Теневая игра

В детстве Рэй частенько прятался в пышных кронах деревьев Весеннего садика. Там, в вышине, среди зеленой листвы, он становился самым настоящим невидимкой. Потом у него появилась Башня, и старая привычка забылась, но... «Навык-то должен был остаться», — с некоторым сомнением пробормотал Рэй, глядя наверх, где среди уже почти облетевших веток болталась светлая сумка. Идея уже не казалась такой блестящей. Но если он сейчас как ни в чем ни бывало развернется и уйдет — как будет выглядеть в глазах тех, кто сейчас с любопытством наблюдает из окон класса? Да и не только одноклассники — самому же потом в зеркало смотреться тошно будет. Не оставляя себе времени на сомнения, Рэй решительно подошел к дереву и, подпрыгнув, уцепился за первую ветку. Забраться на нее оказалось даже легче, чем он думал, да и дальше дело пошло довольно быстро. Дерево было раскидистым и крепким, да и сильного ветра не наблюдалось. Заветная цель становилась все ближе, когда снизу кто-то окликнул его. «Кевин?» Парень опустил голову и рефлекторно крепче схватил ветку, за которую держался. Когда он успел забраться так высоко? «Второй этаж… Даже чуток выше», — как-то отстраненно подумал он. Понятно, почему у Кевина такой встревоженный вид — да и группка одноклассников, столпившихся там же, под деревом, уже не выглядит довольной. Небось те, кто портфель и выкинул, теперь дергаются. Только вот за него или за свою драгоценную репутацию? «Если упаду — всю жизнь буду являться им в кошмарах, пока чувство вины не поглотит их»,— мрачно подумал Рэй, и почему-то мысль эта его приободрила. Тряхнув головой, он осторожно поднялся еще выше и вытянул руку. Пальцы рассекали воздух в полуметре от заветной цели. Как назло, сумка повисла вдали от ствола, там, где ветка становилась тоньше. Какой-то шаг, не больше… Парень бросил еще один осторожный взгляд вниз. Сквозь ветви ясно виднелась негостеприимная голая земля и люди — определенно, их стало больше. Где-то сбоку мелькнуло бледное лицо учителя, и Рэй обреченно вздохнул, вновь отворачиваясь к своей цели. Наверняка ему попадет. Так еще и спуститься, так и не добившись своего? Вот еще! Медленно, осторожно… Затаив дыхание, парень сделал полшага вперед и потянулся к светлому предмету, одной рукой едва придерживаясь за верхнюю ветку. Замерзшие, поцарапанные пальцы коснулись поверхности сумки, аккуратно потянули на себя, высвобождая ее из цепких ветвей. Рука уже почти сомкнулась вокруг ремня, когда внизу раздался подозрительный треск, и земля начала уходить из-под ног. *** — Давай просто позовем кого-нибудь! — Ты же знаешь, что все заняты. Я сам достану, говорю же! — Но… — Все будет нормально, вот увидишь. Ветер разносит звонкие мальчишечьи голоса по саду и ерошит кроны деревьев. В ветвях одного из них виднеется яркое пятно — воздушный змей, из-за которого и идет спор. Кевин недовольно хмурится, все еще держа за рукав Марка, который уже явно мыслями там, на дереве. Его тревожат высота, ветер и лихорадочный блеск в серебристых глазах друга. Хотя он уже знает, что останавливать Марка бесполезно. Тонкая ткань выскальзывает у него из руки, и вот Марк уже балансирует высоко над головой, цепляясь за подвижные от ветра тонкие ветки. Его светлая рубашка скользит между зеленой кроной светлым пятном, и каждый раз, когда листва её заслоняет, у Кевина сжимается сердце. «Вот ведь идиот», — одними губами шепчет мальчик, щурясь от солнца и нервно теребя край футболки. Идея запустить воздушного змея уже не кажется ему такой уж блестящей… *** В повисшей вокруг тишине раздался треск, и среди собравшихся под деревом пронесся тревожный вздох. Впрочем, сейчас Кевин не замечал никого вокруг — все его внимание было приковано к невысокой фигуре, балансирующей в вышине, среди голых ветвей. Медленно, словно в замедленной съемке, ветка под ногами Рэя начала прогибаться, не выдерживая его веса. Тот пошатнулся, с трудом удерживая равновесие, схватился за ветви выше и резко отпрыгнул назад. На короткое мгновение он почти повис над землей. Затем осторожно нашарил ногами то, что осталось от предательской ветки, и, опершись о ствол, замер, переводя дыхание. Кевин облегченно вздохнул, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. Рэй тем временем начал торопливо спускаться, все так же сжимая в руках ремень злосчастной сумки, — он не выпустил ее, даже когда едва не упал. Поразительное упорство… Что-то давнее, полузабытое шевельнулось в сознании. «Я же говорил, что все будет хорошо! Я его таки достал», — радостно улыбнулся Марк, чуть морщась от боли в разбитой коленке, — уже на спуске он все же оступился. Ярко-красный змей весело трепетал в его руках — правда, Кевина это совсем не радовало. «Дурак…» — чуть слышно прошептал он, низко опустив голову. Руки слегка подрагивали, а сердце испуганно колотилось в груди — и несмотря на то, что все уже было позади, пугающие картины все лезли в голову. — Похож… — тихо, про себя, произнес Кевин, изумленно глядя вверх. Рэй настойчиво напоминал ему кого-то с первой же их встречи, — но как же он сразу не понял, кого? Те же сложные, словно горный хрусталь, серые глаза. Светлее, чем у Марка, и цвет чище, без примеси голубого, но горят теми же упорными огнями, что он сотни раз видел в глазах лучшего друга. — Что тот, что этот, — невесело пробормотал Кевин, вздрагивая, когда Рэй перепрыгнул на очередную ветку, становясь еще на полметра ближе к земле. *** Раньше после уроков Карин всегда ждали подруги. Или она ждала их — как получится. И уже потом они веселой компанией шли к жилому корпусу. А в хорошую погоду еще и гуляли в парке, несмотря на висящее грузом за плечами домашнее задание. Да и с ним общими усилиями управлялись довольно быстро. Ведь вместе и самая неприятная работа проходит легко и весело. Тогда эта дружба, эти улыбки казались такими искренними. Теперь же… Карин торопливо вскочила с места, едва прозвенел звонок, и привычным движением забросила вещи в сумку, тут же порываясь уйти. Задерживаться в классе дольше необходимого она не собиралась, прекрасно зная, чем это теперь для нее обернется. Хотя… Девочка бросила короткий взгляд на шушукающихся у парты бывших друзей. Она уже даже перестала обижаться. Ведь одна из них даже извинилась перед ней, хотя и попросила никому не рассказывать. «Дело не в тебе, просто… Просто так получилось, понимаешь? Все уже не будет как раньше, и раз так…» — эхом отдались в голове сказанные тогда слова. Она понимала. Все понимала, но… Уже собравшись уходить, Карин заметила упавшую с парты бумажку и торопливо подняла ее. Выпрямившись, она еще успела заметить, как Энни — одна из ее бывших закадычных подруг, —внимательно смотрит на нее. Поймав ответный взгляд, та что-то неслышно прошептала одними губами. Нахмурившись, Карин сделала было шаг к ней, собираясь переспросить, но вовремя вспомнила о том, что задерживаться здесь не стоит. Больше не оборачиваясь, она стремительно вылетела из класса. Несмотря на заминку, никто не попытался ее остановить, и Карин сочла это хорошим знаком. Может, все ещё может вернуться на круги своя? Уже в коридоре она вновь обратила внимание на лист бумаги, который все еще сжимала в руках. «Надо поговорить. Встретимся в субботу после занятий на внутреннем дворе. Энни» — гласила записка. Карин радостно улыбнулась воспоминаниям и мягко коснулась подписи. Вот что значил тот взгляд… Энни всегда была тихой, мягкой, но очень дружелюбной, и они отлично ладили еще совсем недавно. Даже разговаривали перед церемонией раздачи… Может, этот разговор станет началом чего-то нового? И карта у нее, кажется, небольшая… Все еще улыбаясь, Карин поспешила дальше по коридору, бережно сжимая листочек бумаги. Поглощенная собственными мыслями и новой надеждой, она не заметила острого, пронзительного и злорадного взгляда, провожающего ее из дверей класса… *** Шин солнечно улыбнулся брату, всем своим видом показывая, что он не при делах и вообще тут оказался случайно. Гораздо больший интерес у него вызвал спутник близнеца, стоящий чуть позади него по правое плечо и смотрящий на Шина с Джейком с капелькой любопытства. — Я спросил: что тут происходит, Шин? — В голосе Дерека проскользнула сталь, а взгляд зеленых глаз метнулся к Найту, потирающему запястье, но сам он оставался на месте, даже не делая никаких попыток броситься на обидчика брата. Что уже было довольно необычным. — Ничего, — ответил Шин, пожимая плечами. — Мы просто столкнулись с Джейком на дороге. Правда, Найт? Обладатель "дамы" кивнул, бросая настороженный взгляд на Дерека. Одно неверное движение или слово — и Эшфорд взбесится еще сильнее, чем в классе. И тогда драки не избежать, а идти «на ковер» к директору школы в самом начале года Джейку как-то совсем не улыбалось, как и ходить потом с синяками по всему телу. Уж каков удар у Дерека, он знал не только от бывших выпускников Эрдинга, но и ощутил на собственной шкуре два года назад. — Ладно, будем считать, что я вам поверил, — произнес наконец старший из близнецов, сменив гнев на милость, и мягко улыбнулся Шину. — Не хочешь присоединиться к нам с Тайлером и сыграть в бильярд в комнате отдыха? Шин утвердительно кивнул, и Дерек, обняв его рукой за плечи, увел в сторону корпуса общежития, болтая с Тайлером и утверждая, что он его сделает в первой же партии. На Джейка никто из близнецов даже не обратил внимания, оставляя «даму» позади себя так и стоять возле злополучного дерева, в которое его до того буквально впечатал Шин. Лишь этот чертов психолог бросил на Найта хитрый взгляд, на секунду обернувшись назад, а затем вновь повернулся к Дереку и улыбнулся ему. Когда фигуры троих парней скрылись из виду, Найт ударил по стволу кулаком, выплескивая раздражение. Нет, он совершенно не хотел причинять Эшфорду-младшему вреда, ему просто нравилось наблюдать, как этот мальчишка пытается изо всех сил не показывать, что ему обидно, неприятно или больно. А тут оказалось, что Шин не так прост, как всем кажется на первый взгляд. И даже он может дать отпор в нужную минуту. Вопрос только в том, почему Шин отпустил его сразу же, как заслышал шаги? Неужели не хочет показать себя в истинном обличии, тем более перед братом? Хотя… какое Джейку дело до младшего из близнецов? Его больше волновал Дерек. Вот уж кто был интересен «королю», начиная еще со средней школы. Дерек притягивал взгляд своей холодностью и расчетливостью. Казалось, его ничего не может сломить, и как же Джейку хотелось проверить это, порвать эту маску ледяного спокойствия! Поэтому, когда Эшфорд стал «пустышкой», Найт даже не стал скрывать радости. Наконец он сможет узнать одноклассника намного лучше, проверить — сможет ли тот оставаться хладнокровным, проходя через боль и унижение. Для «короля» это был своего рода эксперимент. Ведь он был наслышан об Игре еще до того, как перейти в девятый класс. И все старшеклассники, как один, хором кричали о том, что каким бы сильным морально ни был человек, карта «пустышки» его сломает. Этого Найт ждал и от Эшфорда. И как же он просчитался: Дерек даже не удостоил его взглядом, переворачивая с ног на голову все попытки Джейка как-то задеть его. Но что было еще интереснее — это поведение Дерека десять минут назад. Когда «король» увидел, кто вышел из-за поворота, он был готов к тому, что тот налетит на него, и драки будет не избежать. Найт уже было сжал кулаки, но Дерек так и остался стоять на месте, лениво перекатываясь с носков на пятки, и лишь взгляд холодных зеленых глаз прожигал насквозь. Такой бесстрастный, чужой взгляд Найт видел на лице одноклассника впервые. А еще он мог поклясться на чем угодно, что парень, стоящий позади Дерека, слегка ухмыльнулся, наблюдая за поведением своего друга. Желтые глаза хитро прищурились, когда старший Эшфорд сумел сдержаться. Слишком подозрительно, а еще жутко любопытно, что связывает этих двоих? Джейк знал, что тот парень учился в одном классе с его братом и выпустился два года назад. Так что он здесь делает? И откуда знает Дерека? Найт почему-то был уверен на все сто процентов, что Эшфорд не общался с ребятами из старших классов — он всегда видел его с братом и еще парочкой ребят из параллельных классов. А теперь выясняется, что Дерек дружит с выпускником Эрдинга. Интересно выходит. Найт пнул маленький камешек в сторону удалившихся парней, а сам направился в другую сторону, засунув руки в карманы легкой ветровки. В голове отчетливо засела мысль — Джейк непременно узнает, что связывает этих двоих, а также причину столь странного поведения Дерека полчаса назад. *** Зимой в башне становилось неуютно — отопление здесь не предусмотрено, а каменные стены от холодного ветра не спасали. Так что в это время — до и после каникул, — они обычно собирались у Дерека и Шина. Братья жили вдвоем, что исключало препятствие в виде недовольных соседей. Рэй знал эту комнату немногим хуже, чем собственную. Дартс на стене — любимое развлечение Алин. Ее азартная натура не давала ей насладиться игрой в одиночестве, так что она вечно искала, с кем бы сыграть, — чаще всего компанию ей составляли близнецы. Уютный диванчик возле шкафа с книгами. На нем обычно мостилась Марика — на самом краешке, точно боясь, что ее вот-вот прогонят. В чужой комнате она чувствовала себя не в своей тарелке, но постепенно забывалась и устраивалась уютнее, увлеченная веселым разговором вокруг. Алин и Шин, которые взяли на себя «опеку» над ней, обменивались довольными взглядами. Окно, из которого открывался вид на кусочек рощи с широким подоконником, — извечное место Дерека. Он частенько помогал Рэю — самому младшему среди друзей, — по учебе, что из всех ребят получалось у него лучше всего. Порой к ним присоединялась Алин — то ли чтобы помочь, то ли чтобы самой разобраться в материале прошлого года. А может, чтобы провести побольше времени с Дереком… Рэй слегка улыбнулся воспоминаниям. Все же дело было не в комнате или башне. Не важно, где именно они собирались, — это место всегда наполнялось уютом. Становилось местом, где можно просто побыть собой, не будучи в одиночестве. Только вот сейчас все изменилось. Башня опустела, Марика и Алин в ссоре, у Дерека с Шином и без того забот хватает… Все это вкупе с затянутым тучами небом за окном не улучшало и без того тоскливого настроения. Вздохнув, Рэй растянулся на кровати, задумчиво глядя в потолок. В голове эхом отдался голос Кевина. Похож на Марка, значит. — Это что, и впрямь заметно? — невесело спросил в пустоту парень, прикрывая глаза и пытаясь отогнать невеселые воспоминания. *** Любопытные взгляды и негромкие переговоры за спиной — стоит обернуться, и они смолкают, как ни в чем не бывало. И не поймешь, кто друг, а кто враг. Он наверняка накручивает себя — не может быть, чтобы его персона так уж всех заинтересовала, но голос разума мало утешает. Кажется, словно каждый смешок со стороны относится к нему, и от этой мысли хочется забиться куда-нибудь в угол, подальше от чужих глаз. «Этот мальчик, Рэй, — он ведь сын той актрисы, да? Ну, которая в последнее время часто мелькала». «Да, да. Но разве это не странно? Сесил, конечно, сейчас стала популярнее, но не настолько, чтобы отдавать сына в такую престижную школу. Год назад о ней вообще знали единицы! Вон Том — сын главы строительной корпорации, и то попал сюда с трудом. Так с чего это вдруг такие поблажки этой мелочи?» «Так нечестно…» «А вы что, не знаете?» «Говорят, его отец — один из председателей комитета академии и ее совладелец. Имя Джереми Уоррен тебе о чем-то говорит?» «Тот Джереми?» «Но ведь он женат!» «Пф, кому это мешало. С чего это, вы думаете, эта актриска так продвинулась? Шоу-бизнес — штука такая». «Да, я тоже слышала! В каком-то журнале недавно писали, что видели их вместе уже давно, и сын Сесил, скорее всего, — его ребенок». «Но у него же есть еще один сын. Марк, в седьмом. Получается…» «Вот это весело, а? Отдать законного сына и сына любовницы в одну школу. Кажется, он даже ничего не скрывает. Что об этом его жена думает, интересно». «И актриса тоже хороша. Небось по полной на нем ездит! А как наиграется — найдет кого еще». «А Марку-то каково. Он же наверняка тоже знает про "братика"». «Но это ведь слухи все. Может, и неправда?» «Может, и да, а может, и нет. Но если рассуждать логически…» «А Рэй знает, кто его отец?» «Наверняка!» «А может, и нет?» «Ха, ну подойди спроси!» «Тише, он идет сюда». Никто у него ничего не спрашивал, — но во взглядах, обращенных к нему, блестел неподдельное любопытство. Как при виде интересной зверушки. В глазах некоторых читалось сочувствие, а кто-то смотрел с откровенной неприязнью. Должно быть, те, чьи родители тоже не слишком блюли чистоту брака. Но больше всего ранило то, что Рэй и сам не знал толком, что из слухов правда, а что — нет. Мать наверняка расстроится, если он начнет выспрашивать, — ей и так тяжело со всеми этими папарацци и скользкими интервью, а отца он не знал, кем бы он ни был. Незнание пугало, и еще сильнее пугало то, что все вокруг, казалось, знали о нем больше него самого. Марка он впервые встретил спустя пару недель после прибытия в школу. Это произошло во внутреннем дворе, разделяющем три учебных корпуса. Они столкнулись лицом к лицу — и сразу друг друга узнали. Вокруг раздались шепот и смешки. Все, кто стояли вокруг, искоса наблюдали за ними, — и эти взгляды словно сковывали тело, не давая и шевельнуться. Затаив дыхание, Рэй поднял взгляд на стоящего напротив него подростка. Марк был выше на целую голову и внимательно смотрел на него сверху вниз. Острые, холодные серо-голубые глаза были похожи на два замерзших озера. Непроницаемые на первый взгляд. Но там, под слоем льда, бушуют самые разные эмоции. «Это все ты. Ты во всем виноват», — эта мысль — злая, отчаянная, ясно читалась поверх всего. Рэй опустил глаза. Марку тоже пришлось несладко. И, обвиняя его, он был в чем-то прав. Но… Марк сделал шаг навстречу. Рэй испуганно вздрогнул, отступая. Он ожидал чего угодно. Но парень просто прошел мимо, слегка оттолкнув его с дороги, и продолжил свой путь. Рэй нерешительно обернулся, бросив взгляд ему вслед: прямая спина была напряжена, как натянутая струна, руки крепко сжаты в кулаки, — но мерная походка ничем не выдавала волнения. Словно ему и впрямь все равно — Рэй бы так и подумал, если не заглянул бы ему в глаза. Люди вокруг все еще перешептывались, и Рэй, не глядя больше по сторонам, стремительно бросился прочь. *** Больше они почти не пересекались. Когда один из них видел в отдалении другого, оба тут же расходились в разные стороны. А в редкие мгновения, когда все же приходилось находиться неподалеку, и Марк, и Рэй старательно делали вид, что их ничто не связывает. К концу четверти слухи уже почти утихли. Или Рэй просто уже меньше обращал на них внимания, благодаря знакомству с Дереком и остальными? Казалось бы, все в прошлом, но… Перед глазами вновь вспыхнуло лицо Марка в ту, их самую первую, встречу. Воспоминание полностью отбивало желание еще когда-либо встречаться с этим человеком. Но если продолжить общаться с Кевином, встреч не избежать — почему-то в этом Рэй не сомневался. Наверное, Дерек был прав, говоря, что ничего хорошего из их знакомства не выйдет. Только вот… Рэй задумчиво поднял к глазам руку, расцарапанную о дерево, и чуть улыбнулся, вспомнив испуганный и в то же время благодарный взгляд Кевина, когда тот взял у него сумку, — предварительно хорошенько отчитав. Наверное, оно того стоило. Ведь так?