Loaded March (бывш. "Радист")

Разрываясь между помощью Гаюсу и Артуру, Мерлин всерьез стал опасаться, что не переживет этот двухнедельный отпуск. В последующие после вечеринки дни Артур вернулся к устоявшемуся режиму тренировок – предрассветные пробежки в парке, физические тренировки утром и три часа рукопашного боя с семи до десяти вечера. В перерывах Мерлин на метро отправлялся к дяде Гаюсу, который организовывал для парня тренировки по заклинаниям из старинных фолиантов в своей мастерской, а когда практика показала, что мастерская - не лучшее для место для подобных занятий, они на тарантасе Гаюса начали выезжать за город – в небольшую рощу, где обычно праздновали Бэлтайна и день солнцестояния. К концу дня парень еле ноги волочил, выползая из своей комнаты только ради душа, а затем сразу же падал на кровать, слишком вымотанный для того, чтобы думать о неотразимости Артура. Едва ли не каждый бог и дух в этом мироздании знали, насколько Мерлин желал хоть на чуточку снизить обрушившееся на него давление. Самую капельку. Ну, пожалуйста. Но боги и духи мироздания оставались глухи к мольбам, поэтому очередным утром взмыленный Мерлин, ополоснувшись в душе после утренних тренировок, быстро переоделся и, схватив рюкзак, бросился на выход. Гаюс не переставал зудеть о пользе пунктуальности, а поезда в метро в это время дня ходили с большим опозданием. Но сейчас Мерлин был вознагражден за все свои старания прекрасным видом Артура, спускающегося с третьего этажа своей квартиры, одетого в прекрасно скроенный и подогнанный по фигуре деловой костюм. Ткань брюк плотно облегала накачанные мышцы ног, под рубашкой с легкостью угадывался превосходный пресс, а пиджак едва не трещал на широких плечах. Мерлин запнулся на последних ступеньках лестницы. - Собрание Директоров, - произнес Артур, будто это объясняло все, и, как подозревал Мерлин, так оно и было. Со стороны Артура это было не очень-то честно – выглядеть настолько потрясающе именно сейчас, когда у Мерлина уже несколько лет никого не было! Да что там это, он не успевал подрочить самому себе уже несколько недель, если не месяцев! Да и как иначе? Каждый раз, когда у парня мелькала в голове мысль запустить руку себе в брюки, обязательно случалось очередное неотложное дело или еще какая ерунда, а Мерлин вынужден был, прикрывшись, срочно начинать думать о чем угодно, кроме Артура Пендрагона, чтобы хоть как-то избавиться от стояка. - Верно, - Мерлин закашлялся, настолько пересохло в горле. – Ну что же, повеселись там. - Снова едешь к дяде? - Что? О, да, - парень взглянул на часы - если он побежит, то еще успеет на поезд. Вздохнув, он выдал давно заготовленную ложь. – Я помогаю ему с одним проектом, у него небольшие проблемы с дистанционным управлением. Артур кивнул, но Мерлин готов был голову дать на отсечение, что он не слушал, сосредоточившись на застегивании на запястье ремешка абсурдно дорогих часов, поблескивавших серебром в утреннем свете. - Постарайся сегодня прийти домой пораньше. Не думай, что я не заметил, как ты всеми силами избегаешь меня с того вечера в студии Мары. Рано или поздно нам придется поговорить и начать разрабатывать план. - Да, хорошо, - произнес Мерлин и, только развернувшись, заметил пристальный взгляд Артура, которым тот наградил его. Времени обдумывать странное поведение своего командира уже не оставалось, и Мерлин рванул к станции, прекрасно понимая, что опаздывает. Всю дорогу он нервно постукивал ногой по полу, надеясь, что поезд все-таки ускорит ход. К тому времени, когда завернув за угол, Мерлин помчался вниз по улице к дому дяди, тот уже грузил в свой грузовичок какое-то устройство, по виду родом из средних веков. Обозревая эту сцену, Мерлин невольно поежился: если дядя загружал автомобиль, значит они в очередной раз собирались за город вместо того, чтобы тихо и спокойно позаниматься в мастерской. Гаюс лишь вопросительно поднял густую седую бровь, когда запыхавшийся племянник, забросив рюкзак на сиденье, с ходу начал помогать загружать наиболее тяжелые детали. - Прости, с тренировкой мы задержались, и поезд ехал слишком медленно, - объяснился Мерлин, и Гаюс, оставив его грузить инвентарь, скрылся в доме - нужно было собрать еду в дорогу. Грузовичок вел Гаюс, пока Мерлин, скрючившись на пассажирском сидении, перечитывал электронную версию очередной магической книги, полной слов и заклинаний, которые он знал когда-то давно, но позабыл, поступив на военную службу. - Чем займемся сегодня? – отвлекшись от книги, поинтересовался парень как раз вовремя: автомобиль съехал на проселочную дорогу, начались кочки и рытвины - ничего страшного, если вы на ходу не пытаетесь разобрать крохотные буковки, написанные не самым понятным шрифтом. -Сегодня ты поработаешь над своими рефлексами, мой мальчик, - ответил Гаюс, снижая скорость до черепашьей, стоило им въехать на проселочную дорогу, пока они наконец не остановились у небольшой ивовой рощи. Чуть поодаль виднелся идеальной формы круг, обрамленный высокими деревьями. Гаюс заглушил двигатель, и, повернувшись к племяннику, показал пальцем на электронную книгу. - Я тут поговорил с Адамом, - произнес Гаюс тоном человека, пережившего нешуточную дискуссию. – И оба мы согласились, что когда дело доходит до магической битвы, времени для того, чтобы досконально произносить заклинания, не будет. Опытные маги готовятся к битвам задолго до их начала – и должны это делать, если, конечно, хотят выйти из предстоящей битвы живым. Их тактика основывается на том, что они заблаговременно произносят заклинания, так, чтобы в решающий момент нужно было сказать всего одно слово. Они тренируют себя предугадывать действия противников на пятнадцать – двадцать шагов вперед. - Как шахматы, - заметил Мерлин, выключая электронную книгу и пряча её в рюкзак, и поежился – шахматы он ненавидел. Они ему никогда не давались, а на протяжении всего его детства эти треклятые шахматы были неотъемлемой частью всех воскресных вечеров. - Именно как шахматы, - просиял Гаюс, выбираясь из автомобиля. Мерлин помог ему разгрузить багаж. - Приобретение опыта использования магии на поле боя не то, чего я бы хотел для тебя, мой мальчик, но если то, что ты мне рассказал, правда, а я подозреваю, что так оно и есть, это будет просто необходимо. Однако разрабатывать свой план действий, основываясь на одних заклинаниях, не зная возможностей и навыков противника, я считаю крайне опасным предприятием. Адам… Ты ведь помнишь Адама? Адам Кэмбелл, один из старинных друзей Гаюса, был ветераном и сражался на фронтах Второй мировой войны в составе Союзнических войск против Германии. Он был магом и на поле боя не чурался использовать магию наряду с пулями. Как предполагал Мерлин, он был правильным человеком, у которого стоило бы попросить совета. - Я помню его. Это ведь он однажды кричал на меня за порушенный сад? - Ты рушил его сад не единожды, - заметил Гаюс. – Как бы там ни было, он настаивает, что заклинания, заученные на инстинктивном уровне будут наилучшим подспорьем для будущих боев. Нам очень повезло, что у тебя просто феноменальная память, но мы не можем полагаться только на неё одну. К счастью для тебя, я понял, в чем твое преимущество перед остальными магами. - И в чем же? – спросил Мерлин, монтируя агрегат под чутким руководством дяди, с каждой минутой все больше уверяясь в том, что он очень похож на один из тех жутких автоматов, стреляющих теннисными мячиками. - Тебе не нужны заклинания, - Гаюс потрепал его по плечу. – Иди, встань вон там. Начнем с твоих щитов, для начала потренируем твою защиту, затем перейдем к нападению. Оторвешься на полную катушку, если пожелаешь. Мерлин ухмыльнулся. - На полную катушку, да? - Я рад твоему позитивному настрою, - заметил Гаюс серьезным тоном. – Начнем с легкого. А когда разогреешься, мы посмотрим, насколько я могу улучшить твою способность абсорбировать заклинания. Он загрузил большую корзину теннисных мячиков в автомат, направил рукав подачи на племянника и включил его.

________________________________________

Мерлин был весь в синяках, довольно сильно избит, местами кровоточили многочисленные царапины. Стоило бы догадаться, что Гаюс поколдует над этой адской машиной и заставит ее выплевывать теннисные мячики с нечеловеческой силой. Слишком много теннисных мячиков, а потом и полукилограммовых стальных шариков прорвали оборону парня. По крайней мере, так было поначалу, а потом он как-то наловчился избегать столкновений, полностью отдавшись на волю своей магии, как не раз делал до поступления на военную службу, когда стало особенно важно скрывать свои способности. Сейчас, когда не нужно было сдерживать свою силу, она с легкостью откликалась на каждую мысль без особого промедления: то взбрыкивала, то кидалась вперед, блокируя и защищая. Первых несколько заклятий, прилетевших со стороны Гаюса, чертовски больно опалили кожу, но и здесь магия Мерлина отомстила: она поглощала энергию все новых «вражеских» заклинаний, преобразуя ее во что-то иное и переходя в контратаку, фокусируясь главным образам по картонным мишеням, предусмотрительно расставленных дядей по кромке рощи. В то мгновение, когда Мерлин понял, что он может делать это, может использовать магию в бою, он почувствовал, как с его плеч сползает тяжелая ноша, и в это самое мгновение все стало намного проще. Но следом за невообразимым чувством облегчения возникла целая куча проблем. Если это было проще, если он мог действовать, опираясь лишь на собственные инстинкты – ему будет намного труднее сопротивляться желанию воспользоваться магией в ситуациях, когда это было бы нежелательно. Твою ж мать. Мерлин думал об этом на протяжении всей обратной дороги до дома Гаюса, но, только оказавшись в мастерской, он решил заговорить. - Итак, все ведь прошло хорошо, да? Но что мне теперь делать, чтобы меня не поймали на использовании магии, когда я не должен этого делать? - Мерлин, - произнес Гаюс, качая головой. – Я не знаю. Все, что я могу сделать – это еще раз попросить тебя быть очень осторожным. Ты не забудешь об этом? Мерлин одарил дядю кривой неуверенной улыбкой и направился в душ - нужно было привести себя в приличный вид. Привлекать внимание пассажиров метро к своей персоне парню не хотелось. Несмотря на весь британский апломб и способность людей не замечать самые очевидные вещи у себя под носом, окружающие наверняка заметят его окровавленный бок и довольно-таки потасканный вид. Переодеться точно не помешало бы. По крайней мере, ему удалось лишний раз не подставлять под удары спину с новой татуировкой. Быстро приняв душ, парень начал торопливо одеваться. Забавно, у него отпуск, а он вечно должен куда-то бежать и что-то делать. Разве в отпуске не полагается расслабляться и отдыхать? Эмрис еще никому не показывал новую татуировку, ну, за исключением Гаюса. Парень принимал все возможные меры предосторожности, чтобы прикрывать ее на утренних пробежках, тренировках и занятий крав-магой, в то время как Гавейн просто бредил идеей взглянуть на нее хоть мимоходом. По правде говоря, все зажило менее чем за день, парень хотел сохранить цвета максимально яркими. Работа Мары просто потрясала воображение, до самой последней детали. Это был выполненный из кельтских узлов, золотых, зеленых и полупрозрачных синих дракон, обвитый вокруг Экскалибура. Мерлин не захотел никакой другой меч. У Персиваля был набит клеймор, но это необычайно подходило ему – он был настоящим великаном, ему был нужен огромный меч. Гавейну Мара набила полутораручный меч, Овайну - меч палача, Лэнсу - абордажный палаш. Мара показала ему целую книгу с изображениями и описаниями мечей, но вместо того, чтобы начать листать книгу, Мерлин поинтересовался: - Меч Артура ты набила? - Я, - подтвердил мастер. – И меч, и щит, и дракона. Это полностью моя работа, но это именно то, чего хотел сам Артур. - Можешь набить мне такой же? Меч, я имею в виду. - А ты не хочешь выбрать тот, который подходил бы именно тебе? Мерлин, улыбнулся и произнес: - Да ладно. Мое имя Мерлин. Какой меч подойдет мне больше Экскалибура? Женщина улыбнулась и потрепала его по щеке. - Раз так, будет Экскалибур. Самыми кончиками пальцев парень аккуратно прикоснулся к краю татуировки, расположившейся на спине прямо над сердцем, на том же месте что и у Артура. Он сделал это не нарочно. Когда Мара спросила, где будет располагаться рисунок, парень закрыл глаза и сосредоточился на своей магии, позволяя ей выбрать самое лучшее, самое правильное место. Его рука сама собой указала где. Он попросил Мару спрятать несколько символов в кельтских узлах, сделав их чуть темнее фона. Сейчас, когда кожа залечилась, Мерлин чувствовал как пульсирует сила в каждом символе, готовая в любую секунду ринуться в бой. Символы пригодятся ему, когда они снова встретятся с Аредианом и Шутом. Гаюс только одобрительно кивнул, когда увидел их. Мерлин яростно тер голову полотенцем, стараясь побыстрее высушить волосы. Засунув вещи в рюкзак, парень сбежал вниз по лестнице и направился к выходу – он обещал Артуру, что вернется пораньше, и уже сейчас было ясно, что он опаздывает. - Извини, дядя Гаюс, я должен бежать. - Мерлин, - окрикнул его дядя. – Ты не останешься на ужин? - Не в этот раз. Я должен встретиться с Артуром. Под неодобрительным взглядом дяди парень только улыбнулся. - Я буду осторожен, обещаю, - прокричал уже с порога, секунда – и он уже со всех ног бежал к станции. Учитывая пробежку рано утром, пробежку на поезд, чтобы успеть на встречу с дядей и пробежку на поезд, чтобы успеть вернуться обратно в квартиру Артура, ноги у Мерлина уже начинали гудеть. И он чертовски хотел есть. Забравшись в вагон, он написал Артуру. “Как насчет еды на вынос? Я захватил бы по дороге”. Ответ пришел практически мгновенно. “Тайская". “Как насчет фиш-энд-чипс?” – ответил Мерлин. “Тайская” “Я не буду делать две остановки. Плюс я слишком голоден, в мире нет столько тайской еды, чтобы успокоить мой разбушевавшийся желудок”. Последовала долгая пауза, Мерлин успел сделать пересадку на другую ветку, когда пришел ответ от Артура. “Просто иди домой. Я заказал доставку на дом. Тайские блюда и порция фиш-энд-чипс”. Мерлин улыбнулся, в животе забурчало, а он снова и снова пробегал глазами по тексту, пока наконец не понял причины появления широченной улыбки на своем лице: Артур сказал ему идти “домой”. Боги, как бы он хотел, чтобы это было правдой… но быстро одернул себя, постучав несколько раз кулаком по лбу. Даже если Артур повёрнут в эту сторону, он все еще оставался его командиром, на этот счет существовали правила. А у Артура был настоящий пунктик на предмет следования правилам. Мерин тяжело вздохнул и уселся на освободившееся сидение, листая переписку в телефоне – в большинстве своем от Уилла, жалующегося на свой новый класс, которых приходилось учить, еще два от Гавейна, организующего в субботу вечер просмотра фильмов: утренняя тренировка в воскресенье отменялась, так как у Артура было запланировано занятие скайдайвингом, а вот от тренировки с Гаюсом Мерлина никто не освобождал. Следующее сообщение было от Уилла, он прислал номер Фреи. Мерлин вздохнул. Звонить ей не хотелось, но это был единственный способ узнать хоть что-то о новом мировом порядке, чтобы доказать Артуру свою полезность. Но Фрея… У себя в голове он как воочию услышал голос Уилла: “Будь мужчиной”, - сказал бы он. Тяжело вздохнув еще раз, Мерлин нажал кнопку вызова. Один гудок, два, три, четыре… он уже собирался повесить трубку, когда на том конце раздалось неуверенное “Алло?” - Это Фрея? - А кто звонит? – голос прозвучал настороженно, грозя в любой момент прервать разговор. - Это Мерлин. Мерлин Эмрис. Мы с ней дружили, еще в Уэльсе, учились в одной школе. Этот номер мне дал Уилл… - Мерлин, это я. Это Фрея, - тихий, застенчивый голосок, немного неуверенный. Казалось Фрея была и рада, и насторожена разговаривать с ним сейчас. - Привет, Фрея, - поздоровался Мерлин, улыбаясь в телефонную трубку, и женщина, сидящая напротив него с неестественно белыми волосами, подбадривающе ему улыбнулась и подмигнула, будто гордая мать, которая таки заставила своего сына позвонить девочке, которая ему так сильно нравилась. – Как ты? Давно не виделись, правда же? - Я в порядке, - ответила девушка тихо. – Зачем ты звонишь, Мерлин? - Ну я… - парень замялся. – Я сейчас в Лондоне, остановился у друга. Меня довольно долго не было в стране, но сейчас вот вернулся. Я встречался с Уиллом, разговор зашел про школу, и я признался, что ни с кем не общаюсь. Он обещал свести меня с кем-нибудь, и… я вот звоню. Хотел узнать, может быть, ты захочешь встретиться? Выпить кофе? На том конце повисла тишина, через несколько секунд Мерлин проверил телефон – не прервалось ли соединение, что было просто невозможно, потому что он лично программировал устройство. - Фрея? Ты еще там? - Да, - ответила девушка, а после небольшой паузы добавила. – Думаю, мы можем встретиться. Может быть, завтра? В обед? - Превосходно. Я обязательно приду, - ответил Мерлин. – Где бы ты… - Я напишу тебе, где, - произнесла Фрея, торопливо вешая трубку. Несколько мгновений парень просто смотрел на темный экран телефона, задумчиво хмурясь, пока не убрал его в карман. Магия завозилась где-то внутри него, начало покалывать сердце. Возникло какое-то дурное предчувствие, что добром эта затея не кончится.

________________________________________

Доставка опередила Мерлина, и, когда он оказался в квартире, Артур уже сидел за обеденным столом с включенным ноутбуком перед собой, читая что-то с экрана и делая пометки. Он почти не притронулся к еде, дымящимися коробками с которой была уставлена вся кухонная столешница, этого бы с лихвой хватило семьи из шести человек. Порция фиш-энд-чипс была заботливо выложена на тарелку и стояла на столе рядом с Артуром. Мерлин не раздумывая скользнул на соседний стул. Все это было очень уютно и по-домашнему комфортно. Слишком уютно и комфортно. Мерлин подавил вздох. Он хотел этого, очень хотел. Когда он шутливо заявил Гавейну, что тот не его тип, что он оставил эти игры, Мерлин вовсе не кривил душой. Парень на собственной шкуре не раз и не два убеждался, что свидания на одну ночь были слишком неудовлетворительны, заставляя желать большего, а короткие интрижки разрушали его жизнь раз за разом, потому что он позволял себе надеяться, что это выльется во что-то большее. А это – тихий вечер за обеденным столом с кем-то… Это ощущалось правильным. Настоящим. Но все это было временно, отпуск закончится уже через неделю, если, конечно, их не отзовут раньше, и что будет потом? Мерлин не ждал, что Артур предложит остаться ему у себя снова, поэтому парень решил наслаждаться этим моментом как можно дольше. - Приятного аппетита, - произнес Мерлин, придвигая к себе тарелку. Артур только кивнул с отсутствующим видом, хмуро вчитываясь во что-то на экране. - Я тут подумал, - заговорил Артур, начиная беседу, будто Мерлин сидел тут уже давно. – Если американцы занялись этим делом, значит, и наши парни могли этим заинтересоваться, а это значит, что у них может быть досье на Аредиана и остальных. - В этом есть определенная логика, - ответил Мерлин, старательно пережевывая ужин. - Ми-5 наверняка давно заприметили их. Это не те парни, которые позволят, чтобы их застукали со спущенными штанами, по крайней мере, не так часто. Отчего же они не впали в истерию, заслышав только, что ЦРУ собирается использовать «Экскалибур», чтобы отследить Аредиана? Мерлин перестал жевать и посмотрел на Артура. Кристально-чистые небесно-голубые глаз напротив смотри несколько вопросительно и задумчиво. Мерлин хорошо знал этот взгляд – он немало времени провел, наблюдая за Артуром, и уже наловчился расшифровывать выражение на его лице. Так блондин смотрел на мир, когда собирался воспользоваться чем-то. Или кем-то. Знал ли Артур, что Мерлин сделает для него все что угодно? Мерлин сам не знал, когда это началось. Может быть, в их самую первую встречу в тенте интенданта на базе, когда Артур гневался на малознакомых людей за их чудовищно попустительское отношение к оборудованию, от которого напрямую зависели жизни людей. Может быть, это началось в Ущельях, когда Мерлин видел, как Артур бросился навстречу песчаному дьяволу, думая, что женщина оказалась в беде, и, не думая о себе, пытался ее спасти. Может быть, это случилось во время военных игр, когда Артур каким-то мистическим образом заразил их всех абсолютной уверенностью в то, что они обязательно выиграют. Такие люди, как Артур, жили только в легендах. Он обладал страшным, непреодолимым влечением, таким, что Мерлин просто не мог сопротивляться. Мерлин и не хотел сопротивляться. - Не впали в истерию? – пролепетал Мерлин, не в силах разорвать зрительный контакт. Только когда Артур развернул свой ноутбук и поставил его перед Эмрисом, тот смог, наконец, отвести глаза. На черном экране текстового редактора Unix одиноко моргал курсор. - Рад, что ты пришел к тем же выводам, Мерлин, - Артур ввел несколько команд, на экране всплыло окно ошибки. - Я не слишком хорошо знаком с внутренней кухней МИ-5, - возразил Мерлин. – Только по фильмам о Бонде. Я, конечно, взламывал кое-что для их экспертно-аналитического отдела, когда еще жил в Уэльсе, но и тогда, по большей части, я видел только их спины, когда они, схватив оборудование, шли к выходу, не сказав тебе ни «спасибо», ни «до свидания». Как я должен был их получше узнать? Они вообще страдают приступами гнева и истериками? Небольшая улыбка появилась на губах Артура. - Если оказываются не у дел, еще как истерят. То еще зрелище. - Так они оказались не у дел? Американцы постарались? Мерлин увидел, как Артур задумался, взгляд стал отсутствующим. Когда он наконец заговорил, Мерлин увидел, как он неуверенно заерзал на стуле, и бросив один быстрый взгляд на Эмриса, отвел глаза и начал возить вилкой по тарелке. - Они знают, что происходит. Не думаю, что они очень обрадуются, если упустят Аредиана и остальных. Было что-то еще, о чем Артур решил умолчать, но Мерлин решил все-таки продавить собеседника. - А мы оказываемся аккурат между молотом и наковальней? Прямо под перекрестным огнем ЦРУ и МИ-5. Артур поднял голову и уставился на Мерлина, а спустя некоторое время, отложив вилку и закрыв лицо руками, начал тереть глаза, весь его вид выдавал невероятную усталость и безысходность. Он должен защитить своих людей от тех негативных последствий, которые наступят из-за вмешательства ЦРУ. А отдача обязательно наступит, как только «Экскалибур» захватит одну из целей и радостно передаст американцам. Мерлин с трудом подавил позыв подойти к Артуру, обнять его и успокоить. Вместо этого он сидел и просто ждал, пока наконец Артур не опустил руки. - Ты можешь… - Артур ткнул пальцем в монитор компьютера, многозначительно вздергивая бровь. Еще раз взглянув на экран, Мерлин притянул к себе ноутбук и начал внимательно изучать введенные команды – Артур пытался открыть большой зашифрованный файл. - Я получил его от друга, - объяснил Артур, не вдаваясь в детали. Взяв в руки вилку, он отправил себе в рот несколько кусочков курицы в каком-то вязком оранжево-желтом соусе. – Это может быть важно. Мерлин, оторвав взгляд от монитора, спросил: - Не возражаешь, если я для начала поем? - Хорошо. Но я прослежу, чтобы ты не прохлаждался и не терял времени понапрасну. Думаю, один раз я могу сделать исключение, - Артур позволительно махнул рукой в сторону Эмриса. Тот только закатил глаза и произнес: - Вы так великодушны, сир.

________________________________________

Мерлин решил не расшифровывать файл. Взглянув на программное обеспечение и разобравшись с кодом шифрования файла, парень решил, что гораздо полезнее будет кое-что поменять в самом компьютере - повысить уровень безопасности, переписать часть программного кода операционной системы, настроить систему под конкретного пользователя, осложняя тем самым жизнь потенциального взломщика. В перерывах они позанимались крав-магой, после чего Мерлин понял, что ему окончательно разонравился этот засранец Моровитц – казалось, этот коротышка объявил личную войну Мерлину, и заверения Леона в том, что он хочет лишь помочь тому стать сильнее, не слишком успокаивали парня. Он практически восстановил чувствительность в ногах, пока Артур вез их домой, а когда Мерлин, наконец, оторвался от экрана компьютера, желая известить владельца о том, что все закончил, то увидел пустую комнату и работающий телевизор, по которому в очередной раз показывали один из приквелов Звездных Войн (наихудший из них, по мнению Мерлина), Артура нигде видно не было. Мерлин поднялся, размял ноги и прошелся по первому этажу, желая убедиться, что Артур не застрял в своем личном тренажерном зале (он мог заниматься тренировками с фанатичной упорностью), прежде чем направиться в хозяйскую спальню на втором этаже. - Артур? В отдалении доносился звук второго работающего телевизора, журчащей в раковине воды и какие-то фыркающие звуки – похоже, Артур чистил зубы. Дверь в его апартаменты (а хозяйскую спальню язык не поворачивался назвать просто комнатой, это были целые апартаменты, с непомерно огромной кроватью, прекрасно оснащённой гигантской ванной комнатой, гардеробной комнатой, маленьким холодильником, забитым пивом и закусками, и небольшой кофемашиной – Артур мог даже в случае апокалипсиса не покидать своей комнаты) была приоткрыта, оттуда в холл лился свет и доносилась музыка от телевизора. Мерлин чуть-чуть толкнул дверь. - Ар… Имя попросту застряло у него в горле. Артур стоял в ванной, облокотившись на раковину, вытирая с лица зубную пасту, совершенно голый… Совершенно обнаженный, как в тот день, когда появился на свет. Член Мерлина за какую-то наносекунду из нулевого положения стартанул к заоблачным высотам, выкачав из тела абсолютно всю кровь и лишая хозяина связно мыслить. Несколько секунд Мерлин стоял и просто пялился на представшую перед ним картину, не обращая внимания на то, что член уже болел и вот-вот норовил проделать дыру в джинсах. Он изо всех сил сдерживал себя, чтобы не распахнуть дверь, сделать пару шагов, подойти к Артуру и … … медленно провести пальцами по каждому дюйму этого восхитительного тела… … выцеловывать каждый позвонок этой божественной золотой спины снова и снова… … встать на колени и поклоняться этому совершенному идеалу… Мерлин моргнул, сглатывая. Он погладил себя, пытаясь ослабить давление в джинсах. В комнате Артур, взяв белое полотенце с вешалки, начал вытирать свои мокрые волосы и направился в спальню. Взяв с кровати пульт управления, он начал переключать телевизионные передачи, пока не нашел новостной канал. Черт его побери. Мерлин был готов начать дрочить прямо здесь, не сходя с места, но существовала вероятность, что его поймают за этом занятии. Может быть. Он не мог так рисковать. Наложив на себя заклинание тишины, Мерлин проскользнул обратно в гостиную, нацарапал записку о том, что “закончит с кодом завтра”, выключил свет и телевизор и заперся в своей гостевой комнате. Терпеть уже было невмоготу. Мерлин, облокотившись на закрытую дверь, расстегнул ширинку джинсов, как мог стянул боксеры и взял в руки свой член, горячий и сухой. Тело отозвалось такой потребностью в прикосновении и желанием вперемешку с похотью, что у него подогнулись колени, и Мерлин рухнул прямо на пол, так, как всего несколько минут назад жаждал упасть перед Артуром, потому что это был Артур… О, Боги! Чего бы только Мерлин не отдал за то, чтобы ощутить аромат Артура, провести языком по гладкой коже чужого члена, облизать и целовать яички. Ощутить соленый вкус спермы, вкус Артура, взять его в рот, пока не ощутит весь член Артура в своём горле. Ощутить, как сильные руки Артура зарываются в его волосы и удерживают голову на месте, все наращивая и наращивая темп движений бедер, поначалу медленно, а потом все быстрее и быстрее, погружаясь все глубже и глубже, ощущать, как Артур трахает его горло… Оргазм обрушился на Мерлина подобно цунами, дыхание перехватило и парень только и смог, что выдохнуть едва слышное: «Артур». Держась одной рукой за стену, Мерлин попытался подняться с пола на дрожащих и подкашивающихся ногах, будто он и впрямь по-настоящему потрахался. Несколько мгновений он так и стоял на коленях, одной рукой держась за стену, а другой все еще оглаживая себя, член пульсировал в руке, а теплая сперма капала на деревянный пол. Как же он заблуждался, когда решил, что выдержит две недели под одной крышей с Артуром в такой невозможной близости. Плюнув на попытки встать на ноги, он опустился обратно на пол, улегся на спину и уставился в потолок.

________________________________________

Утро началось с обычной рутины: пробежка, тренировка и завтрак, приправленный явным нежеланием Мерлина смотреть Артуру в глаза и неубедительным оправданием: «Мне нужно сконцентрироваться на суперкрутом шифре МИ-5». В пол-одиннадцатого утра на его телефонный номер пришло сообщение от Фреи, и Мерлин оставил Артура разбираться одного с содержимым зашифрованного файла и направился в метро. Проехал все остановки, прогулялся по лабиринту улиц, успел заблудиться и найтись благодаря GPS в телефоне, пока, наконец, не добрался до “Пиццерии Лорда”. Это была обитель вытертого и выцветшего линолеума, стульев с изодранными резиновыми сиденьями, бумажных скатертей в бело-красную шахматную клетку, тонких стопок бумажных салфеток, от которых на пальцах остается противная белесая пыль, и парочки вентиляторов под потолком, крутившихся так медленно, что можно было предположить, что это была заслуга сквозняка, гулявшего в пиццерии, а не электричества. Жар, пахнувший из горячей духовки, едва не спалил ему брови, постоянный ор, с помощью которого общались дородная дама за кассой и огромный повар в кухне, едва не лишили его барабанных перепонок, а сильнейший запах чеснока и старого пармезана лишили его обоняния. Часто моргая из-за повисшей в воздухе маслянистой дымки, Мерлин заметил Фрею. Годы не были к ней благосклонны, Мерлин с трудом сдерживал себя, чтобы не поморщится. Когда-то она была симпатичной девушкой с каштановыми волосами и карими глазами, которые напоминали ему шоколадные печенья мамы, которые она пекла только для гостей. Сейчас же сухие волосы были взлохмачены, а когда-то карие глаза потускнели и поблекли. Фрея всегда была худой и несколько недокормленной, но сейчас она выглядела как ходячий оголодавший скелет, а ее бордовое платье явно было ей велико. Мерлин не думал, что он так уж слишком изменился со школьных времен, но она несколько мгновений смотрела на него, не узнавая. - Здравствуй, Фрея, - поздоровался он, улыбаясь. Улыбка далась ему легко, как бы там ни было, но он был очень рад видеть ее живой, даже если сейчас она выглядела много хуже школьных времен. Ее улыбка была мимолетной и едва заметной, но затравленное выражение ее глаз никуда не делось. - Привет, Мерлин. Девушка соскользнула со своего места, приблизилась к Мерлину и неуклюже обняла его. «Сплошная кожа да кости», - пронеслось у него в голове. За столиком воцарилась неловкая тишина, пока к ним не подошла официантка, продолжая отчаянно жестикулировать и кричать что-то повару на кухню, чтобы принять у них заказ: лимонад и кусок сырной пиццы для Фреи и кола с вегетарианской пиццей с дополнительным ананасом для Мерлина. Через несколько минут натянутой обмены репликами: «Как ты? Выглядишь хорошо. Как живешь?» принесли еду, которая оказалась на редкость вкусной, учитывая обстановку. - Достаточно неплохо, - сказал Мерлин. - Я захожу сюда время от времени, - ответила Фрея, и на какое-то короткое мгновение вернулась прежняя улыбка, напряжение в ее позе исчезло, и она продолжила. – Надолго ты в городе? - Неделя, потом уеду, - ответил Мерлин, недоумевая, что заставило его добавить. – Я на месте долго не сижу, сейчас вот путешествую автостопом, бродяжничаю, так сказать. - Ты? Бродяжничаешь? – Фрея удивленно взглянула на него своими огромными глазами, а через секунду расхохоталась. – Серьезно? Ты? Золотой мальчик и всеобщая гордость? Я хочу сказать, ты был круглым отличником, поступил в университет… Что случилось? - Ну, я… - Мерлин замешкался, вытирая жирные пальца жалким подобием бумажных салфеток. – Из всего это не вышло ничего хорошего, я пришелся там не ко двору. Ты ведь знаешь, как это бывает. Но оно и к лучшему. Я много путешествую, по большой части, по ту сторону тоннеля - в Европе, некоторое время жил в Таиланде, в Австралии. Он не врал – не совсем. Немного вырвано из контекста, но он действительно бывал во всех этих местах на каникулах во время учебы и в отпусках. Было какое-то ощущение, что ему не следует рассказывать Фрее ничего о своей военной службе. - Что насчет тебя? Что делаешь? Ты все еще с… Заслышав последнюю фразу, девушка напряглась, но продолжила фразу раньше чем поняла что нужно молчать. - С Брином? Плечи поникли, голова поникла, и Фрея уставилась в пол, нервно теребя рукава платья. Ее ответ прозвучал насколько тихо, что за шумом из кухни его можно было и пропустить. - Да. - Он хорошо к тебе относится? – спросил Мерлин, подаваясь вперед. Фрея резко вскинула голову, выпрямила спину и гневно сверкнула глазами, будто бы спрашивая: “А ты-то что сможешь сделать?” - Он хорошо ко мне относится. Мерлин натянуто улыбнулся. Скрытый смысл произнесенной ею фразой не остался незамеченным. У него была возможность заботиться о ней, и он заботился. Хранил ее секрет, защищал ее, пытался научить самоконтролю, но Фрея хотела большего, того, что Мерлин не мог ей дать. И когда Брин начал проявлять к ней свой интерес, она прекрасно разыграла свою партию, использовала Мерлина, разбила ему сердце и бросила ради Брина. Брина! Того самого школьного хулигана, который едва не лишил Мерлина жизни. Уиллу потребовалось несколько месяцев, чтобы вдолбить ему в голову, что Фрея осознанно сделала свой выбор, прежде чем Мерлина отпустило чувство вины. Оказывается, не до конца. - Рад слышать, - процедил Мерлин сквозь зубы, но Фрее это показалось достаточно искренним, потому что она широко улыбнулась. Мерлин не знал, сколько еще он сможет так гладко лгать, но он продержится столько, сколько нужно, если это будет единственным способом получить информацию о “новом мировом порядке” для Артура. - Ты действительно сейчас нигде не работаешь? – поинтересовалась девушка. - Нет, - ответил Мерлин, мотая головой. Фрея прищурилась, задумчиво потерев подбородок. - Что ты делаешь сегодня вечером?