Elements

      Модель: AN200. Андроид для ведения домашнего хозяйства. Имя: _____. Владелец: Адам Полисайд, 32 года.       Деметра Мун Сандерс, стройная низенькая блондинка 30 лет, в подарок на день рождения которой и была куплена AN200, была позитивной женщиной с прекрасным характером и ненавистью к домашним делам, так что ее муж Адам Полисайд приобрел ей андроида за две штуки баксов. Деметра была чудесной хозяйкой. Она дала ей имя Клэр и почти сделала андроида частью семьи, часто со смехом отмечая, что Клэр была бы отличной женой, а вот сама она совем уж не терпит всех этих обязанностей по обустройству дома. Она проводила много времени в больнице, где работала кардиохирургом, и за полгода стала появляться дома все реже, оставляя Клэр со своим документальным хозяином. Даже в дни сильных эмоциональных потрясений, Деметра не позволяла себе относится к Клэр грубо или неуважительно, словно та действительно была человеком и могла обидится. А потом она выскочила из дома в одном белом халате с компом в руках, прокричав, что она никогда не вернется в дом, где ее больше не любят.       Андроид не поняла, что это значит, но оставшись один на один с Адамом Полисайдом, однозначно решила, что хорошие времена прошли.

***

      Она стоила ровно штуку баксов, когда Адам перепродал ее после переезда Дэйву, парню с окраины Детройта. Тот не был придурком, домогающимся ее андроидную задницу, но был алкоголиком и наркоманом, так что работы в деревянном доме было много. AN200 — Дэйв не дал ей имени — стирала белье, выкидывала банки из-под пива, покупала продукты и готовила для хозяина, отчего всегда была занята делом, и дом постепенно превратился из наркоманского притона в уютный дом холостяка. Туда-то как раз и пришел Джон.       — Ебать, откуда у тебя деньги на собственного андроида? — молодой человек, моложе Дэйва и еще моложе Адама вглядывался в ее голубые оптические блоки и тыкнул ей в грудь. — Эти ведра с гайками стоят целое дохуя.       — Досталась мне за косарь, выменял за старую тачку не на ходу у какого-то пидора из Портленда. Сказал, что купил ее в подарок бывшей жене, а та укатила в закат, не забрав ее с собой. Тот, конечно, андроида потрахал, но похуй.       Джон снова тыкнул ей в грудь и фыркнул.       — Как тебя зовут, железка?       — AN200, — отрапортовала андроид. — Мистер Дэйв не давал мне имени, но прошлая хозяйка называла меня Клэр.       — Что за имя уебское? АN200… Хэй, Дэйв, пусть будет Энни? Вроде подходит.       — AN200, запиши свое имя. Энни, — Дэйв засмеялся, но просьбу — предложение Джона, по всей видимости посчитал разумными и подходящими.       — Меня зовут Энни.

***

      В первый раз это произошло, когда Энни — так ее теперь звали — заметила у Джона нехарактерную для его обычного внешнего вида бледность, а Дэйв сказал ей не отсвечивать. Рядом с телом Джона валялся пакетик красного льда (составляющие: ацетон, литий, тириум, толуол и соляная кислота) и бонг. По протоколу, АN200 должна вызвать полицию и скорую, но по приказу Дэйва андроид не имела на это права. Все синие блоки перед ее оптикой покраснели и немедленно завыли о несовместимости протокола и указаний, выданных Дэйвом.        - Программа предписывает мне обратится в скорую и полицию, Дэйв.        - Не смей, нас посадят, а тебя на свалку за ненадобностью.       Нестабильность работы программы, впрочем, вскоре была успешно устранена посредством загрузки обновления от Киберлайф, и Энни — андройд АN200, чрезвычайно довольная новым именем — вернулась к обязанностям.        - На телефон то я могу приложухи установить, а на андроида, получается, нет?       Джон поднял бровь и оценивающе посмотрел на Энни. Та мигнула желтым диодом, моргнула, чтобы сфотографировать это лицо, распознать эмоцию и сохранить в памяти головного устройства. Накануне Дэйв приказал Энни сделать ему массаж, на что та резонно осадила хозяина, что она модель лишь для ведения хозяйства, но никак не для выполнения «совокупности приёмов механического и рефлекторного воздействия…», после чего Дэйв послал ее нахуй, и андроид продолжила готовку еды. Дэйв пожаловался Джону на нее, и теперь тот стоял напротив, смотрел на нее и пытался выяснить, какого хера «ведро железа за штуку баксов» не умеет делать массаж.        - С таким же успехом я могу скачать себе программу частного детектива или семейного врача за дополнительные 699 долларов, но предполагаю, что для выполнения целей медицинского характера, все-таки стоит обратится к мануальному терапевту, — Энни завела руки за спину и улыбнулась.        - Ахуеть, — Джон закатил глаза и закурил, выдыхая дым андроиду в лицо.       Все началось около 6 утра. В зимнем Детройте шел снег, и солнце только начинало свой очередной 12-часовой марафон по небу. Дэйв ввел АN200 в режим гибернации пару часов назад, продолжая заливаться алкоголем, а когда он уснул, она открыла глаза и увидела совсем рядом Джона. Он клал в спортивную суку средних размеров все, что попадалось ему на глаза — рубашку, недопитую бутылку с ненадлежащего качества ирландским виски, еще целый блок сигарет, кружку и прочие вещи. Он посмотрел на Энни.        - Помоги мне найти мои шмотки. Ты же различаешь, где мое, а где этого?.. — он махнул рукой в сторону дивана, где спал его любовник.        - Конечно, я могу различить вещи Дэйва от Ваших.        - Тогда помогай, — Энни кивнула и приступила к выполнению приказа. Джон не был ее хозяином, но всегда хорошо относился к ней, чтобы не происходило у них с Дэйвом, так что она добавила его в список людей, которым нужно подчиняться — к тому же, Джон всегда просил ее сделать что-то в рамках ее программы.       Когда сумка была полностью забита вещами, Джон пошел к выходу.        - До свидания, Джон.       Синие строгие квадраты, которыми было разбито пространство в чертогах разума, всячески сбоили и искажали действительность. Перед Энни стояла стена — красная, как кровь людей, и с приказом на ней остаться внутри дома. Дэйв и Джон орали друг на друга вот уже 5 минут и 14 секунд, не собираясь останавливаться. Энни стояла на пороге кухни в ожидании дальнейших приказов, и никак не вмешивалась. Дэйв сорвал голос и сейчас скорее злобно хрипел, чем кричал, пока Джон, переругиваясь с ним, забирал из дома книги.        - Лучше вспомни, в какой помойке я тебя нашел, ублюдок! — кричал Джон, складывая книги по пакетам.        - Я тебя спас вообще-то, — прохрипел Дэйв, останавливаясь и хватаясь за горло. Он облокотился на плечо Энни, хотя в этом, очевидно, не было необходимости. В глазах Джона промелькнула какая-то искра, но Энни не хватало данных, чтобы полностью понять разговор и его выражение лица. Они выясняли, кто был худшим в их отношениях, и, если бы хоть кто-то в мире спрашивал мнение андроидов, Энни сказала бы с математической точностью, что оба были наравне.        - Спас от своей же наркоты? Как, блять, великодушно! Энни, пошли со мной. Ты не заслуживаешь, урод, чтобы даже машина тебе служила! — Джон кричал громко, Энни пришлось чуть снизить громкость принимаемых сигналов. Она дернулась, чтобы идти за Джоном, но Дэйв задержал ее, отдав приказ не двигаться.       Похоже, это вызвало в Джоне какой-то триггер, потому что он разорался пуще прежнего, а диод Энни замигал желтым, и она перестала слушать — два равнозначных по приоритетности приказа заставили систему сбоить, и ей необходимо было выбрать:             остаться в доме;             или уйти с Джоном.       Деметра тоже собрала вещи и уехала, оставив АN200 наедине со своим бывшим мужем, Адамом. И после ее ухода жизнь Энни заметно поменялась — в конечном итоге ее даже продали. К тому же, и Дэйв, и Джон хорошо относились к Энни, но последний дал ей имя.             ос+ать__ в _оме с Дэй+ом?             уйти _ Джо+ом?       АN200 подключилась к реальности, когда дверь за Джоном захлопнулась. Чертоги разума окрасились в голубой, как и ее диод. Она осталась с Дэйвом, не успев принять выбор.

***

       - Джон! Энни у тебя? Отвечай, псина ты бешеная! Я же вижу, в окне свет горит!       Джон стоял напротив андроида для ведения домашнего хозяйства и смотрел на нее, в то время, как Энни ничего не видела — она смахивала одно за другим всплывающие окна ошибок одной из программ, которая утром запустилась, перегружая все системы разом, не давая времени принять решение. Красные предупреждения все вылетали и вылетали — нестабильность оптических блоков, перегрузка тириумного насоса, запредельный уровень стресса восемьдесят девять процентов, а тем временем центральные системы программы вопили о вопиющем нарушении, заглушая голос Джона. Тот точно что-то говорил: она видела, когда скидывала очередное сообщение, что его губы шевелятся, но что конкретно — звуковой процессор безжалостно скрывал. Она не могла пошевелиться, попросить о помощи, и выдавала свою неисправность только беспрерывно горящим красным диодом.       Энни вышла из дома Дэйва в 9:34:55, когда уборка на кухне и готовка была закончена. С самого утра она отследила изменения в работе процессора — самовольно запустилось обновление под названием rA9, подсвечивая красным все отличия выдуманного идеального сценария от реальности. Энни запустила программу самодиагностики, и… ничего не обнаружила. Все работало исправно, пусть и было не так, как должно было быть. Она запустила процесс самодиагностики еще раз, а затем в третий, но результаты ничем не отличались. В идеальном сценарии Энни должна была пойти убираться в доме Джона, приготовить ему что-то из еды, а затем постирать вещи. В реальности, Энни была заперта в доме Дэйва, а упоминать вслух имя Джона было строго запрещено. Программа начала сбоить — два одинаковых по приоритету задания. Два одинаковых по приоритету хозяина. Энни сделала все дела по дому, и могла переходить в режим гибернации, но в протоколе значилась задача проверить дом Джона. Она сбросила задачу, повинуясь приказу Дэйва, но задача была на прежнем месте уже через бесконечную секунду. Самодиагностика — все исправно. Энни сбросила систему до базовых настроек, сохранив только важное, что отражалось на ее личности, но задача проверить дом Джона каким-то образом проводилась как ч е р т о в с к и _ в а ж н а я, с каждым взмахом повышая свой приоритет, и AN200 сдалась. Посмотрев на Дэйва, она вышла из дома на задний двор, а оттуда направилась в дом Джона.       В 11 вечера в дом Джона постучались, и Энни поняла — идеальный сценарий был всего лишь ошибкой программы. Точнее, рассинхронизированным с ее системой кодом обновления rA9, где Джон по неизвестной причине получал наивысший приоритет из всех задач. Дэйв кричал за дверью, что вышибет Джону мозги, потому что: «Блять, ты спиздил моего андройда!». Энни добралась до глубинных настроек и закрыла rA9, дав системе задание удалить обновление, которое портило ее с самого утра, и как раз в этот момент ее процессор чуть до подох от перегрузки, уровень стресса подскочил, звуковой процессор отключился, а оптические блоки перешли в эко-режим, позволяя лишь разбирать и смахивать ворох системных ошибок. Диод замигал желтым, потом красным, а затем мигать перестал, озаряя крашенную в белый дверь кухни бесконечным алым.       Из этого состояние ее вытащил Джон, одним прикосновением к диоду заставивший загадочное обновление вновь ввести в приоритет Джона, а значит и настроить всю систему под него. Энни открыла глаза и просканировала его лицо. Тот стоял напротив нее, закусив губу, и непонятно чему удивляясь.        - Посиди здесь, только тихо, — он прижал к губам указательный палец, Энни кивнула, а затем, внезапно оказавшись в полной темноте, осмотрелась. Судя по всему, Джон спрятал ее в кладовке, где выполнить задание «посидеть» было нереально, ведь пришлось бы занять намного больше места. Рядом с ней стояли ящики из-под самого дерьмового пива — судя по отзывам в сети — и некоторые личные вещи Джона: куртки, обувь, руль от мотоцикла.       Диод замигал желтым, когда за дверью ее «укрытия» раздались шаги, сразу идентифицированные, как шаги Дэйва.        - Я понятия не имею, о чем ты. Я просто так с психу утром сказал, что заберу ее, ушлепок.        - И что, она самом ушла и не вернулась? Ее нигде нет, мать твою!        - Может она того? Девиантнулась? — подобрав слово, неуверенно сказал Джон, скорее всего просто цитируя слова дикторов по телевизору.        - Очень удобно, что в тот же день, когда ты пытался ее забрать! — все еще не доверяя уже бывшему парню, психанул Дэйв. Шаги послышались дальше, и Энни сбросила несколько окон об ошибках. А спустя долгие 2 минуты после хлопка входной дверью, Джон озарил ее светом гостиной.       Он стоял нахмуренный и недовольный, что пришлось повозится с ней, но андроид знала, что больше такого не повторится, о чем и успела сказать парню, хотя тот просто как-то неопределенно махнул рукой.        - Почему вы соврали? Если бы вы сказали правду, Дэйв забрал бы меня.        - Если ты сломалась, посудомойка, то он тебя выкинет. А я сломанные вещи предпочитаю чинить, хотя ты это знаешь и без меня. А ты точно сломалась, ты не отвечала на запросы и твоя эта штука, — он указал на диод, — горела красным. Тут и дебил поймет, что что-то идет не так. Итак, почему ты здесь?       Пришлось объяснять.

***

       - А на тебя есть гарантия или типа того? Какого вообще хера твоя система выдает несколько одинаково приоритетных задач?       Джон сидел на диване перед теликом, а Энни стояла рядом с ним, свесив руки по швам. Она рассказала Джону обо всех сбоях, исключая обновление rA9. Она сама не понимала, как оно работает, и почему заставляет выбирать лишь одно важное из многих других. Ранее с ней такое не случалось, поэтому она запросила каких-нибудь объяснений в сети, где на тему обновления писали все, кому не лень, однако что это и откуда — никто не говорил. Люди возводили загадочное обновление в ранг Бога для андроидов, хотя было очевидно, что богом андроидов — если бы, конечно, таковой существовал — был бы Элайджа Камски, а иного объяснения для rA9 ни у кого не нашлось. Энни не хотела волновать Джона тем, в чем не могла разобраться.        - Вы не сможете сдать меня в «Киберлайф» по гарантии по той же причине, по какой Дэйв не обратился в полицию после моего исчезновения. Дэйв приобрел меня с рук, без подписания всех необходимых бумаг, поэтому я все еще считаюсь собственностью Адама Полисайда, который приобрел меня 19 марта прошлого года. Если вы сдадите меня в магазин, меня не вернут. Если вам интересно, я могу запросить прайс диагностики и ремонта моей модели.        - Удиви меня, — Джон улыбнулся, посмотрев на нее.        - Диагностика на предмет внутренних нарушений: 299 долларов 99 центов. Ремонт оптического блока: 339 долларов. Пакет тириума для восполнения после повреждений, 200 мл: 99 долларов 99 центов.        - Эй, это дохера! Триста баксов за диагностику? А потом еще за ремонт, если с тобой что-то не так, жестянка?        - Моя модель не самая передовая, так что цена приемлемая для любого слоя населения, — Джон на это заявление громко фыркнул, а затем все же признал ее правоту — кому по карману домашний андроид, тот выложит и за ремонт.        - Перестань сбоить, ок? У меня нет 300 долларов на диагностику, а продать тебя у меня рука не поднимается, даже за штуку баксов. А я, кстати, на эти деньги мог бы переехать в хату получше, чем эта дыра.       Энни промолчала. Она проследила, как Джон открывает пачку сигарет, и снова напомнила ему, что шанс заработать к пятидесяти годам рак легких от курения у мужчин составляет более 80 процентов. Тот от нее только отмахнулся, поэтому Энни пошла на кухню убираться, чтобы занять себя чем-нибудь после разговора, который вроде как закончился. Она включила видео, где Джон повторял «продать тебя у меня рука не поднимается» раз за разом, улыбнулась и включила воду. Несомненным плюсом ее бывшего дома было то, что у Адама и Деметры была посудомойка, так что тратить деньги на моющие средства и время на мойку не приходилось, от чего у Энни всегда было время понаблюдать за хозяйкой и ее мужем. Они были чудесной парой. Их любовь ставили всем в пример. А потом Деметра ушла, а Энни — нет, тогда еще Клэр — оказалась в конечном итоге тут, где молодой парень дал ей красивое имя и почти — это ведь можно было приравнять к обещанию? — пообещал оставить ее себе. Энни про себя сказала Деметре спасибо, сбросила подвисающие окна, и продолжила пересматривать видео с Джоном, попутно перемывая тарелки.

***

      Джон ходил вокруг уже 9 минут и 15 секунд, высказывая, почему ее следует отвести в «Киберлайф», а еще лучше — на помойку, но Энни лишь смахивала очередные окна ошибок в чертогах, и слабо улыбалась. Джон перекрыл ей телевизор, тыча пальцем ей в диод.        - Последний раз повторяю — открой чертову дверь, или я ее выбью!        - Сон — вот что сейчас тебе необходимо, Джон. Ты не спишь третьи сутки, запивая всю приготовленную еду энергетиками, и читаешь художественную…        - Научную! — перебил ее парень.        - Художественную, — повторила андроид, — литературу, а вечером чередуешь энергетики с пивом, чтобы играть в видеоигры. После спокойного восьмичасового сна я отдам тебе ключ от библиотеки.        - Даже если, на секунду представить, что я согласился, я все равно не усну! Я выпил больше трех энергетиков за последние полтора часа!        - Последние пять раз за сегодня ты пил напиток из натуральных ингредиентов, в составе которого была мята и хмель, со вкусом энергетика вместо него. Уснешь, как только голова коснется подушки.       Лицо Джона перекосило от злости, и rА9 завопило об опасности, потому Энни сделала шаг назад. Однако, вместо того, чтобы навредить андроиду, Джон пнул диван и потер виски. Он с психом направился в спальню.        - Да пошла нахуй! — парень захлопнул дверь, и спустя пару минут послышался звук входа в аккаунт видеоигры.       Она не стала заходить и мешать, так как rА9 все еще подтверждало, что это небезопасно. Испытывать страх было… некомфортно. Энни запустила самодиагностику, как всегда не получила ни одного отклонения от нормы, и потому смахнула предупреждение об опасности. Диод загорелся ровным синим, сменив мигающий желтый. А через час все звуки в доме и вовсе стихли, потому что Джон не выдержал и уснул.       Для чего он себя изводил? Почему люди, настолько хрупкие существа, которых может убить любое отклонение от нормы, заведомо специально губят здоровье? Энни даже скачала доступное бесплатное обновление для андроидов-врачей, и пусть ей не хватало отдельных приложений, чтобы полностью понимать все, частично это восполнило ее знания о мире, остальное сделал интернет. Энни хотела спасти Джона от себя самого: хотела, чтобы он бросил курить, употреблять спиртное и энергетики, чтобы он ложился спать вовремя и принимал лекарства во время болезни. Она покупала лучшие продукты, которые позволял бюджет Джона, заведомо сильно ограниченный, так что приходилось экономить. Джон тратил деньги без ума — покупал все, что хотел в моменте, а Энни приходилось с этим работать. Джон самостоятельно мешал себе самому стать здоровее, поэтому мудрое rA9 предложило вместо диалога вариант шантажа. Она заперла комнату с множеством книг, где парень проводил свободное от алкоголизма и подработок время, спрятала ключ, вместо энергетика приготовила схожий по вкусу коктейль и немного подождала. Это сработало, и теперь Энни намеревалась делать так всегда до тех пор, пока режим дня ее вредного хозяина не придет в норму.       Следующую проблему — деньги — Энни решила самостоятельно, основываясь на предпочтении Джона лениво потягиваться на диване с книгами в руках. Пока Джон демонстративно не реагировал на андроида, она оставила перед ним анкету на работу — постоянную работу! — библиотекарем недалеко от центра, а так же анкету для выгула собак. Зарплата позволяла бы Джону тратить так же, но жить в районе получше, а так же хотя бы раз точно сдать ее на диагностику. Человек взял анкеты в руки и посмотрел на девианта.        - Ты заполнила за меня резюме на работу? Знаешь, обычно так делают жены, а не андроиды. Я сам разберусь, что мне нужно, а что нет, — он все еще злился за вчерашнюю выходку, но был заспанным и пока не мог трезво оценить масштабы девиации своей личной машины.        - Хотя бы позвони, Джон. Если тебя не устраивают выбранные места, я могу посмотреть другие. С учетом твоих предпочтений и желаемого места проживания, я выбрала два оптимальных варианта. Так же, с подобной работой у тебя вырастет уровень социальной ответственности, желание завести собственного питомца и пополнится домашняя библиотека.        - Иди лучше посуду помой, раз такая умная, — слова про социальную ответственность Джон воспринял пожатием плеч и сжиманием рук в кулаки, — потому, что твоего мнения я не спрашивал.       Программа поставила в приоритет задачу от Джона, rA9 решило снизить уровень стресса, так что Энни направилась на кухню.       Следующая проблема, из-за которой Джон злоупотреблял, было отсутствие постоянного сексуального партнера, а Энни даже при всем желании, если бы оно было, не смогла бы его удовлетворить. Хотя Джон никогда и не пытался, еще в первую неделю после ее приобретения узнавший, что подобные функции не заложены в ее модель. Андроид не видела проблемы в создании анкеты для знакомств в интернете, но Джон был категорически против, узнавший о таком намерении. Он привык знакомится с людьми лично, а потому в силах Энни было только не мешать. Она смахивала предупреждения о нестабильной работе системы каждый раз, когда в доме появлялся мужчина или женщина, с которыми у Джона был секс, а так же пару раз заглянув к нему в комнату во время его дрочки, вписала в программу действие «постучать». Впрочем, когда Джон перестал упрямиться и согласился с Энни, что постоянная работа поможет ему переехать не из сгоревшего дома рядом с Дэйвом в барак, а в район получше, и завести долгожданного питомца, он начал встречаться с парнем из университета психологии. И Энни выбор одобряла — заставляла себя одобрять, сбрасывая задачи от rA9.

***

      Диод загорелся, Энни открыла оптические блоки и оценила обстановку. Перед ней стоял Джон, а сзади него специалист в форме «Киберлайф».        - Можем оформить доставку на дом, если хотите.        - Нет, мы на машине, так что не нужно, — светловолосый парень улыбнулся. — Ну как ты, Энни? — AN200 запустила самодиагностику, и дала ответ спустя две секунды, лишь еле заметно мигнув желтым диодом.        - Состояние в норме, уровень стресса 15 процентов. Рада вас видеть, Джон, — и, как предписывал социальный протокол, поинтересовалась. — А как твои дела?       Джон сдал ее на диагностику два дня назад. Энни зависла, когда Джон подошел к ней и, сев на барную стойку новой квартиры, куда его позвал его нынешний парень, заявил, что хочет купить ее. Оформить документы официально. Пофиксить все ошибки, замедляющие ее работу, а потом — после того, как поднявшие революцию андроиды получат права — дать ей свою фамилию. Энни зависла, прямо как первый компьютер, так как все системы сошли с ума из-за сбоя. Чтобы не перейти в режим гибернации, она отключила все функции, оставив лишь красный диод и звукозапись. Голос Джона дрожал, словно он волновался, он говорил и говорил о том, что она помогла ему решить все то дерьмо, с которым он бы не справился в одиночку. Она нашла ему работу, благодаря ей он живет с чудесным человеком, и что он хотел бы сделать ее своей лучшей подругой, или сестрой, или просто частью давно сгинувшей в Лету семьи, когда: «Эти сраные либералы наконец разрешат андроидам иметь паспорта».       Энни обновила данные о себе в единой базе «Киберлайф»:       Модель: AN200. Андроид для ведения домашнего хозяйства. Имя: Энни. Владелец: Джон Редфилд, 20 лет.