Любовь, потерянная среди цветов

Логан Фостер - Тише-тише, мой хороший, - успокаивал я только что очнувшегося омегу, нервно перебирая пальцами его спутанные волосы. – Потерпи немножко. Скоро мы будем в больнице, там тебе помогут… - В больнице?! – Нат резко вскочил, силясь принять вертикальное положение. – Не поеду я ни в какую больницу! Со мной уже все хорошо! Голова его закружилась, и он обеими руками судорожно вцепился в сиденье. - Ну, что ты делаешь? Не вставай! – я попытался разогнуть побелевшие от напряжения пальчики омеги и снова уложить его себе на колени. – Ты в обморок свалился на улице, пусть врачи тебя осмотрят, пусть скажут, что с тобой случилось. - Нет! Не надо, Логан! Давай вернемся домой, пожалуйста, - просил он, глядя на меня глазами полными от слез. – Я, правда, уже в порядке. Все равно мне весь день было плохо. - Весь день? Тогда зачем ты поехал на прием? Почему ничего не сказал, почему терпел так долго? – спросил я и сам поразился тупости своего вопроса. Он же меня до смерти боится, а после вчерашнего так вообще… Нат не ответил, а только сморгнул слезы и они тонкими струйками потекли по щекам, а потом он снова начал просить меня вернуться домой. И я не выдержал, попросил водителя развернуть машину. После оставив мужа на попечение Гэйла – лучшей сиделки и няньки, которую только можно найти, я вернулся в свою городскую квартиру, твердо решив видеться с ним, как можно реже. Натаниэль. Месяц спустя. Сегодня, сидя за большим обеденным столом, в кругу родных, впервые собравшихся вместе после свадьбы, я нервничал так же сильно, как и в первый день моего пребывания в доме мужа. Отец за месяц, что я его не видел, заметно отек и стал выглядеть каким-то помятым, и это несмотря на дизайнерский костюм, шикарные туфли и часы, надетый на нем. Видно пить альфа стал еще больше. А я все надеялся, что решив свои финансовые проблемы, Грэг успокоится, перестанет заглядывать в бутылку, и больше не будет причинять вред своей семье. Но увидев бледного Энтони, искусно скрывающего за толстым слоем макияжа синяк под глазом, я понял, что стало все только хуже. Эрон показался мне заметно исхудавшим, измотанным и нервным. Я слышал, сейчас он практически в одиночку заведует семейным делом – тяжкая участь для такого молодого парня. От отца в теперешнем его состоянии помощи брату никакой, еще и с ежедневными пьяными выходками приходится разбираться. «Наверно, трудно ему приходится», - подумал я, глядя на серые тени, залегшие под глазами альфы. И только Эрику богатство явно пошло на пользу. Брат был сногсшибательным. Сегодня Логан, увидев его, дар речи потерял, и даже сейчас при Ральфе муж продолжает бессовестно пялиться на омегу. - Ну же, не томите, - начал дед. – Говорите уже, зачем вы нас собрали! Родственники любопытно поглядывали в мою сторону, и только Филипп улыбался в предвкушении, уже точно зная, о чем пойдет речь. - Давай, Нат, скажи им, - сидящий рядом, омега легонько сжал мою руку. Я встал, и все присутствующие одновременно прикипели ко мне взглядами. - У… у меня есть новость… - запинаясь, тихо молвил я, а потом неосознанно посмотрел на мужа, на подсознательном уровне ища у него поддержки. - Громче, милый! Тебя почти не слышно! – альфа погладил меня по спине. - У меня есть новость! – повторил я, и голос мой почти не дрожал. – У меня… У нас… будет ребенок. - Ну, разве это не чудесно! – вскочил Филипп, не в силах больше молчать. Логан же смотрел на меня удивленно, а потом, придя в себя, задушил в объятьях. Ральф – этот железный альфа – не смог сдержать слез радости и несколько минут рыдал, как дитя. Все остальные шумно радовались и поздравляли нас с Логаном. Когда суматоха немного утихла, Эрик с присущим ему напускным добродушием стал распинаться перед гостями, как счастлив он за нас, с каким трепетом он ждет появления маленького племянника и как сильно хочет мне помочь. Он мой старший брат и просто обязан быть рядом в такое непростой период беременности. И Логан, разумеется, позволил ему приходить к нам в любое время. А потом начался мой личный ад. Эрик стал захаживать к нам каждый день. Являлся он под вечер перед самым приходом мужа с работы или с раннего утра по выходным, жалуясь на свою загруженность в университете и на то, как трудно простому омеге учиться среди одних только альф. При этом выглядел он так, будто не беременному брату пришел помогать, а на светский прием собрался. Надушенный своими фирменными духами, от которых у меня еще до беременности дыхание перехватывало, брат по-свойски расхаживал по всему дому. Не знаю, что он делал, когда меня не было рядом – душился ими сам или специально разбрызгивал эту гадость повсюду, но через неделю его визитов сладкая вонь наполнила каждое помещение в особняке. А один вид брата стал вызывать у меня тошноту. Логан, за прошлый месяц почти не попадавшийся мне на глаза, напротив, стал исправно приходить домой. Он всегда из вежливости и без особого интереса справлялся о моем самочувствии и сразу же после ужина отправлял меня отдыхать, а сам тем временем засиживался допоздна с Эриком. Вместе они за чашечкой кофе или даже за бокалом хорошего вина о чем-то долго болтали, весело смеялись. Дальше разговоров парочка, конечно же, не заходила, но для меня невыносимой мукой была одна только мысль, что они сейчас там наедине… любуются закатом на веранде или смотрят кино в гостиной. Муж пожирает омегу взглядом, такого высокого и красивого, такого желанного, не то, что я. Руки их случайно соприкасаются, и альфа, чувствуя холод собеседника, накидывает ему на плечи свой пиджак. Медленно, глядя омеге в глаза, убирает непослушную белую прядку за ушко, а после притягивает его к себе и впивается в губы поцелуем. - Прекрати, проклятое воображение! – я отчаянно замотал головой, прогоняя мучительные образы. И так каждую ночь представляю их вместе, а сам не в силах что-то изменить, заливаюсь слезами. Иногда мне кажется, что я схожу с ума. В дверь позвонили. Наверно, снова Эрик. Легок на помине! Что-то он рано сегодня. Я мысленно приготовился к встрече с братом, но к моему большому удивлению дверь распахнулась, и в комнату вошел Энтони. - Ты дома! – ласково улыбнулся светловолосый омега. – Прости, что без предупреждения, я здесь случайно оказался. Рон приехал в столицу по делам и взял меня с собой. Ну, а ты тут как, мой мальчик? Такой простой вопрос вызвал у меня истерику. Врать этому проницательному омеге я никогда не умел. - Не плачь, малыш, о ребенке подумай, тебе же сейчас волноваться нельзя, – Тони усадил меня на диван и принес воды. – Вот, выпей и успокойся! – он насильно впихнул мне в руку стакан и заставил сделать несколько глотков. – Что лучше стало? А теперь рассказывай, что случилось? - Я не могу, он же Ваш сын, - замямлил я. - Все равно рассказывай! Ты тоже мой сын, и я хочу знать, что с тобой творится. - Эрик… он ничего не делает, но Вы… Вы понимаете, он приходит к нам каждый день, а Логан… Логану я никогда не нравился, не то что Рик… Хотя, зачем я все это Вам говорю! Забудьте, у меня все в порядке! - Подожди, ты ревнуешь своего мужа к Эрику? – омега удивленно посмотрел на меня. – И что есть повод? Я в растерянности пожал плечами. - Он скоро придет. Вы сами все увидите. Минут через сорок в гости, правда, пришел Эрик, во всем параде и с чемоданом в руках, а за ним сразу же вернулся и Логан. Как оказалось, альфа заезжал за братом в общежитие. Присутствие родителя не мешало им, как обычно, нежничать друг с другом. - Эрик! – деловым тоном, будто вернувшись со школьного собрания, заговорил Тони. – Я приехал сюда по делу, думал заехать к тебе, но Нат сказал, что ты сегодня и так придешь, так что слушай меня внимательно. Если я не ошибаюсь, у тебя со следующей недели начинаются каникулы? - Ага! Здорово, правда! Логан, то есть господин Фостер, любезно разрешил мне летом пожить у них в доме. Тут до пляжа рукой подать. Мы с Натом будем каждый день купаться, гулять. - Прости, но боюсь твоим планам не суждено осуществиться, - печально заявил омега. - Почему? – почти в один голос выкрикнули Логан и Рик. - Отец по тебе очень соскучился. Он хочет, чтобы ты на каникулы приехал домой. - А Нат, как он без меня? – Эрик, как за последнюю соломинку, ухватился за мое имя. - С твоим братом все будет хорошо. У него есть муж, который о нем позаботится. А у нас нет времени на споры. Рон скоро заедет, мы погрузим твои вещи, они, как я вижу, все при тебе, и поедем домой. - Папочка, пожалуйста, можно я еще немного побуду в столице, у меня здесь дела остались! – начал ныть омега. - Отец сейчас не в духе, и лучше тебе не злить его еще больше, - пригрозил ему Энтони. – Или ты уже забыл, кто оплачивает твои расходы на жизнь и обучение. Эрик нехотя согласился с родителем, спешно попрощался со мной, а после до самого прибытия Рона крутился возле Логана, заверяя альфу, что навестит отца и сразу же вернется обратно и, как и обещал, оставшуюся часть лета будет заботиться обо мне. Нельзя плохо говорить о брате, но после его отъезда я вздохнул спокойно. Потребовалась целая неделя долгих проветриваний, чтобы запах Рика окончательно выветрился из нашего дома. Муж снова стал днями и ночами пропадать на работе или еще где-то. Но я не унывал. Пусть делает что хочет – работает сутки напролет, развлекается с доступными омегами, я все выдержу, лишь бы он был подальше от Эрика. Логан Фостер Жаль, что Эрик уехал. Мне, правда, нравилось общество этого парня. Особенно его редкая для юга красота, веселый нрав, его раскованность. Хотя последнее меня настораживало, слишком уж наглым, как для омеги из порядочной семьи, он был. Время, проведенное с Риком, наполненное легким флиртом, незатейливыми беседами и развлечениями, напомнило мне мои давно канувшие в Лету студенческие годы. Годы, не обремененные грузом ответственности и вины за бизнес, за семью… годы, когда все давалось легко. Он уехал, и я снова почувствовал, как старые проблемы тяжкой ношей давят на мои плечи. Единственное спасение – работа… работа до упада, чтобы не осталось времени на раздумья, на жалость к себе такому несчастному. И я снова с головой окунулся в нее, не покладая рук трудился днями и ночами неделями напролет, оставляя лишь короткие перерывы для перекусов и сна. Домой я почти не приходил, за что регулярно получал выговоры от папы, от деда и даже от отца. Недели через три оправдываться делами и дальше игнорировать беременного супруга стало подозрительно, поэтому на выходные я решил приехать домой, порадовать родных, уделить супругу толику своего драгоценного времени. Солнце уже садилось, и город, уставший от небывалой жары, наслаждался долгожданной прохладой. Я, не дожидаясь слуг, сам открыл входную дверь, и устало поплелся в гостиную, мечтая об освежающем душе, домашнем ужине и нескольких часах полноценного сна. Странная картина заставила меня остановиться. На диване, со всех сторон обложившись толстыми фолиантами, да так, что за ними его почти не было видно, лежал Натаниэль. Он воодушевленно декламировал понравившиеся ему тексты, почти не глядя в первоисточник, периодически останавливаясь, чтобы объяснить трудные для понимания моменты кому-то невидимому и, скорее всего, живущему у него в животе, так как он все время нежно поглаживал этот самый живот рукой. Книги в руках у мужа были не детскими сказками, любовными романами или еще какой-нибудь другой чепухой, а серьезными научными работами, вышедшими в печать в ограниченном количестве. И многие из них даже мне казались довольно нудными, а для юного омеги так вообще должны быть чем-то вроде снотворного. Но ему они явно нравились. Нат с упоением смаковал каждую прочитанную строчку, а когда дошел до описания одной из далеких стран, то резко остановился. - Знаешь, малыш! – заговорил он ласковым голосом. – Папа твой никогда и нигде не был, но ты, я уверен, увидишь все великолепие этого огромного мира, другие, так сильно отличающиеся от нашей, страны, города, каждый его укромный уголок. Перед тобой открыто так много дорог, что я немножко завидую. И даже родись ты омегой, в этой семье ты не будешь пустым местом. Мальчик мой, тебя будут любить так много людей! Ну, разве это не счастье? - Мир не такой и большой, как ты думаешь! – перебил я мужа. – И когда наш сын подрастет, то мы вместе покажем ему все лучшее, что есть на этом свете. Омега от неожиданности вскочил с дивана. Книги с глухим стуком попадали на пол. - Прости, я взял их без спроса, - Нат суетливо стал собирать литературу. – Я все уберу… сейчас же уберу, положу все на место и пойду в свою комнату. - Не убегай, Натаниэль! – я подошел к нему поближе. – Почему ты всегда убегаешь? Это твой дом, и ты можешь ходить здесь, где хочешь, брать все, что захочешь, не спрашивая ни у кого разрешения и не перед кем не извиняясь. И оставь ты уже эти книги в покое, - я отобрал у омеги два довольно увесистых тома. Тебе нельзя таскать тяжести. Пойдем лучше поужинаем вместе. Ты же составишь своему мужу компанию? А после мы вместе почитаем нашему сыну. - Пойдем, - омега согласился, но смотрел на меня подозрительно, будто искал подвох в словах. - Вот и отлично! Ты даже и не представляешь, как я голоден! – я приобнял его за плечи, уводя в сторону кухни. Сегодня от мужа пахло так восхитительно вкусно, что мне не хотелось его от себя отпускать. – Новые духи? – поинтересовался я. – Жаль, их почти не слышно, но мне нравятся. Странно, могу поклясться, что за ужином, несмотря на аллергию, я чувствовал вкус еды. Наверное, за неделю я совсем изголодался по домашней еде. Со своей порцией я быстро расправился, а потом мне с ложечки пришлось кормить Натаниэля. Раньше я не обращал внимания, но омега ел очень мало, особенно, для беременного. Его реакция на мою помощь – это вообще нечто. Омега краснел и уклонялся, несколько раз пытался отобрать у меня вилку, а потом все-таки смирился и доел все до последнего кусочка. А вечером я, как и обещал, пришел к Натаниэлю, предварительно прихватив из библиотеки парочку своих любимых книг. Громко постучал в дверь, но муж этого не услышал. Он сушил только что вымытые волосы феном. Смешная пижама с мультяшными героями, первой бросившаяся в глаза, вызвала у меня смех. - Натаниэль! – омега не замечал меня. Я приблизился и коснулся его плеча рукой. – Натаниэль! Муж повернулся и, увидев меня, чуть не уронил весь свой парикмахерский инструмент на пол. Испуганный он не знал, куда ему деваться. - Нат, успокойся! Я пришел с миром! Помнишь, - я показал ему принесенные книги, - мы хотели почитать их малышу? - Прости, - он убрал фен и расчески в шкаф. – Я думал ты не придешь. - Ну, я же обещал, а я свое слово держу. Пойдем уже скорей. Я разлегся, а омега лишь легонько присел на кровать. - Так не пойдет! – возмутился я. – Тебе же неудобно будет. - Ничего. - Ближе ложись, не укушу! – говорил я, притягивая омегу к себе. – Что это? – блаженствовал я, вдыхая запах его только что вымытых волос. – Что за шампунь ты сегодня использовал? - Обычный шампунь. Я давно им пользуюсь. Тебе не нравится? - Напротив, очень вкусно, – я снова уткнулся носом в его мягкие локоны. – Жаль аллергия не дает мне в полной мере насладиться тобой. Ну все, хватит болтать! – я чмокнул Ната в макушку. – Давай, лучше почитаем. Малыш, ты у нас любишь историю? – легонько поглаживая еще совсем плоский живот Ната, заговорил я уже с своим сыном. – Специально для тебя принес: рыцари и короли, отвага, доблесть и честь, сражения на мечах и, конечно же, много прекрасных омег. - Логан, постой, а вдруг у нас будет омега! - Ему эта книга тоже понравится. Она же о любви. - О любви? – Нат обильно покраснел. - Да о безумной, всепоглощающей любви, которой не властны ни обстоятельства, ни время, - шептал я с придыханием, уже глядя омеге в глаза. А запах его, тем временем, дурманил и завораживал, сводил меня с ума. И я, всецело поддавшись моменту, прикоснулся губами к его губам, нежно и без насилия вовлекая его в поцелуй…