Реже видишь — больше любишь

В опустевшей гостиной воцарилась гулкая тишина. Сидя в кресле с неестественно выпрямленной – будто кол проглотил – спиной, Джон смотрел невидящим взглядом в развернутую на коленях газету. Буквы и строчки плясали в тумане, застилающем глаза, сливаясь в сплошную серую массу, и не было никакой возможности вникнуть в смысл написанного… Разочарованно оторвавшись от сводки криминальных новостей, Ватсон склонил голову набок и прислушался. Быстрый скрип промчался по ступенькам, с далеким стуком закрылась входная дверь… Доктор невольно вздохнул, отложил рассыпающиеся листы в сторону, поднялся и подошёл к окну – внизу Холмс уже садился в машину. В глубине души Джон отчего-то смутно надеялся, что Шерлок вот-вот обернётся и даже, возможно, посмотрит вверх… Конечно, хорошо зная характер консультирующего детектива, он не ожидал, что это на самом деле произойдёт, но все же ощутил неожиданно сильное разочарование, когда увозящий его так ни разу и не оглянувшегося соседа кэб скрылся за поворотом в конце улицы… Джон вернулся в гостиную, задумчиво собрал пустые тарелки из-под завтрака и отнёс их на кухню. Вчерашняя генеральная уборка, выражаясь сухим языком протокола, не принесла положительных результатов – на столе вновь возвышались заслоны и баррикады из каких-то колб, бумажных свертков, стопок документов, обрывков тряпок непонятного происхождения, коробочек, пакетиков и пробирок с порошками и реактивами, бесчисленных чашек с остатками недопитого кофе… Надо всем этим безобразием гордо задирал голову микроскоп, всем своим видом недвусмысленно давая понять доктору, что прикасаться к нему лично и к его окружению без соизволения их хозяина категорически запрещено. Чёрт, он же только вчера здесь всё вычистил… Ну, Шерлок!.. Неужели всего лишь за одну ночь можно было так нагадить?! Впрочем, Джон уже давно плюнул на попытки использовать этот стол по его прямому назначению, перенеся совместные обеды и ужины в гостиную и твердо про себя решив не обращать на кухонный бардак ни малейшего внимания. Тем более, что ничем особо хорошим попытки систематизировать этот вселенский хаос обычно не заканчивались. Вернее даже было бы сказать – обычно они заканчивались чем-нибудь особо нехорошим. В общем, действительно не стоило этого делать… Прецеденты были. Держа одной рукой чашку с ещё не остывшим «капучино», а второй – небольшую стопку тарелок, Ватсон с надеждой поискал глазами хоть одно более-менее свободное местечко, куда он мог бы на время составить грязную посуду. Его поиски не увенчались успехом – за те несколько дней, что Шерлок безвылазно просидел дома, он умудрился завалить своим экспериментаторским барахлом не только «рабочий стол», но и все горизонтальные поверхности в кухне, и сейчас среди этих анд и эверестов даже вооруженный пресловутым микроскопом глаз не смог бы найти и пятачка, достаточного хотя бы для того, чтобы уронить яблоко… Джон раздраженно поджал губы, стараясь подавить разгорающееся в груди пламя праведного гнева, и демонстративно плюхнул чашку с потеками кофе на самую высокую кучу шерлоковых бумаг в подленькой надежде запечатлеть на лежащей сверху белоснежной пластиковой папке свой исторический след в виде симпатичного круга чайного цвета. А что, очень даже красиво… Неприкрыто любуясь произведенным цветовым эффектом и одновременно прикидывая наиболее подходящие варианты ответа на претензии разъяренного детектива, Ватсон случайно бросил взгляд на коробки с предметными стёклами, пристроившиеся по соседству с этой импровизированной скульптурной группой. Внезапно одна из них особенно привлекла его внимание – из-под желтой картонки торчал уголок до боли знакомого рабочего блокнота… Это было довольно странно, если не сказать больше – наблюдательный доктор ещё несколько дней назад невольно заметил, что в течение последней недели Шерлок ни на минуту не выпускал из поля зрения свою новую записную книжку и, даже удаляясь на пару минут в уборную, интригующе прятал ее в карман… Джон секунду поколебался, но подогретое недавним скандалом любопытство и острое желание узнать, что же такое в очередной раз произошло с его соседом, все же победили. Ватсон быстро взглянул на дверь, потом – в сторону приоткрытого окна, будто сомневаясь, откуда Шерлок может внезапно выскочить, передумав и вернувшись домой на полпути… а затем осторожно сгрузил грязную посуду по соседству с кофейной чашкой и, придерживая неустойчивую конструкцию одной рукой, аккуратно, двумя пальцами, вытащил блокнот… *** Наблюдения 1 августа 2012 года – день первый: 10:00 АМ – избегать физического контакта достаточно легко, труднее соблюдать установленную дистанцию (три фута* минимум) 02:00 РМ – теоретически возможное правило «трёх футов» может стать проблемой на практике 06:00 РМ – ощущения нормальные, беспокойства не чувствуется 10:00 РМ – изменений настроения не ожидается *** Джон недоуменно поднял правую бровь и вдумчиво перечитал эти странноватые заметки с самого начала. Потом снова – уже вдумчивее. И ещё… Но ясности в его голове от повторного чтения не только не прибавилось, скорее наоборот – стало ещё хуже. Робко надеясь хоть что-нибудь прояснить в этой безнадежно замутненной ситуации, доктор перевернул страницу и не менее внимательно просмотрел следующую запись, но его ожидания не оправдались. Делу это нисколько не помогло – заметка на следующем листе была почти такой же… *** Наблюдения 2 августа 2012 года – день второй: 10:00 АМ – во время совместного завтрака правило «трёх футов» постепенно начало немного нервировать 02:00 РМ – ДВ почти разрушил эксперимент в попытке смахнуть пушинку с моего пиджака. К счастью, он довольно неповоротлив, и мне удалось увернуться прежде, чем между нами состоялся физический контакт 06:00 РМ – изменений в настроении практически нет, единственно – незначительное раздражение из-за непрактичности использования времени 10:00 РМ – прекращения эксперимента по объективным причинам не ожидается *** Ватсон оторвал взгляд от бумаги и тупо уставился в стену. На ум отчего-то пришли слова кэрроловской Алисы: «Всё страньше и страньше»… Он вернулся к блокноту, пролистнул ещё две страницы, содержащие почти идентичные записи, и остановился на пятой, вновь зацепившись взглядом за знакомые инициалы… *** Наблюдения 5 августа 2012 года – день пятый: 10:00 АМ – ДВ, как мне кажется, уже второй день слегка озабочен отсутствием даже малейшего контакта между нами 02:00 РМ – во время обеда ДВ внезапно подался вперёд, разговаривая со мной, но я всё же не уверен, что это было сделано осознанно. Если да, то это явная перемена в сравнении с его нормальным поведением, так как обычно он стоит прямо 06:00 РМ – в случае совместного выезда на место происшествия соблюдение установленной дистанции представляется крайне затруднительным 10:00 РМ – есть некоторые основания сомневаться, что проведение эксперимента удастся сохранить в тайне до его полного завершения *** Окончательно утратив способность внятно соображать и потеряв всякую надежду найти в поступках своего неугомонного соседа логические обоснования и причинно-следственные связи, Джон остекленевшим взглядом смотрел на злосчастный блокнот, хотя переживать, в общем-то, было особо не из-за чего. Задуманный Шерлоком эксперимент, в чем бы он не заключался и какие бы цели не преследовал, похоже, был абсолютно безопасен для жизни и здоровья окружающих… Физического здоровья, по крайней мере. Но доктору Ватсону было просто обидно, что являясь, по сути, объектом научного исследования, он почему-то оказался не в курсе дела. Лаконичные записи о ходе этого загадочного процесса, воровским способом почерпнутые из «истории болезни», помогли мало – доктор всё равно никак не мог вписаться в траекторию полета мысли фанатичного исследователя-гения. А это уже вызывало вполне оправданные и самые серьезные опасения… Не то чтобы Ватсон не доверял своему ближайшему другу – Шерлок Холмс, бесспорно, был умнейшим человеком из всех, кого Джону когда-либо приходилось встречать на своем пути, но кое в чём его представления о жизни равнялись понятиям пятилетнего ребенка. Во всем, что так или иначе касалось его «жены»-работы, и в особенности их нажитых в этом счастливом, хоть и трудном браке многочисленных «детей»-экспериментов, Шерлоку порой недоставало знания элементарных основ этикета и хотя бы капли здравого смысла. Временами его воспаленные родительские чувства выходили из-под контроля настолько, что Ватсону он взаимно начинал казаться скорбным разумом… Но детектив никаких резонов не слушал, на обоснованные замечания не реагировал, и было похоже, что он и в самом деле считал, что с ним все в порядке, потому что (это же само собой разумеется!) все соседи по квартире периодически экспериментируют друг над другом. Подумав еще несколько минут и в результате здраво рассудив, что самостоятельно он ни к какому толковому решению не придет, а только лишь окончательно и бесповоротно сломает себе мозг, доктор Ватсон намеренно оставил блокнот поверх бумажной кучи на столе, прекрасно понимая, что Шерлок всё равно заметит, что его брали, как он всё и всегда замечал. Судя по всему, объяснений все равно избежать не удастся… Вредничать совершенно расхотелось – Джон поднял свою кружку с безнадежно остывшим кофе и старательно стёр круглый след от неё, не дожидаясь, пока пятно окончательно потемнеет.