Наше счастье

Утро в квартире семьи Ди выдалось довольно громким. Из квартиры были слышны крики, вопли и возмущения. Жители дома №34 все ещё пребывали в кругосветном путешествии, поэтому ни криков, ни воплей они не слышали. — Где моя ваза, я спрашиваю?! — с утра бывший адмирал ни с того ни с сего поднял братьев, что мирно спали на диване, и начал допрашивать их про какую-то вазу. Какую вазу, разбуженные и толком не проснувшиеся братья не знали. Они вообще сейчас мало что соображали, что уж говорить о какой-то там вазе. — Да что ты разорался с утра пораньше, старик? — спросил Эйс, не переставая зевать и тереть глаза, что так и норовили закрыться. — Не знаем мы не про какую вазу, отвянь. — Вот-вот, — семилетний Луффи стоял рядом с братом, точнее, за ним, и, скорее, не стоял, а держался за спальную штанину Эйса, тем самым оперившись о правую ногу брата. — Эйсу-у, пошли спать, а? — Пошли, — ответил Эйс, будучи в шаге от того, чтобы не заснуть стоя. Гарп хотел дать двоим по голове, но увидев, что тем глубоко до лампочки, передумал, рассудив, что надавать своим внукам по тыкве он ещё успеет. Сами братья же, не встретив сопротивления со стороны деда, дружно и немного пошатываясь, от сильного желания спать, двинулись в сторону комнаты Луффи. Проводив внуков взглядом, мужчина закрыл глаза и вздохнул, после чего направился на поиски зелёной вазы с золотым узором дракона. *** На часах уже перевалило за час дня, когда один из братьев проснулся. Что ни странно, тем кто проснулся был Луффи. Он открыл глаза и обвёл ленивым взглядом комнату. Все было так же, как и раньше: бардак, разбросанные по всюду вещи, компьютерный стол, что стоял ближе к балкону и шкаф с вещами, стоящий рядом с дверью. Компьютера ни у Луффи ни у Эйса не было, ведь, как было сказано ранее, братьям всё это не очень одобряли. Младший лежал на Эйсе, и, смотря на висящую напротив картину какого-то старика, сидящего на берегу, слушал сердцебиение старшего брата. Тук-тук. Тук-тук. Этот звук Луффи был готов слушать очень долгое время. Особенно с недавнего времени. Два дня назад ему приснился кошмар, в котором Эйс умирает у него на руках, защитив перед этим от какого-то дядьки, чьи руки были похожи на вулканическую лаву. Сон был таким реалистичным, что Луффи, даже проснувшись, все равно видел тело брата, в груди которого была дыра, а на лице царила умиротворённая улыбка. Луффи бы, наверное, сошёл с ума, если бы не ворвавшийся в комнату Эйс, чьё появление показалось ему сном. Но после того, как старший брат накричал на него, Луффи окончательно пришёл в себя. И уже засыпая от поглаживания Эйса, он с облегчением подумал: «И что за идиотский сон? Эйс никогда бы в жизни не дал себя убить. Это ведь Эйс!». После чего, окончательно успокоившись, Луффи забылся красочным сном, в котором ему снились пираты, какие-то дозорные, всякие большие морские чудовища, которых называли «Королями морей», восемь человек, которых он назвал «своими накама», и даже Эйс, но уже не умирающий, а живой, что встретился ему и его «накама» в каком-то пустынном городе. Луффи буквально жил теми моментами, более не боящийся того, что увидит умирающего и окровавленного брата, ведь сквозь сон чувствовал, что тот рядом. И вот, лёжа на брате и слушая его сердцебиение, Луффи думал о том, как же хорошо, что у людей нет таких способностей, как у человека из его сна. Устав думать, он поудобнее устроился на груди Портгаса, после чего закрыл глаза и стал погружаться в мир сновидений, даже сквозь сон слыша стук сердца и мерное дыхание Эйса. *** Гарп находился в гостиной и продолжал поиски пропавшей вазы. И куда она могла деться? Насколько он помнил, ваза была на книжной полке, и, если память его не обманывает, он не переставлял её на другое место. Не переставлял ведь, правда?.. Все мы прекрасно знаем, что произошло с вазой, но зачем лишний раз расстраивать пожилого мужчину? Именно поэтому пехотинец все ещё лелеял надежду на то, что подаренная его учениками ваза ещё жива. Ну, а в то время пока мужчина искал давно покоящуюся в мусорке вазу, в комнате Луффи медленно просыпался старший из братьев. *** Эйс нехотя возвращался из мира грёз в прогнивший ложью и пустыми мечтами мир. Давалось ему это с трудом, но он упорно продолжал просыпаться, уже зная кого увидит первым после сна. На этот раз интуиция подвела его. Первым, что он увидел открыв глаза, были белые обои, на фоне которых были изображены головы панд, и плакат каких-то пиратов. Луффи на нем (Эйсе) не наблюдалось, что немало удивило. И куда его любящий поспать на нем брат делся? Будто отвечая на его вопрос, со стороны балкона послышались какие-то шорохи и бурчания. Приподнявшись на локтях и повернув голову назад, Эйс увидел открытую дверь на балкон и макушку его младшего брата, занятого поисками чего-то. Первой его мыслю, увидев эту картину, было: «Какого черта он не спит?». А ведь и правда, для Луффи не свойственно вставать раньше старшего брата. Да что уж там! Для него вообще не свойственно вставать не раньше чем к обеду, и то, если на обед будет мясо. Озадаченный поведением брата, Эйс встал с кровати и хотел было подойти к балкону, как дверь в комнату открылась и на пороге он неожиданно увидел Дадан. — Какого. — начал было Эйс, но не договорил, будучи уже предсказуемо поваленым и захваченным в руки-лианы Луффи. — Наконец-то ты проснулся, Эйс! А я уже хотел сам тебя будить, — весело улыбнулся мальчик, лёжа на Эйсе и смотря в такие же как и у него глаза. — Так, малявки, слушайте! — голос Дадан прервал поистине романтический и идеалистический момент в жизни двух довольно шумных и не по возрасту энергичных братьев. Те, услышав голос женщины, посмотрели в её сторону и смерили её недовольными и многообещающими взглядами. — Чё надо? — в один голос спросили братья, всё так же лёжа на полу. — В-вы. Да к-как вы. — было видно, что такое отношение братьев Дадан немало возмутило, но буквально пару секунд спустя она перевела дух и произнесла немного уставшим голосом: — Ладно, слушайте сюда. Вашего деда срочно вызвали на патрулирование, поэтому до тех пор, пока он не вернётся, вы будете под моей опекой. Так что завтракайте и одевайтесь, сегодня мы идём к одному моему знакомому. Братья переглянулись, немало удивлённые поведением женщины. Что на неё нашло? Дадан никогда никуда их не брала, даже живя в лесу, а потом и переехав в город, а тут… — А когда вернётся старик? — первым кто отошёл от шока, был Эйс. Как никак, а узнать время пребывания в обществе горных бандитов он должен был. — А я почём знаю? Думаешь, он посвящает меня в свои дела? «С ней явно что-то творится.» — заключил Эйс, садясь и ловя Луффи, что от его действий чуть не ударился затылком об пол. Сказав Дадан, что они будут готовы через полтора часа, он проводил женщину, направившись после на кухню, крикнув перед этим Луффи, чтобы тот одевался. Готовя на завтрак рисовый омлет, Портгас размышлял о том, что творится с Дадан и сколько им с Луффи придётся быть под опекой разбойников. И хотя они несколько лет жили с ними, а Эйс чуть ли не со своего рождения, находиться под их присмотром братья всё равно особого желания не имели. — Эйсу, а как долго мы будем с шайкой Дадан? — Луффи сидел за столом и смотрел за готовкой брата. Эйс в этот момент переворачивал омлет. — Не знаю, но долго находиться с ними я желанием не горю, и оставлять тебя у них не хочу. Так что побудем у них два-три дня, а потом слиняем куда-нибудь, — Эйс выключил плиту и переставил сковородку на другую конфорку. Накрыв на стол и поставив тарелки с омлетом, Эйс поставил чайник, чтобы приготовить себе чай, а брату какао. Налив напитки в кружки и поставив рядом с тарелками, Эйс залез на стул, после чего братья принялись завтракать, разговаривая и обсуждая развитие сегодняшнего дня. *** Позавтракав, братья начали собираться. Точнее, собирался только Эйс, ведь Луффи уже был заранее одет. Сейчас Эйс стоял посередине своей комнаты, в руках он держал две майки: одна была жёлтая, с рисунком в виде флейты; в другой руке у него была матроска. И вот сейчас он размышлял на тему того, какую майку лучше надеть. Для многих мужчин, как многие полагают, разницы в том что напялить на себя нет, но это не всегда так. Некоторых всё-таки волнует, в чём они ходят. Эйс был, в некотором роде, одним из таких. Так вот, стоял Эйс и думал, какую бы майку ему надеть. Выбор, надо сказать, не из лёгких. — Э-эйс, ну чего ты копаешься? — Луффи сидел на углу стола, стоящего рядом с кроватью, которая стояла напротив двери в комнату. — Мы так не успеем. — А нам спешить и некуда, Луффи, — Эйс повернулся к брату. — Неужели ты так сильно хочешь к Дадан с её шайкой? — Нет! Совсем не хочу, — Луффи с силой начал качать головой, из-за чего складывалось ощущение, что голова у него вскоре и вовсе отвалится. — Эй-эй, прекрати, а то голова начнёт кружиться, — Эйс с волнением посмотрел на Луффи, который после его слов прекратил качать головой, но лучше от этого ему явно не стало. — У-ух, все кр-ружится-я, — Луффи сидел на столе и вот-вот обещал упасть с этого самого стола, и если бы не кровать, стоящая рядом, то сотрясение ему было бы обеспечено. — Ну что за брат мне достался?.. — обречённо вздохнул Эйс и закатил глаза, тут же возвращаясь к тому, что он делал до этого, а именно к выбору майки. В конечном итоге он надел жёлтую майку. Окончательно собравшись, двое братьев проверили все ли они взяли, после чего вышли из квартиры, закрыли её, спустились вниз и потопали в направлении дома где на данный момент жила Дадан и её шайка. — Вы слишком долго, — недовольно заметила Дадан, на данный момент стоящая около дома. Одета она была в белую рубашку и штаны зелёного окраса. У братьев иногда складывалось ощущение, что другой одежды у женщины нет, но они тут же прекратили размышлять на эту тему, не горя желанием портить и без того расшатанную психику, а то ведь так и до сумасшествия не далеко. — Скажи спасибо, что мы вообще пришли, — Эйс с Луффи стояли в десяти шагах от женщины, стараясь избегать близкого контакта со старыми знакомыми. Почему? Да просто из принципа. Раньше ведь они не шибко с ними общались, в силу того, что у каждого были свои заботы, так почему сейчас должны? — А вот и мы, -Догра и Магра вышли из подъезда и подошли к Дадан, встав с ней рядом и незаметно осматривая детей. Они давно их не видели, и, надо сказать, сильно соскучились по ним и их выходкам. — Как у вас тут дела? — Как обычно, — Дадан перевела взгляд на своих подчинённых, после чего сказала: — Ладно, раз все в сборе, то можно идти. — А к кому мы, собственно, идём? — поинтересовался Эйс, не отставая от Дадан. Луффи был рядом с ним, но держался немого позади. — К моему знакомому, вы его не знаете, — Дадан, на удивление мальчиков, была сегодня крайне спокойна. Я бы даже сказала, слишком спокойна. Впрочем, братьев это не так сильно волновало. Если она к ним не лезет, то это к лучшему. Она не трогает их — они не трогают шайку горных бандитов. Такие вот у них «правила». Расплывчатый ответ Кёрли ничего путного братьям не дал, чему недоволен был только Эйс. Луффи же шёл позади и смотрел по сторонам, все-таки Дадан не так часто их куда-то брала с собой, а точнее, вообще не брала. Шли они, надо сказать, порядка сорока минут. За это время братья успели не раз проклясть всё и всех. Луффи за это время почти повис на Эйсе, шедшего обычным шагом и даже не запыхавшегося. Младшему иногда казалось, что его брат не человек. Не может обычный человек с таким спокойным и непроницаемым лицом пройти столько по холмистой, рыхлой и далеко не ровной дороге. Если та вообще таковой была. Наконец, вдалеке показался силуэт чего-то отдалённо похожего на дом. Хотя это был скорее не дом, а хижина. В таких обычно живут отшельники и лесники. Подойдя к хижине, первое, что увидели братья, был до страшного красивый сад, что, можно сказать, полностью окружал дом. Сама хижина была из белого камня, двери были сделаны из тёмного дерева, окон с той стороны, на которой они стояли, была два, сделаны они были в виде овалов. Если немного отойти от хижины и посмотреть направо, то можно заметить не так далеко стоящую мельницу. Если посмотреть налево, с другой стороны дома, то можно увидеть колодец, что стоял чуть позади дома. «Такие хижины обычно делали в XV–XVI веках», — подумал Эйс, осматривая представшее его взору место обитания знакомого Дадан. Историю он знал не так хорошо, но что-то всё-таки помнил, читая книги, коих было в достатке. Сам факт того, что такие дома ещё есть на этом веку немало удивили мальчика. — «Значит, в этом мире все ещё остались ценители прошлого». — Кру-уто-о, — Луффи бегал вокруг дома, чудом не затоптав цветы, что были посажены повсюду. Восторг мальчика вполне был оправдан, ведь сам стиль, в котором был сделал дом, был довольно «крутым». — Эйс, останови своего неугомонного брата, — только и сказала Кёрли, после чего направилась прямиком к двери дома. Эйс, остановив таки брата, последовал за Дадан. Интерес к тому человеку, что жил в этой хижине, рос с каждым шагом. В доме никого не оказалось, удивив этим старшего. В доме явно кто-то жил, ведь сад был удобрен, а мельница работала. — Эй, Монблан, ты тут? — крикнула Дадан, которая остановилась около стола, стоящего практически посередине комнаты. — Тут я, тут, — послышался грубый и немного басистый голос сверху. — Подожди, мне тут немного осталось. Дадан не ответила, лишь молча дала мальчикам знак, чтобы они не стояли на пороге. Братья послушно продвинулись внутрь, прикрыв тихо дверь. Внутри хижина была точно в таком же стиле, что и снаружи. Посередине стоял круглый стол, вокруг стояло два стула, на столе стояла кружка, но не обычная, а сделанная в стиле средневековья. По левую сторону, в восьми шагах от стола была полу круглая лестница, что, скорее всего, вела на чердак, так как в дальнем углу с правой стороны от стола стояла одноместная кровать, выполненная в старомодном стиле. Техники или какой-либо электроники в хижине не наблюдалось, что говорило о том, что её хозяин «старой закалки». Луффи уже во всю бегал по хижине с восхищёнными глазами и криками " Крууутоо!». Эйс же стоял около стола, за которым уже расположилась Дадан, и не без интереса осматривал помещение. Через семь минут со второго этажа по слышалась возня, а после по лестнице тяжёлой поступью стал спускаться хозяин сего помещения. Это был в меру накаченный мужчина сорока лет, со светлыми волосами и. странным головным убором в виде каштана. Во рту у него была сигарета, которую, по видимому, он не успел прикурить. Спустившись вниз, мужчина подошёл к столу, поздоровался кивком головы с Дадан, после чего с немым вопросом в глазах перевёл взгляд на детей. — А, — махнула рукой Дадан, — это дети Гарпа, я тебе говорила о них. — О! Так это и есть те самые чертята, которые не дают людям жить спокойно? — было видно, что мужчина явно заинтригован. Он с интересом осматривал сначала Луффи, что смотрел на всё, но только не в сторону Монблана. Потом мужчина перевёл взгляд на старшего и застыл, встретившись взглядом с мальчиком. Взгляд, с которым смотрел на него старший из братьев, был далёк от детского и наивного. Очень далёк. Во взгляде мальчика Монблан явственно видел всю серьёзность и напряжённость, а ещё он увидел в глазах мальчика… недоверие. С таким недоверием люди смотрят лишь тогда, когда точно знают, что человеку верить нельзя и он обязательно не упустит шанса воткнуть нож в спину. Таким взглядом смотрят убийцы. Таким взглядом смотрят преданные близкими люди. Таким взглядом смотрят взрослые. Но никак не дети, особенно в столь малом возрасте. «Интересно, что же так повлияло на этого мальца?» — только и билась мысль в голове Монблана, который смотрел на Эйса больше, чем того требовали рамки нормы. Как ни странно, но столь долгий глядящий процесс заметил даже Луффи, который уже не носился по помещению, а стоял рядом с братом и заинтересованным взглядом осматривал мужчину. — Эйс, а кто это и почему он так долго смотрит на тебя? — Луффи посмотрел на брата, который, услышав вопрос, перевёл взгляд на брата. — А я откуда знаю? Я тебе не всезнайка, — немного резко, чем хотелось, ответил Эйс, после чего посмотрел на мужчину. — Можно поинтересоваться в чьём доме мы имеем честь находиться? От того, каким вежливым. нет, не вежливым, а саркастическим тоном поинтересовался Эйс о том, кто он собственно есть, Крикет был удивлён вдвойне, мысленно взяв себе на заметку, что с этим парнем (ребёнком он его как таковым мало-помалу не считал) надо вести себя более чем осторожно. — Это Монблан Крикет, мой старый знакомый. — Кёрли решила взять ситуацию в свои руки, почувствовав, что атмосфера в помещении стала накаляться. — Мы с ним однажды попали в затруднительную ситуацию, благодаря чему и стали потом общаться. — Ха-ха-ха, скажешь тоже, общаться… — вмешательство Дадан явно снизило риск проблем, что могли произойти. — Если бы ты почаще приходила сюда было бы намного лучше. А то я тут со скуки совсем скоро зачахну, — мужчина прикурил сигарету и затянулся. — Да я бы с радостью, если бы не некоторые обстоятельства, — женщина тяжело вздохнула и посмотрела на двух братьев, что ещё стояли чуть поодаль от стола и с подозрением наблюдали за взрослыми. Точнее, наблюдал Эйс, а Луффи смотрел на головной убор Крикета и никак не мог понять: «Что же это за головной убор, и главное — для чего?» — Эй, Крикет, у тебя есть чего выпить? — Дадан посмотрела на мужчину, который, услышав вопрос, повернулся в сторону женщины и на минуту задумался. — Да, был тут у меня где-то ром, — мужчина грузно поднялся со стула и подошёл к шкафу, что стоял с той же стороны, что и лестница. Двери шкафа противно заскрипели, послышались звуки ударяющихся друг о друга стёкол, какие-то шуршания, а после звонкое «О!» со стороны хозяина. — Нашёл, — на стол с глухим стуком опустилась бутылка с ромом, наглухо запечатанная. — Но придётся подождать, не на голодный же желудок пить? Да и дети наверняка проголодались, — в ответ желудки ребят заурчали, что нисколько их не смутило. Они шли почти час, а за это время не то что проголодаться, но и умереть можно. — Эй, старик, а у тебя мясо есть? — таких правил, как правила этики Луффи явно были не знакомы, чему, впрочем, никто не удивлялся. -Ха, ну до чего же наглый пацан! — Крикету явно понравился Луффи, что явно не понравилось Эйсу, который подошёл ближе к брату и ненавязчиво приобнял за плечи, что расценивалось как «только тронь его — и ты труп». — Ну, а я тебе что говорила? — Кёрли подпёрла рукой подбородок и с улыбкой посмотрела на двух братьев. — Настоящие чертята! — Ну, не скажи. Может быть, ещё не всё потеряно, — мужчина подошёл к небольшому холодильнику (или к чему-то отдалённо напоминающему холодильник) и начал что-то в нём искать, после чего он достал несколько сырых кусков мяса и положил их на небольшой стол, стоящий рядом с холодильником. — Эй, Дадан, возьми лук, масло, воду, и всё остальное и иди с детьми на задний двор. Женщина, взяв всё сказанное, пошла в сторону лестницы, а точнее, под неё. Братья, заинтригованные, двинулись за ней следом. Под лестницей находилась тёмного оттенка дверь. А за дверью братьям предстал почти такой же сад, что и на переднем дворе. Так же на заднем дворе виднелось небольшое озеро, в котором братья увидели разновидность неизвестных им ранее рыб, отчего оба пришли в неописуемый восторг. Ещё больше поразило братьев наличие моря, виднеющегося с обрыва. Причём море, надо сказать, находилось не так и далеко. — Вау! — выдохнули братья, подходя ближе к ограде, что почти полностью окружала территорию, где находилась хижина. Солнце уже понемногу клонилось к закату, и братьям предстало поистине захватывающие и, можно сказать, зачаровывающее зрелище. Казалось, будто небо озарилось пламенем и море вот-вот загорится. Солнце понемногу исчезало за горизонтом, создавая ощущение, что оно вот-вот потухнет в синей пучине моря. Подул лёгкий бриз с моря, немного всколыхнув волосы братьев, которые стояли оперившись об ограду и с закрытыми глазами подставляли лицо под невесомые, почти нежные, дуновения тёплого ветра. — Эй, ребятня! — послышался негромкий отклик сзади, но ребята не спешили поворачиваться, желая как можно дольше побыть под лучами заходящего солнца. — Идите сюда, мы тут уже всё приготовили. Братья медленно открыли глаза, пытаясь тем самым как можно подольше сохранить пережитые только что ощущения. Кто знает, а вдруг они больше никогда не почувствуют тёплых прикосновений лучей солнца на своей коже и лёгкого дуновения морского бриза, что колыхал их волосы? Они последний раз взглянули на заходящее солнце, после чего, взявшись за руки, с лёгкими и почти счастливыми улыбками побежали в сторону хижины, где на заднем дворе Дадан накрывала небольшой столик, стоящий недалеко от озера. Через десять минут с заднего двора старой и захламлённой, но не менее уютной хижины проходящие мимо случайные прохожие могли слышать весёлый и задорный смех детей и не менее громкий смех взрослых, что придавал отжившей своё хижине поистине семейный уют, который давно не посещал тот потрёпанный жизнью уголок. *** Ночь медленно вступала в свои права, давая тем самым спокойно скрыться солнцу. Братья сидели на траве, облокотившись на ограду и смотря на потемневшее от отсутствия солнца море. Прохладный ветер трепал волосы мальчишек, но им было все равно. Тихо. Всё тихо и это спокойствие, что царило вокруг, убаюкивало и манило в сон, но братья упрямо не желали идти в такие манящие объятия. Они просто хотели вот так сидеть в ночной тиши, отдаваясь её загадочным чарам. — Эйс, — тихим и таким отдалённым от этого мира голосом, позвал Луффи, отрешённым взглядом смотря куда-то в даль. — Ммм? — отозвался вопросительным мычанием Эйс, не отрываясь от созерцания моря. — А мы ведь всегда будем вместе? — голос Луффи был глухим. Он свято верил, что они с Эйсом всегда будут рядом, даже когда они станут пиратами они все равно, мысленно или душевно, будут вместе. От такого вопроса мальчика, Портгас повернулся в его сторону и несколько секунд смотрел на брата немигающим взглядом, после чего усмехнулся и перевёл взгляд обратно на море. — Дурак, даже если жизнь разбросает нас по разным концам земли, рано или поздно жизнь вновь сведёт нас вместе, — он поднял глаза на небо, что было полностью усеяно яркими звёздами, придававшие ночи ещё большую красоту и очарование. — Даже если случится так, что мы будем на краю или в безвыходной ситуации, никогда не забывай — что бы ни случилось — я всегда буду рядом с тобой и никогда не оставлю тебя одного. Ведь ты мой маленький и наивный брат. У Луффи от слов брата отчего-то больно защемило и сдавило в груди. Почему-то ему стало нестерпимо грустно, и из его глаз невольно стали течь слезы, остановить которые он был не в силах. — Запомни, Луффи — мы никогда с тобой не расстанемся. Ты веришь мне? — У-угу, — сдавленно проговорил Луффи и посмотрел на звёзды. Они просидели так ещё полчаса, сидя на холодной траве, слушая стрекотание сверчков и смотря на небосвод. Эйс почувствовал на своём плече некоторую тяжесть. Переведя взгляд, он увидел мирно посапывающего на его плече Луффи. От этого зрелища лицо Портгаса озарила ласковая и заботливая улыбка. Он вновь перевёл взгляд на небо, и в его глазах можно было заметить нескрываемую грусть. — Эй, Эйс, — послышался тихий голос Дадан сзади. — Скажи мне, ты ведь не бросишь Луффи? — А с чего ты взяла, что я собираюсь это делать? — Интуиция. Повисло долгое и мучительное молчание, прерываемое лишь стрекотанием сверчков и шумом моря внизу. — Я не брошу Луффи, Дадан, — через несколько долгих минут ответил Эйс. От осознания того, что женщина заметила его изменения стало вдвойне грустней, ведь она стала ему как мать, хоть и много ворчала, но именно сейчас Эйс осознал, как сильно он все-таки привязался к ней. Да и не только к ней. Он привязался ко всем здесь. — Но есть то, чего я не могу не сделать, понимаешь? — Понимаю, Эйс, — тихо проговорила женщина. — Но. — Я знаю, Дадан. Знаю. — Эйс опустил взгляд вниз, туда, где тихими волнами море билось о скалы. — Луффи будет больно. Очень больно. Но так надо. Он поймёт. Со временем, но поймёт. Я знаю это. Ведь он мой братишка. — Как знаешь, — Дадан тяжело вздохнула, после чего неожиданно сказала: — Но пообещай, что если ты всё же уйдёшь, то вернёшься. Эйс улыбнулся от этой просьбы. А она не такая уж и чёрствая. Мальчик перевёл взгляд на спящего на его плече брата. Луффи мирно спал на плече, немного приоткрыв рот и чуть обхватив левую руку Эйса своими маленькими и неумелыми ручками. А потом вновь посмотрел на небосвод и только тихо прошептал: — Обещаю. Дадан, не смотря на столь тихий шёпот, всё равно его услышала. И уже стоя в дверях хижины, женщина обернулась и посмотрела на силуэт двух братьев, что в ту ночь выглядели как совсем неземные существа. Они выглядели, как ангелы. Она посмотрела на небо, что в этот вечер было невероятно красиво. Сложно признавать, но за многие годы она все-таки привязалась к этим двум братьям, что с одной стороны портили ей жизнь, а с другой — приносили в неё смысл жить. У неё никогда не было детей, но Эйс заменил ей ребёнка. Она растила его с самого его рождения. Она наблюдала за тем, как он растёт; она видела все его взлёты и падения; она видела, как много и усердно он тренировался, словно пытаясь тем самым кому-то что-то доказать. Она видела, как он, не смотря на его отчуждённость, принял в свою жизнь Луффи. Их было трое. Трое беспризорника с улицы, что грабили пузатых и напыщенных богачей. Их было трое. Трое мальчишек, двоих из которых покидала жизнь, а третьего ждало всё впереди. Их было трое. Три лучших друга. Три брата, чьи судьбы переплелись. И смотря на звёздное небо, Дадан с грустью смотрела ввысь. На её ресницах застыли не пролитые слезы. Смотря на небо, она с уверенностью знала — хоть этих троих и раскидает по миру в разные края, они все равно встретятся. Обязательно встретятся. По-другому и быть не может. Ведь их судьбы были связаны. А на небе всё также горят звёзды, холодные и безразличные к проблемам других. Они и не подозревают о грядущих переменах в жизни обычных людей, что всё ещё верили в чудо.