рушилась. Линси окончательно поняла, что он ушел. На душе стало тяжелее - вдруг это был последний шанс? Они так и не заснули. Хоть день был солнечным и ясным, им он казался серым и пасмурным. - Линси? Линси!? - со второго раза услышала девушка и обернулась. Это Дэн. - Привет, - бесцветно отозвалась она. Парень подошел и по привычке обнял ее. Линси вдруг обхватила его в ответ. Главное - не зарыдать сейчас. Оливер видел их, и сердце пронзала ревность. Он не хотел думать, знать, что его Л... что кто то другой обнимает и касается Линси . Собственник чертов, сам-то! - Всё нормально? У тебя лицо такое... - В порядке, просто устала, - заверила его Линси. - Ну ладно, допустим. Идем, все разберем, - они пошли к его машине, Дэн рассказывал ей что-то, но Линси плохо слушала, делая все на автомате, очнулась лишь тогда, когда... - Дэн? Привет! - удивленно воскликнула Кэти. - Кэт? Ты что здесь делаешь? - Отдыхаю с друзьями, а ты? - Работаю. - Вы знакомы? - одновременно спросили Линси и вошедший Оливер, девушка смутилась и отвернулась. - Да, помнишь, я рассказывал тебе, что ездил в Бирмингем, в кафе. Кэти и есть дочка хозяев, - аккуратно сказал Дэн, глядя на Оливера. - В Бирмингем? - Переспросила Линси и глянула на Оливера, тот опустил глаза. Он даже с городом соврал, конечно они не могли поехать к нему, это был другой город и дом, где была Кэти. - Ага, - весело отозвалась Кэти. - Как тесен мир. Я даже и не думала, что встречу тебя здесь. А вы знакомы? - Да, с детства, - Дэн приобнял Линси. Оливер зло глянул на него и на место, куда легла его рука, но что он мог сделать. - Ты приедешь послезавтра? - Спросила Кэти. - Конечно, я же говорил. Они разговаривали с улыбками. Линси заметила, как Дэн смотрит на Кэти, и печально усмехнулась. Она ему нравится. Кэти стало стыдно, что она позволяет себе так общаться с парнем в присутствии Оливера. Она посмотрела на него и вдруг поняла, что тому все равно. Девушка опустила глаза и улыбнулась Дэну. Вскоре он уехал, все время не переставая улыбаться. Линси слышала, что за ужином все в который раз обсуждали какую-то премьеру. Уйдя снова раньше, Линси забрала ноутбук и вошла в интернет, ввела в поиске "премьеры июля", в первых числах была лишь премьера "Гарри Поттера". Линси знала, что это, но никогда не видела. Она вошла на страницу, полистала информацию и замерла, глаза ее округлились. В ролях Оливер и Джеймс Фелпс. Дрожащей рукой Линси нажала на страницу про близнецов. "Известные британские актеры, снимающиеся во всемирноизвестной франшизе про мальчика-волшебника..." Линси начала быстро читать статью, в которой рассказывалось все о близнецах, включая и личную жизнь. Линси была в шоке, вот что значит незнание. Господи, они знаменитости мирового масштаба, а она... Девушка не могла найти слов. Она посмотрела фотографии, а вот и Кэти с Амелией, в красивых платьях на прошедших премьерах и благотворительных мероприятиях. Столько фотографий, фотосессий... Линси посмотрела комментарии под снимком Оливера и Кэти. Девушки писали, что любят Оливера с многочисленными восклицательными знаками. Обзывали Кэти, заявляли, что они лучше, просили, чтобы Оливер бросил её и женился на них. Линси усмехнулась, это значит, они действительно звезды. И Линси была на месте, на котором хотят оказаться тысячи девушек. Да она теперь может заявить прессе, что спала с Оливером Фелпсом, и заработать на этом тысячи. Как же это ужасно и мерзко. Линси окончательно убедилась, что знаменитости -испорченные эгоисты. Но Линси все еще не могла поверить. Она смотрела в одну точку, не понимая, как такое произошло, почему Оливера не узнали в Лондоне. Именно поэтому они поехали ночью и так быстро бегали везде... Вдруг послышался шорох у двери. Девушка обернулась, посмотрела на стол и поняла, что забыла ключ в доме, и Оливер его нашел. Линси рывком поднялась и, подойдя, открыла дверь. Там стоял Оливер, явно не ожидавший такого. Он поднял глаза. - Сам знаменитый Оливер Фелпс, английская кинозвезда пытается открыть дверь в скромную халупу замухрышки, - медленно произнесла Линси, впиваясь ногтями в дверь. Он понял, о чем она. - Прости, что и этого тебе не сказал, - ответил Оливер. - Неужели это что-то изменило бы? - Я должна удивляться, как ты оказал мне такую честь, - добавила Линс, удивляясь, откуда в ней столько яда, появившегося буквально час назад. - Прекрати, Линс, это все неважно, - сказал парень в попытке войти, но она не пускала. - Не надо. Просто... Зачем это всё было? У тебя ведь была Кэти, зачем тебе я? - прищурила глаза Линс, часто моргая. - Потому что ты не она, ты совсем другое дело, - напряженно сказал Оливер. - Я не могу это объяснить, но ты дорога мне, с тобой мне хочется жить, что-то делать... - А с Кэти? - перебила его девушка. - А с ней я просто... живу. Существую, не знаю, она помогает мне, и... - Она любит тебя, как ты этого не понимаешь? - Я... не думаю, что это так. Мы говорили с ней насчет этого. Когда-то нас свели наши родители, это было продуманно не нами, а за нас, поэтому всё вышло искусственным. А с тобой всё случилось сразу же, это ведь что-то да значит, да? - в надежде на согласие спросил Оливер. Линси смотрела куда-то ему за спину, взгляд был рассеян. Девушка не могла слышать его трезво, в груди была боль, затмевающая разум. И снова, Линс ждала его, а теперь видеть не хочет, хотя от голоса та же дрожь. - Для меня это многое значит. Пойми же, я хочу быть только с тобой! Я тебя люблю! А с Кэти мы все уладим, и я приеду уже навсегда. - Линси рывком посмотрела ему в глаза, не веря ушам. Но нужно держаться, нельзя так быстро поверить. - Ты снова обманешь. Ты постоянно врал, даже с городом, - тихо сказала Линс. - Я ничего о тебе не знаю, а ты говоришь навсегда? Для нас это может означать разное. - На столько, сколько захочешь ты. Линси, пожалуйста, прости за это все. Я думал, ты не захочешь знать меня, если расскажу хоть что-то... - Ты был близок в догадках. - Да прекрати язвить, это не ты! Я не узнаю тебя, - произнес Оливер. - А может, я тоже вру, - парировала Линс, не понимая, что говорит. Слова сами слетали с губ, управляемые болью и обидой. - Ты никогда мне не лгала, я знаю. Ты не умеешь это делать, - заявил он. - Конечно, куда мне до актера. Ты... Я чувствую себя проституткой, Оливер! Ты платил деньги за то, что я была с тобой, - вдруг выпалила Линс. - Далеко не за это. За дом, за еду, но не за тебя, - ответил он. - Зачем ты вернула платье? Это был подарок. - Неважно. Мне ничего не нужно, тем более такие дорогие вещи. Я не хочу. - Ладно. Но Линс, пожалуйста! Дай мне второй шанс, я хочу быть с тобой, - Оливер взглянул ей в глаза, и стена, которую с таким отчаянием возводила Линси, покрылась трещинами. - Ты обманешь меня, Оливер, - дрожащим голосом сказала она, - Я не могу тебе верить, мне страшно это делать. - Я люблю тебя! - беспомощно прошептал он. - Уходи, - покачала головой Линс. - Уходи, - повторила она, Оливер хотел было протянуть к ней руку, но девушка закрыла дверь, понимая, что сейчас сорвется, кинется ему на шею и снова отдастся, несмотря на боль. Линси обернулась и закрыла лицо руками, слезы снова душили ее, и каждое слово парня отдавалось внутри. А Оливер впервые так отчаянно не знал, что делать, как исправить всё, что наворотил.