Утреннее солнце нагло пробилось сквозь штору и осветило лицо мальчика. Тот недовольно сощурился и, поморгав глазами, резко сел на кровати. Осмотревшись, будто убеждаясь, что всё происходящее не сон, Василий потянулся, сонно зевнул, почесал лохматый затылок и встал с кровати.
Минут пять он пытался расчесать волосы, затем наспех умылся, натянул на себя чистую футболку и джинсы, кое-как заправил постель и только собрался выйти из комнаты, как вдруг замер и, постояв несколько секунд, подошёл обратно к кровати, засунул руку под подушку и достал ту самую книгу, которую вчера нашёл в библиотеке. Открыть её мальчик хотел ещё прошлым вечером, но не смог, книга никак не хотела открываться, будто её клеем заклеили.
Повертев предмет в руках и ещё раз проведя пальцем по выпуклой поверхности бархатистой летучей мыши на обложке, Василий схватил со спинки стула небольшую сумку, положил находку туда (ну и ещё парочку нужных вещей), повесил аксессуар на плечо и смело вышел в коридор.
В столовой уже давно началась утренняя трапеза. Все обсуждали прошедший вечер и, кажется, были довольны. Огнев нервно сглотнул, делая шаг вперед, боясь, что сейчас получит оплеуху за опоздание (проводить ещё один день в сарае не очень-то хотелось), однако отец, как оказалось, куда-то уехал, а остальным было просто не до него, уж больно вкусными были еда и обсуждения.
Мальчик осторожно присел на стул, ставя вниз сумку и незаметно доставая из неё книгу. Он положил её себе на колени и прикрыл концом белоснежной скатерти. Для вида наложив в тарелку бутербродов со сладостями и убедившись, что на него никто не смотрит, Василий немного опустился вниз на стуле и попробовал снова раскрыть книгу. Казалось, что её кожаный переплёт вот-вот треснет от излишних усилий Огнева. Он даже пару раз поймал удивлённые взгляды родственников, при этом глупо улыбаясь, из-за чего те только цокали языками и что-то бубнили друг другу.
И вот, наконец, ему это удалось. Открылась. Стараясь не завопить от радости и нарастающего интереса, мальчик осторожно отвёл в сторону переднюю часть переплёта, внимательно изучая самую первую страницу, на которых обычно пишется название. И каково же было удивление, когда вместо чего-то типа "Страшилки Черновода" там оказались чьи-то имя и фамилия. Надпись гласила:
Рокель Рок Драгоций.
— Всё-таки дневник... — тихо и с восторгом прошептал Василий. — Странная фамилия... Наверное, какой-нибудь злодей. — Огнев перевернул страницу и увидел оглавление, написанное, видимо, от руки, причём чернильным пером. Глаза мальчика забегали по строчкам. Нумерация страниц была написана жирнее.
Основные законы и правила... стр. 1
Семейное дерево... стр. 3
Расписание занятий... стр. 5
Рецепты зелий... стр. 7
Чертежи... стр. 50
Словарь... стр. 80
Запретные эферы... стр. 130
История Змиулана... стр. 150
Часограммы... стр. 160
Часовые коды... стр. 180
Секретное Заметки... стр. 200
— Офигеть... — восхитился Василий, но слишком громко.
— Что ты там сказал? — покосилась на мальчика госпожа Азалия.
Поняв, что прикрытие в виде еды на тарелке выглядит уже не так выразительно, Огнев тихо ответил:
— Да я это, вилку уронил, — и полез под стол, перед этим всё же уронив вилку. — Вторую уронил.
Где-то минуту он копался под столом, имитируя поиски вилки, тем самым зарабатывая всеобщее внимание. Устав наблюдать за вознёй Василия, няня позвала кухарку, чтобы та убрала посуду, а сама объявила:
— Дети, — она бросила короткий взгляд на локоть мальчика, торчащий из-под скатерти, — сегодня очень важный день, советую вам отдохнуть до вечера, — на лице женщины читалось предвкушение чего-то захватывающего. — Можете погулять в саду, но только тихо. Когда придёт ваш отец, перейдём к делу, — дама поправила пучок на голове и медленным шагом пошла к выходу. За ней поплелись Дейла и Норт; последний даже собрался пнуть ногой Василия, всё ещё копающегося под столом, но его хитрый план разрушила кухарка, помотав указательным пальцем.
— В библиотеке, — еле слышно произнёс Эрик, последним проходя мимо Огнева.
Мальчик от неожиданности даже подскочил и ударился головой об стол, затем вылез и проводил брата взглядом. Всё-таки подняв с пола вилку и отдав её кухарке, Василий убрал обратно в сумку дневник, отряхнул джинсы и поспешил выйти.
Около лестницы наверх его поджидал Норт, устало стуча пальцами по перилам.
— Сегодня вечером снова гости, — он перевёл свой искрящийся взгляд на брата. — Елена и Марк придут... — протянул тот, словно ожидая реакции Огнева.
— Радости полные штаны. — Удовлетворил запрос Норта мальчик, отодвигая его в сторону.
— Надеюсь, ты не станешь часовщиком. — Донеслись вслед Василию эти слова, после которых последовал тихий смешок.
Игнорируя добрые пожелания брата, Огнев поднялся к библиотеке и зашёл в помещение. Внутри стояла гробовая тишина; лишь тихий шелест страниц лежащей на подоконнике книги нарушал это спокойствие, именуемое "мечтой библиотекаря".
Мальчик медленно осмотрелся и, не заметив ничего примечательного, пожал плечами, собираясь выйти обратно в коридор, как вдруг из-за шкафа выпрыгнул Эрик, словно чёртик из табакерки:
— Стой! Мне надо тебе кое-что сказать! — он спешно подошёл к брату и, запинаясь, продолжил. — В общем, дело в том, что ты... Я... Возьми для начала. — Эрик сунул ему в руку что-то крохотное и блестящее. Василий прищурился и разглядел в этом предмете золотые песочные часики.
— И что это такое? — всё ещё осматривая подачку, озадачился Огнев. — И я понял, что это часы, — буквально "заткнул" он рот Эрику, заметив, как тот собрался что-то ответить.
— В общем... — мальчик замялся, обдумывая следующую фразу. — Это необычные часы. Подуй на них и потри ободок, если окажешься в опасности. — По лицу Василия можно было в полной мере понять, что он воспринимает все происходящее не всерьёз. Эрик это заметил и поспешил объясниться. — Ты не понимаешь, тебя хотят убить!
— Честно говоря, я об этом подумывал уже давно, — тот с горечью усмехнулся, из-за чего Эрик только сильнее завёлся.
— Да пойми же! Ты в большой опасности! — мальчик округлил глаза. — Если ты окажешься часовщиком... — он запнулся, поймав на себе пристальный взгляд брата.
— А вот с этого места поподробнее. — С акцентом следователя потребовал Василий, видимо, предвкушая очень интересную беседу.
— Д-давай сначала о часах, — попытался сменить тему Эрик, всё ещё скручиваясь под его взором. Дождавшись кивка, он собрался с мыслями и снова заговорил. — Часы откроют временной коридор, на другом конце которого будет один человек... Ты сможешь попросить его о помощи.
— Ну хорошо, — Огнев томно вздохнул, — а теперь... Расскажи мне о этих ваших часовщиках. — Мальчик скрестил руки на груди.
— Понимаешь, дело в том, что отец просил ничего не го-о-овори-и-ить, — Эрик как-то странно перекосился, становясь похожим на сома.
— Я так и знал, — словно ожидая момента, чтобы сказать эти слова, заключил Василий, — это он попросил тебя весь этот цирк организовать?
— Вовсе нет! — сразу возмутился мальчик. — Просто... Ладно, я не должен был вообще ничего говорить, так что просто запомни одну вещь, — тот состроил серьёзную мину, — испытай эти часы как можно скорее.
— Может, я не хочу, — фыркнул Огнев, однако, ему уже не терпелось провести тестирование подарка.
— Это твоё дело, — раздражённо процедил Эрик, — я вообще не должен был тебе ничего говорить, — повторил он, но с большей выразительностью, нежели в прошлый раз.
Повисла пауза. Василию ужасно хотелось узнать побольше обо всех этих Еленах, Марках и прочей нечисти, да и вообще о том, зачем и почему его хотят ликвидировать, но Огнев решил, что расспрашивать брата просто нет смысла: по лицу Эрика было видно, что говорить что-то ещё он просто не намерен. И тогда мальчик вспомнил про дневник, лежащий в сумке.
— Слушай... Можно у тебя кое-что спросить? — открывая сумку, снова завёл разговор тот. — Это не касается часовщиков. Наверное. — Василий неуверенно достал предмет. — В общем, я нашёл это здесь, в библиотеке, когда подошёл к какому-то порталу из часов, — и он вытянул вперёд руки, показывая брату находку. — Написано, что принадлежит какому-то Роке... Року Драгоцию... Кто это вообще? Сказочник-алхимик, что ли?
Эрик посмотрел на дневник и замер, покрываясь холодным потом. Его глаза стали в три раза шире обычного, а кожа, казалось, вот-вот догонит по оттенку спелую фиолетовую сливу. Мальчик мелко затрясся и, нервно сглотнув, промямлил:
— Т-т-ты... Нам всем конец! — и выбежал вон из библиотеки. Огнев проводил его удивлённым взглядом. Но не успел Василий даже обдумать сказанные братом страшилки, как вдруг их автор пулей забежал обратно и закричал. — Спрячь часы!
Мальчик со скоростью звука убрал вещь в карман джинсов, ожидая чего угодно, но только не Норта, который влетел в помещение, пришлёпнув Эрика дверью.
— И что за секретики такие, а? — нагловато поинтересовался тот, шагая в сторону Василия. — Что он тебе сказал?! — он было замахнулся для удара, но снова потерпел поражение и получил кулаком по виску. — Ах ты... — Норт заскрипел зубами и собрался повторить попытку нападения, но повалился на пол под тяжестью Эрика, который прыгнул на него сзади.
— Ненавижу тебя! Ненавижу вас всех! — Эрик колотил брата кулаками изо всех сил, но в библиотеку вбежали няня Азалия и господин Эрн, который тут же разнял братьев.
— Ты всё ему разболтал, идиот! — буквально орал взъерошенный Норт.
— Ничего подобного! Мы просто читали комиксы! — не менее громко ответил Эрик, чуть ли не рыдая. У Василия от этих слов немного перекосился глаз: откуда его брат о них вообще знает?
— Всем тихо! — влезла госпожа Азалия. — Вы оба, — она прожгла взглядом братьев по очереди, — марш в свои комнаты, а этого молодого человека я сама провожу, чтобы по дороге ещё дров не наломал. — Няня цепко схватила мальчика за локоть и потащила в коридор. Всю дорогу она лишь молча волокла его за собой, а затем просто затолкала в комнату, ничего не сказав напоследок.
Василий глубоко вздохнул, радуясь, что весь этот переполох закончился. Но в голове всё равно витало великое множество мыслей о происходящем. Всё вокруг казалось до невозможности странным и подозрительным, даже немного пугающим: сумасшедшая женщина, которая называет тебя какой-то фейрой, не менее сумасшедшие "друзья", постоянно говорящие что-то про посвящение... Эрик тоже пурги нанёс... Хотя на самом деле его слова казались самыми адекватными на фоне реплик остальных жителей этого дома.
Уняв сумбур в голове, Огнев достал из кармана часики, решив не медлить с их пробой, ведь его собираются убить! Боже! Мальчик усмехнулся своим мыслям, но внутри что-то предательски ёкнуло. Страх? Скорее, нехорошее предчувствие.
Часики вылетели из его рук и завертелись в воздухе, постепенно превращаясь в единое золотое кольцо, внутри которого вскоре появился мягкий блестящий дымок. Через некоторое время в этом самом дымке появилось смуглое лицо какого-то мальчика. Он чесал светлый затылок, смотрел в разные стороны, будто не замечая Василия, но вдруг резко посмотрел на него своими карими глазами.
— Эм... — Огнев немного растерялся. — Привет, что ли. — Василий улыбнулся: этот пацан из зазеркалья показался ему вполне нормальным.
— И тебе привет, — собеседник подхватил инициативу и тоже растянулся в широкой улыбке. — У тебя что-то сломалось? Хочешь сделать заказ моему отцу?
— А кто твой отец? — Огневу, конечно, было интересно, но он уже и не надеялся услышать что-то удивляющее после всего того, что ему наговорил Эрик.
— Мой отец - Константин Лазарев, часовых дел мастер, — гордо заявил мальчик. — А твой?
Василий снова замялся.
— Знаешь... Я вот сейчас понял, что ничего не понял. Вокруг что-то странное творится, меня увезли из дома, выдали пачку новых родственников, — Огнев уже начал изливать душу этому пацану, — собственный брат говорит о том, что меня хотят убить, отец ненавидит, всё напоминает какой-то дурацкий сериал! Ещё посвящение какое-то...
— На часовую степень? — будто стоя с заткнутыми ушами во время всей этой речи, вдруг оживился мальчик.
— Наверное... Говорю же, я ничего не понял, — с горечью признался Василий.
— Странный ты какой-то... — тот снова почесал затылок. — Я Ник, кстати... — его речь прервали шаги за дверью. Это заставило Василия перейти к сути дела.
— Мой брат дал мне эти часы и сказал, что они помогут избежать опасности, которая мне угрожает, — прислушиваясь к шороху за дверью, тихо начал тот.
— Опасность? — Ник выглядел заинтересованным. — И что ты собираешься делать?
— Сбежать отсюда как можно скорее. — Без раздумий ответил Огнев, вновь прокручивая в голове все произошедшие события. — Ты же мне поможешь? — он с надеждой посмотрел на Ника.
— Я могу перетащить тебя к себе, но тогда мне придётся дать тебе часовой пароль, а отцу это не понравится... — паренёк будто задумался.
— Давай уже, видал я вещи и пострашнее, чем гнев папаши, — поторопил его Василий. — Говори свой пароль и сворачивайся, а то засекут, — его взгляд вновь задержался на дверях.
— Ладно, запоминай, — всё же глотнув зелья храбрости, согласился Ник и продолжил:
—
Тридцать три
Ступени в небо,
Вверх смотри,
Где раньше не был.
Василий быстро запомнил эдакий стих и тут же получил новое указание:
— И мысленно считай от тридцати трёх до нуля, понял?
Не успел Огнев кивнуть, как послышалось щёлканье дверной ручки. Мальчик начал дёргать кольцо в разные стороны, пытаясь как-то его убрать. Через секунду оно исчезло, и в руках Василия снова оказались маленькие часики.
Оказалось, в комнату зашла госпожа Азалия. Она приказала мальчику идти за ней. Няня вывела его во двор и посадила на лавку под яблонями.
— Ни на шаг отсюда. — Бросила она напоследок, оставляя того наедине с природой и родственниками, которые резвились неподалёку.
Несколько часов Огнев просто лежал на скамейке и любовался цветками яблок, но потом снова вспомнил про свою находку и оживился. Василий решил воспользоваться случаем и в очередной раз достал из сумки дневник предполагаемого "сказочника-алхимика". Мальчик открыл страницу наугад и напоролся на рецепт некого "Водного дыхания". На пожелтевших страницах виднелись названия ингредиентов с картинками и подробные инструкции приготовления зелья.
— Яйцо луноптаха... — Огнев увидел маленький рисунок какой-то перьевой птицы, напоминающей ему огромного голубя. — Русалочья ламинария... — рядом с надписью нашлась зарисовка зелёных водорослей. — Жабры... Что, простите? Какой ещё эферной рыбы? — сам для себя удивился мальчик, но, когда заметил портрет на половину страницы, немного успокоился: блестящая рыбка золотистого цвета собиралась осторожно слететь с бумаги, наблюдая за Василием своими огромными глазёнками. — Все ингредиенты опустить в кипящую воду и варить до полного растворения... — Озвучил Огнев инструкцию. — И где всё это брать? — после этих слов дневник слегка затрясся, и из его корешка вылетела струя разноцветных цифр, нависая сверху и постепенно принимая форму. Через несколько секунд в этой "форме" можно было с лёгкостью узнать ничто иное как карту: жёлтая, полупрозрачная, она витала в воздухе. Василий спешно потёр глаза обеими руками, но лучше не стало, наоборот, он заметил на карте несколько искрящихся точек где-то ближе к левому верхнему углу. В той части карты было нарисовано озеро возле замка с подписью "Чернолют". Огнев коснулся одной из точек и тут же отдёрнул руку: по коже будто ток пробежался. — Наверное, там обитает эта рыба...
— Отец приехал! — послышался где-то вдалеке радостный крик Дейлы.
От неожиданности мальчик даже передёрнулся и захлопнул дневник, убирая его обратно и доставая из сумки тетрис. Когда рядом показался силуэт госпожи Азалии, он принялся старательно изображать человека, мирно наслаждающегося игрой. Няня, словно крейсер, подплыла к нему и отчеканила:
— Пришло время посвящения. Отец будет ждать тебя около гостиной.
