Рай обманчив

      Девушку отмывали под мощными струями ледяной воды. Долго. Небрежно. Безразлично.       Как же Вера устала от происходящего с ней. От неизвестности. Пугающей, заставляющей сжиматься каждый раз, когда кто-то приближался. От всего холодного, мерзкого и противного. И той участи, которую безжалостно подготовила для нее судьба. Почему жизнь настолько несправедлива? И почему она хочет, чтобы Вера страдала? Всегда?!       Зачем она поддалась соблазну? Она ведь никогда не была наивной девочкой. А сейчас ей оставалось лишь корить себя, самоубиваться и терпеть. Терпеть все, чтобы суметь выбраться. Она сделает это. Обязательно!       Унижающие смешки, перешёптывания и многозначительные пристальные взгляды в ее сторону. Совсем негде скрыться от чужих глаз, а так хотелось исчезнуть.       Это была комната, полностью отделанная белой плиткой, с потекшими желтыми пятнами, видимо, от старости и ржавчины. Во многих местах виднелись сколы и трещины, словно это помещение выдержало свою войну. И, наверняка, война здесь проходила часто. С такими же жертвами, как и Вера. Пленили. Отмывали. И избавлялись, продавая в чужие руки.       Двое мужчин держали шланги и направляли струи воды на Веру с таким напором, что она еле удерживалась на ногах. Казалось, у нее после останутся синяки по всему телу. Ей, в ноги, небрежно швырнули мыло и мочалку, увидев которую, в мыслях было только одно: сколько же других пленниц успело этим попользоваться. Мужчины указывали на предмет, требуя поднять. Но девушка замерла, не решаясь повиноваться. Похитители менялись в лице, злясь и раздражаясь все больше, после чего принялись ей угрожать. Морщась, она склонилась и взяла мочалку, с неохотой начав обтираться жалкими остатками, некогда бывшей, нормальной губки.       Вдруг что-то изменилось. Стало тесно, несмотря на то, что душевая являлась комнатой не маленькой.       — Поиграем? — перекрикивая шум воды, один из мужчин приближался к ней.       Вера вздрогнула, выронила мочалку. Она попятилась назад, поскользнулась и полетела вниз. Другой мужчина, бросив шланг, кинулся ее ловить.        «А жаль…» — нерадостно подумала Вера, когда оказалась в объятиях спасателя, лишь немного ушибив бедро. Она могла бы разбить голову и радикально избавиться тем самым от предстоящих мучений. А так… так придется дальше жить, в роли чьей-то игрушки. В этом пленница не сомневалась.       — Эй-эй, что ты задумал? — мужчина помог девушке подняться, убедился, что с ней все в порядке и с грозным видом пошел на первого.       — Да ладно тебе. Сколько делали же уже так? — он продвигался к Вере, а девушка оказалась прижатой к слизкой стене. — Не впервой, а у меня кое-кто просится в бой!       — Не вздумай, если жить хочешь! — второй ему пригрозил кулаком.       — Да что такого? Очередную дрянь вдруг жалко стало? — первый никак не унимался, схватив пленницу за руку. — Только я один не справлюсь, подсоби-ка мне.       — Прекрати! Ее нельзя трогать, понял? — другой освободил девушку, вырвав из лап противника и прикрыл собой.       — Да ну-у-у… — недовольно протянул начавший сумбур. — Неужели ж-то девственница?       — Она самая, поэтому не порть товар, — и покраснев, добавил. — А то нас либо обоих кастрируют, либо убьют.       — Тьфу, блин! Что-то затянула ты с этим делом, — чертыхаясь, первый вернулся за шлангом, ругаясь на пленницу. — Зря ты, наверное, хранила невинность. Так может и не попала бы сюда. И меня бы не дразнила.       — Дурак, — второй засмеялся, — чем она тебе вообще понравилась? Обычная, бесформенная девка. Мне вот смотреть на нее только если как на подростка, так и не возбуждает даже. Я люблю женщин в теле.       Вера молча слушала, как обсуждали ее, и сгорала со стыда. Она согласилась со словами первого и, вернувшись назад, представила, что было бы — не откажи она тогда Пашке. Но теперь думать об этом поздно. Ей оставалось надеяться, что купит ее нормальный человек, который не станет делать ей слишком больно. Но Вера не была оптимистом, поэтому в голову куда охотнее лезли мысли, что все будет еще хуже. Хоть и пыталась она убедить себя, что обязательно выберется, вырвется из плена. Сбежит.       — Давай, сучка, — первый решил оторваться на девушке словесно, раз нельзя трогать, — хорошо мойся, тщательно. Промежность потри как следует.       — Про волосы не забудь, — второй кинул ей тюбик с шампунем.       Вера не торопилась, оттягивая неизбежное. К холодной воде девушка уже успела привыкнуть так, что даже почувствовала комфорт, избавляясь от грязи, скорее душевной, чем физической. Она медленно массажировала голову, закрыла глаза, точно знала — оба типа ее не посмели бы тронуть. И пока не торопили, она предпочла наслаждаться остатками хоть какой-то свободы. Но с волосами отстраниться от действительности было проще. А когда дело дошло до тела, руки деревенели, теряя подвижность. Спускаясь ниже, они все меньше слушались. Вере тяжело было мыть себя под пристальными взглядами, жадно бегающими по ее интимным местам.       Вдруг воцарившееся спокойствие и напряжённую атмосферу нарушили. В комнату зашла женщина, выглядевшая хуже, чем эти мужчины. Она ворвалась к ним, словно фурия, спасая девушку от дальнейшего унижения на этом этапе.       — Что вы тут копаетесь? — начала она кричать на своих. — Быстро вытаскивайте ее, скоро уже надо товар показывать, а она банный день устроила. Ишь плескается вдоволь. Где это видано, вольности такие допускать? Через три минуты не увижу ее по ту сторону двери, будете наказаны вы.       — Да-да, сеньора, простите, — тот, что второй подошел ближе к Вере, направив всю мощь струи на голову, чтобы смыть шампунь. — Мы живенько управимся.       — Быстро ее сушите. Я не думаю, что клиентке захочется осматривать сырой и неотесанный, как надо, товар.       Вскоре Веру вывели из душевой. В этот момент она не знала, которому из чувств больше поддаться. То ли радоваться тому, как задышало свежестью ее тело, как стало приятнее, смыв с себя накопившуюся грязь. То ли начинать паниковать. Что ее ожидало впереди?       Когда Веру обернули в полотенце, она тут же воспользовалась этой возможностью, крепко укутавшись во влажную тряпку. Хоть что-то позволило ей немного оградиться от бесконечного унижения. Защита, которая ее не спасет.        Пленницу усадили на холодную скамью и аккуратно вручили стакан с водой, строго наказали выпить. Девушка с удивлением взглянула на подошедшую женщину, ту, что кричала в душевой. Похоже, это она тут самая главная.       — Пей, живо, — стерва продолжала смотреть на нее, требуя выполнить приказ.        Девушку насторожило то, что в этот раз не было пролито ни капли, а, напротив, они боялись потерять хоть одну. Вера боялась, что туда что-то подмешали, но жажда ее мучила. Пересиливая страх, она быстро осушила все до дна. И пусть будет, что будет. Да и если им надо, то не по доброй воле, так силой заставят.       Ее похитители продолжили приводить девушку в порядок. А через несколько минут ей уже стало так хорошо, что стены поплыли, и люди вокруг показались забавными. Вера тихонько посмеивалась, наблюдая за суетой вокруг. Что-то глупо комментировала, указывая на них пальцем.       — Отлично, наконец-то, — довольно подметила женщина.       Веру одели в ситцевое платье нежно лилового цвета, хорошо подходящее по фигуре и визуально удлиняющее ноги. Оно не скрывало очертаний тела, а твердые соски от бесконечного холода проступали сквозь тонкую ткань, соблазнительно призывая. Девушка походила на древнегреческую богиню.       Влажные волосы естественно завивались. Их решили не трогать, а лишь немного подправили. Подумав, женщина приказала одеть ободок, что добавило еще больше схожести с образом. Затем, уложили ее темно-русые локоны за спину и несколько прядок на плечи, слегка растрепали их. Девушка выглядела беззаботно, словно она только проснулась. На лице расползлась глупая улыбка, глаза сияли. И лишь синяки под ними, выдавали усталость от пережитого стресса.       — Может замазать их? — спросил один из мужчин, но хозяйка отрицательно покачала головой.       — Нельзя. Клиентка должна видеть их естественные лица, чтобы выбрать.       Вера блаженно сидела, считая пылинки, пролетающие в воздухе, и ее ничего сейчас не волновало.       — Она готова, — взглянув на нее оценивающе, заявил мужчина.       — Ты прав, — согласилась главная. — Отводите ее.       Девушке помогли подняться с места, подправили платье и куда-то потащили, придерживая под руки. Она не сопротивлялась, а, напротив, с интересом изучала новые стены, которые были такими же серыми, как и те, где ее держали. Но отведав дури, Вере стало так хорошо, как никогда еще в своей жизни. Ей виделось все в радужных красках, мерещились бабочки и зеленая травка. Девушка уже была на свободе, пусть это и происходило у нее в голове.       В состоянии эйфории ее завели в чистую комнату, а поскольку прямо стоять у нее не получалось, и она раскачивалась из стороны в сторону, то ее тут же усадили на стул. Обстановка и здесь не была роскошной. В углу находился стол с небольшим набором плеток и других приспособлений для секса. Если кто захочет сразу опробовать покупку, то тут все уже есть. Была бы Вера в ясном уме, то захотела бы сбежать. Сейчас же она, напротив, с непосредственной улыбкой тянулась к одному из вибраторов. Ей позволили подержать его. А когда предмет зажужжал, она засмеялась, как ребенок.       — Так, все, — через пару минут главная отобрала игрушку, — хватит. Успеется еще.       Вера оказалась не единственной пленницей. В помещении, помимо нескольких людей-организаторов, находилось еще семь девушек в таком же состоянии, что и она. Позади каждой, встал один из охранников, придерживая живой товар, в случае, если будут терять равновесие и падать. Все они были под той же дурью.       Все заняли свои позиции. Огромный мужчина, стоявший у двери, открыл ее и пригласил кого-то внутрь.       В комнату вальяжно вошла стройная брюнетка в деловом костюме и сигаретой в руках. Она медленно передвигалась, оглядывая девушек со стороны. И несмотря на то, что в помещении было много народа, стояла мертвая тишина. Только звонкий стук от шпилек нарушал молчаливое напряжение, и несколько пар глаз пристально наблюдали за действиями новой персоны.       — Эту уберите, — почти прикоснувшись окурком к лицу девушки, она указала на высокую блондинку — слишком смазливое лицо. И вон ту тоже.       Девушек тут же увели из комнаты. А покупательница продолжала недовольно осматривать товар.       — Я же просила вас, чтобы никаких пышногрудых красоток с крашенными волосами, — женщина произнесла это с отвращением, столкнув со стула очередную пленницу. — А у этой, наоборот, совсем ничего нет. Плоские — это еще хуже.       Не угодивший по вкусам товар быстро покидал комнату, и в итоге осталось трое. Внешне они устраивали покупательницу.       — Все иностранки из России и приближенных стран, — поспешила разъяснить ей хозяйка банкета. — Как вы и просили, ни одна из них раньше не бывала за рубежом. Но все согласились по своей воле поехать в путешествие. Вербовали их по-разному, но суть одна. Они здесь и вам решать, кого возьмете. Язык понимают достаточно хорошо, но эта лучше остальных, — она указал на Веру.       — Хм-м-м, — женщина остановила взгляд на этой девушке. — Какой у нее нрав?       — Скажу честно, тяжелый, — весь вид главной говорил о том, чтобы покупательница выбрала другую. — С ней было не так просто, чтобы она прилетела сюда. А уж оказавшись в неволе, пыталась вырваться, пока были силы. Остальные быстрее смирились.       — Сейчас она кажется счастливой и спокойной, — женщина ухмыльнулась.       — Еще бы, после того, что мы ей дали отведать, она еще сутки-двое отходить будет.       — Да-да, знаю, — немного расстроена произнесла покупательница. — В следующий раз хочу видеть их сразу, без дури.       — Как скажете, но я бы не советовала.       — Чего бояться? У вас тут столько охраны, что они как мышки будут сидеть, — убедительно произнесла клиентка, с чем в итоге согласилась главная. — Их взгляд… он многого стоит.       — Пожалуй, тут вы правы, — поддержала ее хозяйка. — Если хочется волевую, то эта девка идеальна.       — Так-так, — женщина подошла ближе и прикоснулась к плечу. Она оценивающе потрогала кожу девушки, — нежная. Снимите, — указала она на платье.       Веру подняли со стула и расстегнули молнию. Лоскут ткани скользнул вниз, обнажив пленницу. Перед покупательницей предстало молодое тело, едва тронутое неровным загаром. Угловатые изгибы, острые плечи, небольшая упругая грудь, которую, не удержавшись, женщина слегка сжала в руке, пощупав и удовлетворительно кивнув.       — Отлично-отлично. То, что надо, — у деловой покупательницы хищно сверкнули глаза. — Последнее уточнение, она девственница?       — Они все невинны, иначе бы их тут не было.       — Прекрасно. Я беру ее.       — Вы уверены, — хозяйка предпочла лишний раз подстраховаться. — Эти девушки ничем не хуже телом, но спокойнее нравом. Проблем с ними будет меньше, я так думаю.       — О, разве вы забыли, что мне по душе именно строптивые и вольнолюбивые?       — Да-да, конечно, — она засуетилась, теперь уже спеша избавиться от товара, пока клиентка не передумала. — Вы можете пройти со мной для завершения официальной части, а ребята подготовят вам рабыню.       — Пусть не забудут ее крепко связать, чтоб не дергалась, — добавила женщина. — А то, кто ее знает, что взбредет в голову.       — Это обязательно, сеньора. Вы же, как обычно, на вертолете?       — Да.