Любовь, потерянная среди цветов

Логан. - Где омега?! – резко спросил отец с порога, впопыхах вбегая в дом. За ним следовало двое бет: старик в белом халате и, судя по форме, дерзкого вида молодой медбрат. Последний мускулистый и широкоплечий с ростом больше ста восьмидесяти, на мой взгляд, был больше похож на альфу. - Наверно, в спальне. Я за ним не следил. - Логан, с ним все в порядке? – приблизившись в упор, Зак тихо, чтобы только я услышал, спросил у меня. - Не волнуйся. Когда я уходил он был жив. Правда, без сознания и на затылке небольшой порез, но ничего серьезного. Он так меня выбесил, отец, что я чудом его не убил. Только когда кровь увидел, осознал что делаю и поспешил убраться от него подальше. - Ты все правильно сделал, что позвонил мне сегодня. Сынок, он что, правда, не был девственником? - Представь себе!.. Скажи мне кто-нибудь вчера, что у этого убожества есть любовник, – ни за что бы не поверил. Но на его заднице стоит метка другого альфы, и это неоспоримый факт! – Зак уже было направился в сторону спальни, но я его остановил. – Отец, прости… ты предупреждал меня, а я не слушал, и все так получилось… - Логан, это не твоя вина. Предугадать такое невозможно. Да, кто бы вообще мог подумать, что этот неказистый тихоня, окажется настолько охочим до плотских утех? Интересно, он сам хоть понимает, что таким поведением разрушил себе жизнь. Если факт измены подтвердится, в чем я даже не сомневаюсь, то завтра… - Зак посмотрел на часы, - то есть уже сегодня мы аннулируем брак, учитывая обстоятельства с этим проблем быть не должно, а твоего новоиспеченного, падкого на альф, мужа отправим прямо в монастырь, где, как я считаю, ему и место. - Аннулировать брак! На второй день после свадьбы! – закричал я так громко, что терпеливо ожидающий в гостиной медбрат от испуга уронил ящик с инструментами, и он с грохотом упал на пол. – А ты о репутации своей подумал?! – продолжал орать я. – А о карьере?! Ты забыл – выборы через неделю?! И не трудно предугадать их результаты, предай мы все это огласке! Боже, да журналюги и газетчики нас живьем съедят! О, я уже вижу их заголовки: «Наследнику известной корпорации наставили рога перед свадьбой!» или «Как можно управлять бизнесом, если не можешь справиться с собственным мужем?». Да после такого меня весь город на смех поднимет. А о дедушке, о нем ты, наконец, подумал? – сбавив до минимума громкость, уже проговорил я. Он не переживет такого удара… - Успокойся, сын! Ты прав после всей той рекламы, которую устроил вам Ральф, без последствий расстаться с мужем у тебя не получиться. Но как вы с ним будете сосуществовать? Ты его еще до свадьбы на дух не переносил, а теперь... Вам же нужно будет жить вместе… спать вместе… рожать и растить детей… Логан, знаешь что, плевать на выборы и последствия! Нужно избавиться от этого ничтожного омеги, пока не стало поздно, а дед, я уверен, он поймет… - Кстати, - вспомнил я, - а папе и деду ты не говорил куда поехал? - Не переживай, твой папа сегодня на банкете изрядно перебрал с алкоголем, а Ральф вымотался, наверное, и теперь они оба спят, как убитые. - Хорошо, – облегченно выдохнул я. – Пожалуйста, не говори им ничего. И, отец, я не собираюсь расторгать наш с Натаном брак. С самого начала он был всего лишь формальностью, поэтому какая вообще разница девственник мой муж или нет. Жизнь деда, моя репутация, твоя карьера и семейный бизнес – слишком большая цена за наказание блудливого омеги. Пусть пока живет, а дальше посмотрим! - Логан, ты прав, конечно, но в любом случае ты должен его усмирить. Мы с Филиппом, будучи приверженцами северного демократического стиля жизни, всегда учили тебя относиться к омегам, как к равным, но, по сути, Натаниэль – всего лишь твоя собственность, и ты можешь делать с ним все что угодно. В спальне, я не сразу смог найти мужа. Разбросанная одежда и смятая измазанная кровью постель яркими образами напоминали о безумии, что творилось здесь совсем недавно. Омега нашелся в дальнем углу комнаты. Закутанный в простыню он сидел на полу и тихо плакал. Увидев поздних гостей, мальчишка укрылся с головой, будто пытаясь отстраниться от происходящего. - Вставай! – отец первым приблизился к нему и, потянув мужа за руки, заставил подняться, а затем, развернув к себе спиной, стянул с него покрывало. – Шваль! – звонкий хлопок пощечины, а за ним надсадный всхлип омеги. Дрожащий от холода и стыда, полностью обнаженный Натаниэль представлял собой жалкое зрелище. Покачиваясь на ватных ногах и прикрывая горящую щеку ладонью, он отступил назад, и, всего на секунду задержавшись взглядом на моем лице, одними губами прошептал: «Прости...» – без единого звука, а потом беспомощно осел на колени. Что-то больно кольнуло в груди. Ноги сами сделали несколько шагов навстречу к мужу. Не знаю почему, но мне захотелось выгнать всех из спальни, схватить Ната на руки и стереть его слезы поцелуями. – Пойдем скорее, – голос отца остановил мои произвольные передвижения. – Я больше видеть не хочу это лживое создание. Он весь ваш, господа! – бросив напоследок, Зак вышел из комнаты. Уже за дверью я услышал горькое рыдание и крик, вызванный, видимо, действиями лекарей. Не в силах выносить эти звуки я, как можно скорее, ушел оттуда. - Отец, ты почувствовал запах другого альфы? – спросил я, уже заваривая кофе на кухне. - Нейтрализатор, – устало ответил Зак. – Логан, он использовал нейтрализатор. Эта химическая дрянь так сильно воняет, что практически невозможно учуять естественный запах омеги. - Хм… Ловкий трюк, - разливая темную жижу по чашкам, резюмировал я. – А малыш оказался не так прост, как я думал. Сама невинность, а на деле – ловкий манипулятор. - Да, наверно, он узнал о твоей аллергии, хитрец! Думал интрижка его останется безнаказанной! - А метка? – вырвалось у меня. – Метку трудно не заметить! Зачем он позволил себе ее поставить? - Я не знаю, сын… но думаю, что дружок омеги оказался слишком страстным и пометил его случайно, или может, это было напоминание о любимом человеке, что-то вроде прощального подарка. Хочешь точно разобраться – спроси у мужа. - Нет уж! Говорить я с ним больше не буду! В прошлый наш разговор я его чуть не прибил, в следующий раз боюсь не сдержусь. - Как хочешь. В любом случае, Логан, скрыть метку не так уж и сложно, особенно в первую брачную ночь. Если бы свет не включили, или выпей ты хоть чуточку больше, то вообще мог ее не заметить, а на следующий день, проснувшись с похмелья, наверняка бы, подумал, что сам ее и поставил. Мы с отцом больше часа ждали, пока врачи проведут все тесты и возьмут у Натаниэля нужные им анализы. Уставший отец, не выдержав долгого ожидания, мирно уснул на диване в гостиной. А я все думал, что на меня сегодня нашло? В присутствии омеги я вел себя, мягко сказать, странно, так, словно во мне поселилось два разных человека, будто мои разум и тело вдруг отделились и стали жить отдельной жизнью. Чего только стоит моя сегодняшняя выходка во время церемонии. В здравом уме я бы никогда такого не устроил. А в спальне. Сейчас я даже вспомнить не могу, почему так нежничал с Натаниэлем и почему так разозлился, когда узнал о его предательстве, что готов был убить? За окном уже начинало светать, когда вышел врач. - Мы все проверили, господин Фостер! – деловым тоном начал эскулап. – Желаете услышать результаты? - Не томите, док! Мы и так вас ждали целых два часа! Услышав мой голос, Зак нехотя открыл глаза и тоже присоединился к нашему разговору. - Ну, что я могу вам сказать, - бета уткнулся в папку носом, - странный случай… очень странный. - Что здесь странного? – вырвалось у меня. – Просто скажите уже, сколько альф прошло через постель моего мужа, и покончим с этим. - Ни одного, хотя, кто-то все-таки попытался, но полового акта, как такового у них не было, это я точно могу вам сказать. Сперма не попала внутрь омеги, и, судя по состоянию половых путей вашего мужа, он так и остался девственником. - Что?! Девственником?! – я подскочил с места. – Вы все хорошо проверили, док? Может нужно сделать еще какие-то анализы? - Да девственником! Успокойтесь, господин! – врач гневно посмотрел на меня. – Ну, в любом случае на коже у него явно присутствует отличный от вашего запах альфы. И метка не совпадает с, имеющейся в базе данных, вашей зубной картой. На основании этого мы можем подтвердить факт измены и выписать документ, нужный для расторжения брака. - Погодите, я не могу понять, почему запах остался на коже? Чем они там занимались? - Запах такой силы на коже омеги остается только при попадании семени альфы. А почему оно там оказалось, я не знаю. Мы пытались разговорить омегу, но он не произнес ни единого слова. Врачеватели его пугают, это я заметил еще в нашу первую встречу, а сегодня из-за случившегося он был явно не в себе… Я все сказал, господин, если у вас больше нет вопросов, то давайте я поеду в клинику оформлять бумаги. Не волнуйтесь, мы быстро все сделаем, и уже утром они будут у вас на столе… - Не так быстро, док! – остановил я распинающегося врача. – Не нужно ничего оформлять! Скажите лучше, вы ведь в своем контракте подписывали пункт о неразглашении и ваш медбрат тоже? - Да, господин. Наша клиника работает только с состоятельными клиентами. Все сотрудники подбираются очень тщательно и в обязательном порядке при приеме на работу заключают очень строгий договор о неразглашении. - Хорошо. Тогда я хочу, чтобы вы забыли об этом инциденте. - Но, господин… - Я сказал, забудьте и точка. А моему мужу сделайте чистку, я не хочу слышать от него вонь другого альфы. И с меткой что-нибудь сделайте – видеть ее не желаю. - Метку вывести очень сложно. Ее можно разве что вырезать или выжечь лазером. И в любом случае на теле омеги останется шрам. А чистка ему вообще не нужна, я же говорил, сперма попала только на кожу, и запах через пару-тройку дней должен сам выветриться. Если мы ее сделаем, то может нарушиться гормональный фон омеги, и к его собственному прибавится резкий химический запах медикаментов, который периодически будет пробиваться наружу. - Мне все равно. Делайте с ним, что пожелаете, лишь бы метки не стало, и не давайте Натаниэлю наркоз – пусть прочувствует весь процесс на себе… - Но, господин, это очень болезненная процедура! Мальчишка не выдержит… - Делайте, что говорю! Вы можете его забирать, и пожалуйста, не привозите мужа до тех пор, пока полностью не избавитесь от метки и запаха. Через минуту медбрат вывел закутанного в белый халат Натаниэля и силой потащил его в машину скорой помощи. Натаниэль. - Выходи, омега! Сколько ты еще собираешься здесь сидеть? – небрежно открывая дверцу, подгонял сопровождающий. – У меня в клинике и так дел по горло, я не могу весь день возиться с тобой? - А вы уверенны, что привезли меня по нужному адресу? – не веря глазам, я переспросил у медбрата. - Не морочь мне голову и выходи! Ты что дом родной не узнаешь? Давай быстрей, а то сейчас ливень начнется! – не дождавшись, пока я сам выйду, бета за руку выволок меня из машины. – Ну вот, видишь, тебя уже слуга вышел встречать. Ну же, иди к нему! На пороге возникла черная фигура старого камердинера. Альфа накинул капюшон, раскрыл зонт и быстрым шагом приблизился к нам. - Добрый день! – в один миг большой черный зонт навис у меня над головой, не позволяя мелким каплям и дальше мочить мои волосы и лицо. - Добрый. Натаниэль Фостер, – парень протянул Чарльзу немного размытый листок бумаги и ручку. – В целости и сохранности! Примите и распишитесь, а я должен бежать. – Медбрат, будто посылку, вручил меня слуге и поспешил обратно к машине. - Господин, да вы на ногах не стоите! Давайте я вам помогу! – альфа взял меня под руку. – Вам плохо? Пойдемте в дом, господин, скорее. Здесь холодно и вы, наверное, очень устали. Ваш муж уже ждет вас. Камердинер провел меня в комнату, в которой я жил до свадьбы. Не успел я сгрузить сумку с вещами в шкаф, как за дверью послышались чьи-то шаги и голоса. Один из них точно принадлежал Логану, а два других – Чарльзу и Гэйлу. - Да, он уже вернулся… Бледный, как стена! – хрипло, с придыханием докладывал камердинер. - Отдайте ключ! – крик мужа и щелчок дверного замка. - Что вы делаете, господин?! – растерянно негодовали слуги. – Вы не поговорите с мальчиком?! - Омега под домашним арестом! И не удивляйтесь вы так, не надо! Я знаю, отец вас предупреждал! – голос Логана даже сквозь наглухо запертую дверь звучал так, будто все это он говорит мне прямо в лицо. – Нат вел себя неподобающе, и я решил его наказать. Пусть посидит взаперти, подумает, пока в полной мере не осознает свою вину. А вам я запрещаю навещать его в мое отсутствие! Гэйл, тебя это в первую очередь касается. Ты слишком мягкосердечен, поэтому предупреждаю в первый и последний раз: подойдешь к двери омеги – и можешь сразу идти искать другое место работы. Ну все, хватит здесь толпиться! Убирайтесь!