Три руны Шамана.

После тщательного ухода за Блум, когда её тщательно отмыли, заплели и переодели, пленницу наконец оставили одну. Это была небольшая, но со вкусом обустроенная спальня с примыкающей к ней ванной. Сама комната была в аквамариновых тонах с белыми уголками стен, украшенными искусной резьбой. Изящные стулья с мягкой обивкой и украшениями из полудрагоценных камней, два столика с гладко отполированными блестящими поверхностями, тумбочка приятного шоколадного оттенка, большой нежно-белого оттенка шкаф с ящичками, а рядом роскошное зеркало с золотой окантовкой. В комнате источником света была утонченная люстра с аккуратными горящими свечами. Блум не сразу заметила маленькое окно за аквамариновой занавеской. Идя к нему, ведьма встретилась взглядом со своим отражением в зеркале. Она не узнала себя: ухоженные огненные мягкие локоны ласкали плечи и радовали глаз; вместо изодранной, испачканной и зеленой от сока травы мужской одежды, на ней сидело красивое голубое, длинное платье из легкой материи, которое ей очень шло. Образ довершали металлические браслеты... кандалы. Несмотря на свою утонченность, они свинцовой тяжестью также сдавливали сущность Блум, держа ее силы взаперти. Пленница с тоской окинула взглядом зеркало и подошла к окну. Руки Блум слабо, с угасающими силами обхватили металлические прутья. "Здесь нет ни книг, ни даже бумаги и пера, чтобы зафиксировать свои мысли. Меня изолировали от всего мира и попытаются промыть мозги" - догадалась ведьма, с маской отрешенности всматриваясь в чистое небо в просветах между решеткой. Скомкано пронеслись мысли о Скае, с кем и ассоциировалось чистое благородное небо, о Стелле в темнице, Лейтенском Ордене, потерянной сумке с рунами и многом, многом другом. "У меня еще будет время подумать об этом" - горько остановила путаницу в голове Блум. Она вдруг кинулась в надежде к двери. Но та, конечно, оказалась закрытой. Подол платья мягко шуршал от рваных шагов Блум по комнате. Ведьма открыла дверцу шкафа, сначала одну, затем вторую. Внутри висели шикарные платья на любой вкус. Блум было не до них, она дернула ящички, в которых обнаружила всевозможные ювелирные украшения, что ведьма в изумлении долго смотрела на это богатство. Но весь этот комфорт и красота разом очерствели и взбесили Блум, едва она вспомнила, кому это принадлежит. Ведьма металась из угла в угол в дворцовой спальне, не зная, что делать. В итоге она обрушилась на пол возле кровати, обездвиженными глазами смотря в потолок.

***

Её немой траур нарушил деликатный стук в дверь. Блум очнувшись и раскрыв глаза, вскочила с пола, где лежала ничком в оцепенении. Для неё показалось, что дверь открывалась чересчур медленно, словно оттягивая момент встречи. Всё внутри Блум напряглось и сжалось, а затем вытянулось напряженной струной. - Здравствуй, Блум. - льдистые глаза Валтора скользнули по лицу девушки и встретились с ней взглядом. Маг и пленница стояли на расстоянии друг от друга и смотрели в глаза. Блум не ответила, содрогнувшись от мучительного шума в голове, сопровождаемого цепочкой образов рун и Валтора. Магистр, изучая её лицо, не сказал ни слова про роскошь подобранных покоев для Блум. В ней читалось скрытая ненависть ко всему окружавшему. - Ты постаралась перейти в Лейтенский Орден, украв у меня важные магические вещи, которые могли бы положить конец этой войне и вечным страданиям людей, - ровный и спокойный голос, который мог бы очаровать любую, но только не Блум, прервал тишину. - Победа любой из сторон тоже конец войны! Ты стремишься к власти в море крови и убийствах! Вся твоя армия во главе тебя, тирана. Твои солдаты сжигают и вырезают целые города, насилуют девочек и женщин! Моя мать умерла у меня на руках! - гневно и гордо вскинув голову, ответила Блум. - Думаешь ли ты о том, что мои люди точно так же ненавидят Лейтенский Орден за их родные, сожженные ограбленные города и сотни тысяч убитых людей? У них есть точно такое же право ненавидеть всех вас, "воюющих за мир во всем мире". Из этого выходит, что мы равны. Дело в восприятии и убежденности в своей правоте. -Ты.. - Блум прошипела через силу, - ты тиран и садист, стремящийся к власти. Лейтенский Орден освободитель, а ты готов уничтожить всё живое! - Блум, если бы ты слушала меня повнимательнее, ты бы смогла уловить суть. Мы схожи в том, что ни один из нас не сомневается в собственной правоте. - Валтор замолчал и более не сказав ни слова, покинул комнату. Девушка с сжатыми кулаками проводила взглядом закрывающуюся дверь. "Не думать, не думать о его словах! Его нельзя слушать и верить ему!" - прокричала ведьма внутри себя и рухнула на пол.

***

Блум проснулась, когда кто-то рукой дотронулся до ее плеча. Сквозь дрему сна, девушка почувствовала аромат свежеприготовленного мяса. Пленница увидела служанку, которая разбудив ее, расставляла на изящный столик с подноса мясной рулет на серебряном блюде, напиток, столовые приборы и салат. - Как тебя зовут? - обрадованная визитом, сделала попытку заговорить Блум. Темноволосая служанка не ответила. Она даже не шелохнулась и не подала знаков внимания, сосредоточившись на сервировке стола. Пленница встала на ноги и сбоку подошла к ней, пытаясь изучить лицо служанки. - Как тебя зовут? Вопрос словно вылетел и разбился об полное безразличие прислуги. Она даже не взглянула на Блум. Молча взяла поднос и постукивая башмачками, поскорее ушла. Несмотря на голод, ведьма с тоской уставилась на столик. Груз от тяжкой и насильной изоляции от окружающего мира давил на плечи.