Безмолвные

«Восемь дней без происшествий. Это так круто, что даже не верится. Восемь дней в постели. Ещё немного — и я начну сходить с ума. Каждый из нас может погибнуть завтра, а я лежу в кровати и теряю драгоценные минуты своей жизни. Папа говорил, что жить нужно сегодняшним днём. Он, как всегда, был прав. Как мне не хватает тебя, па». Бет оторвалась от дневника и посмотрела в окно. Ослепительное летнее солнце заливает двор. С улицы доносятся голоса Карла и Мишонн. Они о чём-то оживленно разговаривают и смеются. По интонациям слышно, как хорошо этим двоим вместе. Очень хочется выйти из дома, вдохнуть свежий воздух, подставить солнцу лицо. Кашель прошёл, температура спала, и только слабость удерживает Бет в осточертевшей постели. Она сидит, скрестив ноги, на покрывале и лениво пишет. В принципе, скучать ей не дают, к ней постоянно кто-то приходит — шутит, интересуется, как она себя чувствует. Тот, кого она ждёт больше всего, приходил всего один раз, тогда она также писала, сидя на покрывале. Он пришёл к ней спустя пять дней после того, как она очнулась. Все эти бесконечные дни девушка прислушивается к звукам в коридоре. Она понимает, что это он, ещё до того, как Дэрил входит в её комнату. Бет знает его шаги. Быстрые, будто крадущиеся. Он постоял за дверью, переминаясь, прежде, чем войти. — Привет, Дэрил. Дурацкое «привет» — всё, что приходит ей в голову. Ей хочется вскочить с постели и броситься к нему, но она заставляет себя сидеть. Такое ощущение, что прошла целая жизнь с той ночи в доме. Она старается не пялиться на него так откровенно. У Дэрила всё тот же угрюмый, колючий взгляд, от которого у неё мурашки по коже. Ей всегда казалось, что он видит её насквозь. Седая прядь на виске, раньше её не было. Сильные плечи с чётко обрисованными мышцами под смуглой гладкой кожей. Бет поспешно отводит глаза. — Привет. Как ты? — он неловко приблизился, присел на краешек её кровати. — Отлично. Все пытаются меня развлекать. А ты? — Нормально, — он кивает на её ногу, — Болит? — Нет почти. Боб сказал, что ушиб сойдёт через пару дней совсем. Я разбередила его, когда убегала. Почему они говорят о какой-то ерунде, боясь посмотреть друг на друга? Откуда это напряженное, просто огромное смущение, накрывающее с головой? — Да, бегаешь ты прилично. Почти как владеешь вилками. — Ты нашёл Габриэля? — Мы пообщались. До того, как я нашёл тебя. Я запер его в том подвале, но святой отец умудрился смыться. — Он ненормальный, Дэрил. — Он что-то сделал тебе? — Нет, ничего такого. Но это чувствуется. У него везде такая стерильная чистота, он как хирург. Он сказал, что я похожа на видение. — Наверное, он передумал после знакомства с вилкой, — Дэрил усмехнулся, — Ты молодец. — Я могу постоять за себя. — Я помню. Ничего не значащие слова растворяются в раскалённой тишине, пустой разговор — этого слишком мало для них обоих. Они молчат, чувствуя, как напряжение искрит в воздухе. — Бет, прости меня. Я мудак, я знаю, — его ровный, низкий голос обычен. Она чувствует в нём смертельную дозу вины. Ощущает в каждом движении пальцев, сжимающихся в кулаки. В неловкой позе. В том, как он щурится, глядя на покрывало. Да к чертям всё! Она не выдержала, кинулась к нему. Прижалась щекой к мужской груди, вдыхая его запах, ощущая твёрдые мышцы под ладонями. Помедлив, он осторожно привлек её к себе, погладил по спине, пробегая пальцами вдоль позвоночника. Движение очень лёгкое, почти интуитивное, но Бет кажется, что она сплошной оголённый нерв, от его прикосновений по телу пробегает ток. — Прости меня, — снова тихо шепчет Дэрил, — Я тебя чуть не угробил. Его губы совсем близко у виска, она чувствует его горячее дыхание. — Ты спас меня, Дэрил, — протестует она, поднимая к нему лицо. Никогда они не были настолько близко. Его суженные зрачки совсем рядом. Они застывают, глядя друг другу в глаза, и Бет вдруг остро осознаёт, что на ней лишь тонкая майка. Грубая ткань его штанов касается её голых бёдер. Она чувствует, как его руки напрягаются, прижимая её чуть сильнее. Жар его тела опаляет её кожу сквозь майку. — Чёрт! — Дэрил отскакивает от девушки — Прости! В несколько длинных шагов мужчина быстро пересекает комнату. Приглушённо хлопает дверь. С тех пор прошло уже три дня, но он больше не появлялся. Бет, устав от мыслей, злилась на него и на себя. Иди ты к чёрту, Дэрил Диксон. Как и предсказывал Боб, нога уже практически не беспокоит. Бет решила, что с неё хватит. Некогда болеть. Она сказала об этом Мэгги, когда та пришла навестить её. — Но ты ещё слишком слаба, — Мэгги не понимает, почему Бет так стремится вырваться из постели, — Кэрол рассказывала мне, что София провела в больнице две недели, когда подхватила воспаление лёгких! -Ты уверена, что мы проживём две недели? — Бет смотрит сестре прямо в глаза, — Лично я не собираюсь сидеть здесь и ждать. Я не София, Мэгги. Я взрослый человек. Дай мне, пожалуйста, мою одежду. — Из твоей одежды целыми остались только штаны, — усмехнулась сестра, — Надёжная вещь. Жаль, что я в них не влезла. Они смеются, как раньше, подшучивая друг над другом. Бет благодарна Мэгги за то, что сестра поняла её. — Спасибо, Мэг. — За что? — За то, что не делаешь из меня жертву. Это мне до смерти надоело. — Папа говорил, что надо жить в полную силу, пока можешь. Я помню. — Что-то мне подсказывает, что нас будут называть крэйзи Грин. — Это точно. Мне тоже надоело выживать, Бет. Я хочу жить. Перед тем, как всё развалилось, там, в тюрьме, я сказала Гленну, что хочу ребёнка. Бет смотрит на сестру округлившимися глазами. — Правда? Это замечательно, Мэг! Ты не представляешь, как я рада! Но… Ты помнишь, что случилось с Лори… Мэг не забудет этого никогда. Никто не узнает, сколько сил ей понадобилось, чтобы вонзить нож в нежный живот Лори. Убить беременную женщину ради её ребёнка. Это до сих пор снится Мэгги. Она просыпается вся в поту, прижимаясь к Гленну. Он уже знает, что снится жене и нежно укачивает её до утра, отгоняя кошмары. — Я помню, Бет. Но у нас есть Боб. И я не Лори, кто сказал, что мне понадобится кесарево? Бет задумчиво смотрит на свои руки. — Ты знаешь. Ты права. Я бы тоже поступила так. Если бы кто-то любил меня так, как Гленн тебя любит. Мэгги подошла к шкафу, скрывая заблестевшие глаза. Что-то изменилась в Бет. Она стала взрослее. И ближе. — Держи. Рубашка как раз тебе в пору, — Мэгги кинула ей белую рубашку к кожаным штанам. Перебарывая слабость, Бет встала и примерила её перед зеркалом. Рубашка и правда сидела отлично. Она завязала её узлом на животе. — Я похожа на девушку рокера. — Точно. — Пойдём проверим Джудит? Я так соскучилась, где она? — Она с Кэрол. Третья дверь по коридору. Пойдём.

***

Нет смысла охотиться, если не можешь сосредоточиться. Это простое правило Дэрил знал ещё с самого детства. Вот дерьмо! Реднек сплюнул сквозь зубы и, закинув арбалет за спину, зашагал к ручью. Он не мог выкинуть её из головы. Это было блядски неправильно, но это было выше его сил. Бет была его другом, конечно. Они сильно сблизились тогда, но ни один человек никогда не хозяйничал в голове Дэрила Диксона, занимая все его мысли. Он всегда с лёгкостью выбрасывал эмоции, если они мешали ему или были неудобны. Раньше он думал, что она не покидает его мысли потому, что он потерял её, как последний мудак. Был виноват перед ней. Но он её нашёл, и ничего не изменилось. Девчонка постоянно крутилась в башке. Проклятье! Дэрил взглянул на солнце — почти полдень. Зря потерял кучу времени. Вода в ручье была ледяная. Он глотнул целую пригоршню — аж зубы заломило. Плеснул в лицо. Пора возвращаться. Диксон зашагал к дому. Запасов еды было крайне мало. Дэрил усмехнулся, в этом мире живые постоянно хотели жрать, так же, как мёртвые. И те, и другие скитались в поисках пищи. Если бы он был один, он бы смог прокормиться охотой, но на группу этого не хватало. Тем не менее, каждая белка имела большое значение. А он, вместо того, чтобы добывать пропитание для людей, как последний придурок изводит себя, думая о светловолосой девчонке. Этим людей не накормишь. Дэрил был зол на себя. Растёкся, как ёбаное желе. Зачем он попёрся тогда за этими долбанными медведями? Дебил. Мерл умер бы от смеха второй раз, если бы знал, что на свете есть такие недоумки. Дэрил и сам умер бы от смеха, если бы не был тем самым недоумком.

***

Диксон избегал приходить к Бет так рано. Он не мог себе объяснить почему. Может, потому что его тянуло туда каждую минуту, как клещами. С того самого дня, когда он проснулся, после критичной для Бет ночи. На пятое утро Дэрил понял, что бороться с собой невозможно, какая-то сила тащила его к ней. Погода тогда была особенно солнечной. Проснувшись, он спустился в гараж, прихватив на кухне пару яблок. Кэрол стояла у окна, разводя молочную смесь для Джудит. Седые, короткие волосы обрамляли лицо, освещённое утренним светом. Картина была на редкость мирной и домашней. Гараж в который раз порадовал реднека крепкой, железной дверью. Мотоциклы были в порядке, их бывшие хозяева были ублюдками, но в байках толк знали. Почистил арбалет, помог таскать дрова Абу. Через час он понял, что сопротивляться этому бесполезно, что бы он не делал, он каким-то образом оказывался поблизости от комнаты Бет. Блядь, он сам не понимал, как это получается, но нарезать круги вокруг её комнаты было глупо. Он постоял перед её дверью, прежде, чем войти. Что ей сказать? Так вышло — в последний раз они разговаривали на кухне. Дэрил старался не вспоминать о том разговоре. В следующий раз он увидел её уже на обочине, в разодранной майке. Это был пиздец, но видения того, что он увидел, преследовали Дэрила. Он ничего не мог поделать. Все его женщины были похожи. Матери одиночки, официантки из придорожных кафе. Усталые женщины, изголодавшиеся по мужскому телу. Он специально выбирал таких — они всё понимали. Он использовал их, а они его. Всё было предельно просто и честно. Качественный секс и никаких лишних эмоций. Ни им, ни ему не были нужны отношения или что-то типа того. Дэрил всегда был очень вежлив и корректен с ними, но не помнил ни одного имени. Впрочем, его имя тоже не особенно интересовало женщин. Им нужно было вовсе не имя. Они всегда были его возраста или чуть старше, с аппетитными формами, опытными руками и умелыми губами. Они отлично делали минет, покорно глотали, остервенело раздвигали ноги, восполняя хронический недотрах — и незаметно исчезали после оргазма. Какого хрена его преследует картина тонкого юного тела Бет Грин? Мужчина толкнул дверь. Она сидела на кровати в длинной серой майке, которую он сам на неё надел. В одной, мать её, майке. Длинные стройные ноги скрещены в лодыжках, на коленях дневник. Дэрил заставил себя оторвать взгляд от её голых ног. Блядь! — Привет, Дэрил! Никто не произносил его имя так, как она. Она всё делает немного не так, как другие. — Привет, как ты? — стоять в дверях было глупо, Дэрил приблизился и присел на её кровать, стараясь сесть подальше, перебороть кучу незнакомых эмоций. Она ничего не делала, а у него сносило крышу просто от того, что она рядом, живая, тёплая, разговаривает о какой-то херне. Чёрт! Он старался не смотреть на неё. Диксон не осознал, в какой момент разговор прервался, и она вдруг оказалась рядом. Светлая макушка щекочет шею, маленькие ладони на его груди — от этого можно сойти с ума. Он видит, как быстро бьётся под кожей тоненькая венка на её виске. С трудом сглотнул, заставляя себя отвести взгляд. Нерешительно поднял руки, провёл пальцами по узкой спине. Такая маленькая, такая хрупкая. Как он мог проебать её тогда, на дороге? Когда-то он не уследил, и её отец мёртв. Охотник понимал, как виноват перед семейством Грин. За ней он тоже не уследил. Что было бы, если бы он не нашёл её? — Прости меня, я тебя чуть не угробил. — Ты спас меня, Дэрил! Она внезапно поднимает глаза, и Дэрил понимает, как она близко к нему. Он чувствует тёплое дыхание Бет, её нежные губы совсем рядом, стоит немного наклонить голову, и он почувствует вкус. В горле пересыхает мгновенно. Ему хочется прижать её к себе, смять, бросить её на эту чёртову постель. Трогать её всю — тонкие лодыжки, бёдра, острые девичьи ключицы. Провести языком по нежному животу. Скользнуть под майку к розовым, упругим соскам. Дэрил ощущает её всем телом. Он напрягся, борясь с самим собой. Ты спятил, Диксон. Ты просто придурок! Огромным усилием воли он заставляет себя оторваться от тела Бет. — Чёрт, прости! Мужчина бросился вон из комнаты. Хлопнула дверь.

***

Дэрил не заметил, как дошёл до дома. Знакомый забор, Саша с Риком на часах. А он возвращается пустой. Без добычи. Люди рассчитывают на него. Через пару дней нужно будет наведаться в город. Лекарства слишком быстро заканчивались. Болезнь Бет и ранение Гленна истощили все запасы антибиотиков, а они, как ничто, нужны в этом мире. Госпиталь в Гринвилле они уже обчистили, но Дэрил видел развилку, когда осматривал окрестности. Поворот на городок Ньюнан. Надо будет наведаться и туда в ближайшее время. Во дворе домашние развели костёр, греют воду в большом чане. — День мытья! — радостно говорит ему латинка Розита. На ней короткие шорты. У неё тоже красивые ноги. Но Дэрилу почему-то похер. — Почему ты в шортах? — В смысле? Жарко же. — Если ты не заметила, у нас тут апокалипсис. Куча трупов рыщет в округе, ища кого бы сожрать. Только кретин может вырядится в шорты в такой ситуации. Дэрил разворачивается и не спеша идёт в дом. Отлично. Сорвал зло на левой бабе. Конечно, напялить шорты — это полный пиздец, но она не виновата, что подвернулась ему под руку сейчас. В доме прохладно и тихо. Диксон поднимается на второй этаж. Комната Кэрол напротив его комнаты, там слышны голоса и смех. Дэрил сворачивает туда. Бет, Мэгги и Кэрол весело переговариваются, склонившись над малышкой Джудит. — Она вчера почти сказала это, клянусь, — говорит Кэрол, — Бьюсь об заклад, её первое слово будет Кэрол! — Как жаль, что нет камеры, — Бет сдувает светлую прядь с лица, — Вот бы записать это. Папа записывал нас с Мэг с пелёнок, это так забавно, смотреть на себя в подгузниках со стороны. Помнишь, Мэг? — Дааа, папа с камерой вообще моё первое воспоминание! — Привет, Дэрил, — Кэрол первая заметила его, — Как охота? — Пусто. Мне жаль. — Ничего, у нас ещё есть еда, — Кэрол готова всегда поддержать его. Он смотрит, как Бет берёт на руки ребёнка, встряхивает бутылочку со смесью. Сердце пропускает удар. Девушка поднимает голову. — Хочешь покормить её? Дэрил осторожно принимает у неё Джудит. Он уже не раз кормил малышку, она была первым ребёнком, которого он держал на руках. Реднек обалдел, когда впервые увидел крохотные детские пальчики. Он не мог поверить, что это настоящий, живой человек. — Ты хорошо себя чувствуешь? — спрашивает Кэрол у Бет, — Хочешь забрать её? Бет задумчиво смотрит на Кэрол. Что-то новое появилось в женщине. Будто какая-то трещинка. Словно она балансирует на грани и вот-вот упадёт. — Нет. Я очень люблю Джуд, но теперь твоё время заботиться о ней. А я буду навещать её так часто, что первым её словом станет Бет!

***

Две машины и мотоцикл двигались по шоссе в направлении мёртвого города. До апокалипсиса Ньюнан был небольшим, но шумным городком в тридцати милях от Атланты. Они едут вереницей, не включая фары. Абрахам ведёт Форд, там же Розита, Боб, Кэрол и Саша. Аб доволен — пять взрослых человек в машине помещаются без проблем. Плюс багажник размером со штат Невада. Ради такого зверя стоило напрягаться в поисках бензина. В Хонде с Риком находятся Мэгги, Мишонн и Бет. Бет пришлось выдержать целую битву с группой, отвоёвывая право на вылазку, но она твёрдо стояла на своём. — Я поеду и точка. Никто из вас не имеет права удерживать меня! — Но ты ещё слаба! — Я всегда «слаба», если вас послушать. Может, я сама в состоянии это определить? Хватит опекать меня! Я не слабоумная, чёрт возьми! Я такой же участник группы, как все. Ничего не говорил только Дэрил. Он стоял, оперевшись на стену, скрестив руки на груди и пронзал её взглядом. Бет надеялась, что никто не заметил, как ей не по себе от этого взгляда. Выезжать решили, как только рассвело, быстро собрались, захватили немного еды, проверили оружие. Бет пристегнула свой нож к поясу. Рядом — кобура с пистолетом. Рик лично проверил крепление и остался доволен. Разговаривали мало, настраиваясь на выезд. Каждый понимал, что может не вернуться. Каждый понимал, что может потерять друга. Дома остались Тайриз, Гленн, Карл и Юджин. Дэрил настоял, чтобы Юджин, Карл и Гленн с малышкой находились вместе на втором этаже в запертом доме. В комнату снесли оружие, смесь для ребёнка, еду, оставшиеся лекарства. В гараже оставили канистру бензина у третьей машины. На всякий случай. Тайриз ходил по стене, внимательно наблюдая за окрестностями. Шоссе было в довольно неплохом состоянии. Длинные тени деревьев ложились на дорогу. Они въехали в город и двинулись по направлению к госпиталю. Абрахам ориентировался по своей карте. В Хонде была карта Бет. Бет смотрела из окна на полуразрушенный Ньюнан. Заброшенные, пустые дома. Редкие ходячие, почти сгнившие, распространяющие отвратительный запах разложения, слоняются по улицам, поворачивая вслед за гудящими автомобилями. Разросшиеся клумбы в центре города, когда-то явно ухоженные, теперь превратились в джунгли. Между ними виднеются голубые, покрытые черепицей крыши, ньюнанского центра. Медленно проплывают облупившиеся каменные лошадки детской площадки, когда-то раскрашенные в весёлые цвета. Теперь всё мертво. Бет отворачивается от окна и смотрит перед собой, твердя названия лекарств. Она помогала Бобу составлять список, вспоминая всю прочитанную медицинскую литературу. Боб был удивлён её знаниями, и ей это было приятно. Они заставили каждого в группе заучить наизусть название нужных препаратов. Здание госпиталя мрачно вырисовывается на фоне неба. Толстые стены обшарпаны, битые стёкла зияют провалами. Они разворачиваются и дают задний ход, паркуясь. Так сорвать машину с места и уехать можно в течение нескольких секунд. Дэрил обводит взглядом людей, задерживаясь взглядом на Бет. Её лицо бледно, но страха на нём нет. Диксон хмыкнул, вспомнив, как девушка билась с группой, чтобы быть здесь. Он тогда искренне забавлялся, осознавая, что только он один знает характер Бет Грин. Он тоже пытался спорить с ней, когда они выживали после тюрьмы вдвоём. Дэрил улыбнулся про себя. Если Бет сказала, что пойдёт разыскивать выживших после тюрьмы людей — она пойдёт. Ночь ей не помеха. Дэрил тогда на автомате тащился за ней, не веря, что кто-то ещё жив, кроме них. А ведь девчонка была права. Если Бет сказала, что пойдёт добывать бухло через полный лес зомби, она пойдёт. Если Бет сказала, что поедет на вылазку, она поедет. В этом маленьком теле бесстрашия и упрямства хватит на троих. Это было новое чувство — гордится кем-то. Разделиться решили по пять человек. В левое крыло двинулись Абрахам, Розита, Боб, Саша и Кэрол. В правое — Рик, Дэрил, Бет, Мишонн и Мэгги. Под ногами хрустело стекло. В солнечных лучах кружилась пыль. Дэрил бесшумно перемещался от двери к двери, выставив арбалет. Пусто. В узких, тёмных коридорах навален хлам. Ржавые каталки, тряпки, сломанная мебель. Они медленно углубляются в здание. Окон уже нет, приходится включить фонари. — Нам нужно в хирургическое отделение. Там все препараты в ампулах, у них дольше срок годности, — тихонько шепчет Бет. Они поднимаются на один пролёт. Ходячих всё нет, и это чертовски странно. Дэрил точно знает, что именно в госпиталях ходячие бродят стадами. Больница — первое место, куда отправиться укушенный сумасшедшим на улице человек. Дэрил смотрит вправо, на Рика — на лице друга читаются те же мысли. — Я очнулся в госпитале, — шепчет Рик, лицо его напряжено, — Я тогда ещё не знал, что происходит. Шейн подпёр дверь моей палаты каталкой, чтобы ко мне никто не вошёл. Знаешь, это спасло мне жизнь. — Не думаю, что он хотел угробить тебя. В тот момент. — Да… Там был морг в подвале. Кто-то запер его на цепь, там было целое стадо тварей. — Хирургия обычно выше. Пойдёмте на третий, — вмешивается Бет. В этот момент в глубине здания слышится неясный звук. Люди напряжённо замирают, задержав дыхание. Рик качает головой. — Это не Аб. Освещая путь фонарями, они движутся на звук. Палаты заброшены и пусты. — Вы чувствуете? — говорит Бет, — Запах разложения. Здесь его нет. Точно. Это ненормально. Этого быть не может. — Здесь что-то не так! Ещё пролёт. Впереди большое помещение с обзорным окном. Они выключают фонари, скользнув в проём. Быстро обшаривают полки и шкафы. Рик скидывает упаковки с бинтами в рюкзак, Мишонн перетряхивает ветхие тумбочки. Дэрил краем глаза следит за Бет, ни на минуту не выпуская её из поля зрения. Девушка приблизилась к окну и замерла. — Дэрил! — шёпот Бет несколько громче, чем нужно, — Дэрил! — Что? Он бегом приближается к ней. Девушка показывает подбородком в сторону окна. Под окном стоянка для скорых на заднем дворе. Потрескавшийся асфальт, почти стёртые жёлтые линии парковочных мест. Две машины. Одна ржавая, покрытая коррозией скорая помощь. Дверцы распахнуты, видно, что изнутри вынесен весь медицинский инвентарь. Вторая машина чуть дальше. Длинный катафалк с белым крестом на заднем стекле. — Блядь! — Дэрил впервые ругается при женщинах, — Что за… — Там, — подбегает Рик. — Внизу, видишь? Машина с крестом. На ней тот ублюдок увёз Бет. — Что она здесь делает? Чёрт, что происходит? — У меня такое ощущение, что надо валить отсюда, — тихо говорит Дэрил, — И лучше к нему прислушаться. — Уходим! Цепочкой, друг за другом, они быстро покидают палату. Снова включают фонари. Коридор, ещё коридор. Хриплое дыхание людей нарушает тишину. Внезапно раздаётся звук захлопнувшейся двери, эхо гулко разносится по коридорам, включается ослепительный свет. Группа резко останавливается, чуть не налетев друг на друга. Озираются по сторонам. Чёрт! Люди становятся спиной к спине, приняв оборонительные стойки. Они в просторном помещении. Операционная! Одна стена — стеклянная, за стеной стоит женщина в белом халате и пристально смотрит на них, слегка улыбаясь. Рядом с ней высокий лысый негр в сутане. — Так-так-так, — негромко говорит женщина, — Сразу пятеро. Ты был прав, Габриэль. Они пришли сами.