First you dream, then you die

Хочется навсегда остаться в темноте. Не в той, где господствует одиночество и боль, а в той, где можно найти хоть немного спокойствия и защиты. Строя каменные стены, прячась от всего мира сразу, даже от собственных мыслей, которые намного опасней всех демонов, сидящих внутри человеческих тел. Кто будет отвечать за проступки людей, кто будет вытаскивать нас из болота отчуждённости? Кто заставит поверить, что мир не такой жестокий, как может показаться на первый взгляд? Собственное "я" теряется, ты больше не личность, ты обескровленное животное, брошенное на съедение хищникам. В твоих венах лишь песок и мусор. Во что ты превратился? Во что превратилась твоя короткая жизнь за недели, за месяцы, за многочисленный годы, которые, как яд, отравляли дни прожитые зря? Почему груз становится только сильнее, а ты продолжаешь прогибаться под этими адскими тоннами? Невыносимо больно чувствовать лаву, огненную лаву, заливающую твоё каменное сердце. Чувствовать, как силы иссякли, но что-то толкает тебя вперёд, даже против воли. Пульс едва ощутим - просто так не закончить этот Ад. Он хочет убежать, спрятаться, скрыться, провалиться сквозь землю, перестать чувствовать, перестать страдать, хочет просто исчезнуть. Если ради этого придётся вырвать даже собственное сердце, которое уже трещит по швам. Уходя с головой в отчаяние и боль, сложно потом найти ниточку, ведущую обратно на поверхность. А наступит ли это "потом"? Захочется ли вылезти на поверхность и снова обжечься? Навсегда остаться заложником огромного мира или стать частью темноты? На что парень вообще надеялся? Почему его карие глаза не видели зловещего солнца, огромного обрушивающегося чёрного неба, ангелов, которые потеряли свои крылья? Почему падение было столь неожиданным и болезненным? Ища ответы на вопросы, он всё больше и больше проваливался в бездну, теряясь в стенах сожаления и одиночества. Зачем ему теперь быть ещё одним звеном в этой огромной системе? Насколько глубоко внутри него зарылась надежда? Как долго гнев будет въедаться в его душу? Парень проснулся уже ближе к вечеру от очередного кошмара, который был хуже всех остальных. Испарина на лбу, тяжёлое дыхание, в груди зарождается рык и вырывается наружу. Животный страх медленно утихает, но тело продолжает бить мелкая дрожь. Все мысли погибают в пожарище, всё медленно сгорает, превращаясь в пепел. Ему страшно, безумно страшно, он в панике вскакивает с кровати и бежит, постоянно спотыкаясь и падая. Мальчишка, словно зверь, загнанный в клетку. Крики, страшные крики. Откуда им быть в этой пустой и тёмной комнате? Но подросток продолжает слышать это безумие, уши заложило от столь пугающих возгласов. Откуда они взялись? Почему так громко, почему так страшно? Железные прутья не выпускают его, реальность в трёх шагах, но дверь нужно ещё отпереть. Куда деваться? Куда бежать? Несколько секунд, а смертельный холод уже подчиняет себе тело, потом чьи-то руки выбивают дверь, хватая обессиленной исхудавшее тело, и вытягивают из злополучного плена. Стайлз открывает глаза и видит его. Со щетиной, испуганного и растерянного, в чьих глазах читается удивление и шок. Парень не сразу понимает, что вообще только что произошло. Неожиданный гость осторожно опускает парня, немного отходит назад и опускает глаза в пол, не зная, что и сказать. - Дерек? - реальность впихивает Стайлза обратно, тот видит перед собой Хейла, оборотня, чьё появление здесь слишком странное явление. -Я просто… Стайлз, чёрт, что с тобой? - мужчина вспоминает слова шерифа, вспоминает, что подростка избили, а Джону нужно срочно ехать в участок, ибо один из ублюдков был задержан. Но не было сказано и слова о странном поведении Стилински младшего, который, как пугливое животное, мечется по комнате в поисках выхода. И парень теряется, не зная, что отвечать. Руки теребят край футболки, а глаза безумно бегают по комнате. Дерек внимательно оглядывает парня, видя его неестественно огромные зрачки. - Эй, всё хорошо, - мужчина решает, что парень не сможет дать вразумительный ответ, по крайней мере, сейчас, - не бойся, ладно? И Стайлз просто кивает, даже не слыша, о чём ему говорят. Сознание играет с ним, как хочет. Стилински больше не тот парень, который постоянно шутил, отпускал колкости и просто улыбался, теперь это кукла, отданная на растерзание. И Дерек впервые видел его такого. Тёмно-синие мешки под глазами, больше походившие на синяки, ссадины на лице, растрёпанные грязные волосы, уставший и потерянный взгляд. - Приляг, ладно? - Хейл медленно подходит к подростку и берёт того мягко за локоть. Парень, как ошпаренный, отпрыгивает назад, сразу вспоминая тот вечер. Прикосновения, те самые, которые заставляли кричать, удары, обрушивающиеся одни за другими. Нет, такого он больше не сможет перетерпеть, - прости. Стайлз, не видя ничего перед собой, вбегает в ванную, запирает дверь на замок и включает холодную воду. Прямо в одежде он встаёт под ледяные струи и не чувствует этого холода. Ткань липнет к телу, волосы закрывают глаза, но ему нужно почувствовать хоть что-то прямо сейчас. Нужно привести в порядок мысли, затушить пожар, разгорающийся всё больше и больше. Тело словно оживает, сначала кожу слегка покалывает, а потом мурашки толпами проносятся по нему. Долгожданный холод мучает тело. Через несколько секунд становится совсем невыносимо, но ему наплевать. Главное, что он осознаёт, что реальность всё ещё рядом с ним. Стайлз теряется, чувствует, как руки обессилено опустились вниз, как солнце перестало светить совсем. Ничего кроме ужаса и боли не приходится чувствовать. Стилински всё-таки вылезает из под душа, поспешно выключая воду, и выходит из ванной. В комнате он застаёт Дерека, сидящего в кресле. Тот терпеливо ждал, когда парень выйдет и объяснит, что произошло, но вместо этого, видя подростка в мокрой одежде, отказывается понимать что-либо. - О - отвернись, пожалуйста, - выдавливает из себя Стайлз, обращаясь к оборотню,- мне нужно переодеться. Хейл послушно отворачивается и смотрит прямо в стену. Что происходит с ним? Он спрашивает сам себя, пытаясь ответить на этот вопрос, но вместо этого лишь запутывается всё больше. Этим временем сын шерифа достаёт огромные пижамные штаны, свободную кофту, переодевается и относит мокрую одежду в ванную. Когда Дерек поворачивается, то видит, как парень лежит на своей кровати и смотрит в потолок. Его губы были плотно сжаты в одну полоску, брови сдвинуты вместе, а глаза оставались неподвижны, кажется, он даже не моргал. - Что случилось, Стайлз? - Хейл правда хочет услышать ответ на вопрос. Может ему удастся помочь? - Что-то произошло? - тот удивляется, получается так натурально, что может показаться, как будто ничего и правда не было. Но оборотень помнил, как парень носился из стороны в сторону, испуганно что-то ища. - Ты прав, ничего, - мужчине не хотелось спорить, да и не хотелось провоцировать мальчишку.

***

Парень давно уснул, а Дерек сидел на кухне в темноте, надеясь застать шерифа. Тот вернулся ближе к ночи, уставший и подавленный. - Всё хорошо? - спрашивает его Хейл, как только тот входит в помещение. - Господи, ты что тут делаешь в темноте? - Джон включает свет и садится напротив своего гостя. - Вы ничего не хотите рассказать мне? - Дерек, иди домой, уже поздно, - шериф кладёт руки на стол и тяжело вздыхает. - Не скажете, да? - тот слегка ухмыляется, - что с ним произошло? - Я же говорил, что моего сына избили какие-то ублюдки. - Но почему он такой... такой разбитый и потерянный? Стилински старший сокрушённо мотает головой: - Зря я тебя позвал, Дерек, зря. Правда, иди домой. Тот быстро поднялся, накинул куртку на плечи, и напоследок обернулся. -Я в первый раз вижу его такого! Не хочу, чтобы это продолжалось дальше. И Хейл быстро вышел, прикрыв за собой дверь.