Вначале было...

Пронизывающий ветер крупинками льда забирался под воротник, доставал до сердца, наметая там приличного размера сугробы, но Королева не торопилась укрыться в башне. Новость о ребенке вызвала смешанные чувства: тоску по детскому смеху в мрачном замке, из которого ничто уже, кажется, не изгонит въевшейся в камни черноты, и разочарование, что счастье материнства в этот раз опять принадлежит не ей. Белоснежка светилась, и Реджина дорого бы отдала, чтобы пережить подобное или хотя бы находиться рядом с новорожденным в момент его появления. Ей было это нужно, особенно сейчас, когда Генри утерян без шанса все вернуть. Но Чарминги не позволят ей приблизиться – в лучшем случае, а в худшем – заточат в собственном подземелье, едва с Бастиндой будет покончено, и от этой мысли становилось грустно. Сколько можно поминать старое? Реджина сделала все и даже больше, чтобы войти в пестрящую сумасшедшими родственниками семью, но за каждым шагом навстречу следовали три шага прочь, а, между тем, Дэвид с Мэри-Маргарет и представления не имели, как растить ребенка. Женщина фыркнула: самовлюбленные глупцы! Дай им волю – откроют ворота и впустят сирых и убогих со всего Зачарованного Леса, а сами будут спать на полу. Их счастье, что есть Реджина, охраняющая крепость. Но положа руку на сердце – или на то, что от него осталось, - за это надо сказать спасибо разбойникам, к которым присоединились и добровольцы из народа. Белоснежка сумела уговорить крестьян защищать ненавистный ранее замок, что Реджину одновременно и удивляло, и злило. Она не любила делиться своим, будь то дрова в камине или мешок зерна из королевского хранилища. - Ваше Величество когда-нибудь спит? – от прыжка вниз женщину удержали исключительно высота и нежелание ломать кости. Лучше уж сломать их тому, чей голос следовал за Ее Величеством по пятам. - Гуд! – сжимая кулаки, она шагнула к Робину, подпиравшему тренированными плечами лучника арочный проход. Они находились в галерее над виадуком, и стоило Реджине отлепиться от колонны, как ветер швырнул ей в лицо горсть колючих льдинок, вынудив отступить и заскрежетать зубами – даже природа, и та против нее! - Прежде, чем Вы меня проклянете, хочу заметить, что за этим участком нынешним вечером слежу я. Но, несомненно, миледи знала об этом и специально решила навестить бедного разбойника, - Королева готова была поклясться, что Робин улыбается. Метнув взгляд ему за спину, она заметила толстое одеяло снега, смягчившее и без того неслышную поступь мужчины при приближении. - Не обольщайся. Знала бы, что ты будешь здесь, взяла бы пару зелий. Одно из них – на вечную немоту, - Реджина уже собралась уйти, когда в галерее напротив закачался крошечный огонек. Пауза – круг, еще пауза – два резких движения из стороны в сторону, после чего сигналивший исчез. - Роланд! – забыв про пикировку с Ее Величеством, Робин побежал к лестнице, и, радуясь про себя, что его сапоги оставляют следы на снегу, Реджина бросилась следом. Что-то сработало само собой, как молния пронеслась мысль об опасности над ребенком, и брюнетка забыла, что, в общем-то, может перенестись в нужное место, а не утрамбовывать сугробы изящными башмачками. Запыхавшись от быстрого бега, она подоспела к моменту, когда стрелок с напряженным лицом дослушивал ответ постового. - Что случилось? - Мой сын пропал, - отрывисто бросил Робин. - Я оставил его с Маленьким Джоном, их обоих нет… - В каком крыле замка они были? - В северном. Спальня на четвертом этаже в правом коридоре от холла. Кивнув, Реджина взмахнула руками, перемещаясь вместе с Гудом в указанную комнату. На полу в беспорядке лежали деревянные звери и тряпичные куклы с грубо намалеванными лицами поверх холстины, которые скорее испугали бы пятилетнюю кроху, чем вызвали желание поиграть. Но и в них ощущалась любовь того, кто стремился подарить ребенку радость, старательно мастеря по выменянным на торговых рядах выкройкам. У Генри были лучшие игрушки в городе, да вот только любовь не купишь уловками и обманами – это Королева хорошо усвоила. В то же мгновение дверь распахнулась, и на пороге появился бородатый гигант. - Ты его нашел, Джон? – «Маленький… Я могла бы догадаться», - смерила его долгим взглядом Реджина, пока Локсли уточнял детали. - Нет, - огорченно развел руками бородач, - мы обыскали все, знаем только, что он не покидал замка. - Вы не уследили за ребенком в одной комнате, где уж вам ручаться за остальные, - Джон с неприязнью посмотрел на едва достававшую ему до середины груди Реджину, но промолчал, ограничившись красноречивым взглядом в сторону Робина. – Есть у вас вещь мальчика, которую он недавно носил? - Да, - Гуд выудил из сундука в углу потертую рубашку, и женщина невольно подумала, как тяжело растить сына без матери. – А для чего она Вам? Вместо ответа она сделала жест, похожий на захват в горсть чего-то сыпучего, и вещь, поднявшись в воздух, поплыла к двери. - Чары поиска. Если Роланд в замке, магия найдет его, - не дожидаясь озадаченного отца, Королева обошла Джона и скрылась в темноте. - Не связывался бы ты с ней, Робин. Это же Злая Королева, от нее добра не жди. - Она уже спасла моего сына однажды. И у нас есть варианты? – разбойник выскользнул из комнаты за Реджиной, прихватывая попутно факел со стены. - Почему ты не сказал, что на самом деле граф? – чуть светясь, рубашка миновала поворот и полетела мимо портретов предыдущих владельцев замка, которые с глаз долой перевесили подальше после смерти короля. - А это важно? Я уже давно им себя не считаю, все титулы остались в прошлом, - мужчина помолчал. – Простите за тот инцидент во дворе. Мне не следовало… - он запнулся, не зная, как лучше продолжить, не разозлив спутницу. – Спасибо, что помогаете, - добавил Робин в конце концов. - Не за что, - Реджина внезапно остановилась, вгляделась в темноту. – Дайте факел. Стрелок вложил в протянутую руку требуемый предмет, и Королева осветила тонкую голубую линию, что тянулась по периметру здания – дополнительная магическая защита на каждом этаже. В коридоре, который брал начало от последней картины, линия обрывалась, и значить это могло только одно. - Бастинда в замке. На лицо Реджины набежала тень, а Локсли сдавленно охнул: - Роланд… Напитанная волшебством одежда звала вперед, и оба поспешили за ней, строя предположения одно хуже другого, но так и не решаясь их озвучить. Зеленокожая ведьма за короткие период знакомства проявила себя, как нельзя лучше, и для ее извращенной фантазии убить или изувечить ребенка ничего не стоило. Она скорее устроила бы показательную расправу – во всяком случае, размышляя, как сестра, Реджина пришла именно к такому выводу – а значит, время еще есть. Рубашка исчезла в люке, ведущем на площадку, где не так давно едва не уснула вечным сном мадам мэр. Не тратя драгоценных минут на ступеньки, брюнетка перенесла Гуда и себя заодно к тому, что раньше называлось фонтаном, но из-за снега невозможно было определить, там ли Роланд. Зима уже порядком достала Реджину, и она вскинула руки к небу, прекращая снегопад. Дело энергетически затратное, однако того стоило: тучи поднялись, забирая с собой клочки вьюжной ваты, и стало возможным рассмотреть каменный помост с сиротливо сидящей на нем плюшевой обезьянкой - подарком Злой Королевы – в окружении зеленоватых язычков пламени. Робин собрался взять игрушку, но женщина остановила его, послав небольшое заклятье на проверку и не зря: соприкосновение обеих магий разорвало обезьянку, и в лучника с Ее Величеством полетели железные шипы. Уничтожив их в воздухе, Реджина повернулась к Локсли: - Ваш сын у Бастинды. Мне очень жаль.