Больной ублюдок

      Когда засыпаешь, то не всегда можешь с точностью разделять реальность и вселенную сновидений. Кажется, что ничего нового ты не увидишь, ведь уставший мозг вряд ли сможет воссоздать красочные картинки воображения. Тогда-то обычно и снятся прошлые размытые эпизоды жизни. Как, например, сейчас.       Капли дождя барабанят по асфальту и машинам, попадая на бегающих врачей и полицейских. Зеваки, проходящие мимо, останавливаются, оставаясь под зонтами и немо рассматривая картину аварии. Полицейские пытаются разогнать их, чтобы не мешать работе спасателей, пусть и спасать уже было некого — машина с одним из пострадавших уехала, а тело второго вот-вот должны будут забрать санитары и судмедэксперты из морга.       Минхи смотрит на эту картину грустным взглядом, чувствуя боль где-то на сердце, с трудом понимая, что происходит. Так всегда — сознание вторит о необычности происходящего, но в то же время принимает его за настоящее, за привычную реальность, в которой Минхи живет.       — Мисс, я принес вам плед, — санитар, чье лицо скрывает маска, мягко укрывает плечи девушки легким одеялом, не произнося лишних слов. Он уходит на пару минут, а после возвращается с кружкой чая.       — Я не хочу… — девушка старается вежливо отказать, но заметив настойчивый взгляд санитара, лишь принимает чашку, а после вскрикивает, когда понимает, кому именно принадлежит взгляд из давних воспоминаний.

***

      — С такими проверками комнат, здесь спокойно можно хранить бомбу, и никто не узнает.       Минхи со вздохом поднялась, резко раскрывая глаза. Буквально вскочила с кровати, прокручивая в голове эпизод из прошлого.       — Что ты здесь делаешь? — слова дались с трудом, пусть она и старалась держаться ровно рядом с Бэкхеном.       Ему точно нельзя доверять, ведь он никак не мог оказаться на месте аварии Чонина по глупому стечению обстоятельств. А если неслучайно оказался там, то и сюда под чужим именем неспроста попал. В памяти всплыла еще одна картина — на сей раз бар, в который девушка забегала, чтобы отдать Мэдисон книгу Коэльо. Тот друг из воспоминаний, имени которого она никак не могла вспомнить, и с которым у нее так и не получилось познакомиться… Это ведь точно был Бэкхен.       Он все знал. Следил за моей семьей с самого начала…       — Что я вижу? Неужели застал врасплох? — усмехнулся он сам себе, явно довольный тем, какое иногда влияние может оказывать на свою наивную подопечную. — Эй, я вроде достаточно часто к тебе прихожу, пора бы и привыкнуть.       — Ладно, выкладывай, что тебе нужно и убирайся. Я не в настроении, — у Минхи все же получилось взять себя в руки.       — И вот так ты разговариваешь со своим спасителем? Если бы не я, медсестры бы засекли тебя.       — Если бы не ты, я бы ушла вместе с Сандрой. И кто знает… Возможно, если бы не ты, я бы и не попала сюда.       — О чем ты? — искреннее удивление Бэкхена в тот момент как никогда прекрасно сочеталось с презрительной и немного нервной улыбкой Минхи.       — Сентябрь прошлого года. Бар «Berries». Уверенна Мэдисон рассказала тебе много интересного обо мне и моей семье. Настолько много, что санитаром, который давал мне плед, когда я сидела в машине медиков в тот же вечер на месте убийства моего брата, также оказался ты. Не успела я оплакать брата, как в городе начались убийства. Жестокие убийства, а виновной оказываюсь я. И спустя пару месяцев в заключении здесь, я встречаю тебя снова. Интересные совпадения, не находишь?       — Ты ничего не знаешь.       — Здесь ты действительно прав, — Минхи кивнула в подтверждение его слов. — Я ничего не знаю. Ни о твоем прошлом, ни о тебе, ни о твоих намерениях. Может вместо того, чтобы давать мне ребусы и играть с моими эмоциями, ты все-таки расскажешь, кто ты черт возьми такой, Бён Бэкхен? Или это тоже ненастоящее имя?       — Сейчас не самый подходящий момент, Минхи, — он все пытался успокоить ее. — В больнице небезопасно.       — Небезопасно? — Минхи почувствовала, как голос невольно дрогнул, а на глазах появились слезы. — Хочешь сказать, что я должна продолжать слепо идти за тобой? Верить тебе?       — А ты веришь? — его взгляд пробирал до самой души, поражал в самое сердце.       — Как я могу, когда даже не знаю, что ты за человек, Бэк? Я… — она старалась выдохнуть, чтобы успокоиться, но эмоции так и норовили вырваться истерикой наружу. — Мне хочется верить тебе, но мне страшно. Ты ведешь себя как сумасшедший, и я не хочу сходить с ума вместе с тобой, понимаешь? Прошу, если ты что-то знаешь о смерти моего брата, если знаешь об убийце, из-за которого я оказалась здесь, скажи мне. А иначе я не намерена продолжать играть с тобой в эти игры, я слишком устала.       — Уже поздно… Я пойду…       — Чонин жив, — пытаясь остановить Бэкхена, произнесла Минхи. — Я так ни разу и не призналась тебе в этом, но ты ведь и сам все знаешь, да?       Юноша остановился у самых дверей, сдавливая ручку двери несколько сильнее, слыша знакомое имя. По какой-то причине он не решался повернуться.       — Думаю, он скоро придет. Мне придется рассказать ему о тебе…       — Так у тебя появится еще больше вопросов. Потерпи до завтрашней ночи.       — Я устала, Бэк, — тихим голосом ответила Минхи, чувствуя, как больше не может сдерживать слез.       Бен резко выдохнул, уже ненавидя себя за то, что собирался сделать. Он обещал себе больше не допускать опрометчивых поступков, но когда молодая женщина плачет, даже у черствого старика на душе заскребут кошки. Бэкхен в несколько шагов сократил расстояние между ними и обнял девушку, аккуратно поглаживая ее по волосам, давая немного успокоиться.       — Я вытащу тебя отсюда. Не говори ничего брату. Завтра ты все узнаешь…

***

      Минхи действительно ничего не сказала Чонину, когда тот вдруг оказался в ее комнате рано утром, видимо услышав новости о неудавшемся побеге одного из пациентов. Видимо, решил проверить, все ли в порядке с сестрой.       — Я рад, что ты в порядке. Тот сумасшедший не напал на тебя? Слышал, кто-то успел пострадать.       Чонин крепко обнял Минхи, и ей вдруг стало так стыдно из-за всего, что ей приходится скрывать от него: Бэкхен, скорый побег, ее подозрение на счет Бэкхена и самого Чонина… Разве так должна поступать любящая сестра? Могла ли она со спокойной душой скидывать все на обстоятельства? Имела ли право подозревать родного брата, в то время как сама не была с ним честна?       — Я была на приеме у врача, из-за головной боли и бессонницы, когда поднялась тревога, — ложь слетала с губ так умело, что становилось страшно.       — Хорошо, что тебя есть кому защитить, — с добродушной улыбкой произнес Чонин.       Они молчали несколько минут, наслаждаясь обществом друг друга. Минхи хотела задать много вопросов, имея эту редкую возможность держать брата за руку, но не решалась. Оставалось лишь смотреть на него — на его уставшее лицо, замечая более явные морщинки на лбу и переносице, а также на выцветшие синяки на скулах и заживающие ранки на костяшках, видимо от усиленных тренировок. Вот только для чего он тренировался?       — Тебя кто-то преследовал? Поэтому тебе пришлось подстроить все?       — Минхи, я…       — Ответь мне, я места себе не нахожу, боясь, что больше тебя не увижу. Ты сейчас в опасности? Поэтому не можешь все рассказать?       — Ты не в безопасности… — признался он. — Все очень запутано, поэтому прошу тебя, потерпи еще чуть-чуть…       Ким не нашла ничего лучше, кроме как устало прикрыть глаза и кивнуть. Сколько бы она себя не убеждала, но ни брату, ни Бэкхену она верить не могла, и все же, ни одному, ни другому о разговорах с ними также не рассказывала. Для брата было лучше не знать о том, что планирует Бэкхен, а для Бэкхена было лучше не узнавать о том, что именно рассказывает ей Чонин во время их недолгих и редких встреч. Она просто продолжала давать обоим шанс все объяснить.       Солнце только начало всходить, а значит у них оставалось не так много времени. Пообещав вернуться позже, Чонин аккуратно открыл двери палаты и вышел, спокойно шагая по коридору. Девушка по-прежнему не понимала, как он мог вот так спокойно проникать в это место, но после вспоминала о веренице потайных коридоров и странных комнат, в которые никого не селят.       Значит, у этого места было действительно много тайн.       День тянулся невыносимо долго из-за того, с каким нетерпением Минхи ожидала вечера. И когда после полуночи двери в её комнату вновь открылись, она практически сразу встала с кровати, совершенно не чувствуя усталости или сонливости.       — Пойдем, — Бэкхен, практически не заглядывая в ее комнату, сразу же направился дальше по коридору, и девушке пришлось бежать за ним, стараясь не шуметь.       — Куда мы идем? — шепотом спросила она, все же нагоняя ночного гостя.       — Хочу показать тебе одно место, — по тому, как Бэкхен продолжал решительно идти вперед, не поворачиваясь к ней, пациентка решила, что дальнейшие вопросы задавать просто бессмысленно и лучше будет просто подождать, пока они не придут в более безопасное место.       Спустившись по лестнице, они оказались рядом с таинственной комнатой, проход в которую им преграждали стальные двери, окрашенные в белый, под цвет стены.       — Что дальше? — брюнетка уже подумала, что им придется вернуться обратно, но тут в руках Бена показалась связка с ключами. — Так вот что ты забрал из кабинета Чунмена?       Бэкхен ничего не ответил, лишь хитро усмехнулся, открывая двери, давая девушке первой пройти внутрь.       — Дамы вперед.       — Не прикидывайся джентельменом, — закатывая глаза, Минхи все же переступила порог первой.       Очередная пустая комната, где находилось фортепиано и пустой шкаф, где раньше наверное стояли книги. Бэкхен уверенно подошел к нему и с легкостью отодвинул деревянную конструкцию, за которой оказался настоящий коридор.       — Страшно подумать, что нас ожидает дальше… — призналась Минхи.       — Увидишь.       Они прошли в конец коридора, выходом из которого стал огромный зал, который наверное являлся архивом, — такой вывод Минхи сделала, увидев папки вместо книг в бросающихся ей в глаза книжных шкафах.       Архив пах затхлостью и ветхими досками с плесенью, которыми уложен пол. Стулья и столы были укрыты пленкой и пылью, скорее в надежде, что когда-то ими снова воспользуются, а пока лишь мыши, пробегающие между шкафов и под столами, могли оценить красоту старой кленовой древесины, постепенно разрушающейся под неблагоприятным влиянием сырости.       — Это все часть больницы?       — Старый архивный зал, бывшая библиотека.       — Библиотека?       — Здесь раньше находился пансионат для девушек. Как маяк во время шторма, он позволял всем женщинам, жаждущим уединения, мира и защиты, остаться здесь. Говорят, что во времена Великой Депрессии на месте здания пришлось открыть больницу для страждущих, а после и настоящий дом для психически-неуравновешенных… — Бэкхен только сейчас заметил, как пристально Минхи смотрела на него, и он обнадеживающе улыбнулся, понимая, что ей некомфортно слушать подобные истории. Маленькая, испуганная девочка… — Тебе не стоит бояться.       — Я и не боюсь…       — Поэтому так крепко продолжаешь держать мою ладонь? — мужчина усмехнулся, когда Ким разжала пальцы, что так приятно грели его собственные. Лишенный каких-либо связей с внешним миром, Бэкхен скучал по простым человеческим прикосновениям, пусть и не признавал этого даже перед самим собой.       Повисла короткая пауза — Бен пытался поскорее пробраться к старым папкам с планами местности и потайных тоннелей, а Минхи тем временем, затаив дыхание, исследовала шкафы со старыми книгами, многие из которых были изданы в начале 20 века, а некоторые и вовсе датировались восьмидесятыми годами девятнадцатого.       Как странно было осознавать, что когда-то в этом здании царили мир и спокойствие.       Минхи продолжала изучать полки, пока не наткнулась на рукописи, на которых были указаны года и разные пары букв, являвшиеся вероятно инициалами учениц. 1915 А.Н. 1922 Р.К. 1923 Э.А. Пропитанные чужими страданиями, мыслями, переживаниями и эмоциями, дневники источали таинственную ауру артефактов, позволяя девушке чувствовать себя настоящим первооткрывателем, и если господин Шлиман открыл Трою, то Минхи могла углубиться в историю человеческих судеб, окунуться в прошлое и его самые сокровенные тайны. Она уже было протянула руку к одному из дневников, увлеченная собственным любопытством, как вдруг услышала голос Бэкхена.       — Мне понадобится твоя помощь, чтобы найти нужные документы.       Девушка тут же переместила все свое внимание обратно на своего напарника, коим теперь почему-то все-таки считала Бэкхена, веря, что он действительно расскажет ей все сегодня. Она понимала, что у него были свои причины не посвящать её в детали своей жизни, скорее всего напрямую сывязанные с ее братом, а также с тем, почему Бэкхен находился сейчас под чужим именем в псих-больнице.       Бэкхен, откинувший клеенку со стола на пол несколькими минутами ранее, теперь внимательно изучал разложенные перед ним документы, пытаясь найти среди них необходимые листки.       — Нам нужны самые свежие из возможных. Многие из них находятся вперемешку, поэтому старайся раскладывать все по порядку и искать бумаги из 70-х. Тогда проходила большая реставрация здания.       Минхи кивнула, усаживаясь напротив мужчины, приступая за работу.       Они сидели молча некоторое время, полностью погруженные в работу, пока Минхи победоносно не произнесла своё «Есть!»       — Нашла?       — Думаю, что это оно, — передавая бумаги в руки Бэкхена, девушка ожидающе смотрела на него, чувствуя, что в какой-то степени в эту секунду решается ее дальнейшая судьба. От успешной находки будет зависеть многое в последующие пару недель или даже месяцев.       Бэкхен пробегал взглядом по черно-белым строкам и небольшим рисункам, стараясь как можно быстрее все прочитать.       — Мисс Ким, вы готовы начать готовиться к побегу? — шутя спросил Бен, складывая ненужные листки обратно в папку.       Взгляд девушки в момент стал серьезным, холодным, а губы непроизвольно сжались в тонкую полоску, давая легким получить больше кислорода, чем обычно. Тяжело выдыхая, она была готова озвучить свое главное условие:       — Сначала расскажи мне, кто ты, Бэкхен…       — Что ж, — мужчина медлил, будто бы нарочно не встречаясь взглядом с Минхи. Он не спеша прошел к шкафу с документами, а после так же не спеша вернулся на место. Положил руки на стол, практически сразу же смыкая ладони в замок, создавая тем самым невидимый барьер между своим прошлым и Минхи, будто бы не хотел, чтобы во время рассказа все спящие до этого момента демоны вдруг очнулись и вырвались наружу, увлекая за собой невинную девушку.       — Все началось в 2014 году. Тогда меня звали Джеймс О…

***

      — Ну ты и засранец, Джеймс, совсем совесть потерял, — мужчина засмеялся, чокаясь с другом, а после залпом выпивая резко отдающее алкоголем содержимое своего стакана.       — Просто признай, что ты завидуешь мне, Юджен, — пьяно лепеча, вторил ему Бэкхен.       — Я завидую? Она даже не была настолько красива, чтобы я мог тебе завидовать, — оправдывался блондин, наливая очередную порцию виски в стакан.       Бэкхен усмехнулся, замечая очередную неумелую ложь, слетающую с губ «коллеги». Ему нужно было побыстрее узнать о том, что в команде знают о кроте.       — Как обстоят дела с «товаром»? — делая вид, что ему не так уж и интересен ответ на вопрос, Бэкхен подливал себе немного виски.       — Все прекрасно, вовремя доставили все. Правда, есть кое-какие затруднения… — после минутного молчания, Юджен все же раскололся. Он не умел держать язык за зубами, особенно когда напивался и хотел поговорить.       — Затруднения? — Бен играл в этот момент так, как никогда прежде. Нескрываемое удивление, перемешанное с замешательством и настороженностью. Он несомненно должен был быть следующим номинантом на «Оскар» за эту роль.       — Говорят, среди наших завелся крот. Босс старается действовать осторожно, даже на встречах с постоянными клиентами чувствуется некое напряжение.       — Крот? Но как это возможно?       — Подозревают новеньких. Они еще никак не доказали свою преданность, да и подобных совпадений не бывает. Копы устраивали облавы на наши старые склады уже дважды за последнюю неделю. Таким образом придется полностью проверять всех, — он опрокинул еще один стакан, допивая свой виски.       — Дело дрянь, конечно… А ты что думаешь?       — Думаю, что все не так просто. Кто-то может копать под новеньких, так как знает всю нашу кухню изнутри. Это кто-то, кто знает практически все, достаточно приближен к боссу, на хорошем счету. Подумал бы, что это ты, если бы не знал тебя так хорошо, — Юджен опять пьяно загоготал, чокаясь с Бэкхеном. — За успешное будущее, Джеймс.       Юджен подносил алкоголь к губам, как вдруг его лицо на секунду исказила гримаса боли, а после секундное замешательство и покой, после чего бездыханное тело с грохотом упало на пол.       Бэкхен напоследок окинул равнодушным взглядом Юджена, допивая виски и ставя стакан обратно на барную стойку, за которой еще пару минут назад он мирно сидел и шутил со своим «коллегой».       — Объект ликвидирован, — сообщил он совершенно трезвым голосом в наручные часы, поднеся запястье к губам, а после обратился к подошедшему мужчине: — Необязательно было убивать его сейчас. Мы могли узнать немного больше о намечающихся планах.       — Необязательно, но иногда быстрее ускорить процесс, не так ли? — Мужчина спрятал пистолет с глушителем.       Палански был славным малым, которого Бэкхен знал еще с начала службы, и не было ничего, что бы когда-нибудь могло поставить под вопрос его безоговорочную верность. До того самого вечера.       — Все так… — со вздохом согласился Бэкхен, перешагивая мертвое тело.       В комнату вбежали охранники казино, где находились оба мужчины.       — Ты попался, агент О. Крот здесь, — сообщил в рацию Палански, полностью меняясь в лице.       — Что ты..? Зачем? — С трудом осознавая происходящее, спросил Бэкхен.       — Я бы сказал, что мне жаль, но это не так, поэтому… Схватите его, — Палански усмехнулся, быстро скрываясь из виду.       Бен сразу же понял, что ему делать, чтобы выбраться. Ловко запрыгнул за барную стойку, успевая выстрелить сразу в двоих, и вовремя пригнулся, чтобы ответные пули не попали в него. Еще давно он готовил план отступления, на случай если нечто подобное произойдет, для подстраховки; но он находился здесь уже два года, и инстинкты успели притупиться, настолько, что он не предугадал того, что его подставит собственный напарник.       Один Всевышний знает, как в тот вечер Бэкхену удалось сбежать из казино и отделаться простым ранением в плечо.

***

      — Он предал тебя? — Минхи была удивлена тому, что Бэкхен был на самом деле полицейским, но еще больше была удивлена тому, что его подставил собственный товарищ. Постепенно становилось понятно, из-за чего Бен не сразу смог довериться ей.       — Он хотел закончить операцию — я был пешкой в хорошо-продуманной шахматной партии.       — Что произошло дальше?       — Я попытался связаться с кем-то из агентов, но все было безуспешно. Тогда я решил, что мне нужно найти того, кто действительно поможет мне, кого-то из новеньких…       — Моего брата? — Минхи не отрываясь смотрела на Бэкхена.       — Чонин был моим последним шансом.       — Брат хотел стать спец-агентом?       — И он был воистину амбициозен. Ни перед чем не хотел останавливаться, даже когда дело шло о безопасности собственной семьи…

***

      Ночной парк был плохо освещен, и жители Сиэтла старались обходить его стороной: неблагополучный район, отсутствие полицейского участка поблизости, всего лишь пара фонарей на весь парк — это место явно не было самым безопасным в ночное время суток.       Здесь Бэкхен и поджидал одну из знакомых Минхи — Мэдисон Таунсэнд. Рыжеволосая по вторникам навещала мать, которая после недавнего замужества переехала в этот район со своим новым законным возлюбленным.       — Ну давай же, быстрее, — сверяя наручные часы, Бэкхен еще раз проверил блютуз-гарнитуру. — Готов?       — Готов, — послышалось с другой стороны аппарата. — Она уже подходит.       План был прост — плохо одетый мужчина нападает на девушку, а Бэкхен спасает ее, становясь героем вечера. Чем не повод для знакомства? По старой дружбе Тэхен никак не мог подвести.       Все действия были прекрасно скоординированы, и когда в пустом парке послышался женский крик, Бэкхен без раздумий бросился «на помощь». Он ловко откинул Тэхена, чье лицо скрывала маска, на землю, а тот, не мешкая, подорвался и побежал прочь. Бэкхен хотел двинуться следом, но услышал женский плач, и на его лице появилась улыбка, быстро сменяющаяся беспокойством.       — Мисс, с Вами все в порядке?       — Да, просто… — шмыгая носом, девушка быстро достала из сумочки бумажные салфетки, чтобы вытереть слезы. — Я слишком испугалась.       — В этом районе лучше не гулять так поздно вечером одной. Я проведу Вас домой, если Вы не против, или на крайний случай вызову Вам такси. Вы далеко живете?       — За углом, поэтому такси точно не потребуется… Я Мэдисон, — протягивая руку, представилась девушка.       — Боб Рейнольдс, рад знакомству…

***

      — Действительно? Ты начал следить за нами после такого знакомства с Мэдди? И как она только повелась на это…       — Если под «этим» ты подразумеваешь мой прекрасный профиль, сногсшибательное обаяние и сексуальный голос, то не стоит так сильно удивляться. Девушки падки на героев с приятной внешностью. Тебе ли не знать? — с вызовом смотря на собеседницу, Бэкхен добился от нее лишь очередного презрительного взгляда.       — Продолжай уже свою историю, Бэкхен. Мне интересно узнать, что в твоем плане пошло не так, если все шло так гладко по началу.       — Все шло и правда гладко, и я даже успел узнать немало о Чонине. Знал, как он был привязан к родителям и в особенности к тебе, поэтому начал готовить план для того, чтобы переманить мальца на свою сторону, но кое-что все же пошло не так. Ему пришлось присоединиться к Бюро раньше, чем я предполагал. В тот злополучный вечер я лично хотел убедиться, что он жив, поэтому и приехал на место аварии…       — …Где и встретил меня, — догадалась Минхи.       — Я знал тебя к тому времени уже несколько месяцев, поэтому решил, что будет правильнее хотя бы напоить тебя горячим чаем после пережитого потрясения.       — Что же произошло дальше? — стараясь не погружаться в болезненные воспоминания, Минхи хотела переключиться обратно на историю.       — Я попытался связаться с Чонином напрямую, но тут начались убийства, и чтобы заново заручиться поддержкой Бюро, я решил, что поймаю преступника.

***

      — Есть что-то новое? — поинтересовался Тэ, когда Бен вернулся после очередной вылазки.       Бэкхен ничего не ответил, проходя к холодильнику и доставая оттуда банку пива. Он устало плюхнулся на диван, прикрывая глаза и делая несколько больших глотков.       — Опять ничего? — с понимаем спросил Тэхен. — Он не может прятаться вечно. Уверен, что это не кто-то из легавых?       — Уверен, этот тип точно учится или работает в университете — все девушки оттуда, — прикусывая щеку, Бэкхен продолжал думать. Кто бы это мог быть?       — Тогда список подозреваемых сужается, не находишь?       — Если бы. Он действует осторожно и не оставляет никаких следов.       — Так быть не может. Он как минимум должен появляться на похоронах своих жертв или возвращаться на место преступления. Классических серийный маньяк-убийца, разве нет? — пожал плечами Тэхен.       — Возможно, но он слишком умен, чтобы быстро попасться.       — Ты уверен, что мы все проверили? Ты ведь знаешь, я могу взломать пару камер, если пригодится, — Тэхен быстро начал печатать что-то на своем ноутбуке, явно готовый предоставить записи из университетских камер давнему другу.       — Возможно… Мне нужен свежий воздух, скоро вернусь, — оставляя пиво на столе рядом с несколькими компьютерами и рациями, Бэкхен вышел из квартиры.       Логово Тэхена мало кто мог найти. Замаскированное под заброшенный подвальный ресторанчик, располагающийся в трущобах, это место было идеальным убежищем для тех, у кого какие-то проблемы с законом. Даже жильцы соседних домов обходили это место десятыми дорогами.       Выходя за угол, Бэкхен никак не ожидал получить удар под дых, из-за которого тут же скорчился, падая на землю.       — Что б тебя…       Следующие удары пришлись в области живота, и когда один из избивавших поднял его за грудки и нанес удар по лицу, недалеко от виска, Бэкхен отключился.       Проснулся он не скоро, в незнакомом месте, но на удобной кровати, что было весьма необычно, учитывая сложившуюся ситуацию.       Помещение было затемненным: жалюзи опущены, свет выключен. Рядом находился стул и даже тумбочка, на которой был стакан воды и несколько пустых стекляшек из-под обезболивающего, а также использованные шприцы.       Скоро в дверях показался старый «знакомый», и Бэкхен с раздражением отметил, что уж лучше бы с ним пришел разговаривать кто-то другой.       — Вижу ты потихоньку приходишь в норму. Что ж, — начал Палански, усаживаясь на стул рядом с кроватью. — У меня есть пара минут, чтобы ввести тебя в курс дела.       — Валяй, ублюдок.       — Какие мы нежные, — усмехнулся Палански. — Бэкхен, ты ведь знаешь, что у меня не было выбора. Ты прокололся, нас могли раскрыть, я принял вынужденные меры, чтобы не дать операции провалиться.       — Ты спасал свою задницу, Филл.       — Хорошо, не скрою, я подставил тебя, но это ради общего блага. Родригез сейчас сидит в тюрьме, и это только благодаря тому, что я заручился его доверием. Это самое главное.       — Мы были друзьями, и ты предал меня.       — Не разводи сопли, Бен, ты не школьница на выпускном. Просто прими это.       — Что меня ждет? — не желая больше слушать глупых оправданий, спросил Бэкхен.       — Ну, так как твое раскрытие поставило всю нашу операцию под риск, тебе придется исчезнуть на пару лет. Считай, что это отпуск, — лучезарно улыбаясь, сообщил ему Филл.       — Что на счет убийцы из Сиэтла?       — Не волнуйся, его поймают без тебя. Время геройствовать прошло, и мой тебе маленький совет, — Палански приблизился к своему бывшему напарнику. — Еще раз сунешь свой нос куда не надо — и тебя убьют, Бэкхен. — Он отпрянул, тут же меняясь в лице и вновь улыбаясь. — Что ж, хорошего отдыха.       Дверь за ним с грохотом закрылась, и Бэкхен от злости ударил рукой по кровати.       — Проклятье!

***

      — После того, как меня словили мои же люди, я пару месяцев провел под стражей в тюрьме. И в конце концов я попал сюда под чужим именем, как убийца, охотящийся на негодяев и подонков. Им нужно было сделать кого-то козлом-отпущения.       — Но зачем? — не улавливая никакой логической цепочки за сказанным Бэкхеном, спросила Минхи.       — Бюро не ценит своих людей. Как только тебя раскрывают, ты тут же становишься вне закона. Помощи не стоит ждать ни от одной из сторон. Появись я на пороге картеля, меня бы тут же пристрелили.       — Мой брат знает о том, что ты находишься в одной больнице со мной?       — На сегодня достаточно историй. Пойдем, тебе нужно отдохнуть, — Бэкхен встал, поправляя клеенку, заново укрывая стол ею.       Минхи ничего не говорила, чувствуя, что в ее голове сейчас находится слишком много мыслей, чтобы тут же переварить все услышанное.       Бэкхен больше не казался ей потенциальным убийцей, хотя она и поняла, что он мог убивать кого-то, пока находился под прикрытием. Она также теперь прекрасно понимала, что не стоит считать его безумцем, не умеющим выражать собственные эмоции. За время работы под прикрытием он наверняка пережил немало.       — Спокойной ночи, — уже находясь рядом с ее комнатой, произнес Бэкхен.       Ким почему-то не хотела вот так просто давать ему уйти.       — Тебе стоило раньше рассказать мне все. Я бы не вела себя так глупо, как… как…       — Как девушка, которую подставили и упекли в психушку? — брюнет слабо улыбнулся, что не скрылось от внимания Минхи. — Ты не вела себя глупо. Я просто не готов был рассказать все. Мне казалось, что если ты не будешь знать всего этого, будет куда проще.       — Я рада, что теперь знаю. Если все это часть одного плана, то у меня есть вопрос.       — Какой же?       — Зачем ты поцеловал меня тогда? — с придыханием произнесла Минхи.       — Тебе правда пора спать, достаточно с тебя сегодня потрясений, — поворачивая девушку к дверям ее палаты и слегка толкая в плечи, Бэкхен усмехнулся.       На самом деле, на этот вопрос он пока что и сам не готов был ответить.