Ликорис

- Алан! Черт тебя дери! Ты что творишь! - Нокс схватил друга за плечо и буквально вырвал кинжал из его рук, чудом не поранив при этом шею, по которой и так стекали струйки крови. - Зачем ты это делал? - руки Рональда дрожали. Оружие выскользнуло из его ослабевших пальцев и упало на пол. Рон даже представить себе не мог, что его сосед и одноклассник в один момент решит лишить себя жизни. - Какого дьявола ты это делал?! - Рон тяжело сглотнул, прикладывая к шее парня чистый батистовый платок. - Рон... - Алан перевёл взгляд на соседа, не веря в то, что наконец-то может управлять своим телом. Он приложил руку к шее, придерживая платок. - Я... Не знаю, что это было... Это не я... - он сжал одежду Нокса, заглядывая в его глаза. Липкий страх продолжал держать его душу, не давая освободиться. У него было такое чувство, словно кто-то наблюдал за ними, невидимый и в то же время слишком сильный. Парень испуганно осмотрелся по сторонам и поморщился от резкой боли. - Что значит "не ты"? - Рональд нахмурился, чувствуя как сердце учащенно забилось. Парень перехватил холодные руки Алана, присаживаясь рядом с ним и приобнимая юношу. Ему было страшно. Что творилось с его одноклассником? Взгляд Нокса скользнул по окровавленному кинжалу на полу. Нужно было избавиться от крови на нем, пока, не дай бог, не увидел кто из преподавателей. Рональд перевел взгляд на окно, за которым сгустились сумерки. Его обожгло страшное воспоминание о той ночи, когда они прочитали надпись на портрете монашки. "Бред", - Нокс качнул головой. Он не хотел в это верить, как и старался забыть то, что тогда почудилось в темном окне. Алан отвёл в сторону окровавленный платок и поглядел на свои трясущиеся руки. - Рон... Нужно обработать... рану... - парень сжал одежду друга, а затем поднялся и сел рядом. - Мне нужно к профессору Слингби, - он потянулся к своей тумбочке, роняя часть своих вещей. Достал несколько чистых платков и зажал ими рану. Ему было тяжело говорить, в горле пересохло, а боль распространялась, словно яд. - Я не пойду один, пожалуйста... - Алан посмотрел на Рональда. - Что-то продолжает следить за нами, я это чувствую... Хамфриз тоже посмотрел в окно? и его тело прошиб озноб. Что могло прятаться в этой темноте? И что, собственно, произошло? Сам юноша не знал ответов, они терялись где-то в недрах его памяти. - Да... конечно, я тебя одного и не отпущу! - Рональд поднялся, придерживая юношу за руку и слегка прижимая к себе, чувствуя, как того бьет озноб. - Думаю, профессор Слингби поможет с раной... только... - Рональд закусил губу, - не будет ли он ругаться? Я не хотел бы заработать себе еще одно наказание, - Рональд вздохнул, а затем наклонился, поднял с пола кинжал и стер с него платком кровь. - Идем, Алан, - Рон убрал кинжал в тумбочку, и слегка сжав руку Алана в своей, повел из комнаты. Всё было словно в тумане, Хамфриз с трудом воспринимал то, что видит перед собой, отдаваясь на попечение своего друга. Было такое чувство, что он сейчас упадёт прямо здесь, в этом коридоре, так и не добравшись до двери их преподавателя. Казалось, даже тени следили за ними, провожали их. Алан старался восстановить логику событий, но, как ни пытался, не мог вспомнить, что привело к такому исходу. Он кого-то видел? Или же привиделось? Юноша сильнее сжал одежду друга, концентрируясь на боли, на том, что он чувствовал. Рональд спешил, придерживая Алана. Сердце бешено стучало в груди парня. Ему самому мерещились тени, пока они шли по пустынному темному коридору, но более всего его беспокоило, что он скажет Эрику. - Мистер Слингби... - Рональд постучал в дверь кабинета преподавателя, поправляя галстук на шее. Мужчина как раз сидел за проверкой работ учеников, изредка что-то правя и давая им рекомендации. Он не любил подобное, ему больше нравилась практика в заданиях, но от этого никуда не деться. Ведь порой попадались действительно интересные работы. А иногда абсурдные до истерического смеха. Слингби отпил из бокала глоток коньяка и уже хотел было продолжить проверку, как услышал стук в свою дверь. Не зная, кто это мог быть, мужчина поднялся, поправил халат и открыл дверь. Каково же было его удивление, когда он увидел Рональда, придерживающего еле живого Хамфриза. - Что произошло? Вы что, подрались? - спросил он, а после выглянул в коридор, оборачиваясь по сторонам, не видно ли кого из учителей. Он отошёл в сторону, пропуская их внутрь. - Быстрее, не хватало ещё, чтобы Спирс увидел вас. Являясь их наставником, он просто не мог подставить парней, что бы они ни натворили. Хотя этому наглецу Ноксу он планировал всыпать по первое число, как только разберётся, что, собственно, произошло. Рональд переступил порог кабинета, все так же придерживая за руку бледного Алана, у которого все еще кровоточила рана. Под взглядом мужчины Нокс и сам побледнел. Он уже невольно опасался, что его пятая точка вновь пострадает. - Мистер Слингби, это не то, что вы подумали, - поспешно произнес Рональд. - Я пришел в комнату... а Алан... в общем, так получилось, что он случайно порезался, - Рон невесело улыбнулся. Он понимал, как нелепо выглядит его история. Но и сказать, что Алан решил сам себя убить, он не мог. А так выходило, что они опять ссорились, и в этот раз с более серьёзными последствиями... - Ага, порезался, как же, - хмыкнул мужчина, усаживая Алана на стул поближе к камину, и убрал его прижатую к горлу руку. - Матерь Божья... Ты пытался ему горло перерезать?! Алан поморщился, стараясь прийти в себя. Он сжал руку профессора и перевел на него расфокусированный взгляд. - Мистер... - Алану было трудно говорить, поэтому он ограничился несколькими словами. - Это не он. Я... всё расскажу, но не наказывайте... От каждого движения кровь из раны шла всё сильнее. Эрик, перепугавшись за ученика, приложил обратно к его шее насквозь мокрый платок. - Нокс, зажми рану, - приказал он, а сам подошёл к шкафу и достал из него какое-то снадобье и длинные полоски ткани, аккуратно сложенные. - Вы двое, расскажете мне обо всём, что происходит с вами. Но Нокс... Если я узнаю, что это ты... Рональд выполнил всё, о чем просил его Эрик, стараясь не смотреть на окровавленную шею друга. - Это не я, профессор! - прошептал Нокс. - Вы думаете, я способен так поступить с Аланом? С моим другом? - юноша отвел глаза в сторону, руки дрожали. Слингби смочил ткань, а после убрал платок и наложил на рану повязку. Алан закричал от неожиданной боли, что пронзила его шею. Было такое чувство, что кожу разъедает, и он не смог сдержать крик. Но это частично привело его в чувство. Рональд вздрогнул, ободряюще сжимая его плечо. - О, так вы друзья? У меня сложилось мнение, что вы непримиримые враги, и ты, Рональд, только и делаешь, что портишь жизнь Хамфризу. Он прекрасно помнил о тех насмешках, что приходилось терпеть Алану. Ведь он был младше их, да ещё и старостой, стипендиатом... Слишком во многом этот юноша отличался от отпрысков богатых детишек. Нокс хмыкнул, скрестив руки на груди. Ему совсем не нравилось предвзятое мнение преподавателя. Может, он и был лидером в компании, однако некоторые учителя, вроде Эрика, как раз недолюбливали богатых детишек, так как сами получали гроши. - Это была взаимная вражда, - Рональд чуть усмехнулся. - Но уже все в прошлом, профессор... Вы не поверите нам, - он посмотрел в лицо Слингби. А можно ли было тому доверять? Теперь Рон вспомнил, что нашел портрет монахини на кухне, как раз там, где сидел преподаватель. Что, если его носил с собой Эрик? Но зачем? Изучал старую легенду? Или нечто иное?.. Рональд понимал, что в колледже творится чертовщина. Но замешано ли здесь проклятие?.. Одни лишь вопросы без ответов, которые даже обсудить было не с кем. - Рон, расскажи, - попросил Алан, придерживая повязку, в то время как учитель заматывал шею. Юноша доверял этому учителю, более того, он бы доверил ему и свою жизнь. Фактически, нечто подобное сейчас и происходило. Алан прикоснулся к руке мужчины, сжимая её и ища поддержку. Его била лихорадочная дрожь, мысли путались, но, тем не менее, он понимал – тот не засмеёт их и не отправит восвояси, а, наоборот, поможет. Нокс присел в кресло, пристроив руки на подлокотниках. - Алан, ты уверен? - Рон обвел кабинет взглядом, задержав его на камине, где потрескивал огонь. Что-то его напрягало в Эрике. Возможно, то, что профессор порой бывал строг с ним? - Мы не думаем, что смерть Томаса - дело рук человека, - тихо произнес Рон. - Вы знаете легенду о монахине, которая умерла несколько веков назад? Мы с Аланом нашли портрет... очень старый рисунок, однако он хорошо сохранился, и там было записано пророчество, - Рон замолчал на мгновение. - Мы прочитали его, и после этого какая-то чертовщина началась. Даже сейчас, рассказывая, Нокс словно слышал шаги в пустынных коридорах школы. Юноша чуть поежился, наблюдая за тем, как Эрик ободряюще сжимал руку Алана, как заботливо обрабатывал его шею. И Рональд невольно позавидовал. Как же ему хотелось ощутить сейчас чьи-то теплые объятия. Эрик внимательно выслушал студента, а после засмеялся, откидываясь на спинку кресла. - Что вы смеетесь? - парень покраснел до кончиков ушей. Он ненавидел чувствовать себя глупо. - Неужели вы думаете, что подобное может быть? Совпадения, не более того, - мужчина внимательно посмотрел на Алана, а после всунул ему стакан с выпивкой. - Пей. Но юноша лишь сжал в руках хрупкое стекло, пристально глядя на наставника. Почему тот им не верил? Хамфриз сделал глоток и поморщился. - Рональд нашёл меня сидящим на кровати и пытающимся перерезать себе горло. Как думаете, это тоже совпадение? Или, быть может, божья кара? - Алан поднялся, пошатнувшись, но на ногах устоял. - В этой школе что-то творится, и вы тоже это знаете, мистер Слингби. Спасибо за помощь, мы пойдём. Спокойной ночи, профессор. Эрик замолчал. Эти дети настолько сильно верили в какую-то там легенду? Но от слов Алана по его спине прошёл холодок. В этой школе действительно что-то происходило, и объяснения этому он не находил. Пока. - Всё это слишком странно, -наконец сказал мужчина. Ему не хотелось потерять доверие учеников. - Если такое ещё раз повторится... Вы всегда можете прийти ко мне. Нокс отвернулся, надувшись. - Я тоже не верил в это... Пока сам не столкнулся, - Рональд поднялся из кресла. - Только не говорите никому, мистер Слингби... Сами понимаете, мои друзья не поймут, - Нокс понизил голос, чтобы Алан не слышал. - Конечно же, Рональд, обещаю, - кивнул мужчина, провожая их взглядом. - Доброй ночи... профессор, - Рон осторожно подхватил Алана под руку, открывая перед ним дверь. Алан и Рон доверяли ему, в этом он убедился только что. Значит, на одну головную боль было меньше. Вот только, кажется, своей реакцией он мог насторожить их, что было бы весьма нежелательно. А когда шаги в коридоре стихли, он поднялся и достал с полки книгу, а из неё - старый пожелтевший от времени пергамент. Он разложил его на столе, подсвечивая себе свечой и проводя по нему пальцами, и что-то зашептал.

***

Добрались парни до своей комнаты без происшествий. Правда, чувствовали они себя жутко уставшими и измотанными. Алан задумчиво смотрел на стену, переодеваясь, правда, мыслями он был совершенно не в этой комнате. Он не ожидал подобного отношения от Эрика, от того, кому доверял. Учитель посчитал, что это их разыгравшаяся фантазия? Вот только ему было страшно спать одному. Алан забрался под одеяло, глядя на мерный огонёк одинокой свечи, что не давала погрузиться комнате во мрак. - Не туши, - попросил юноша друга, сжимаясь на кровати. Рональд кивнул. Он и сам не хотел тушить свечу. На душе было неспокойно и жутко. Все время, пока они шли по пустому, холодному коридору, и даже сейчас, заперев дверь, было неспокойно. - Рон... Я могу?.. – Алан не договорил. - Мне страшно, - признался он. Не так просто было сказать о своей слабости, тем более, тому, кто постоянно задирал его в прошлом. Юноша снял ботинки и забрался на кровать, ложась рядом с Аланом под одно одеяло. - Я буду с тобой, Алан, - тихо произнес Рон, обнимая друга поперек талии, грея своим телом. Ему было стыдно, что когда-то он отпускал колкие шуточки в адрес Алана. Кажется, страшные события их сблизили. Рональд пообещал себе обязательно сдержать слово и взять Алана с собой на Рождество в поместье. По крайней мере, у его соседа по комнате будет нормальный праздник. - Спасибо, - Алан прижался к другу, чувствуя, что постепенно начинает успокаиваться. Сам он не смел попросить о подобном, но Рон словно прочитал его мысли. Или же ему тоже было страшно спать одному? Глубокая рана на шее всё ещё болела, и это не давало ему забыться сном. - Как думаешь, мистер Слингби нам поверил? - поинтересовался юноша, вслушиваясь в мерное дыхание друга. Постепенно он согревался, хотя ноги до сих пор были холодными. - Думаешь, легко поверить в призрак монахини? - Нокс хмыкнул, крепче обнимая Алана, потому что и сам мерз. - Я сам в это до конца поверить не могу. Но не может это все быть простым совпадением... даже жутко становится, что легенда может быть и не легендой вовсе, - юноша вздохнул, кутаясь в шерстяное одеяло. Он безумно скучал по своей комнате в их фамильном поместье. Там и тепло, и простыни служанка меняет каждый день. - Пожалуйста, никому не рассказывай о том, что здесь... произошло. Я не хочу лишних расспросов. А наши одноклассники уже привыкли, что я хожу с шарфом, всё благодаря кое-кому, - он пихнул парня в ногу. - Но что мы будем делать, если они увидят повязку? - Если увидят повязку... - в глазах Рональда заплясали веселые искорки. – Скажем, что это я тебе надавал по шее, - ухмыльнулся Нокс. - Как тебе такой вариант? - он ослепительно улыбнулся, на всякий случай отодвинувшись от Алана, который мог не оценить шутку. - Пожалуй, твои друзья поверят в такую версию, - задумчиво сказал Хамфриз. - Тогда, думаю, нам нужно будет держаться на расстоянии, чтобы никто ничего не заподозрил. Алан вновь придвинулся к парню, обнимая его и стараясь успокоить бешено стучащее сердце. Ему было страшно, и этот страх не собирался так просто его отпускать. - Рон, я что-то видел, - сказал юноша, морщась. - Но теперь не могу вспомнить, словно кто-то стёр эти воспоминания. Помню, как я шёл по коридору, а в следующее мгновение ты уже пытаешься отобрать у меня кинжал... Если бы не ты... Я бы тоже умер... Как Томас... Рональд совсем не хотел думать о том, что было бы, приди он позднее на пару минут. Он бы не простил себе это. Ещё одну трагедию, потерю друга... это было бы слишком. Смерть Томаса и так его надломила. - Спокойной ночи, - Алан подложил руку под голову, лежа на самом краю подушки. Он достаточно быстро провалился в кошмар, где тьма преследовала его и от неё не было спасенья. Рон погладил Алана по волосам, а затем поцеловал в щеку. - Спокойной ночи, Алан. Я позабочусь о том, чтобы никто тебя не доставал расспросами, - юноша поправил одеяло, укрывая Хамфриза. Порыв ветра ворвался в комнату, сквозь створки окон задул свечу и погрузил комнату в темноту. А в это время за окном, на самом краю карниза, безмолвно скользила темная фигура, словно выискивая очередную жертву...

***

Снег запорошил не только крыши, но и двор колледжа. С наступлением декабря в классах и спальных комнатах учеников стало еще холоднее, ведь топили камины только у преподавателей. С приходом зимы участились случаи болезней учеников из-за простуды, однако это вовсе не удерживало юных аристократов от шалостей, и они не упускали возможности толкнуть друг друга в сугроб или закидать снежками, когда оказывались во дворе. Неумолимо приближались рождественские праздники, однако ученикам предстояло провести их в стенах колледжа. Только у некоторых, благодаря влиянию их родителей, была возможность провести праздник и каникулы дома, а не в опостылевшем Итоне, где мальчишки подвергались регулярном наказаниям за нарушение режима. Прошло уже больше двух месяцев с тех самых пор, как случилось трагедия с Томасом. Слухи о монахине понемногу утихли. Происшествий больше не происходило, и ученики постепенно успокоились. Теперь рассказы о призраке Черной Монахини если и всплывали, то в шутливой форме. Единственными, кто не разделял общего настроя, были Рональд и Алан. Парни сильно сдружились после всего произошедшего с ними, и Нокс теперь уже не подкалывал Хамфриза при своих приятелях. На трапезе они садились вместе, что совсем не устраивало ни Джексона, ни Дэйва: лучшие друзья Рональда не понимали этой дружбы со старостой их курса, который ко всему прочему был еще и из бедной семьи, но списывали это лишь на то, что Нокс преследуют какую-то свою выгоду. Как-то перед Сочельником, а точнее за пару дней, когда занятия в Итоне уже закончились, между Ноксом и Джексоном состоялся разговор. Правда, проходил он в одном из закутков колледжа, во дворе, чтобы не заметил никто из преподавателей. Парни курили табак, который еще в начале года тайно привез из дома Джексон. Его отец занимался торговлей, так что достать его не было проблемой. - Так ты зовешь в этом году с собой Хамфриза? - Джексон чуть прищурился, недоверчиво хмыкнув. - На черта тебе сдался этот придурок? Мы же с ним нормально не развлечемся. Помнишь прошлый год? - парень мечтательно вздохнул. - У вас такие аппетитные служанки, если бы не эта идиотка Оливия... - Если бы кто-то не нажирался до беспамятства, проблем бы не было, - хмыкнул Нокс, делая очередную затяжку и кашляя от едкого дыма. - Есть у меня к Хамфризу одно дело. Расскажу тебе все на каникулах, когда уберемся отсюда подальше, - Рон оглянулся, окинув взглядом заснеженную снегом дорогу и кирпичную стену колледжа. - Ты когда приедешь? Нас с Аланом мой отец заберет завтра с утра. Спирс не хотел отпускать, - Нокс недовольно скривился и провел рукой по своим светлым волосам, сбрасывая снежинки. - Думаю, двадцать четвертого, раньше никак, у моего папаши "дела", - Джексон сплюнул на снег. - Опять снимает в борделе очередную шлюху, - парень хмыкнул, запрокидывая голову, чтобы насладиться табаком. Правда, от него захотелось лишь чихать. - Спирс наверняка и моему что-то про меня наболтает... - Господа, если вы сейчас же не отправитесь в корпус, профессор Ти Спирс вас не только никуда не отпустит, но и вас будут ждать в качестве рождественского подарка розги! - раздался до боли знакомый голос, отчего оба ученика вздрогнули, поспешно избавляясь от улик в виде табака, выбросив его прямо в снег. - Вот черт… - Рон скрипнул зубами, наблюдая как к ним неспеша приближается профессор Слингби. - Заработали себе очередное наказание, - мрачно подытожил Джексон, уже предвидя, что в этот вечер им с Роном придется разгребать снег во дворе. Однако, вопреки худшим ожиданиям парней, Слингби не назначил им наказания, а лишь, отвесив по несильному подзатыльнику за курение (от взора профессора ничто не ускользнуло), проводил парней до их корпуса, велев им отправляться в свои комнаты. - И что он делал во дворе в такое время, ужин же сейчас? - вопросил недовольный Джексон, когда они с Ноксом поднимались по витиеватой лестнице на второй этаж. - Видимо, есть у него какие-то дела... - задумчиво протянул Нокс, не сводя взгляда с заледенелого окна, за которым очень хорошо было видно фигуру профессора Слингби, спешно удаляющегося с заднего двора школы в сторону той самой церквушки, у которой около двух месяцев назад нашли повешенного Томаса.