Like A Drum

Прим. пер.: присутствуют спойлеры к фильму «Астрал» Все приятные пустячки дарят Искреннюю заботу и преданность. Ты меня подвозишь, Поездка с тобой - лучшая поездка. Я знаю, Что ты придёшь на все мои концерты И будешь смотреть, ждать, Cопереживать. Не переживай ни о чём. Я хочу вызвать в тебе трепет. Ночь продолжается, моя маленькая ветреница. (с) Blink-182 - All the Small Things

***

После переписки с Жаном я не мог уснуть… Мысли путались, а тело дрожало от волнения. Поэтому я сделал то, что сделал бы любой болеющий гриппом студент, находясь в здравом уме - построил домик из одеял. Вообще-то, не очень похоже на дом - одеяла свисали с верхней койки до самого пола. Не ругайте меня: в свою защиту хочу сказать, что я был смертельно болен! Закончив жалкое подобие домика, я решил принять теплый душ. Но после того, как я снова вернулся в комнату (душевые в общежитии были вполне неплохими: я хотя бы не должен был убираться там и покупать туалетную бумагу), я совершенно не знал, как мне скоротать время. Я переключал каналы, но ни на одном не показывали ничего интересного. Болеть - ужасно скучно. В конце концов, после полудня, мой ослабленный организм отключился. И я не просыпался до… - Тук-тук! Мои веки слиплись ото сна, и с большим трудом я открыл один глаз. Я ничего не видел, кроме темноты и свисающих одеял. Несколько секунд я не мог понять, что происходит, но потом я вспомнил… «Жан…?» - Ты уже умер? – кричал он, находясь по ту сторону двери. Я медленно вылез из постели и недовольно зашипел, когда босые ноги коснулись холодного пола. Зато головная боль утихла. Я направился к двери, даже не обращая внимания на то, что был в футболке и боксерах. Мы все-таки оба парни, надеюсь, его такой расклад не смутит. Как оказалось, я был прав. Когда распахнул дверь, я быстро заморгал от яркого света из коридора, вытирая заспанные глаза, и первое, что я услышал, было: - Милая прическа. Пришлось несколько раз моргнуть, чтобы сфокусировать взгляд, прежде чем я увидел того, кто стоял передо мной: Жан в узких джинсах, в свободной зеленой кофте с длинными рукавами, с ухмылкой на лице и двумя бумажными пакетами с логотипом кафе-пекарни. - Я… Эм. Похоже, ты купил не только суп, - сказал я, глядя на пакеты. - Так и есть. Ты ведь ничего не ел сегодня, я прав? Мне не нужно было отвечать, так как это сделал за меня мой желудок: громко и протяжно заурчал. Жан настороженно покосился. - Похоже, он злится. Я схватился за живот, медленно кивнул и отошел в сторону, чтобы он мог зайти. Я, все еще не отошедший от сна, включил свет, когда он поставил еду на стол, стоящий возле окна. - Ты один здесь живешь? – с подозрением спросил он. - Да, - я вздохнул. – У меня должен был быть сосед по комнате, но его перевели еще в первый день. Теперь я здесь один. - Повезло. - Что? Если честно, то не все так здорово… Я бы хотел с кем-нибудь жить. Жан вскинул руку. - Так, стоп. Ты даже не знаешь, о чем говоришь. Поаккуратнее со своими желаниями, потому что тебе может попасться какой-нибудь псих. Я покосился на него с любопытством. - Ты что, с психами живешь? Он быстро открыл рот и снова закрыл со стуком, не решаясь, будто не знал – стоит ли ему рассказать или лучше промолчать? Я выгнул бровь, ухмыляясь, пока он, наконец, негодующе не выдохнул через нос. Я на секунду подумал о лошади… - Ладно, хорошо. Правда хочешь знать? Я живу в Марии в комнате-люкс, и мы вчетвером делим ванную. Ты хоть представляешь, как это хреново? - Ну, звучит не так… - Мы с Конни вынуждены слушать, как двое наших соседей занимаются сексом в своей комнате каждую ночь. Вдруг мое лицо вспыхнуло. - Оу… - Ага, - ответил Жан, потирая шею. Я почти ощутил повисшую неловкость в воздухе. – Фиг с ними, - пробормотал он, пытаясь сменить тему. – Иди уже ешь свою еду. Я купил тебе сыр чеддер и суп с брокколи, надеюсь, понравится. И еще я там кучу всего накупил, что там было, если супа будет мало… - Нет, все отлично! Огромное спасибо, Жан! Я снял одеяло, которое служило самодельной шторой для моего домика, накинул его на плечи и потащился к столу с едой. - А, между прочим, если тебя достали соседи, то ты можешь остаться здесь на ночь. После моих слов наступила пауза. Я быстро сел за стол и стал уплетать еду. Наконец, он ответил: - Может быть, когда-нибудь мне придется согласиться на твое предложение. Как только я с благодарностью приступил есть суп, которым Жан так любезно осчастливил меня, он подошел к моему рабочему столу, который стоял в другом конце комнаты и был заваленным бумагами, и взял коробку с диском. - Я сейчас расплачусь, - заскулил он. Я быстро сглотнул и сказал: - Надеюсь, ты любишь призраков и тому подобное, потому что я думаю, что фильм будет про них… Я повернул голову как раз тогда, когда он заметно содрогнулся. Я закатил глаза и вернулся к еде. Я слышал, что «Астрал» не такой уж и страшный. В течение следующих минут, пока я заканчивал есть, я слушал, как Жан вздыхал и ворчал, когда читал описание к фильму и осматривал коробку. - Эй, - я съел последнюю ложку супа и отставил одноразовую посуду в сторону, – ты слышал о последнем исследовании? По поводу нытья? Жан оторвал взгляд от диска и хмуро уставился на меня. - Нет…? - Исследования показали, что нытье абсолютно никак не помогает исправить ситуацию! – сказал я, изображая удивление. Коробка из-под диска пролетела через всю комнату и врезалась в мой затылок, а затем упала на пол. Я смеялся и кашлял одновременно, поднимая диск. Поправляя одеяло на плечах, я подошел к DVD-плееру. - Ты не мог бы выключить свет, пожалуйста? – любезно попросил я, вставляя диск в плеер, и взял пульт управления. - Что? Мы… мы будем смотреть в темноте? - Конечно… Это же страшное кино, в конце концов. Пока я насмешливо улыбался, я залез в свой домик из одеял и отодвинул свисавшие края в сторону, а он направился к выключателю. Я поманил его жестом присоединиться ко мне на кровать. Надеюсь, что он не подумал, что будет немного странно – сидеть со мной на кровати… Мы смотрели фильм, как друзья, в этом же нет ничего такого, да? К счастью, он выглядел так, будто ему было все равно. Он скинул кроссовки и только собрался залезть на мою постель, как я поднял руку и остановил его. - А теперь, Жан, прежде чем я позволю тебе сесть на мою кровать, ты должен пообещать мне, что не надуешь в штаны во время фильма. Его реакция последовала незамедлительно. - ТВОЮ ж МАТЬ, Марко, ты хочешь, чтобы я смотрел с тобой эту хрень, или нет? – я быстро отодвинулся назад, прислонился спиной к стене и похлопал по месту рядом со мной. - Да, пожалуйста, - невинно улыбнулся я. Он с шумом вздохнул и устроился рядом. Фильм начался, я промотал рекламу и вступительную часть и улыбнулся Жану. - А если серьезно, скажи, когда тебе нужно будет в туалет, хорошо? Он толкнул меня локтем в ребра, и я выразил недовольство по поводу того, что он костлявый. Я взглянул на него и увидел, как он взял мою подушку и прижал ее к груди. - Эм… Ты чего? - Готовлюсь, - пояснил он. Решив больше не задавать вопросов, я нажал на кнопку запуска. Теперь мне немного стыдно признаваться, но я был первым, кто подпрыгнул от неожиданности. На экране появилось название фильма в сопровождении хора плохо настроенных музыкальных инструментов, от чего мои барабанные перепонки чуть не лопнули - насколько громко это было! - Хренова музыка раздражает. Она вообще здесь не нужна, - вздохнул Жан. Сильнее кутаясь в одеяло и слушая его комментарии, я понял, что вечер обещает быть веселым. Как же я оказался прав. В начале фильма ничего страшного пока не происходило. Семья с кучей шумных детей переехала в новый дом… Это дало нам ложное чувство безопасности. Жан слегка ослабил хватку, но не отпускал подушку. Когда мать начала петь и играть на пианино успокаивающую песню, он снизошел до того, чтобы сказать: - Не так уж и плохо. Я кивнул головой в знак согласия ради него. Не прошло и пяти минут, а Жан чуть не выпрыгнул из штанов от страха, когда на чердаке случайно загорелась печь. - БЛЯ, - закричал он, плотно прижимая подушку к груди. - Рано обрадовался, - сказал я, пытаясь не захихикать. – Это даже не страшно было! - Ну да, это ведь не у меня чуть сердце не остановилось еще на заставке. Я надулся. - Это все музыка, - пробормотал я про себя. Мы продолжили смотреть дальше. Жан был заметнее напряжен, чем раньше. Как только дверь чердака открылась сама по себе, и один из детей это увидел и полез на чердак, Жан пронзительно завыл. - У этого мелкого точно стальные яйца, - пробормотал он и согнул ноги в коленях, чтобы прижать их к груди и положить подбородок. - Скорее, отсутствие здравого смысла, - добавил я, и он промычал в знак согласия. Теперь запомните, что в тот момент и на протяжении начала фильма, расстояние между нами было примерно пятнадцать сантиметров. Но когда началась сцена с радио-няней, оно быстро сократилось. - Что за ХЕРНЯ? – Жан чуть не стукнулся головой о верхнюю койку, когда вздрогнул от неожиданности и схватил меня за руку. - ЖАН, успокойся! Его тонкие пальцы болезненно впились в мою кожу; я попытался отодрать его от себя, но это было бесполезно. Мы продолжили смотреть фильм, и больше никаких неожиданных сцен не появлялось, поэтому Жан расслабился и постепенно меня отпускал. Но затем, когда какой-то непонятный парень появился в детской комнате, он завопил: «ААА, МАРКО!» и прижался лбом к моему плечу, закрывая голову подушкой. Я засмеялся, когда до меня дошло, что он с самого начала намеревался использовать ее, чтобы закрывать глаза от происходящего на экране. - Не смейся надо мной, - проворчал он, от чего я засмеялся еще сильнее. Вот так и прошло время: мы вздрагивали от неожиданности, хватались друг за друга (хотя это в основном Жан прижимался ко мне) и потешались друг над другом, когда кто-то из нас демонстрировал уморительную реакцию. Опять же, чаще всего это Жан сидел с жалким видом. Один из самых запоминающихся моментов за вечер – появление краснолицего демона позади отца. Жан закричал перечень ругательств, схватил мою руку и с силой прижал к груди. Вместо того, чтобы сделать замечание, что мне больно, я сказал: - Ничего себе, это как-то грубо и по-гейски. На что он ответил: - Да пошел ты. Если что гейское случится, то виноват будешь ты. Я так сильно хохотал на протяжении всего фильма, что даже удивился, почему меня не стошнило супом, учитывая, как сильно болели мышцы живота. А еще я много чихал и кашлял. Когда мы находились на самом напряженном и пугающем моменте, я чихнул Жану прямо в плечо. - Ты только что сделал то, о чем я подумал? - Нет. - Тогда ладно. В конце фильма, когда название снова замелькало на экране в сопровождении с громкой и раздражающей музыкой, мы сидели, прижимаясь, и держались за плечи друг друга, не шевелясь. - Разве… Он что…? – прошептал Жан. - Да, - прошептал я. Мы просидели в такой позе около минуты, не желая отодвигаться друг от друга. - Видишь? – прошептал я без всякого желания говорить громко. – Не такой и плохой… - Тч. Еще секунд тридцать мы смотрели титры, и я, наконец, потянул руку к пульту и выключил телевизор. Мгновенно мы оказались в темноте. Разгоряченный голос Жана прозвучал возле моего уха – я не понимал, насколько близко он был. - Какого черта ты выключил? – обвинил он дрожащим голосом. – Дай мне сперва свет включить! - Фу-ты, - сказал я, снова включая телевизор, на котором продолжали идти титры. – Прости. Как только слабое свечение от телевизора вернулось, Жан моментально высвободился и вскочил с кровати, быстро щелкая выключателем. Затем я снова выключил телевизор. Но Жан все также оставался стоять возле выключателя у двери, не двигаясь с места. - Эй, Марко. - Что? Он смотрел на меня нахмуренным и тревожным лицом. - Мне нужно отлить. - Правда, что ли? - Да! - Тогда иди уже! Туалет находится дальше по коридору! – я засмеялся. Жан нахмурился сильнее, его глаза скрывались в тени из-под насупленных бровей. - Ты, наверное, умом тронулся, если думаешь, что я пойду в одиночку. Шина старая, захудалая общага. Здесь жутко. - Неужели ты говоришь это всерьез? - Нет, чувак, пошли уже! – его колени согнулись. Я тяжело вздохнул. - Ладно, пошли. Я вскочил с кровати и чуть было не заржал, когда Жан осторожно и со скрипом открыл дверь и выглянул в коридор. - Боже, иди давай, - поспешил я, открывая дверь пошире и толкая его вперед. Он вышел в коридор, ругаясь себе под нос, а я последовал за ним, немного отставая. Как бы мне не хотелось отрицать, но я был на пределе так же, как и Жан. Было трудно не параноить, что какой-то демон внезапно выскочит и поползет к нам по стене. Вот какие мысли вертелись у нас в голове, пока я не ступил на скрипучую паркетную доску. Как вы могли догадаться, наше маленькое путешествие в туалет резко превратилось в непреднамеренную гонку, в которой Жан успевал еще и ругаться на бегу. Когда мы ворвались через дверь, мы остановились, тяжело дыша, и посмотрели друг на друга. На этот раз пришла его очередь смеяться. - Ты бы видел свое лицо! «Мое? И это он, как никто другой, смеется над моим лицом, когда я испугался?» Он почему-то начал смеяться надо мной еще сильнее. - И что? Ты бы на себя посмотрел! – это не помогло остановить его ржач надо мной, и я, наконец, хлопнул его слегка по плечу. - Иди уже. Кто-то в туалет просился.

***

Было уже одиннадцать вечера, когда он, наконец, отправился к себе в комнату. После фильма мы еще немного посидели на моей кровати, ели то, что принес Жан, и шутили друг над другом. В конечном итоге наши шутки стали жестче до такой степени, что мы начали толкать и пихать друг друга, поэтому мне пришлось остановить это и обвинить его, что он пользовался моим ослабленным состоянием. Когда мы заметили, как поздно уже было, Жан громко простонал: - Хм-м-м-м, интересно, чем же занимаются мои соседи прямо сейчас, - с сарказмом сказал он. - Мое предложение еще в силе, - я напомнил ему, но он покачал головой. - У меня пара с утра… Я задумчиво хмыкнул. - У меня тоже. Жан бросил на меня взгляд. - Завтра ты останешься в постели, так что не смей идти ни на какие пары. - Скучно, - фыркнул я возмущенно, откинувшись спиной к стене. – Придется остаться. Жан поспешно встал с кровати, засовывая ноги в кроссовки. - Что, если я скажу, что приду к тебе завтра? - Что, если ты скажешь, что придешь ко мне завтра? – передразнил я его. - Так каков ответ, умник? Я улыбнулся. - Я бы сказал, что меня это обрадует. - Круто, - сказал он, стоя. – Тебе нравится «Call of Duty»? «Он еще и спрашивает, нравится ли мне «Call of Duty»?» - Если ты принесешь завтра, то я буду любить тебя вечно. Он усмехнулся. - Ловлю на слове, - я наблюдал за ним, когда он подошел к окну. - Как же на улице темно-то, - пожаловался он, на что я ответил, что ему стоит бегать быстрее. Он поблагодарил меня за потрясающий совет и направился к выходу, желая мне спокойной ночи и скорейшего выздоровления. Когда дверь за ним закрылась, я остался со сладкой горечью в душе. Горечь, потому что я вроде как не хотел, чтобы он уходил. После его ухода чувство одиночества обострилось. Но сладость, потому что проведенное с ним время – невероятное удовольствие для меня, и теперь я с нетерпением ожидал его следующего визита завтра. Рядом с ним я даже забыл, что был болен, а как только он ушел, пульсирующая боль в голове вернулась. Я запер дверь, задвинул занавески и выключил свет, залезая на кровать и задвигая одеяла, чтобы снова оказаться в своем домике. Я укрылся другим одеялом, как только моя голова коснулась подушки. Я зажмурил глаза и попытался погрузиться в сон… Только вот… «Что это за запах…?» Я глубоко вздохнул и определил этот запах, как смесь слабых следов пота, дешевого мыла и… шоколадный «Axe»? Я потерся лицом о подушку, чувствуя себя счастливым. «Мне все равно, что там говорят рекламные ролики, не только девушкам нравится запах шоколадного «Axe». Я тому подтверждение». Именно тогда я понял, что Жан прижимал к себе именно эту подушку, которую я так бесстыдно нюхал. Я открыл глаза и глянул в темноту. У меня мелькнула мысль: стоило ли мне волноваться из-за того, что его запах настолько успокаивал, и что вдыхаю этот аромат через ноздри на полную грудь, но, в конце концов, я слишком утомился, чтобы париться об этом. В ту ночь я уснул, вдыхая запах Жана.

***

На следующий день я с удивлением обнаружил, что проспал до двух часов дня, и проснулся от звонка моего телефона. Мои сообщения (3) От: Жан привет я же могу сегодня ночью остаться? От: Жан …..ты еще спишь что ли? От: Жан да проснись ты уже, спящая красавица Я закатил глаза и напечатал ответ. Кому: Жан Ой, ты правда думаешь, что я красивый? Ты такой милый. От: Жан ты будешь отвечать на вопрос Кому: Жан Я тебе дважды говорил, что ты можешь остаться, когда захочешь. Конечно, приходи. :) От: Жан шикарно Мой желудок сделал сальто, когда я узнал, что Жан останется сегодня на ночь. Я ощутил внезапный прилив сил, что было нехарактерно для такого малоактивного человека, как я. Я вскочил с постели и поспешил в душ.

***

Жан появился в тот же вечер с сумкой постельных принадлежностей и захватил с собой «Xbox 360». Мы сразу же кинулись подключать его к телевизору, правда Жан делал большую часть работы, а я перебирал коробки с играми и глазел на те, в которые хотел бы поиграть. - Конни взбесится, когда узнает, что я забрал «Xbox». Так ему и надо, нечего травку в комнате курить. Это, кстати, мой «Xbox», - задумчиво сказал он. Прежде чем он позволил мне играть, он настоял на том, чтобы снять верхнюю койку. Я, не раздумывая, согласился, сказав, что часто бился головой о дно. Он, в свою очередь, удивился, насколько я был ленив, что я не сделал этого раньше. В тот вечер мы поставили его койку у окна рядом с пустым столом и заказали три огромные пиццы с курицей и беконом, которые были съедены спустя десять минут, как их принесли. В «Call of Duty» мы играли до полуночи, когда, наконец, мы внезапно не начали пихать и толкаться после того, как наши шутки и насмешки зашли слишком далеко. В нашей небольшой потасовке победителя не оказалось, но я пришел к выводу, что если бы я был в полном здравии, то точно победил бы его. Вскоре после этого мы отрубились. Утро наступило быстро, и я узнал, что Жан был ранней пташкой. Он запустил подушку в мою голову около восьми часов утра и громко пожаловался о том, как умрет с голоду по моей вине. Я прятался под одеялами и сказал ему, что он вполне справится сам, но в ответ он стащил все одеяла и потянул меня за ноги. - Ты же знаешь, что бывает, если не выпью кофе, Марко, - напомнил он мне низким и пугающим тоном. Какой эффективный будильник. В субботу было холодно и пасмурно; ледяной дождь намочил нам волосы, а при каждом выдохе изо рта и замерзших губ вырывались крошечные облака пара. Пока мы завтракали, Жан, не раздумывая, стал жадно пить свой кофе и заныл, когда обжегся. Большую часть дня мы болтали о школе и семьях. Жан был единственным ребенком в богатой семье и, по-видимому, не очень хорошо ладил с родителями. - Они постоянно пытаются контролировать мою жизнь. Это не их дело, понимаешь? – он продолжил рассказывать, как часто цапался с отцом, а мать не обращала на него внимания. – Да они скорее парятся о своей репутации, чем о моем благополучии, - он заверил меня, что смирился со всеми семейными трудностями, и что сейчас не о чем беспокоиться. Тогда я рассказал ему про свою семью: у меня была миленькая младшая сестра, которой было почти шесть лет, и звали ее Мари, а мои родители недавно развелись. Я часто спорил с отцом и по сей день, но в меру, в то время, как моя мать была доброй женщиной – я часто жаловался, что она слишком нянчилась со мной. - Маменькин сынок. - Нет! - Еще какой. - Гр-р-р. - Аха-ха-ха. Во второй половине дня мы вернулись в общежитие и продолжили играть во всевозможные игры до тех пор, пока Жан не заявил, что останется у меня на еще одну ночь, и у него с собой достаточно одежды. - Ты что, с самого начала планировал остаться у меня на все выходные? – заявил я, а он этого даже и отрицать не стал. Я одолжил ему мыло и шампунь (- Почему у тебя бабский шампунь? – Мама купила! – Маменькин сынок.), и после того, как мы привели себя в порядок после душа, на оставшуюся ночь мы заказали еще пиццы и продолжили нашу болтовню. Конечно, когда вы проводите с человеком все выходные, а время уже позднее, то начинаете говорить о личных вещах… Мы лежали поперек на моей кровати и смотрели в потолок, свесив ноги на пол. - Эй, Марко? – тихо позвал Жан после нескольких минут молчания. - М? – отозвался я так же тихо. - Мне интересно… А с кем ты еще тусуешься? Кроме меня. Я нахмурился, фокусируясь на пятне, где краска слезла на потолке. - Ха… Зачем тебе это? Я почувствовал, как он рядом со мной пожал плечами. - Мне просто интересно, вот и все… Я выдохнул. - Хм, если тебе так интересно… Здесь, в Тросте? Ни с кем. Я сглотнул и приготовился услышать, как Жан будет меня подкалывать и называть жалким неудачником… но этого не произошло. - Оу, - он почти шептал. – Почему так? Я нахмурился в задумчивости. - Ну… Не пойми меня неправильно, что у меня там никогда не было друзей. У меня их очень много на родине. Но ты же знаешь, как быстро заканчивается школьная дружба… Я повернул голову в сторону и увидел, как Жан смотрел в потолок; его волосы песочного цвета касались моих простыней, а на лице все тот же угрюмый вид. Он кивнул, не глядя на меня, и я снова вернулся к потолку. - Я просто… Я нигде не принимаю активного участия. Я не хожу ни в кружки, ни на студенческие вечеринки, ни в церковь… И не знаю, заметил ли ты, но я не люблю выходить из своей зоны комфорта. Я не против того, чтобы общаться с людьми, но как только я сюда приехал… Я просто ни с кем не общался. Жан хмыкнул, обдумывая сказанные слова. - Но мы здесь уже больше месяца… Разве тебе не одиноко? Я пожал плечами. - Я уже привык. Хотя… Да, одиноко, - я вздохнул и почувствовал, как в груди что-то сжалось. – Вот почему я хочу соседа по комнате, понимаешь? Я немного тебе завидую… Я бы хотел жить с тремя соседями. Жан повернулся ко мне и улыбнулся. - А точнее с теми, которые бы не шумели всю ночь, да? - Типа того, - сказал я, с трудом выдавив из себя безрадостный смех. - Ну, - сказал Жан. – Ничего страшного, если ты не болтаешься с кучей людей. Я единственный друг, который тебе нужен, да? - Потому что кому нужен друг, если он не Жан Кирштайн? – пробубнил я с сарказмом. - Именно. Мы снова замолкли, и я был первым, кто прервал тишину. - Ну так, Жан? - Что? - А ты с кем общаешься? Ну… кроме меня? - Хм-м-м-м… С кем же… - подумал он вслух. – Ни с кем. Я взглянул на него. - А как же соседи по комнате? - Не особо… - Но ты живешь с ними! - Если ты с кем-то живешь, это не значит, что вы автоматически становитесь лучшими друзьями. То есть они классные и все такое, но… - Но… что? Жан только покачал головой и нахмурился еще больше. - Ничего. Казалось, что он не готов был делиться информацией, поэтому я не стал давить на него. - Тогда, тебе тоже одиноко? - Ну, всем становится одиноко, это вполне естественно, разве нет? Но… поскольку я живу с тремя другими парнями, часто пытаюсь уединиться. Сомневаюсь, что я буду жить один, как ты… - Так тебе одиноко? – спросил я напрямую. Он кивнул, его глаза все еще были прикованы к потолку. - Очень. В груди появилось тревожное и тугое чувство, когда он сказал это почти болезненно. Я перевел от него взгляд и посмотрел вверх, игриво толкая локтем в его руку, игнорируя это чувство. - Ну, сейчас-то все нормально, потому что я есть у тебя, да? Ты можешь общаться со мной, когда тебе одиноко. - Действительно, - сказал он, и краем глаза я заметил, что он улыбнулся. – На самом деле я не чувствую себя одиноким, когда я с тобой. Я смущенно уставился на облупившуюся краску на потолке. - Ну, конечно! Мы же друзья, конечно, ты не будешь одиноким с друзьями… Жан ничего не ответил, что меня маленько напугало. - Эм… Жан? Мы же друзья? - Что? Да, конечно! Тебе не нужно спрашивать… Я не провожу свое время с кем попало, если ты не знал. Что-то теплое распространилось в моей груди, когда он это сказал. Было так приятно. От его слов я почувствовал себя особенным. Затем он сказал: - Мы два одиноких лузера, поэтому и должны держаться вместе, да? В тот момент я молча умолял всех, кто влиял на судьбу и вселенную, чтобы нас с Жаном никогда не разлучили… Чтобы наша дружба никогда не заканчивалась. Так мы и заснули – бок о бок, на моей кровати.