Любви подвластно всё

      Было раннее зимнее утро. Почти все обитатели дома семьи Кларк мирно спали. Все, за исключением Кэнди. Девушка лежала в постели, думая о том, что за последние пару недель так и не решилась сказать Альберту. «С каждым днём я все отчётливее понимаю, что люблю его. Только сказать об этом не могу. Господи, Кэнди, почему же ты такая трусиха?!», ― отругала себя за нерешительность мисс Кларк. Раньше она не осознавала, почему каждый вечер ждёт прихода этого человека, а сейчас поняла. Она влюбилась. Кэнди не помнила прежних чувств к Альберту, но влюбилась в него. Влюбились в тот самый момент, когда увидела его в библиотеке. Прошло немногим больше месяца с момента той встречи, и только с неделю назад девушка смогла разобраться в себе. Она хотела, чтобы любимый знал о её чувствах, но каждый раз, когда она хотела сказать ему об этом, нужные слова комом ставали в горле. Пару раз за прошедшую неделю мисс Кларк писала письма мистеру Эндри, но отправить их так и не решилась. Оба послания сгорели в камине.       Кэнди вдруг вспомнила тот день, когда в доме семьи Кларк появился детектив из полицейского управления. Она очень волновалась перед его приходом, потому что особого желания вспоминать о случившемся днём ранее у неё не было, скорее даже наоборот, но... «Я должна рассказать всё детективу», ― убеждала она себя. Незадолго до прихода полицейского к мистеру Кларку, чтобы обсудить дела с испанским банком «Сантандер», приехал Альберт. Стоило полицейскому начать допрашивать мисс Кларк, как в гостиной появились её отец и мистер Эндри. «Вы не против, если я поприсутствую? ― спросил белокурый мужчина, присев в кресло возле Кэнди. ― Всё будет хорошо, Кэнди», ― попытался успокоить он девушку, взяв её руку в свою.       Из воспоминаний Кэнди вывел бой часов. Было семь часов утра. Решив ещё немного понежиться в тёплой постели, девушка лениво потянулась и поудобнее устроилась в горе подушек. Вскоре дверь в комнату тихо приоткрылась и в спальню вошёл Клаус. Подойдя к стоявшему у камина креслу, кот быстро забрался на его спинку, откуда перепрыгнул на камин. Пройдясь с важным видом по камину, рыжий наглец принялся тереться щекой об угол портрета покойной миссис Кларк. «Клаус, немедленно прекрати», ― заругалась на кота леди, но тот не собирался останавливаться. Через несколько минут из-за портрета выпал пожелтевший от времени листок бумаги.       «Интересно, что это?», ― подумала Кэнди, встав с постели. Она подошла к камину, подняла с пола листок и, сев в кресло, принялась читать.       «Дорогая моя доченька, если ты читаешь это письмо, значит, все предсказания госпожи Лауры сбылись, и я, действительно, заплатила слишком большую цену за свою мечту. Сейчас ты ещё не родилась, но я уверена, что ты будешь именно девочкой. Об этом никто не знает, но я чувствую, что меня не станет, как только ты появишься на свет. Это и будет моя расплата за мечту.       Милая моя девочка, даже если меня сейчас нет рядом, знай, что я всегда буду наблюдать за тобой с небес и всегда приду к тебе, когда понадобится моя помощь, стоит тебе только подумать обо мне.       Твоя мама, Кэссиди Джулия Кларк.       07 апреля 1898 года       P. S. Если ты захочешь узнать обо мне больше, то на чердаке сможешь найти мой дневник».       Прочитав это письмо, Кэнди смахнула с ресниц слёзы. Как бы ей сейчас хотелось, чтобы мама была рядом с ней. Она бы точно помогла ей набраться смелости и сказать Альберту о своих чувствах к нему. Закрыв лицо руками, девушка заплакала ещё сильнее.

***

      В резиденции семьи Эндри Альберт лежал в постели, думая о том, что сегодня Кэнди уедет и он почти две недели не увидит её. Как же ему хотелось, чтобы девушка никуда не уезжала, чтобы на Рождество она осталась в Чикаго. «Две недели не два месяца», ― сказал он себе и, лениво потянувшись, сел на кровати.       Взяв лежавший на прикроватной тумбочке бархатный футляр, мужчина открыл его. Внутри лежала эксклюзивная золотая брошь в форме ласточки, держащей в клюве розу, украшенную рубинами. Это был рождественский подарок для Кэнди. Альберт заказал украшение у одного из лучших ювелиров Америки ещё в июле этого года. После пожара в Счастливой клинике доктора Мартина мистер Эндри не отказался от своего заказа, решив оставить эту вещь как память о погибшей возлюбленной. «Кэнди…» ― прошептал он и, закрыв футляр, встал с постели и подошёл к окну. Стоило мужчине раскрыть шторы, как на подоконник запрыгнул Клин. Альберт решил устроить для Кэнди сюрприз и привезти к ней её любимца, ведь, когда она в сопровождении отца появлялась в резиденции семьи Эндри, енот прятался от неё. «Ну, что, Клин, хочешь сегодня поехать со мной к Кэнди?» ― спросил он, погладив енота по шелковистой шёрстке. Зверёк удивленно посмотрел на своего хозяина, который чуть больше чем за месяц очень изменился.

***

      Холодное зимнее солнце медленно поднималось над крышами домов. Было почти восемь утра, когда Нэнси Матиас открыла глаза. За последние пару недель она привыкла каждое утро просыпаться в объятиях любимого. «Господи, я чуть не проспала», ― подумала она, взглянув на часы. Стрелки показывали 7:50. Высвободившись из объятий спящего Мишеля, она встала с постели и, накинув халат, отправилась готовить завтрак. Сегодня у молодой медсестры был выходной, а вот Мишелю нужно было на работу. Увлёкшись приготовлением завтрака, она даже не заметила, что находится на кухне не одна, но ничуть не испугалась, почувствовав чьи-то руки на своей талии. ― Мишель, ― прошептала она. ― Доброе утро, любовь моя, ― промурлыкал Мишель. ― Доброе утро, ― улыбнулась Нэнси, прикоснувшись ладонью к щеке мужчины. ― Прости, я тебя разбудила. ― Я уже давно проснулся и прекрасно слышал, как ты встала, ― ответил он, зарывшись лицом в волосы девушки. Ему сейчас хотелось остаться дома, с возлюбленной, но нужно было идти на работу.       С трудом выпустив любимую из своих объятий, Мишель сел к столу и приступил к завтраку. Нэнси стояла у плиты, заканчивая варить кофе. Как только напиток был готов, она разлила его по чашкам и присоединилась к любимому. Так прошло минут 20.       Закончив с завтраком, молодой врач помог невесте убрать со стола. И тут в дверь постучали. Мишель сразу отправился в прихожую. В половине девятого утра это мог быть только один человек ― Марк Фаузи. В последнее время мужчины иногда вместе ездили на работу. Открыв дверь, Мишель впустил друга в квартиру и стал собираться на работу.       Услышав голоса в прихожей, Нэнси вытерла руки и вышла из кухни. Впервые Марк увидел ту, о ком так много слышал, вживую, а не на фото, ведь раньше, когда он заезжал за Мишелем, девушка ещё спала. ― Нэнси, дорогая, познакомься: это мой друг, Марк Фаузи, ― сказал Мишель, обняв девушку. ― Рада знакомству с Вами, мистер Фаузи, ― улыбнулась она. ― Я тоже рад знакомству с Вами, мисс, ― ответил Марк и взглянул на часы. ― Простите, но нам пора. Мишель, пошли, иначе мы опоздаем на обход, ― сказал мужчина, обращаясь к другу. ― Да, ты прав, Марк, ― согласился Мишель и, поцеловав возлюбленную, вышел из квартиры.       Когда закрылась дверь, Нэнси вошла в гостиную и остановилась у окна. Мишель и Марк как раз выходили из подъезда. Мисс Матиас распахнула окно и, окликнув любимого, послала ему воздушный поцелуй. Увидев, как мужчины сели в машину, девушка вернулась к домашним делам.

***

      Тем временем корабль «Анна-Мария» плыл из Англии в Америку. Большинство пассажиров ещё спали, и только Терри стоял на палубе и курил. Все его мысли были о том, что в последнее время происходит между ним и Кларой Стэнли. После того, что случилось пару недель назад, молодой актёр стал чаще появляться в квартире девушки, и у них нашлось много тем для разговоров. Гораздо больше, чем он думал изначально. ― Терри? ― раздался голос сзади.       Обернувшись, юноша увидел за своей спиной Сюзанну Марлоу. Девушка, опираясь на элегантную трость, приближалась к нему. ― Сюзанна? Не думал, что увижу тебя здесь, ― сказал Гранчестэр, затушив окурок. ― Смотрю, операция прошла успешно? ― Да, слава Богу. После неё я два месяца проходила реабилитацию в одной из лондонских клиник, ― сказала девушка, борясь с желанием узнать у него, действительно ли Кэнди погибла. ― Что нового в театре? ― спросила Сюзанна. ― Не знаю, Сюзанна. Я уже больше месяца играю в труппе Ноэла Кауарда. ― Терри, прости меня за этот вопрос, но это правда, что та девушка, что спасла меня, Кэнди, погибла, или журналисты ошиблись? ― Да, Сюзанна, это правда, ― ответил актёр, и в его сердце снова появилась прежняя, хоть и немного притупившаяся боль потери. ― Прости, что спросила, ― сказала мисс Марлоу, чувствуя себя виноватой. ― Я не должна была... ― Тебе не за что извиняться, ― ответил Гранчестэр. ― Прости, мне пора идти. Был рад увидеть тебя. ― Я тоже, Терри, ― проговорила она, глядя вслед уходящему мужчине.       Вернувшись в свою каюту, Терри упал на кровать и закрыл глаза. Встреча с Сюзанной заставила его вновь вспомнить то, о чём он так старательно пытался забыть ― Кэнди больше нет. Он планировал на следующий день после Рождества уехать в Чикаго и побывать на могиле девушки. Молодой человек даже не знал, что в его почтовом ящике уже два дня лежит письмо от Альберта, в котором говорилось, что та, кого они оба так отчаянно любят, на самом деле осталась жива, что вместо Кэнди была похоронена совсем другая, хоть и похожая на неё девушка.

***

      Время близилось в девяти часам утра. Клэр Блэйк, одетая в чёрное платье, сидела у туалетного столика, пока служанка заплетала её волосы в косу. За год обучения в Парижском институте для девушек она привыкла сама обслуживать себя и сначала пыталась убедить служанку, что справится со своими волосами без посторонней помощи. Но женщину было не переубедить, и она, усадив молодую хозяйку за туалетный столик, занялась её причёской. ― Катрин, во сколько открывается кофейня Лоренцо Росси? ― спросила девушка. ― В девять, мисс Клэр. Желаете свежих пирожных к завтраку? ― спросила женщина, готовая ради хозяйки на всё. ― Нет, Катрин, я хочу пойти туда. Скажи, а хозяин кофейни появляется к открытию или позже? ― Я не пущу Вас туда, мисс Клэр, видь он такой же, как и покойный мистер Олдэр, упокой Господь его душу, ― сказала она, помня, что происходило в доме, когда девушка встречалась с Шейном. ― Я прекрасно знаю, что за человек Лоренцо Росси, но мне необходимо увидеться с ним. ― Ваш отец не обрадуется, узнав, что вы видитесь с этим человеком, мисс Клэр. ― Папа разрешил мне встретиться с Лоренцо, так что можешь не беспокоиться, Катрин, ― ответила девушка, и погрузилась в свои мысли.       Она думала о том, что в её сердце навсегда останется только один человек ― Шейн Олдер, её любимый мальчишка, которому прощалось всё. По дороге из Франции в Америку девушка каждую ночь видела его в своих снах. Теперь любимый являлся ей в светлых одеждах, постоянно улыбался, благодарил Клэр за то, что она помогла ему освободиться от печали, и говорил, что вскоре она встретит свою судьбу. «Когда часы пробьют 12, ты увидишь его». «Я больше никого не смогу полюбить. В моём сердце есть место только для тебя, мой милый», ― думала мисс Блэйк, глядя в зеркало. Тогда она ещё не знала, что пройдет всего две недели и в новогоднюю ночь она, действительно, повстречает свою судьбу: человека, который, окружив её вниманием и заботой, заставит юную леди если не забыть о трагической гибели Шейна, то хотя бы найти в себе силы и желание не только жить, но и быть счастливой. А сегодня, в день рождения покойного возлюбленного, Клэр собиралась узнать у Лоренцо, где похоронен молодой мужчина, и навестить его могилу.

***

      Кэнди находилась в гардеробной, выбирая вещи, которые она возьмёт с собой в Нью-Йорк. Ей не особо хотелось ехать туда, и причины было две: первой было нежелание расставаться с Альбертом, а второй ― то, что совсем недавно ей удалось вспомнить. Только на днях девушка вспомнила, что та лестница, по которой она так часто убегала от кого-то во сне, действительно, была. Благодаря сеансам гипноза, которые проводили доктор Дешан и доктор Фаузи, девушке удалось почти полностью восстановить память. Теперь Кэнди вспомнила, как узнала о несчастье, произошедшем с Сюзанной; вспомнила ту боль, которую ощутила, увидев, как Терри берёт эту девушку на руки и уносит с крыши; вспомнила, как нелегко ей далось решение отдать Терри Сюзанне, и их прощание там, на лестнице. Последним, что помнила юная леди, были два дня проведенные в Лэйквуде незадолго до отъезда в Чикаго и то, как она застала Альберта задремавшим в кабинете. «Мне кажется, что от меня ускользает что-то очень важное», ― думала мисс Кларк.       Ход её мыслей был прерван голосом камеристки: ― Кэнди, что-то случилось? ― спросила Дороти, уложив в чемодан вечернее платье своей хозяйки. ― Нет, Дороти, всё хорошо, просто я задумалась, ― попыталась соврать леди, но потом решила сказать правду своей камеристке, которую считала хорошей подругой. ― Я не хочу ехать в Нью-Йорк, Дороти. ― Почему ты тогда не скажешь об этом отцу? Я уверена, он не станет заставлять тебя, и тогда вы с ним останетесь в Чикаго. ― Дороти, мы с папой уже обещали бабушке, что приедем, она нас ждет. И есть ещё одна причина, по которой я всё-таки поеду в Нью-Йорк, ― Кэнди рассказала камеристке о своём решении найти госпожу Лауру, о которой говорила в своем письме мама девушки. ― Кэнди, ты не боишься идти к ней? Ведь ты уже однажды бывала у гадалки, и ничем хорошим это не закончилось. ― Боюсь, Дороти, но я хочу знать ответ на свой вопрос.       Спрашивать у светловолосой леди, ответ на какой вопрос она хочет узнать, Дороти не стала. Она и так догадывалась, что желание Кэнди увидеться с гадалкой, скорее всего, связано с Альбертом. Уложив в чемодан шкатулку с драгоценностями, служанка закрыла его.       «Если папа будет искать меня ― я на чердаке», ― сказала мисс Кларк своей камеристке, и отправилась на поиски дневника матери. Где его искать, Кэнди не знала, но она не сомневалась, что найдёт так нужную ей вещь. Юной леди хотелось как можно больше узнать о покойной матери. «Интересно, о чём так мечтала мама, что заплатила за это жизнью? Неужели в письме она говорила обо мне?»,― думала она, поднимаясь на чердак.

***

      Время близилось к 10 часам утра, когда в кофейню «Vaniglia nuvole», принадлежавшую Лоренцо Росси, вошла девушка в тёмно-синем, почти чёрном пальто. На её голове была чёрная шляпка с вуалью. Стоило посетительнице сесть за столик, как к ней подошёл официант. Услышав, что леди хочет видеть хозяина заведения, он ничуть не удивился, ведь сюда часто приходят брошенные сеньором Росси девушки. Попросив леди немного подождать, мужчина направился к кабинету хозяина и постучал в дверь. ― Я же сказал, чтоб меня не беспокоили, ― раздался из-за двери голос молодого мужчины. ― Прошу прощения сеньор Росси, но Вас ожидает посетительница, ― проговорил официант. ― Что вы, олухи, опять устроили? ― злился Лоренцо. ― Кто её обслуживал? ― Я, сеньор. Но эта леди ничего не заказала. Когда она села за столик, я подошёл к ней, и она сразу попросила позвать Вас. ― Хорошо, веди меня к ней.       Выйдя к посетителям, Счастливчик сразу обратил внимание на девушку в чёрной шляпке. «Вот она», ― сказал сотрудник кофейни, указав именно на ту, кто уже и так привлекла внимание владельца кофейни. Лоренцо направился к посетительнице. «Где я мог её видеть?» ― думал он, подойдя ближе. ― Добрый день, леди. Вы желали меня видеть? ― спросил мужчина, подойдя к столику. ― Да, ― тихо сказала посетительница, встав со стула. ― Здравствуй, Лоренцо, ― сказала девушка, и, повернувшись к мужчине, убрала с лица вуаль. ― Не может быть! ― проговорил шокированный итальянец. ― Клэр?! Не думал, что увижу тебя, ― он прекрасно помнил последнюю любовь Шейна и сразу узнал мисс Блэйк. ― Зачем ты пришла? ― Я пришла к тебе, чтобы просить о помощи. Лоренцо, скажи мне, где похоронен Шейн, ― сказала Клэр, когда они сели за столик. Девушка с трудом сдерживала слёзы. ― Зачем тебе знать, где похоронен Шейн, если ты даже не пришла проститься с ним? Я уже не говорю о похоронах, ― Счастливчик был уверен, что эта девушка никогда не любила его друга и забыла о нём уже на следующий день после его смерти. ― Ты ничего не знаешь, Лоренцо. Как только врачи увезли Шейна, отец объявил мне, что я буду учиться во французском институте для девушек. Я надеялась, что папа разрешит мне проститься с Шейном, но он заявил, что похороны не место для леди, и на следующий день родители увезли меня в Нью-Йорк, а затем ― в Париж. В день похорон я была в Нью-Йорке. Так ты поможешь мне? ― спросила Клэр, нервно теребя платок.       Лоренцо чувствовал себя виноватым перед девушкой и после недолгого молчания сказал: ― Конечно, помогу, Клэр. Я сейчас отвезу тебя к Шейну. Подожди меня здесь, я только возьму пальто и вернусь.       Стоило мужчине уйти, Клэр дала волю слезам. Несколько раз во время разговора с Лоренцо она была готова расплакаться, но смогла сдержаться. «Будь сильной, Клэр, будь сильной!» ― твердила она себе. И тут чьи-то руки легли ей на плечи. «Не плачь, Клэр», ― сказал Лоренцо. Через несколько минут молодые люди вышли из кофейни.

***

      Клара Стэнли сидела в своей каюте на корабле «Анна-Мария», рисуя портрет Терри. Иногда ей казалось, что ещё немного ― и они будут вместе, а потом вдруг возникало ощущение, что между ними огромная пропасть. Клара удивлялась, как этот человек может быть таким разным. Он мог из холодного и неразговорчивого стать совсем другим всего за мгновение: «Как бы было здорово заглянуть в будущее и увидеть, что ждёт нас с Терри». Ещё несколько штрихов ― и портрет был готов.       Погрузившись в свои воспоминая, девушка вспомнила, как увидела Терри и Сюзанну ранним утром на палубе корабля. Впервые в своей жизни мисс Стэнли ощутила это, сжигающее изнутри, чувство ревности. Ей хотелось спуститься вниз, нарушив их уединение, но Клара не смогла. Ей не хватило смелости выйти из своего укрытия. Кэнди, которую сам Гранчестэр считал погибшей, девушка своей соперницей не считала, а вот Сюзанна ― это совсем другое. Клара боялась, что эта леди с тростью заберёт у неё человека, которого она так отчаянно любит и которому готова простить всё. «Я не отдам тебя никому, мой дорогой… не отдам», ― тихо сказала она, и тут раздался стук в дверь. ― Войдите, ― тихо сказала она.       Дверь распахнулась, и на пороге появился Терри: ― Привет, ― улыбнулся молодой актёр. ― Я собирался подняться на верхнюю палубу. Составишь мне компанию? ― С удовольствием, ― ответила девушка.       Встав с постели, она взяла шаль, и молодые люди вышли из каюты. Брюнетке не особо хотелось выходить на верхнюю палубу, но она боялась, что там может быть та, с которой она видела любимого сегодня утром, поэтому решила прогуляться вместе с Терри.       Поднявшись на палубу, они подошли к бортику и стали любоваться океаном. Дул холодный зимний ветер, но Кларе было совсем не холодно, ведь человек, которого она любила, был рядом с ней. «Я не отдам тебя никому», ― думала она, глядя вдаль. Ей хотелось, чтобы этот момент длился как можно дольше.       Так прошло несколько минут. «Интересно, о чём она думает?», ― пронеслось в голове Терри, когда он взглянул на Клару. Девушка мечтательно смотрела вдаль, и черты её лица чем-то напомнили ему Кэнди. «Нет, они совсем не похожи», ― сказал он сам себе. Ветер стал дуть ещё сильнее. Решив, что его спутница может замерзнуть, Террус накинул ей на плечи свой пиджак. Он сам не понимал почему, но в последнее время ему хотелось заботиться об этой хрупкой девушке.

***

      Возле центрального кладбища Чикаго остановился красный автомобиль, принадлежавший Лоренцо Росси. Владелец авто вышел из машины и помог сидевшей на переднем пассажирском сидении Клэр, после чего они направились к входу на кладбище. Путь до нужной могилы занял пару минут.       «Шейн похоронен здесь», ― остановившись, сказал сеньор Росси. Из-за налипшего снега надпись на мраморном надгробии сложно было прочесть. Сняв перчатки, мисс Блэйк положила букет на могилу любимого и принялась убирать снег с надгробия. В этом ей помог стоявший рядом Лоренцо. Вскоре на мраморной плите была отчётливо видна надпись «Шейн Олдэр. 20 декабря 1888 ― 29 августа 1915». Немного постояв у могилы друга, мужчина понял, что он здесь лишний, и решил уйти. ― Клэр, я буду ждать тебя возле машины, ― сказал он. ― Спасибо, Лоренцо, но я сама доберусь до дома. ― Не глупи, Клэр. Я подожду тебя. Шейн не простил бы мне, если бы я сейчас оставил тебя здесь одну. ― Да, ты прав, ― грустно улыбнулась Клэр.       Стоило молодому мужчине уйти, девушка дала волю слезам. «Вот я и пришла к тебе, любовь моя. Если бы ты только знал, Шейн, как мне тебя не хватает», ― шептала она, присев на корточки возле самой могилы. Как бы ей сейчас хотелось, чтобы весь это год оказался дурным сном, хотелось открыть глаза, вновь увидеть Шейна живым и здоровым. Ведь, кажется, ещё вчера они мечтали, строили планы и не знали, что этим планам не суждено было сбыться. Боль потери, поселившаяся в её сердце, ни капельки не утихла, хотя прошло уже больше года.

***

      А в особняке семьи Кларк Кэнди удалось найти дневник матери. Из него юная леди узнала, как сильно её родители любили друг друга и насколько долгожданным ребёнком она была для родителей. «Значит, я и есть та мечта, за которую мама заплатила своей жизнью», ― думала она, перелистывая очередную страницу. Прочитав следующую запись, девушка не поверила своим глазам:       «29 сентября 1897 года.       Какое же счастье, что моя самая заветная мечта, наконец, сбылась. Приехавший утром доктор Миделтон обрадовал меня, сказав, что с моей малышкой всё хорошо. Ричард смеётся, когда я говорю, что у нас будет именно дочка, а вот я уверена, что рожу именно дочку. И этого ребенка я не потеряю. Если будет надо, я готова хоть до самых родов просидеть дома, чтобы с малышкой всё было хорошо.       После обеда к нам приехал один из деловых партнеров Ричарда. С ним был мальчик лет семи, как я поняла ― его сын. Мне казалось, что этот человек приехал к Ричарду для обсуждения их дел в банках. Так сначала и было, но потом Ричард попросил меня зайти в кабинет. Когда я вошла, он спросил у меня, не буду ли я против, если у нас родится дочь, отдать её замуж за сына этого мужчины. Конечно, я была и остаюсь против браков по договоренности, но я чувствую, что этот маленький белокурый ангелок не сможет обидеть мою девочку. Не зря же госпожа Лаура говорила, что моя дочка будет самой счастливой…»       Кэнди ещё раз перечитала запись, сделанную рукой матери. В голове никак не укладывалось, что родители хотели выдать её замуж по договоренности с другой семьёй. Она решила побольше узнать об этом у отца.       Спустившись с чердака, юная леди отряхнула платье от пыли и отправилась на поиски. За последний месяц отношения мисс Кларк с отцом стали ещё более доверительными. Она стала называть обращаться к нему на «ты», могла рассказать обо всём, что её тревожило. Обо всём, но только не о чувствах к Альберту.       Первым делом Кэндис решила заглянуть в комнату банкира. Подойдя к двери, девушка постучалась. ― Войдите, ― сказал мистер Кларк. Он как раз закончил телефонный разговор. Увидев в дверном проёме дочку, мужчина улыбнулся.       Кэнди не знала, как начать разговор о договорном браке, но, собравшись с духом, всё-таки спросила: ― Папа, скажи, это правда, что вы с мамой когда-то хотели выдать меня замуж за сына одного из твоих деловых партнёров? ― Да, Кэнди, так и было. Только, откуда ты об этом узнала? ― Ричард был удивлен вопросом дочери, ведь о браке по договору знали только он, Кэссиди и Уильям Эндри, отец Альберта.       Мужчина жестом пригласил Кэнди в кабинет, и она села в кресло напротив. ― Я прочла это в дневнике мамы, он был спрятан на чердаке, среди её вещей, ― юная леди рассказала отцу о письме матери, которое она нашла утром. ― Только мама не упоминает ни имени этого человека, ни имени его сына. ― Хочешь узнать, как зовут того, кто должен был стать твоим мужем? ― поинтересовался мужчина. Девушка кивнула в знак согласия. ― Его имя Уильям Альберт Эндри, ― мистер Кларк стал наблюдать за реакцией дочери.       Глаза девушки широко раскрылись от изумления. ― Папа, а мистер Уильям знает об этом договоре? ― тихо спросила леди. ― Нет, Кэнди, об этом договоре раньше знали только мы с твоей мамой, мистер Уильям Эндри-старший и его сестра, если я не ошибаюсь, её зовут Эмилия. Она приезжала к нам, когда тебе был месяц или немного больше. Когда мы были в доме семьи Эндри, я заметил, что эта женщина не рада тебе. ― Да, мадам Элрой меня всегда не очень-то жаловала, ― немного печальным голосом сказала девушка. ― Не расстраивайся, доченька. Я уверен, что она ещё изменит своё мнение о тебе. ― Наверное, ты прав, папа, ― улыбнулась Кэнди.       Выйдя из комнаты отца, девушка отправилась к себе. Ей нужно было набраться смелости и всё-таки написать Альберту, ведь она думала, что не увидит его до самого Нового года. Придя к себе в комнату, девушка села в кресло, принялась за письмо. Слова строчка за строчкой ложились на лист, и, спустя примерно полчаса, послание было написано. Единственным человеком, кому она могла доверить отвезти письмо, была Дороти. Взяв с журнального столика конверт с посланием, Кэндис отправилась искать свою камеристку. Первым делом она решила заглянуть в её спальню. ― Войдите, ― раздался из-за двери голос мисс Бьяджи. ― Прости, я не вовремя, ― проговорила девушка, увидев в комнате Фернандо. ― Я уже ухожу, мисс Кэндис, ― сказал мужчина, направившись к двери. ― Дороти, я хотела просить тебя, чтобы ты съездила в резиденцию Эндри и передала письмо для мистера Уильяма. Только прошу: скажи, чтоб его передали ему лично в руки. Я боюсь, что оно может пропасть, если попадёт в руки к мадам Элрой. ― Не волнуйся, Кэнди. Я скажу, чтоб это письмо отдали мистеру Эндри лично в руки, а лучше всего ― сама отдам ему это послание. ― Дороти, спасибо тебе, ― обняв подругу, сказала светловолосая леди. ― Тебе не за что благодарить меня, Кэнди, ― улыбнулась служанка. ― Молодец, что решилась написать ему, ― шепнула она хозяйке на ухо.       Ещё раз, поблагодарив девушку за помощь, Кэнди спустилась в малую гостиную и, сев к роялю, задумалась о том, стоило ли ей писать Альберту. «Что сделано, то сделано, Кэндис, хватит бояться», ― сказала она самой себе и, прикрыв глаза, вдруг услышала незнакомый женский голос: «Ничего не бойся, моя дорогая. Я всегда буду рядом с тобой». «Мама», ― проговорила мисс Кларк, и несколько слезинок упали на крышку рояля.

***

      В это самое время на другом конце города Нэнси Матиас закончила с домашними делами и решила выпить чаю. Стоило ей поставить чайник на плиту, как в дверь постучали. «Интересно, кто бы это мог быть?», ― подумала она. Открыв дверь, Нэнси увидела на пороге свою подругу Кэрол Райс. Девушка 3 недели была в отпуске и решила в последний свободный день навестить подругу. ― Надеюсь, ты рада гостям? ― в шутку спросила мисс Райс. ― Конечно, дорогая, проходи, ― сказала мисс Матиас, пропуская подругу в квартиру. ― Проходи в гостиную, а пока сделаю нам чай.       Сказав это, молодая медсестра направилась на кухню, откуда вернулась спустя минут пять, держа в руках поднос, на котором стояли две чашки с ароматным чаем, сахарница и вазочка с печеньем и конфетами. ― Кэрол, ты просто великолепно выглядишь. Как отдохнула? ― спросила темноволосая леди. ― Отдохнула просто великолепно. Знаешь, я не думала, что поездка к родителям может быть настолько приятной, ― улыбнулась подруга, поставив чашку на блюдце. У Кэрол было, что рассказать подруге.       В большинстве своём рассказ Кэрол был посвящен молодому человеку, живущему на ферме не далеко от дома её родителей. Она часто встречалась с ним, когда гуляла с младшей сестрой по заснеженным лугам, а он верхом на лошади проезжал мимо них. В пути его почти всегда сопровождала большая собака, похожая на сенбернара. ― Знаешь, однажды он даже помог мне найти Дорис, когда она решила поиграть со мной в прятки и спряталась в снегу. Я тогда так испугалась. Он успокаивал меня, а его собака нашла Дорис. ― А как же зовут этого красавца? ― сгорая от любопытства, спросила Нэнси. ― Я не знаю, ― немного покраснев, призналась девушка. ― У меня не хватило смелости с ним познакомиться. ― Не расстраивайся, Кэрол, я уверена, вы с ним ещё увидитесь, ― подбодрила подругу Нэнси. ― Спасибо, дорогая, ― улыбнулась Кэрол. ― А у тебя что нового? ― Только никому об этом не говори, ― попросила подругу мисс Матиас и рассказала о том, что произошло между ней и Мишелем несколько недель назад. Кэрол, краснея, слушала рассказ подруги. ― А на утро он сделал мне предложение. ― Вот это да! ― мечтательно проговорила мисс Райс. ― Повезло тебе с ним, Нэнси. ― Тебе тоже повезёт, Кэрол. Кстати, а ты не спрашивала у родителей о том парне, которого видела? Может, они знают его имя? ― Я спрашивала, но они не хотят о нём даже слышать. Папа назвал его приютским мальчишкой и запретил мне общаться с ним. Он даже не знает, что этот юноша помог мне найти Дорис. ― Я думаю, что твои родители ещё изменят свое отношение к нему, вот увидишь. ― Ты так думаешь? ― Ну конечно, ― улыбнулась молодая медсестра.       Подруги еще долго болтали о разных пустяках. Тему молодого человека, который нравился собеседнице, Нэнси решила не поднимать, чтоб не расстраивать девушку.

***

      Автомобиль семьи Кларк остановился возле резиденции Эндри. Заглушив двигатель, из авто вышел Фернандо и, открыв пассажирскую дверь, помог выйти Дороти. «Не скучай. Я скоро приду», ― сказала русоволосая девушка и направилась к воротам.       Быстро преодолев расстояние от ворот до террасы, Дороти поднялась на крыльцо и постучала в дверь. Открывший дверь мажордом впустил гостью в холл. ― Добрый день, мисс, ― поприветствовал гостью слуга. ― Добрый день, сэр, моя хозяйка, мисс Кларк, передала письмо для мистера Эндри, ― сказала девушка, протягивая слуге конверт. ― Хорошо, мисс, я обязательно передам его мистеру Уильяму. ― Только мисс Кларк очень просила, чтоб Вы отдали послание ему лично в руки, ― сказала она, и уже хотела уходить, когда услышала приближающиеся шаги.       Спустя пару минут в холл спустился Альберт. ― Сэр Уильям, Вам привезли письмо от мисс Кларк, ― сказал слуга и передал мужчине конверт. ― Благодарю, Гаррисон, ― ответил светловолосый мужчина и взглянул на русоволосую девушку. ― Мисс, во сколько сегодня уезжают мисс Кэндис и её отец? ― Они уедут восьмичасовым экспрессом, сэр, ― ответила девушка. Дороти сразу догадалась, зачем мужчина спросил её об этом. ― Благодарю Вас, мисс, ― улыбнулся Альберт. Из-за неотложных дел в банке он не успевал увидеться с Кэнди до её отъезда, но решил во что бы то ни стало приехать на вокзал.       Попрощавшись, Дороти вышла из дома и направилась к машине, где её ждал Фернандо.

***

      Тем временем Анни ехала к дому семьи Кларк. Сейчас все мысли молодой брюнетки были о том, как упросить Кэнди создать для неё прикрытие на этот вечер, а может быть, и ночь. «Надеюсь, что Кэнди не откажет мне и я смогу сказать маме и папе, что вечером еду к ней. Хорошо, что сейчас мама не против нашей с Кэнди дружбы», ― думала мисс Брайтон, глядя в окно. Из раздумий её вывел голос водителя: «Мы прибыли, мисс Анни», ― сказал мужчина, заглуши двигатель. Выйдя из автомобиля, мужчина открыл пассажирскую дверь, и подал руку дочери хозяев. ― Не ждите меня, обратно я поймаю экипаж, ― сказала Анни, когда мужчина проводил её до крыльца. ― Слушаюсь, мисс Анни, ― сказал водитель, и, развернувшись, зашагал к машине.       Поднявшись на крыльцо, мисс Брайтон постучалась в дверь. Спустя пару минут мажордом открыл дверь и впустил гостью. ― Добро пожаловать, мисс Брайтон. Рад Вас видеть, ― учтиво сказал слуга. ― Я сейчас доложу мисс Кэндис, что Вы прибыли. ― Благодарю, ― улыбнулась девушка, сняв пальто и передав его мужчине.       Стивен проводил гостью в малую гостиную и отправился за Кэнди. Подойдя к окну, Анни стала ждать подругу. Спустя минут 5 послышался стук каблучков по паркету и в гостиную вошла светловолосая леди, одетая в тёмно-зелёное платье, украшенное бежевым кружевом. ― Анни, дорогая, рада тебя видеть, ― улыбнулась мисс Кларк, и подруги обнялись. ― Я тоже рада, что смогла вырваться к тебе, Кэнди. Кэнди, милая, у меня будет к тебе просьба. Только ты можешь помочь мне, ― начала мисс Брайтон. ― Анни, ты же знаешь, что я сделаю для тебя всё, что смогу, ― улыбнулась Кэндис. ― Ты бы не могла позвонить моим родителям и попросить передать мне, что ты сегодня вечером ждёшь меня в гости? Прошу, Кэнди, мне очень нужно сегодня вечером вырваться из дома, ― говорила Анни, глядя на подругу умоляющим взглядом. ― Анни, милая, прости, но я не смогу помочь тебе. ― Но почему? Почему ты не хочешь мне помочь? ― спросила брюнетка. Впервые Кэнди ей в чём-то отказала. ― Сегодня вечером мы с папой уезжаем в Нью-Йорк, и твоя мама знает об этом. Моя бабушка говорила ей, что на Рождество мы приедем к ней. Если бы ты попросила меня о помощи вчера, я бы с удовольствием помогла тебе. Я и сама хочу задержаться в Чикаго хоть на день. Но сейчас уже поздно что-то менять и переносить поездку. ― Ты просто не хочешь мне помогать, ― едва ли ни плача, проговорила мисс Брайтон. ― А я-то думала, что ты моя подруга. ― Анни, я была и остаюсь твоей подругой и всегда приду к тебе на помощь, если это в моих силах. Сейчас я, к сожалению, не могу тебе помочь. Поверь мне, я и сама осталась бы в Чикаго, если бы не данное бабушке обещание. ― Данное бабушке обещание? ― переспросила девушка. ― Кэнди, скажи честно, что ты просто не хочешь помочь мне? ― Не хочу помочь тебе? ― светловолосая леди с удивлением смотрела на подругу. ― Да, не хочешь!!! Я вижу это, Кэнди. Ты думаешь только о себе, и о своем счастье! ― Я думаю только о себе? Анни, Господи, что ты такое говоришь? Вспомни, сколько раз я помогала тебе, ― от слов Анни на ресницах Кэнди заблестели слезы. Ей было больно слышать такое от подруги. ― Ты помогала мне? Это было давно, Кэнди. С того времени ты изменилась, Кэнди, ты стала совсем другой. Я тебя ненавижу! Ты… ты… ты эгоистка!!! ― выкрикнула Анни и выбежала из комнаты, хлопнув дверью.       Стоило брюнетке захлопнуть дверь, как мисс Кларк опустилась на пол и заплакала. Её сердце разрывалось от боли, причиненной словами Анни. «Почему Анни считает, что я не помогала ей?» ― задавалась она вопросом, но ответа не было. Девушка не могла понять, почему подруга считает, что Кэнди думает только о себе, ведь она всегда была добра к Анни и делала всё, о чём просила подруга. Кэнди лежала на полу, и плакала, не понимая за что мисс Брайтон так жестока с ней, в чём она провинилась перед подругой.       Спустя несколько минут в комнату вошёл мистер Кларк. Мужчина как раз собирался спускаться в холл, когда услышал крики, доносившиеся из малой гостиной. Уже меньше чем через минуту оттуда выбежала темноволосая леди. Анни не очень нравилась мужчине. Он считал, что эта девушка просто использует его дочку. «Что-то тут не так», ― решил банкир и, как только гостья покинула дом, поспешил в малую гостиную. Войдя в комнату, он увидел, что дочь лежит на ковре и плачет. ― Кэнди, доченька, что случилось? ― спросил Ричард, присев на корточки возле дочери. Девушка взглянула на отца. Её зелёные глаза были полны слез. ― Как я понимаю, вы с мисс Брайтон поругались? Ничего, милая, поверь мне, вы с ней ещё помиритесь. ― Мне бы очень этого хотелось, папочка. Я не знаю, что я ей плохого сделала, что она назвала меня эгоисткой. Я всего лишь сказала ей, что не смогу ей помочь, потому что мы с тобой уезжаем в Нью-Йорк. ― Она снова просила тебя о помощи? ― Да, папочка. Анни просила, чтобы я сказала её родителям, что приглашаю её сегодня вечером к нам. ― Эта леди не понимает, что говорит, дорогая. Поверь мне, доченька, ты не эгоистка. Ты правильно поступила, что отказалась лгать её родителям. ― Спасибо, папочка, ― вытерев слёзы, улыбнулась мисс Кларк. ― Как же ты похожа на маму, моя милая. Особенно когда улыбаешься, ― немного грустно сказал мужчина. За эти годы он так и не разлюбил свою покойную супругу.       Слова отца убедили Кэнди в том, что она ни в чём не виновата перед подругой.

***

      Нил вошёл в кафе, находившееся через дорогу от Академии Искусств. Сегодня у него был свободный день, и он решил весь его посвятить любимой. Сняв пальто, молодой человек сел за столик и взглянул на часы. До полудня оставалось всего несколько минут. У Элен с минуты на минуту должны были закончиться занятия, поэтому молодой человек постоянно смотрел в окно, ожидая возлюбленную, а воспоминания унесли его на три недели назад, когда они с Элен сбежали в Лэйквуд. Как же ему тогда хотелось, чтобы этот день длился вечно, чтобы им не нужно было возвращаться в Чикаго. Он прекрасно помнил, какой грандиозный скандал им устроил мистер Каненгтон, когда влюблённые вернулись. «Хорошо, что он не запер Элен дома», ― усмехнулся про себя молодой человек.       С каждым днём Нилу всё тяжелее было расставаться с Элен, прощаясь с ней на крыльце дома. Он больше не мог без своей возлюбленной и решил на новогоднем приёме, который всегда организует мэр города, попросить у мистера Каненгтона руки его дочери. «Даже если он будет против нашего с Элен брака, я сделаю всё возможное, чтобы мы были вместе», ― размышлял молодой человек, и тут ход его мыслей был прерван тем, что кто-то закрыл его глаза ладонями. Даниэль прекрасно знал, кто находится у него за спиной. ― Привет, радость моя, ― сказал он, взяв её ладони в свои руки. ― Я скучал по тебе. ― Я тоже скучала, любимый, ― ответила девушка и присела за столик. ― Элен, а что если нам сегодня снова сбежать от всех? ― предложил молодой человек. ― Я бы очень хотела, Нил, но не получится. Завтра в Академии мы с девочками заканчиваем делать рождественские подарки, ― улыбнувшись, ответила мисс Каненгтон. В лежавшей возле неё кожаной папке находился почти готовый портрет Нила. Именно его девушка думала подарить любимому на Рождество. ― Тогда на завтра вечером я приглашаю тебя в ресторан.       В ответ на слова Лэгана Элен улыбнулась. Подошедший официант принял у молодых людей заказ и тактично удалился.

***

      А тем временем Анни ехала к кофейне Лоренцо Росси. Она была зла на Кэнди. «Тоже мне, подруга называется. Неужели ей так сложно было помочь мне? Мама, наверное, уже и забыла о том, что эта миссис Кларк говорила ей», ― думала брюнетка. В её сердце вновь проснулась, дремавшая пару лет зависть. Анни всегда завидовала тому, что Кэнди все любили, и раньше мисс Брайтон успокаивало то, что у подруги, в отличие от неё, нет родителей. Теперь же всё изменилось, ведь у Кэндис появился родной отец. Анни не могла пожаловаться на то, что приёмные родители не любили её, но родные родители ― это совсем другое. Последней каплей, необходимой для того, чтоб дремавшая ранее зависть вновь проснулась в сердце юной леди, было то, что она увидела пару дней назад.       В тот день она, как и сегодня, приехала к Кэнди просить о том, чтобы та помогла ей и позвонила супругам Брайтон, сказав им, что Анни задержится у неё. Находясь в холле, гостья услышала красивую мелодию, исполняемую на рояле, и звонкий смех. Звуки доносились из малой гостиной. Мажордом проводил гостью до малой гостиной и скрылся за дверью, чтобы доложить мисс Кларк о визите подруги. Сквозь неплотно закрытые створки Анни увидела, что светловолосая девушка находится в комнате не одна: она сидела за роялем, а возле был Альберт. К удивлению брюнетки, в комнате не было ни мистера Кларка, ни кого-то из слуг, за исключением пришедшего только что мажордома. «Значит, отец Кэнди не против того, чтобы мистер Альберт бывал у них, а мне приходится скрывать от родителей свой роман с Лоренцо. Это несправедливо!», ― злилась девушка, считая, что подруге снова повезло больше, чем ей…       Так, погружённая в свои мысли, она не заметила, как машина остановилась возле нужного здания. «Прибыли, мисс», ― сказал водитель. Расплатившись с мужчиной, Анни вышла из машины и вошла в кофейню. Подойдя к барной стойке, она спросила у молодого бармена, здесь ли хозяин, и, узнав, что он в своем кабинете, скрылась в служебном помещении.       Путь от зала кофейни до кабинета Лоренцо Анни прекрасно знала. Всего пара минут ―и она подошла к нужной двери. ― Войдите, ― строго сказал Лоренцо, услышав стук в дверь. ― Привет, ― улыбнулась брюнетка. ― Не помешала тебе? ― Ну конечно, не помешала, девочка моя. Для тебя у меня всегда есть время, ― печально улыбнулся мужчина, обняв возлюбленную. ― Что-то случилось? ― спросила Анни, заглянув ему в глаза. ― Ничего страшного, малышка. Просто… сегодня исполнилось бы 28 лет моему близкому другу. Можно сказать, что благодаря ему мы с тобой и познакомились. ― В тот день ты был на его могиле? ― Да, Анни. Давай не будем о грустном, моя милая. Лучше скажи, какие у тебя планы на сегодняшний вечер? ― Никаких. Мне придётся целый вечер просидеть дома, ― ответила девушка, вновь вспомнив о ссоре с подругой. ― Моя подруга, Кэнди, отказалась нам помогать, ― сказала она, и на ресницах заблестели слёзы. ― Не стоит расстраиваться из-за этого, Анни. Значит эта Кэнди и не подруга тебе, раз она отказала. У меня есть идея, как уговорить твоих родителей отпустить тебя, ― улыбнулся Лоренцо. ― Только тебе придется немного помочь мне, когда я приеду за тобой. ― А что ты придумал? ― сгорая от любопытства, спросила девушка. Мужчина изложил ей только что пришедший ему в голову план. ― Лоренцо, любимый, ты просто гений! ― обрадованная планом возлюбленного, Анни поцеловала мужчину.

***

      В Нью-Йорке актёры труппы Стредфорда репетировали пьеса Юджина О’Нила «За горизонтом», которая будет показана в этом году один единственный раз, 27 декабря. Роберт Хэтуэй, как обычно, сидел в первом ряду, наблюдая за игрой. Он был настолько заворожен тем, что происходит на сцене, что сначала даже не заметил присевшего неподалёку светловолосого мужчины. В тот момент, когда Карен Клейс подошла к самому краю сцены, режиссёр задумался: «Зачем она это делает?» ― и заметил, что через несколько мест от него сидит Флойд Митчелл. «Интересно, зачем он пришёл», ― мистер Хэтуэй не знал, что молодой мужчина часто появляется на репетициях в качестве зрителя. Вскоре был объявлен перерыв. Мистер Хэтуэй хотел поговорить с Митчеллом, но мужчины и след простыл. Руководитель труппы решил не искать гостя, надеясь, что тот вновь появится после перерыва, и отправился в свой кабинет выпить кофе.

***

Тогда же Флойд неслышно вошёл в гирмёрку Карен. Мисс Клейс стояла у зеркала, любуясь своим отражением и вдруг увидела у себя за спиной светловолосого мужчину. ― Ты просто неподражаема, любимая, ― обняв актрису, сказал Флойд. ― Спасибо, милый, ― улыбнулась мисс Клейс, накрыв его руки своими.       Уже в следующее мгновение губы мужчины исследовали её шею. Девушке хотелось, чтобы этот момент длился как можно дольше, но всему хорошему приходит конец. «Перерыв окончен, все на сцену», ― раздался в коридоре голос Роберта Хэтуэя. Флойд нехотя выпустил Карен из своих объятий, и влюбленные вышли из комтаны. Мисс Клейс отправилась на сцену, а светловолосый мужчина прошёл в зрительный зал.

***

      Тем временем Альберт приехал в чикагский офис и, зайдя в свой кабинет, сразу же вскрыл письмо, которое привезла Дороти. Сняв пальто, он сел в кресло и погрузился в чтение. В послании не было ни слова о чувствах юной леди, но мистер Эндри начал догадываться о них. Что стало причиной подобной догадки? Неизвестно. Может, причиной стала фраза мисс Кларк о том, что она с удовольствием осталась бы в Чикаго, а не ехала в Нью-Йорк, а может, и что-то ещё. «Когда-то я так же писал тебе, Кэнди. Ни слова о любви, но каждая фраза говорит о ней». Как же ему хотелось, чтобы его догадка не была ошибочной.       Ещё раз перечитав письмо, Альберт убрал его в карман пиджака. Он хотел уже заняться документами, но его отвлек сидевший в кресле, Джордж: ― Уильям, я думаю, что пришло время изъять из банковской ячейки документы, которые остались после смерти твоего отца, ― сказал мужчина. ― После смерти отца остались ещё какие-то документы? ― изумился белокурый мужчина. ― Да. Точнее сказать, это всего один документ, о сохранности которого сэр Ульям очень беспокоился и, уже умирая, просил меня надежно спрятать эту бумагу. Он очень боялся, что она попадёт в руки к твоей тётушке. ― Что это за документ? И почему отец боялся, что он попадет к тётушке Элрой? ― Сейчас я принесу его, и ты сам всё поймёшь, ― сказал мужчина и вышел из кабинета.       Как только за помощником закрылась дверь, Альберт откинулся на спинку кресла, погрузившись в свои мысли. Новость о том, что его отец спрятал какие-то документы в банковской ячейке, удивила его. Прошло минут 15, прежде чем Джордж вернулся в кабинет, держа в руках пожелтевший от времени листок бумаги. «Вот это твой отец и просил меня спрятать. Если бы я этого не сделал, мадам Элрой уничтожила бы его», ― сказал мужчина. Когда Альберт прочёл написанное на листке, переданном Джорджем, его глаза расширились от удивления, ведь он держал в руках брачный договор, заключенный почти 20 лет назад между семьями Эндри и Кларк. Молодой мужчина и представить не мог, что отец, сам того не зная, выбрал ему в жёны девушку, которую он любит. ― Джордж, скажи, ты знал, что за договор тебя попросил спрятать отец? ― Да, знал, но также я знал, что у мистера Кларка похитили дочь. Первый год я по поручению твоего отца принимал участие в её поисках. Потом все, кто знали о случившемся, перестали надеяться, что Кэндис найдётся. Все, кроме мистера Кларка. Я и позабыл об этом брачном договоре, пока не услышал от тебя, что Кэндис выжила и теперь носит фамилию Кларк.       «Знаешь ли ты об этом договоре, Кэнди? ― задался вопросом Альберт. ― Наверное, отец ничего тебе об этом не говорил», ― размышлял глава семьи Эндри, приступая к работе.

***

      Кэнди, ожидая возвращения Дороти, меряла шагами гостиную. Услышав вблизи рёв мотора, она поспешила к окну и увидела, что к крыльцу подъехал автомобиль. «Наконец они вернулись», ― обрадовалась девушка и выглянула в холл. Дороти и Фернандо как раз вошли в дом. Увидев хозяйку, камеристка сняла пальто, и направилась к девушке. ― Дороти, ты отдала письмо? ― спросила Кэндис. ― Не волнуйся, Кэнди, отдала. Я видела, как мажордом передал твоё письмо лично мистеру Эндри. И ещё он спросил, во сколько вы с мистером Кларком уезжаете. Мне так кажется, что он приедет на вокзал, чтобы проводить тебя. ― Ты так думаешь? ― немного неуверенно спросила светловолосая леди. ― Да. Или ты не хочешь его увидеть перед отъездом? ― Конечно, хотела бы, ― немного смущаясь, призналась Кэндис.       Уединение двух подруг было нарушено появлением Фернандо. Мужчина напомнил своей невесте о том, что ей пора собирать вещи, ведь они уезжают всего через час после хозяев. Ещё немного пообщавшись с Кэнди, Дороти отправилась к себе. Оставшись одна, блондинка подошла к окну и, подышав на стекло, написала на нём имя любимого, потом быстрым движением руки стёрла его.

***

      Время близилось к часу пополудни. В комнате отдыха для персонала в клинике доктора Миделтона находились двое: Мишель Дешан и Марк Фаузи. Меньше получаса назад закончилась сложнейшая операция, и сейчас два врача отдыхали, устроившись в мягких креслах. Марк давно хотел спросить у друга, откуда тот знает дочку мистера Кларка, но этот разговор постоянно откладывался. И вот сейчас, когда им никто не мешает, время для разговора казалось наиболее удачным. ― Мишель, можно спросить? ― Конечно, спрашивай, Марк. ― Ты давно знаком с нашей пациенткой, мисс Кларк? ― Нет, Марк. До начала наших сеансов я видел её только один раз год или два назад. Только тогда она носила совсем другую фамилию ― Эндри, ― ответил Мишель, и поведал другу историю их с Кэнди знакомства. ― А почему ты спрашиваешь об этом? ― Просто во время последнего сеанса гипноза она очень часто произносила одно имя: Терри. Она будто прощалась с этим человеком и плакала. Я думал, ты знаешь его. ― Ты прав, Марк, я тоже заметил, что она тогда заплакала. Только вот в день нашей первой встречи я от неё точно не слышал этого имени, ― ответил француз, поднеся к губам чашку с кофе. ― Может она вспомнила какой-то грустный момент из своего прошлого? ― Возможно, ты прав, Мишель, она вполне могла вспомнить что-то грустное, ― улыбнулся доктор Фаузи. ― Кстати, какие у вас с Нэнси планы на Рождество? Не хотите приехать к нам на обед? ― Извини, Марк, но как-нибудь в другой раз. Мы с Нэнси на Рождество едем к её родителям. ― Что, знакомство с родителями? ― спросил мужчина. ― Ты, как всегда, прав, дружище, ― ответим другой. ― Волнуешься? ― спросил доктор Фаузи. ― Есть немного, ― ответил доктор Дешан. ― Не переживай так. Вот увидишь, всё пройдет отлично, ― успокоил друга Марк.       Мужчина хотел в шутку попросить у Мишеля адрес родителей Нэнси, чтобы знать, где отец девушки закопает молодого француза, но в последний момент прикусил себе язык. И тут в комнату вбежала медсестра: ― Доктор Фаузи, доктор Дешан, пациенту из 7 палаты стало хуже, ― переведя дух, сказала девушка. ― Мы уже идём, мисс, ― сказал Мишель, и они с Марком вышли из комнаты отдыха.       Врачи направились к нужной палате. Конечно, они оба ещё не до конца восстановили силы после сложнейшей операции, но они нужны были пациенту.

***

      Тем временем на корабле, плывущем из Англии в Америку, Клара Стэнли вернулась в свою каюту. После их с Терри прогулки по верхней палубе у неё сильно разболелась голова и начало клонить в сон. «Этот холодный ветер на верхней палубе… кажется, я опять заболеваю, но ради Терри я готова на всё», ― думала девушка, лёжа на постели.       С самого детства Клара очень часто болела. Братья всегда звали её принцессой из-за слабого здоровья. Вот и сейчас, стоило ей немного побыть на холодном ветру, простуда не заставила себя ждать. Как только девушка прилегла, она почти сразу уснула.       Сон, который увидела молодая актриса, был очень похож на реальность. Она видела себя дома у родителей. Они со старшим братом находились на кухне. ― Клара, теперь ты можешь объяснить мне, что это за человек, которого ты привела вечером? ― серьёзным голосом спросил молодой мужчина. ― Если папа его увидит, то будет вне себя от ярости. ― Знаю, Джефри, но я не могла оставить его в таком состоянии, не знаю, где он остановился в Нью-Йорке, ― ответила девушка, не отвлекаясь от готовки. ― Его могут искать, ― сказал мужчина. ― Я думаю, что его уже ищут, Джефри. Он мне вчера сказал, что из-за чего-то ушел из дома своей матери.       Молодой человек встал из-за стола и, подойдя к сестре, положил руку ей на плечо. «Ты любишь его?» ― спросил он. Ответить Клара не успела, так как послышались приближающиеся шаги. «Спасибо тебе, Клара», ― раздался знакомый голос. Обернувшись, мисс Стэнли увидела в дверном проёме Терри. Спустя мгновение девушка услышала стук в дверь и проснулась. ― Секундочку, ― тихо сказала она и, накинув халат, пошла открывать. На пороге стоял Терри. Он забеспокоился, когда не увидел девушку во время обеда, и решил заглянуть к ней. ― Клара, что-то случилось? ― спросил Гранчестэр. ― Не волнуйся, Терри, всё хорошо, ― улыбнулась Клара. Сейчас она чувствовала себя ещё хуже, чем до того, как уснула, но Терри, её любимый Терри не должен был об этом знать.       Силы покидали актрису. Почувствовав головокружение, она потеряла равновесие и упала в объятия своего гостя. «Вот и сбывается моя мечта, ― думала мисс Стэнли, прижимаясь к молодому человеку. ― Господи, прошу тебя, пусть этот момент длился как можно дольше!» Стоило девушке прижаться к нему, как Гранчестэр почувствовал, что она вся горит. Немного отстранив Клару от себя, он взял её на руки и уложил в постель. «Не вздумай вставать, я сейчас приведу врача», ― сказал молодой актёр и скрылся за дверью.

***

      Воспитанники дома Пони играли на улице, забрасывая друг друга снежками. Возле них крутилась Мина, пытаясь поймать снежные комки.       Мисс Пони сидела в кресле у окна, держа в руках письмо, которое утром принёс почтальон, мистер Мэтью. Пожилая женщина прекрасно знала этот почерк: он принадлежал Кэнди. «Как такое может быть? Может я что-то спутала и письмо написала не Кэнди?» ― размышляла женщина, прекрасно понимая, что с того света письмо прислать невозможно. Взглянув на конверт, она вновь перечитала адрес отправителя и его имя. «Америка, Чикаго; отправитель ― Кэндис Кларк», ― было написано на конверте. Решив сравнить почерк в этом письме с почерком Кэнди, пожилая женщина встала с кресла и отправилась в свою комнату, где в старой шкатулке она хранила письма воспитанников, которые нашли новые семьи. Придя в свою комнату, мисс Пони достала из шкатулки одно из писем Кэнди. Так и есть, подчерк идентичный. Это письмо точно прислала Кэнди. «Как такое может быть? Неужели она каким-то чудом выжила?», ― размышляла женщина, начав читать.       «Дорогие мои мисс Пони, сестра Мария, представляю, как вас обеих шокирует это письмо, но я, действительно, жива. Это может показаться бредом, но мне удалось выжить на том пожаре, я попала в больницу, а вместо меня была похоронена другая девушка.       К сожалению, я потеряла память, и когда проснулась в больнице, ничего о себе не помнила. В тот же день я познакомилась со своим папой. Его зовут Ричард Кларк. Только совсем недавно смогла вспомнить вас, дом Пони, Тома, Анни и других детей. С Анни мы увиделись вчера, когда они с мамой приезжали к нам.       Обещаю, что скоро обязательно навещу вас. Кэнди».       «Боже мой, как же такое могло случиться?», ― задалась вопросом пожилая женщина. Впервые в её жизни было такое, чтобы погибший человек оказался живым. Она прекрасно помнила день похорон той, кого все приняли за Кэнди. Только сейчас мисс Пони вспомнила мужчину, который приезжал сюда летом, ведь он представился именно как Ричард Кларк и говорил, что Кэнди ― его дочь. На глазах женщины появились слёзы радости. Она была счастлива, что её любимица жива и нашла свою семью. «Дай Господь тебе счастья, Кэнди», ― тихо сказала женщина и, вытерев слёзы, вышла из комнаты. Нужно было позвать детей в дом.

***

      В это самое время на корабле «Анна-Мария» приведенный Терри врач осматривал Клару. У девушки была сильная простуда. ― Вашей невесте необходим постельный режим и полный покой, ― говорил мужчина, записывая на листке бумаги рекомендации по лечению для Клары. ― У неё сильная простуда, сейчас главное ― сбить температуру. Если Вы сделаете всё, как написано в рекомендациях, к прибытию в Нью-Йорк Ваша невеста поправится. ― Она мне не невеста, доктор, ― сказал, стоявший у двери, Терри. ― Мы просто играем в одной театральной труппе. ― Извините, ― улыбнулся медик. ― Выздоравливайте, мисс. Я завтра проведаю Вас.       После ухода врача Клара почти сразу уснула, а Гранчестэр присел на стул возле её постели и стал читать оставленные мужчиной рекомендации. И вдруг он услышал тихий шёпот девушки: «Я не отдам вам его. Слышите, не отдам», ― шептала актриса, и по её щекам катились слёзы. При виде слёз девушки сердце Терруса сжалось от боли. «Я не хочу, чтобы Клара снова плакала», ― подумал он и, склонившись над девушкой, аккуратно стёр с её щёк слезинки. ― Терри, ― едва слышно произнесла она. ― Я здесь, Клара, всё хорошо, ― тихо ответил молодой человек, ― отдыхай.       Убедившись, что брюнетка уснула, он налил в миску холодную воду и, засучив рукава, смочил там небольшое полотенце. Холодный компресс, уложенный на лоб заболевшей девушки, очень быстро высох. «Не стоило мне звать Клару с собой на палубу», ― думал Терри, меняя компресс. Ещё никогда раньше он не видел коллегу такой беззащитной. Даже после попытки покончить с собой она оставалась сильной, а сейчас всё было иначе. «Я сделаю всё, чтобы ты поправилась, Клара», ― тихо сказал Гранчестэр, укладывая на лоб девушки очередной компресс.

***

      Уже смеркалось. Часы в доме семьи Брайтон пробили шесть, когда к воротам подъехал Лоренцо Росси. Возле него на пассажирском сидении лежал букет алых роз для Анни. Остановив автомобиль, мужчина заглушил двигатель и вышел из машины. Сейчас ему предстояло разыграть спектакль для родителей возлюбленной и представиться другом Арчи. «Хороший из меня друг этому парню», ― усмехнулся он, представляя, как сейчас сообщит супругам Брайтон о том, что Арчибальд болен и просил его привезти Анни в дом семьи Эндри.       Поднявшись на крыльцо, сеньор Росси постучался в дверь. Уже спустя пару минут мажордом впустил гостя в дом. ― Добрый вечер, сэр. Добро пожаловать в дом семьи Брайтон, ― учтиво произнес слуга. ― Что привело Вас сюда? ― Я хотел бы поговорить с мистером либо миссис Брайтон. Это возможно? ― Да, конечно, идёмте, ― сказал слуга и, приняв у гостя пальто, провёл его в сторону гостиной. ― Как Вас представить? ― Скажите, что прибыл друг Арчибальда Корнуэлла, Шейн Олдер, ― сказал молодой мужчина. «Прости, дружище, что называюсь твоим именем, но сейчас это необходимо», ― подумал он про себя.       Спустя несколько минут дверь в гостиную открылась. ― Вас ждут, мистер Олдер, ― сказал мажордом, пропуская гостя.       Войдя в комнату, Лоренцо сразу заметил сидевшую на диване Анни. Возле неё в кресле сидела Джейн Брайтон. ― Добрый вечер, мадам. Позвольте представиться, меня зовут Шейн Олдер. Я друг Арчибальда Корнуэлла, ― сказал гость, обращаясь к Джейн. ― Анни, я приехал за Вами по просьбе Арчи. ― Что-то случилось, мистер Олдер? ― спросила Анни, хорошо запомнившая, как ей сейчас надо себя вести. ― Да, ему стало хуже. Арчи попросил меня, чтобы я привёз Вас в дом семьи Эндри. ― Неужели Арчибальд болен? ― удивилась миссис Брайтон. ― Да, мадам. Арчи ещё месяц назад избили какие-то бандиты. Мы все надеялись, что он уже окончательно поправился, но сегодня утром ему стало хуже. Врачи говорят, что если за ночь ему не станет лучше, его придётся положить в больницу, ― самозабвенно врал Счастливчик. ― Мамочка, умоляю, отпусти меня к Арчи, ― проговорила Анни. На её глазах появились слёзы.       «А ты хорошая актриса, любовь моя», ― подумал мужчина. Если бы он не знал, что это всё хорошо продуманная постановка, то и сам бы поверил Анни. ― Конечно, милая, поезжай, ― улыбнулась Джейн. ― Не волнуйся, доченька, я уверена, что Арчибальду станет лучше и он обязательно поправится. ― Спасибо, мамочка, ― сказала Анни, обняв женщину. ― Нам пора ехать.       Попрощавшись с миссис Брайтон, молодые люди вышли в холл. Слуга помог Анни одеть пальто. ― Шейн, скажите, Арчи, действительно, так плох? ― спросила девушка, продолжая играть свою роль. ― К сожалению, да, ― ответил Лоренцо. ― Идёмте.       Выйдя из дома, влюбленные быстрым шагом направились к машине. Наблюдавшей за ними из окна гостиной миссис Брайтон казалось, что эти двое спешат к заболевшему другу и возлюбленному.

***

      Нил и Элен находились на одном из катков Чикаго. Влюблённые постоянно ехали рядом. И тут мисс Каненгтон, решив подразнить возлюбленного, стала уезжать от него. ― Догоняй, ― смеясь, крикнула она. ― Сейчас я тебя поймаю, ― крикнул Нил и, смеясь, поехал за девушкой. В считанные минуты Даниэль догнал возлюбленную и прижал к себе. ― Попалась! ― сказал он и засмеялся. ― Ну, тогда тебя ждёт награда, ― сказала Элен и, развернувшись к юноше лицом, поцеловала его.       С каждым мгновением поцелуй становился все более страстным. Находившиеся на катке улыбались, проезжая мимо целующейся пары, которая не замечала ничего вокруг. Для Нила и Элен время остановилось. Влюбленные смогли оторваться друг от друга, только когда почувствовали, что вот-вот задохнутся. ― Ты не замёрзла? ― заботливо спросил Даниэль, не выпуская девушку из объятий. ― Совсем нет, ― улыбнулась Элен, коснулась ладонью щеки возлюбленного.       Почувствовав прикосновение прохладной руки на своей щеке, Лэган понял, что девушка слукавила. Взяв руки девушки в свои ладони, он начал согревать их. Подобный жест юноши совсем не удивил других посетителей катка, ведь в этот час здесь было много влюбленных пар.       Ещё немного покатавшись, влюбленные сняли коньки и направились к машине Нила, ведь время приближалось к восьми вечера и Элен пора было возвращаться домой.

***

      В это самое время по перрону центрального вокзала Чикаго шли Кэнди и мистер Кларк, а перед ними, неся в руках чемоданы, шёл носильщик. До отправления поезда до Нью-Йорка оставалось всего двадцать минут. «Может, Дороти ошиблась и Альберт не придет? Может, я зря жду его?» ― размышляла юная леди, идя под руку с отцом вдоль состава. Они уже подошли к своему вагону, когда девушка услышала до боли знакомый голос: ― Кэнди, подожди!       Обернувшись, мисс Кларк увидела, что к ней спешит Альберт. ― Приехал, ― прошептала девушка. ― Добрый вечер, мистер Эндри, ― сказал отец Кэнди, когда молодой мужчина подошёл к ним. ― Не думал, что увижу Вас здесь. ― Я не мог не приехать, мистер Кларк, ― с улыбкой ответил Альберт.       Поняв, что он сейчас здесь лишний, банкир, сказав дочке, что будет ждать её в купе, ушёл.       Некоторое время молодые люди молча смотрели друг на друга. Каждый хотел многое сказать, но нужных слов не находилось. Проходившие мимо граждане спокойно обходили их, но один спешащий на поезд мужчина не заметил Кэнди и случайно толкнул её. Потеряв равновесие, она угодила в объятия Альберта. «Не бойся, я держу тебя», ― проговорил он, прижимая девушку к себе. Она слышала, как их сердца бьются в унисон друг другу. «Не отпускай меня», ― прошептала светловолосая леди и, повинуясь зову сердца, ещё сильнее прижалась к Альберту. Время для влюбленных остановилось. «Мамочка, дай мне смелости», ― подумала про себя Кэнди, решив, что пришло время сказать о своих чувствах. ― Мистер Альберт, я…, ― девушка хотела сказать Альберту о своих чувствах, но он не дал ей договорить. ― Не нужно слов, Кэнди, ― прошептал он и коснулся губами её губ.       Белокурый мужчина боялся, что этот поцелуй напугает девушку, и был готов к тому, что ему придётся просить у любимой прощения, но всё случилось так, как и тогда, когда он на приёме в честь Стира признался Кэнди в любви: она ответила на каждый его поцелуй. Вскоре эти поцелуи слились в один, полный любви, страстный поцелуй, и прервал его лишь голос проводника: «Извиняюсь, мисс, но до отправления поезда осталась одна минута. ― Тебе пора, ― сказал мужчина, нехотя выпуская возлюбленную из своих объятий. ― Я так не хочу уезжать, ― едва слышно сказала Кэнди, ― но я должна ехать. ― Возвращайся скорее, ― сказал Альберт, когда они уже подошли к вагону, и вложил в руку девушки небольшой бархатный футляр. ― С Рождеством, Кэнди. ― Спасибо, ― смущаясь, ответила мисс Кларк. «Ну же, отблагодари его», ― шептало ей сердце. Повинуясь подсказке сердца, она приподнялась на носочках и коснулась губами щеки Альберта. ― Мисс, поспешите, ― вновь поторопил её проводник. ― Уже иду, ― ответила девушка, понимая, что, хочет она того или нет, но пришло время расставаться.       Поднявшись в тамбур, Кэнди обернулась, взглянув на Альберта, и, резко отвернувшись, поспешила уйти в вагон. «Он не должен видеть моих слёз», ― так решила она, не зная, что Альберт всё это время не сводил в неё глаз и ничего не укрылось от его внимательного взгляда. «Мы увидимся с тобой раньше, чем ты думаешь, любовь моя», ― думал он, наблюдая за тем, как любимая вошла в купе. Ещё по дороге на вокзал глава семьи Эндри решил, что в Чикаго его, кроме бизнеса, ничего не держит, и завтра первым поездом он уедет в Нью-Йорк, к Кэнди.       Кэнди, попытавшись взять себя в руки и наскоро вытерев предательскую влагу с лица, вошла в купе. Взглянув на дочку, мистер Кларк подумал, что, возможно, допускает ошибку, увозя дочку в Нью-Йорк. «Хотя, может, недолгая разлука пойдет им только на пользу»,― размышлял седовласый мужчина, наблюдая за дочерью.       Заняв своё место, Кэнди открыла подарок Альберта и увидела внутри футляра брошку в форме ласточки. ― Какая прелесть, ― чуть слышно сказала она, проведя пальцем по крылу золотой птицы. ― Позволишь взглянуть? ― спросил мужчина, присев радом с дочерью. ― Да, конечно, папочка, ― грустно улыбнувшись, ответила она.       Взяв из рук дочери футляр, Ричард взглянул на лежащую там брошку и подметил, что Альберт знает толк в украшениях. ― Не грусти милая, всего две недели ― и мы вернемся в Чикаго, ― сказал банкир. ― А я и не грущу, папочка, ― улыбнулась Кэнди, не желая расстраивать отца.       «Меня тебе не обмануть, доченька. Я вижу, что ты уже тоскуешь по нему», ― думал мужчина, глядя на дочку, а поезд уносил их все дальше и дальше от родного города.

***

      Вернувшись домой, Альберт сразу отправился на поиски своего верного помощника. Джордж обнаружился в кабинете. ― Джордж, тебе придётся помочь Арчи с делами в банке, ― сказал белокурый мужчина, сев на диван. ― Завтра утром я уезжаю. ― Уезжаешь? ― переспросил мужчина. Он прекрасно знал, что начальник только что вернулся с вокзала, где виделся с Кэнди. ― Да, я решил ехать в Нью-Йорк, ― ответил Уильям. ― Мы с мистером Арчибальдом прекрасно справимся с делами в банке. ― И ещё, Джордж, у меня будет небольшое поручение для тебя: узнай адрес семьи Кларк в Нью-Йорке. ― Можешь считать, что я уже узнал их адрес, ― сказал мужчина, снимая телефонную трубку. ― Как я понимаю, твоя тётушка не должна знать о причине поездки? ― Да, Джордж. Пусть тётя Элрой думает, что я еду по делам. Спасибо тебе, ― сказал Альберт, и вышел из кабинета.       Войдя в свою комнату, белокурый мужчина начал собирать вещи. «Всего несколько дней, и мы с тобой снова увидимся, любимая», ― тихо сказал он. Стоило ему закрыть саквояж, как в дверь постучали. ― Войдите, ― сказал белокурый мужчина.       Дверь открылась, и в комнату вошёл Джордж. ― Уильям, я узнал адрес семьи Кларк в Нью-Йорке, ― сказал он, передавая Альберту небольшой листок бумаги. ― Я заказал для тебя номер в гостинице. ― Большое спасибо, Джордж, ― улыбнулся молодой мужчина. ― Я знал, что на тебя можно положиться. Тётушка Элрой у себя? Не хочу, чтобы мой отъезд выглядел, как побег. ― Да, она у себя.       Ещё какое-то время пообщавшись с Джорджем, Альберт отправился в комнату мадам Элрой. Ему предстоял нелёгкий разговор с пожилой леди. Подойдя к двери, мужчина постучался. ― Тетушка, я могу войти? ― спросил Альберт. ― Конечно, мой дорогой. Входи, ― раздался голос из-за двери. ― Добрый вечер, тётушка, ― поприветствовал женщину глава семьи Эндри. ― Хорошо, что ты зашёл, Уильям. Я хотела обсудить с тобой рождественский прием. ― Вот об этом я и хотел поговорить с Вами, тётушка. У меня появились срочные дела в Нью-Йорке, так что завтра мне придётся уехать, и, когда вернусь, не знаю. ― Ты уезжаешь в Нью-Йорк к ней? ― спросила пожилая женщина, имея в виду Кэнди. ― Я слышала, что мистер Кларк собирался быть на Рождество именно там. ― Даже если я и встречусь в Нью-Йорке с Кэнди, Вас это не касается, ― говорил Альберт, начиная выходить из себя. ― Уильям, мальчик мой, я желаю тебе только добра. Эта девчонка приносит нашей семье только страдания, а я не хочу, чтобы ты снова страдал, ― мадам Элрой пыталась убедить племянника в том, что юная мисс Кларк ему не пара. ― Есть девушка, которая станет прекрасной… ― договорить мадам Элрой не успела, Альберт перебил её. ― Не смейте лезть в мою жизнь! ― буквально вскричал белокурый мужчина. ― С меня довольно! Либо Вы измените своё отношение к Кэнди, либо после новогоднего приема у мэра Вы, тётушка, уезжаете в Шотландию. Без права возвращения в Чикаго. ― Уильям… ― начала было женщина. ― Разговор окончен, тётушка, ― сказал глава семьи Эндри и, хлопнув дверью, вышел из комнаты.       Оставшись одна, пожилая женщина задумалась над своей дальнейшей судьбой. Уезжать в Шотландию ей ой как не хотелось, и она решила принять выбор племянника. «Пожалуй, мне придётся смириться с присутствием в нашей жизни этой несносной Кэндис», ― решила она.       Вернувшись в свою комнату, Альберт закрыл дверь и подошёл к окну. Крыши домов и макушки деревьев были укрыты снежными шапками, а в воздухе всё ещё кружились и кружились снежинки. «Я никому не позволю встать между нами, Кэнди», ― тихо сказал он, наблюдая за феерическим снежным танцем. Сейчас он не мог думать ни о чём, кроме Кэнди и скорой встречи с ней.

***

      Ночь укутывала чёрным бархатом страны и города. Корабль «Анна-Мария» продолжал свой путь в Нью-Йорк, и все его пассажиры пребывали в сладких объятиях Морфея. Только Терри всё не спалось. Молодой актёр сидел на стуле возле постели Клары. Несколько минут назад он сменил очередной компресс на лбу девушки. Его беспокоило то, что температуру не получается сбить, а недавно больную начало знобить. «Может, укрыть её ещё одним одеялом?» ― размышлял он. Решив, что так будет лучше, он вышел из каюты, а через пару минут вернулся с одеялом, которым накрыл Клару. Вскоре больная приоткрыла глаза и взглянула на юношу. «Терри, ― едва слышно позвала она его, ― обними меня». Сам не понимая, зачем он это делает, Гранчестэр присел на край кровати и принял девушку в свои объятия. «Я сделаю всё, чтобы ты поправилась», ― думал он, прижимая актрису к себе. В объятиях любимого Клара быстро уснула. Поняв, что она спит, Террус уложил девушку. Вскоре он и сам почувствовал тягу ко сну и, сев в кресло, расслабился. Споило ему закрыть глаза, как перед ним появилась Кэнди. Только в этот раз она не убегала от него, а наоборот приближалась. «Вот ты и нашёл своё счастье, Терри», ― улыбнулась светловолосая леди, проведя ладонью по его щеке. Она уже хотела уходить, но он остановил её: ― Кэнди, подожди, не оставляй меня, ― говорил Терри, пытаясь удержать девушку. ― У нас с тобой разные судьбы, Терри. Я не твоя судьба, ― сказала девушка, продолжая удаляться. ― Подожди, Кэнди, ― вскричал он и вскоре догнал девушку, взяв её за руку. ― Пусти меня, Терри, мне больно, ― сказала девушка не своим голосом. Юноша сразу узнал этот голос. Это был голос Клары, ― «больно».       Уже в следующее мгновение юноша проснулся. Встав с кресла он подошел к окну, размышляя над своим сном. Больше всего его удивляла перемена голоса приснившейся девушки. И тут он взглянул на Клару. В серебряном свете луны её волосы казались намного светлее, хоть и немного темнее цвета волос Кэнди. Прикоснувшись ладонью к лбу молодой актрисы, Террус понял, что жар так и не спал. «Нужно попробовать дать ей отвар, который принес врач», ― решил он и налил в чашку принесенную медиком жидкость. Сев рядом с Кларой, молодой человек приподнял её голову и дал выпить травяной напиток. Больная закашляла и открыла глаза. ― Спи, тебя нужно набираться сил, ― сказал Террус, взглянув на девушку. ― Ты не уйдешь? ― тихо спросила она. ― Нет, Клара, я не уйду, ― ответил Терри и убрал прядь волос с её лба.       Отойдя от постели больной, он вернулся к окну и снова погрузился в свои мысли.

***

      Этой ночью не спалось и Лоренцо Росси. Молодой мужчина лежал в постели, но сон никак не приходил. Виной тому было то, что Анни спала в соседней комнате. «Чёрт, не надо было мне столько пить виски», ― подумал он, подсчитывая количество выпитого за сегодняшний вечер. «А что если мне заглянуть к ней? ― вдруг пронеслось в голове итальянца. ― Дьявол, Лоренцо, о чём ты только думаешь?! Нет, с Анни не будет так, как было с другими. Она станет моей только после свадьбы», ― сказал он сам себе. Вскоре ему надоело лежать, и мужчина, накинув халат, решил спуститься в гостиную.       Подходя к гостиной, он увидел, что из-под закрытой двери пробиваются лучи света. «Странно. Наверное, слуги забили погасить свет», ― подумал Счастливчик, открывая дверь. Каково же было его удивление, когда он увидел в комнате Анни. ― Анни? ― Лоренцо? ― удивилась брюнетка, взглянув на мужчину. ― Я думала, одной мне не спится. ― Я тоже не мог уснуть, ― улыбнулся Лоренцо.       Подбросив несколько поленьев в камин, где уже догорали дрова, молодой мужчина присел на диван рядом с Анни. «Будь, что будет», ― решил мужчина и приобнял девушку. Мисс Брайтон много раз находилась в объятиях возлюбленного, но сегодня всё было иначе. «Господи, что же я делаю?!» ― пронеслась мысль в голове девушки, когда её рука легла на грудь итальянца, но она уже не могла отдавать отчёт своим действиям. Брюнетка ещё сильнее прижалась к возлюбленному, а её рука начала опускаться ниже. «Не торопи время, любовь моя, ― хрипло проговорил Лоренцо, поняв, что не сможет так поступить с Анни. ― Придёт время, и ты станешь моей». Одному только Богу известно, как ему хотелось не останавливать Анни и не сдерживаться самому, но он должен был… иначе возненавидел бы сам себя.       Спустя какое-то время девушку начало клонить в сон. Лоренцо проводил её до комнаты и ушёл к себе. «Сладких снов, любовь моя. Спи, а я буду охранять твой сон, ― думал он, ― охранять от самого себя». Почти всю ночь молодой мужчина боролся с желанием пойти в комнату к возлюбленной. «Ну же, иди к ней, она же сама подпустила тебя к себе», ― советовал мужчине внутренний голос. «Даже не вздумай. Если ты сейчас пойдёшь к Анни, потеряешь её навсегда», ― практически кричали разум и любящее сердце. Из-за этой внутренней борьбы уснуть молодой итальянец смог только на рассвете.

***

      Ещё одним человеком, который не смог уснуть этой ночью, был Арчибальд Корнуэлл. Он лежал в постели, глядя в потолок. Причиной его бессонницы тоже были мысли об Анни. Прошло уже больше двух месяцев после их расставания, но молодой человек никак не мог забыть о ней, не мог понять, почему его возлюбленная так резко изменила отношение к нему, и искал встреч с ней. Только ему одному известно, сколько раз за это время он посылал букеты и записки в дом Брайтонов, а уж попытки поговорить с Анни, когда они встречались в гостях у Кэнди, Арчи давно перестал считать. «Что с тобой случилось, Анни? Почему ты так изменилась?» ― вновь задался он этими вопросами, и ответ нашёлся только один: мисс Брайтон влюбилась. А память услужливо подкинула события того вечера, когда на него напали бандиты: "Тебе привет от Лоренцо". Только сейчас Арчи понял, что, вероятнее всего, этот Лоренцо ― новый возлюбленный Анни. Он начал осознавать, что потерял девушку навсегда. «Я клянусь тебе, Анни, что не буду больше искать встреч с тобой. Будь счастлива», ― тихо сказал он, закрывая глаза, но только утром сон наконец одержал победу над обеспокоенным разумом и эмоциями юноши.