As Brothers We Will Stand

And death is at your doorstep,

А смерть стоит у тебя на пороге,

And it will steal your innocence,

И украдет она твою невинность,

But it will not steal your substance.

Но не сможет отнять то, кем ты являешься.

"Timshel" – Mumford & Sons

Сэму быстро стало хуже после этого дня. Вернувшись, он уснул и не просыпался одиннадцать часов. Дин хотел разбудить его только чтобы удостовериться, что он проснется, но Кэт настояла на том, чтобы Дин дал ему отдохнуть. Они по очереди наблюдали за Сэмом, хотя обычно на стуле у больничной кровати сидел один лишь Дин, потому что Кэт была занята Паркером или работой по дому. Дин помогал, когда мог; он заботился о еде и мыл посуду, даже начал укладывать Паркера спать, чтобы Кэт побыла немного с Сэмом в конце дня. - Пойдем, малыш, - произнес он, сажая ребенка к себе на плечи. – Нужно в ванную! Сэм не спал, и Кэт села в кресло напротив его постели с какой-то стопкой бумаг на коленях. Она взяла привычку что-то читать Сэму, но Дин не знал, что. Сэму, по его мнению, это было не так важно: он успокаивался, слушая голос Кэт, вне зависимости от того, что она говорила. - Скажи папе «спокойной ночи», - Дин нагнулся, чтобы Паркер смог небрежно поцеловать отца в щеку. - Спокойной ночи, папа, - громко попрощался ребенок. Дин сгреб свободной рукой игрушки, лежавшие на постели Сэма. - Спокойной ночи, малыш, - ответил Сэм, сжимая маленькую ручку. Он теперь стал выглядеть печально, когда говорил с Паркером, и Дин старался этого не замечать, потому что если заметит, это разобьет ему сердце. Он каждую ночь жалел, что не Сэм укладывает ребенка в постель. Сэм улыбнулся Дину, когда тот начал уходить, и повернулся к Кэт, когда она снова тихонько заговорила. Дин слышал, как они говорят, до тех пор, пока не закрыл за собой дверь в ванной. - Будем плескаться, Иин! – воскликнул Паркер, добравшись до игрушек, пока Дин включал воду. Вода омыла его пальцы; дойдя до нужной температуры, Дин наполнил ванную настолько, чтобы Паркеру было весело, но не несло никакой опасности. - Снимай одежду, - Дин потянул джинсы Паркера, пока тот пытался выбраться из своей рубашки. Он взвизгнул и застрял в ней головой. – Подожди, - рассмеялся Дин. – Сейчас. И спустя минуту Паркер весело плескался в воде, а Дин сидел рядом с ним на коврике. Промок он почти так же, как и племянник, да и из предыдущего опыта знал, что ему тоже придется сменить одежду. - Врум-врум! – Паркер водил вокруг себя пластиковую яхту. - Ш-ш, - ребенок поднял голову к Дину, - папа устал, - объяснил Дин. – Будем потише. Паркер с серьезным лицом кивнул. - Ш-ш, - повторил он, положив пальчик на губы, а затем улыбнулся. Дин и правда много времени проводил с Паркером. Ребенок так же к нему сильно привязался: ходил за ним всюду по дому и повторял за ним каждое слово – ну, хотя бы пытался повторить. Несколько дней назад Дин прижал палец дверью Импалы, когда пришел что-то забрать оттуда, и, думая, что он один, громко выругался. И он был один, пока не послышался тонкий голосок сзади: - Твою мать! – Дин обернулся и обнаружил ребенка, стоявшего у входа в гараж, в руках у него была миниатюрная копия Импалы. Ему еще больше она нравилась с тех пор, как Сэм и Дин прокатили его на машине. Паркер ухмылялся, будто только что пошутил лучше всех. - Нет! – воскликнул Дин, но тут же понизил голос. – Паркер, больше это никогда не говори. Ребенок все еще улыбался, в его глазах блестел такой же озорной огонек, что и у отца. Дину нужно было быть поосторожней с ним. Если Паркер похож на Сэма, то без проблем не обойтись. Дин присел перед ребенком на корточки и постарался выглядеть добрым, но строгим дядей. Он в этом практиковался. - Это плохие слова, - объяснил он. – Их нельзя никому говорить. Хорошо? – Паркер выглядел любопытно, но кивнул. Дин поднял кулак в воздух. Он научил Паркера стукаться кулаками, и ему это ужасно нравилось. - Теперь будем мыть голову, - Дин выдавил на руку немного детского шампуня и начал втирать Паркеру в волосы. Этот каждодневный ритуал немного успокаивал, даже несмотря на то, что Дину сначала было неловко с ребенком, теперь он ждал этого времени каждый день. Иногда он даже ловил себя на мыслях о том, каково было бы иметь собственного ребенка. Он был отцом один год, и, хотя он нервничал из-за отсутствия охоты, Дину нравилось воспитывать Бена. Они ходили в походы, вместе ездили на велосипедах, он даже показал Бену какие-то простые вещи из механики. Но Дин не мог не думать о том, каково же воспитывать ребенка с самого младенчества, иметь влияние на каждую сторону его жизни. Это его пугало. - Папа болен, - вдруг сказал Паркер, подобрав в ручку пузыри с поверхности воды. Дин замер, так и оставив руки у него на голове. Он никогда не говорил с Паркером о болезни Сэма, но, похоже, ребенок понимал, что что-то не так. - Да, - ответил Дин. - Осень болен, - продолжил Паркер, и Дин кивнул. – А Иин болен? Дин пытался сделать голос беззаботным. - Нет, малыш, со мной все хорошо. - Мама? - Нет. Только папа болеет. - А когда он поплявится? Дин сглотнул. Это было так неправильно, он не должен был об этом говорить. Это должна была делать Кэт. Но что ему сказать сейчас? - Я не знаю, - ответил Дин. – Спроси у мамы. Паркер на минуту замолчал. - Больсе пузылей, Иин! Дин вздохнул и налил еще пены для ванн, отойдя, чтобы посмотреть на то, как Паркер расплескивает воду по всей ванной. Когда Паркер уже был одет в свою пижаму, а все лужи в ванной были вытерты, Дин позволил ребенку выбрать пару книжек и сел с ним в кресло-качалку. Паркер обнял его и положил голову на грудь, как делал это с Сэмом. - Будем спать, малыш, - наконец произнес Дин. Он сам уже очень устал, так, что слова начинали сливаться в одно. Он мог только читать про голодных гусениц. - Не устал, - Паркер спустился с его коленей. Он выбежал из комнаты, и Дин успел выйти за ним в коридор только чтобы увидеть, как он спускается по лестнице, обитой ковролином, задом наперед, ползком. - Папа! – кричал Паркер, оборачиваясь, чтобы убедиться, что Дин за ним не поспевает. – Папа! И Кэт, и Сэм мирно спали, только Кэт сидела в кресле, все еще с бумажками на коленях. Пуля снова свернулась под кроватью у Сэма и подняла голову, только когда заметила, как к ним бежит ребенок. Кэт проснулась первой, мутным взглядом осматриваясь вокруг. - Вы должны быть уже в постели, мистер, - пригрозила она. Но Паркер уже цеплялся ручонками за одеяло Сэма. Дин только потянулся к нему, когда Сэм заговорил: - Он не хочет. Пускай побудет. - Уверен? – Кэт закусила губу. – Уже поздно, Сэм. Тебе нужно спать. - Я посплю, - ответил он. Хоть Сэм полностью глаза не открывал, весь его взгляд был сосредоточен на сыне. Дин опустил ребенка на постель Сэма, и он тут же свернулся, прижавшись к отцу, и положил большой палец в рот, поглядывая на Дина. Две минуты назад это он хихикал у Дина на коленях, а теперь во всем виноват Дин. Может быть, он не так уж и хотел детей. - Поплявляйся, папа, - прошептал Паркер, закрывая глаза. Взгляды и Сэма, и Кэт метнулись к Дину, который пожал плечами, разыгрывая невинность. - Он стал задавать вопросы в ванной, - объяснил Дин. – Хотел знать, болеем ли мы тоже. И когда Сэм поправится. Я не знал, что сказать. - Я даже не думала, что ему нужно это объяснить, - прошептала Кэт, взглянув на Сэма. Они будто говорили без слов, и Дин чувствовал, что перебивает. - Зовите, если я буду нужен, - произнес он, и Кэт кивнула. Дин вышел из комнаты, через плечо глядя на этих троих. Сэм снова закрыл глаза, одной рукой обняв Паркера, который, видимо, спал. Кэт смотрела на своих мужчин, и Дин постарался уйти незаметно, чтобы не нарушить хрупкое спокойствие, окружавшее эту маленькую семью. Оно долго не продлится. - Ненавижу дневное телевидение, - проворчал Дин уже в пятый раз за десять минут, прощелкивая все каналы по кругу во второй раз. Он остановился на какой-то спортивной программе, но у него все равно будто мозги плавились, поэтому пришлось продолжить поиски. - Оно не изменится, - ответил Сэм. – Дай мне, - он указал на пульт. Дин притворялся, что не следит за каждым движением брата, но получалось из рук вон плохо. – Я вижу, как ты на меня смотришь, - снова заговорил Сэм. Что-то мешало ему дышать, и поэтому каждое слово он произносил с трудом. - Сэмми, мне кажется, нужно пойти к врачу, - произнес Дин. Он уговаривал Сэма целое утро с того момента, как он проснулся, задыхаясь. Дину и Кэт понадобилось много сил, чтобы его успокоить и убедиться, что он не задохнется на самом деле. Кэт оставалось нажать одну лишь кнопку, и скорая бы приехала. - Нет, - ответил Сэм, не сводя глаз с телевизора. Там шел канал, который в прошлый раз Дин каким-то чудом пропустил, и казался он более-менее интересным. - Они бы дали тебе кислорода, - спорил Дин, – и мы бы вернулись домой. Дин не был уверен во второй части предложения, но все равно сказал, будто верил. Главное было, чтобы Сэм так думал. - Нет, Дин, - отрезал тот. - Я спрошу у Кэт, когда она вернется, - не сдавался Дин. Недавно к ним зашла соседка и настояла на том, чтобы Кэт прогулялась с ней. Дину не терпелось вытащить Кэт из дома; она теперь редко выходила, но он знал, что осенний воздух ей поможет. Она забрала с собой Паркера и Пулю, которой понадобилось столько же уговоров, сколько и ей самой, но в итоге Кэт все равно утащила ее за лапы. - В груди тяжело, вот и все. Если до завтра не пройдет, я согласен на больницу и проверку. - Точно? - Да. Но сейчас можно мне обезболивающего? Дин поморщился, но все равно пошел в кухню. Все его предчувствия говорили о том, что Сэму нельзя оставаться дома, и если бы не было Кэт, он бы уже затащил брата в больницу. Но он не мог этого сделать, не поговорив с ней. В тоже время Дин понимал (так же, как и Сэм), что если его отвезут в больницу, он там и останется. Часть Дина – эгоистичная часть – хотела держать брата подальше от этого места столько, сколько возможно. И он на весь день притворился, что не слышит хрипов Сэма. Сэм много спал в последнее время, но в этот день совсем по-другому. Даже под обезболивающими он не был спокоен, так часто ворочался, что Пуля, залезшая к нему на ноги, наконец спрыгнула и затаилась под кроватью, наблюдая оттуда. Кэт тем вечером уложила Паркера спать и спустилась в гостиную в пижаме и чашкой чая в руках. Она предложила сделать чаю Дину, но он покачал головой. - Нет, спасибо. - Ты сегодня ел? - Немного. Крекеры, что Сэм оставил. - Давай я разогрею тебе еды. Себя в землю не зарывай, не хочу, чтобы ты заболел. Дин едва не засмеялся. - Спасибо, Кэт, но я не хочу. Я думаю, нам пора завтра отвезти его в больницу. Кэт нахмурилась, когда он сменил тему, но не хотела принуждать его к тому, чего Дин не хотел. Она сама редко ела. Одежда на ней стала висеть, но Кэт решила, что у нее еще будет время на себя… потом. - Я тоже так думаю, - они оба поморщилась, когда Сэм вздохнул и снова затих. – У него, наверное, жидкость в легких. Так больно, наверное. Нужно бы дать ему морфина или чего-нибудь в этом роде… - Завтра. - Да. Няня Паркера придет в девять, и мы сможем его отвезти. Чем раньше, тем лучше. - Ему эта идея не понравится, - сказал Дин, думая о том, какой скандал Сэм закатит при разговоре о больнице. - Да, но не он теперь принимает решения. Слова Кэт будто ужалили Дина, словно он только начал осознавать, что жизнь Сэма находится в их руках. Дин впервые был благодарен Кэт за то, что она делила с ним это бремя. Они оба хотели для Сэма одного, и оба потеряют одного человека, который их объединил. Они стали солдатами в этом бою, и хоть Дин привык драться один, сейчас ему это безмерно помогало. И с Сэмом было легче, Кэт часто ему помогала и наоборот. - Вы сговорились, - несколько дней назад пожаловался Сэм, но Дин лишь ухмыльнулся и сложил руки. - Да, сговорились. Этим солдатам не придется ждать утра до следующего выстрела. Дин лежал на животе, просматривая кучу журналов, которые он взял с полок, чтобы убаюкать себя статьями о садоводстве и детском прикладном искусстве. Рядом на столе лежал только что приготовленный бутерброд. Он оставил Кэт в гостиной пару часов назад, но обещал скоро вернуться, чтобы занять ее место: она должна было немного отдохнуть. Он взглянул на часы. Оставалось еще два свободных часа. Ему нужно было поспать хотя бы недолго в это время, но чувство было такое, что спокойствия можно было достичь только в гостиной. Когда Сэм не был у Дина на виду, он слишком волновался, чтобы делать хоть что-то. Дин слышал, как Кэт бежит по лестнице и по коридору, пока его дверь не распахнулась. Она стояла на пороге со взлохмаченными волосами, будто только проснулась. Стеклянные глаза выдавали слезы. Сердце Дина подскочило к горлу, когда он поднялся, и все журналы посыпались на пол. - Что случилось? - Сэм, - задыхаясь, проговорила она. – Он не просыпается. Дин уже выбежал за дверь, и, добравшись до гостиной, увидел, как Сэм недвижимо лежит на кровати. Он лежал на спине, но в странной позе: одна рука на груди, а другая свешивалась с постели. Пуля стояла рядом и скулила, тыкая носом в неподвижные пальцы хозяина. - Нет, нет, нет, - пробормотал Дин. – Сэмми! – он дотронулся рукой до плеча брата, чтобы потрясти его, но кожа оказалась такой горячей, что Дин инстинктивно отнял руку. – Сэмми! Сэм не двигался, словно уже мертв. Страх и ужас охватывал все тело Дина. Он повернулся к Кэт. - Звони в 911! Кэт выбежала из комнаты, и Дин снова повернулся к брату. - Давай, Сэмми, - произнес он. – Это же смешно. Ты не можешь так уйти. Я же даже не попрощался, дурень. Волосы Сэма все промокли от пота, и Дин убрал их с его шеи. Вместо глубоких вдохов и выдохов он теперь дышал совсем поверхностно. - Дин? – Кэт стояла за его плечом. - Ты позвонила? Она кивнула и взяла Сэма за руку. Ее плечи затряслись от всхлипов. - Дин, я не могу, - проговорила она. – Что если… - Эй, - грубо оборвал Дин. – Не смей так думать. Мы отвезем его в больницу, и все будет хорошо, - Кэт снова всхлипнула, сжимая руку Сэма. – Кэт, - твердо произнес Дин, приняв на себя всю ответственность. В таких ситуация полезно вспомнить, что нужно позаботиться о чем-то еще, о ком-то еще. – Что с Паркером? Кто с ним останется? Кэт не отрывала взгляда от Сэма. - Позвони соседям. Дин нашел список номеров, прикрепленный к холодильнику на кухне. Он тяжело прислонился к столу, нажимая пальцами на веки до тех пор, пока не увидел яркие пятна. Он не был готов. Не был готов сказать «прощай» или отпустить. Он набрал номер женщины, которая часто приходила и спрашивала, как у них дела и брала Паркера с собой, чтобы купить ему мороженое. Спустя три минуты в дверь позвонили, и когда он открыл, то услышал вдали звук сирены. За Сэмми почти приехали. - Спасибо, что пришли, - сказал он Энджеле, пришедшей к ним в халате на майку и джинсы. Она была вдовой, возможно, лет на десять-пятнадцать старше, чем Дин, но сегодня она выглядела гораздо моложе. - Нет проблем, Дин. Я говорила, звоните в любое время, - ответила она, войдя в дом. Энджела сразу направилась в комнату Паркера, остановившись только лишь чтобы быстро обнять Кэт и что-то прошептать ей на ухо. Скорой помощи не было видно, так что Дин направился к Сэму. Его остановила Пуля прямо в коридоре, обернувшись вокруг его ног, словно кошка. Дин споткнулся и оперся на стену, чтобы не упасть. - Черт возьми, - он схватил собаку за ошейник, потащив ее в комнату Паркера, где Энджела уже держала на руках сонного мальчика. - Иин, - пробормотал он, вытягивая руки к дяде. - Ш-ш-ш, - успокаивала его Энджела, когда Дин исчез из комнаты, захлопнув за собой дверь. Сирены все приближались, и Дин пошел ко входной двери, видя, как все дома озаряются синим и красным, пока машина скорой помощи подъезжает к ним. Из нее выпрыгнуло три врача, они везли с собой каталку. - Мой брат, - объяснил им Дин, когда они пересекли лужайку. – Он без сознания и никак не очнется. Один из врачей положил ему руку на плечо. - Все будет хорошо, сэр. Не будет, думал Дин, глядя, как они собираются вокруг Сэма. Кэт отошла к стене, пересказывая медицинскую историю Сэма по памяти тому самому врачу, который разговаривал с Дином. Дину казалось, что он смотрит сквозь телескоп, сцена перед ним развернулась странно далекая и искаженная. Столько раз Дин видел бессознательного Сэма, раненого Сэма, даже мертвого Сэма. Но ни разу он не чувствовал такого страха, что стало даже горько во рту. Был ли он готов попрощаться, если бы ситуация того требовала? Он должен был быть готов. Он столько хотел сказать, за столькое извиниться и так много прояснить. Извинения за все тридцать три года. На Сэма надели кислородную маску, и Дин смотрел, как она затуманивается от его дыхания. Он крепко обернул руки вокруг себя, пока медики катили Сэма мимо, привязанного к каталке, будто к столу для пыток. Картина Сэма, привязанного к кровати цепями в бункере Бобби всплыли перед его глазами. Без сомнения, детоксикация ослабила Сэма много лет назад, усугубила последствия испытаний, оставивших его совсем слабым, когда подкрался рак. И это все было виной Дина. Может, он ошибся, когда заставил Сэма не использовать свои способности. Он думал, что так лучше для его брата, но возможно, думал только об одном. Он должен быть подумать о том, как это повлияет на Сэма в дальнейшей жизни. Дин подумал о том, что сказал ему Джон за несколько минут до смерти. Если не можешь спасти своего брата, тебе придется его убить. Тогда Дин подумал, что неправильно расслышал, что неправильно что-то воспринял из-за аварии. Но в глазах его отца была настоящая печаль и скорбь. Мне так жаль, что я не смог тебя спасти, думал Дин, наблюдая за тем, как каталку с Сэмом помещают в машину, и Кэт запрыгивает следом, глядя на Дина, пока закрываются двери и ночь окрашивается в красный и синий.