"Стань драконом"
9 июля 2017 г., 17:10
Диаваль словно издалека слышит грохот закрывающихся дверей, продолжая пораженно смотреть перед собой.
Как, как он мог так непростительно ошибиться?.. Вместо надежды в душе разверзлась пустота и холод, не давая и пошевелиться.
— Я же говорила, — безжизненно произнесла рядом фея и, горестно опустив голову и будучи не в силах выдержать обреченный взгляд слуги, неспешным шагом направилась к кровати Авроры. Юноша, с трудом волоча ноги, выбрался следом, но так и остановился поодаль, с печалью наблюдая за госпожой. Он чувствовал себя виноватым, ведь именно он заставил фею поверить в то, что какой-то поцелуй сможет разрушить темное проклятье. И теперь лишенная, как и он, надежды, Малефисента страдала еще сильнее.
Женщина замерла, до боли сжимая в руках посох и с внутренним содроганием наблюдая за все такой же неподвижной принцессой, что мирно спала, даже не подозревая, какую боль заставляла испытывать в тот миг ворона и фею.
— Я не стану молить о прощении, — собрав последние силы, тихим шепотом заговорила фея, — ведь тому, что я сделала, прощения нет… Я словно ослепла от ненависти и мести, — признала она, вглядываясь в такое родное, еще немного детское лицо.
— Милая Аврора… — голос предательски сорвался, а обжигающие слезы собрались в уголках глаз, — я полюбила тебя всей душой, а теперь потеряла навеки. Даю слово: пока я живу, с тобой ничего не случится. И тень твоей улыбки прибудет со мной всегда.
Выждав мгновение и позволяя слезам скатиться по щеке, фея склонилась над девочкой, по-родительски осторожно коснувшись губами лба.
Тяжелый судорожный вздох.
Последний взгляд печальных изумрудно-медовых глаз, окинувший фигурку спящей девочки.
Диаваль скорбно опустил голову, чувствуя себя как никогда несчастным, жалким и опустошенным. Перед глазами, как назло, пронеслись самые яркие воспоминания, как он приглядывал за малышкой-Авророй. Дежурил по ночам у ее кровати. Как вместе они резвились в ясные солнечные дни, играя в салочки или прячась в лесу. Как…
— Здравствуй, крестная, — неожиданно нарушил молчание знакомый голосок.
Малефисента замерла на мгновение, страшась, что эти слова ей только почудились, но все же заставила себя обернуться. Разрумянившаяся и счастливая, Аврора лежала на кровати, не отрывая взгляда от нее. В светлой голубизне глаз девочки фея прочла свое прощение…
— Здравствуй, Чудище, — немного запоздало счастливым шепотом ответила она. Аврора же светло улыбнулась, и эта улыбка окончательно разогнала мрак в душе феи. Женщина, прерывисто вздохнув и смаргивая слезы, уже с облегчением положила бледную худую руку на ладонь принцессы.
— Вот она, любовь, — услышала она тихий голос Диаваля с конца комнаты. Подняв взгляд, волшебница обменялась с ним улыбками, понятными лишь им двоим.
Любовь существует. И теперь в этом были убеждены оба.
***
В темных коридорах едва слышно раздавались шаги и редкий стук посоха о пол. Малефисента и Аврора осторожно миновали один за другим на удивление мало оживленные коридоры. Иногда над головой можно было уловить легкий ветерок от крыльев Диаваля, что в облике ворона незаметно облетал предстоящий путь, выбирая наиболее безопасную дорогу. Преодолев еще один этаж, фея и девушка неспешно спустились по лестнице. Холодный лунный свет, проникающий через окна, освещал тронный зал, создавая жуткие и причудливые тени на стенах. Малефисента замерла, тревожно окидывая внимательным взглядом зал. Нехорошее предчувствие залегло тяжестью в груди. — Мы возвратимся на болота? — отвлекла ее от мрачных мыслей Аврора. — Если ты этого хочешь, — улыбнувшись уголками губ, тихо ответила фея, получив счастливую улыбку в ответ, однако тревожное чувство все еще не покидало ее. Словно почувствовав это, Диаваль вылетел из-за колонны, под шелест крыльев облетев зал и исчезнув в одном из коридоров. Все было тихо. Малефисента уже без опаски пересекла зал, оглянувшись и с улыбкой поманив за собой ободряющим жестом Аврору. Совершенно внезапно послышался металлический рокот, и с потолка на фею обрушилась тяжелая сеть из железа. Фея, упав на колени, силилась сбросить ее с себя, но лишь разразилась пронзительным криком, обжигаясь о раскаленные звенья. Замеревшая на мгновение в немом ужасе Аврора со всех ног бросилась к фее, но ее тут же оттеснили стражники, стремительно наполняющие зал из коридоров. Малефисента пыталась отбиваться от них, но несколько ударов тупым оружием, оставляющим уродливые багровые ожоги на коже — и она уже ничего не видит от нестерпимой боли, лишь в отдалении слыша отчаянные крики Авроры и испуганное карканье Диаваля. Ворон чувствовал себя как никогда беспомощным. Будучи всего лишь птицей, он не был способен справиться с людьми: от него просто отмахивались, а жалкие попытки вцепиться когтями в лица стражников или выцарапать им глаза казались ничтожными, вызывающими разве что раздражение со стороны противников. Задыхаясь от боли, Малефисента подняла мутный взгляд вверх, к стремительно кружащему над ней ворону, что надрывающее каркал, умоляя превратить его хоть в кого-нибудь. — Стань драконом, — с трудом превозмогая боль и сконцентрировавшись, произнесла фея. Сорвавшиеся с длинных белых пальцев золотые пылинки охватили фигуру ворона. Хриплый вороний крик внезапно сорвался в громогласный рев. Огромный черный дракон приземлился на пол, расправив крылья и подняв огромную чешуйчатую голову с горящими ненавистью глазами. Диаваль почувствовал непривычное превосходство над врагом: он огромен и может обрушить на противников не только каменные стены, но и адское пламя. Фея, совершенно потеряв силы, с облегчением осела на пол. Теперь хотя бы у одного из них есть шанс выбраться из этого боя живым. Диаваль же тем временем обрушил на обступивших его и Малефисенту стражников потоки пламени, а затем с осторожностью подцепив зубами сеть, сдернул ее с госпожи. Фея, болезненно вскрикнув, перекатилась по полу, с трудом оглядываясь по сторонам. Казалось, все тут же пришло в движение: стражники заметались по залу, стуча оружием и перекрикиваясь, окружая скалящегося и рычащего на них дракона. Вокруг было не продохнуть от дыма пожарищ. Кажется, Диаваль сам испугался собственной силы: будучи теперь больших размеров, он стал менее поворотливым, так что удар тяжелого хвоста и собственный испуганный рев — и Аврора чудом уцелела, не попав под каменные осколки разлетевшейся колонны. — Аврора, беги! — выкрикнула фея. Девушка, испуганно закричав, бросилась прочь в спасительную прохладу коридора, оставив позади жар огненного дыхания дракона, крики людей, лязг оружия и удушливый дым. Фея, казалось, на миг успокоилась от мысли, что принцесса в безопасности, однако на смену облегчению быстро пришла новая проблема. Стражники, перегруппировываясь и выдвигая перед собой огромные щиты, медленно, но верно брали в окружение фею. Где-то неподалеку отчаянно рычал Диаваль, стараясь вырваться из плена обвивающих его цепей. Малефисента заставила себя подняться, вытянув руки и делая несколько нетвердых шагов вперед, но от боли все по-прежнему плыло перед глазами, а воины в доспехах все продолжали обступать ее, отрезая пути к бегству. Все смешалось в голове феи: скрежет металла о камень, треск огня, тяжелые шаги стражников и яростный рык Диаваля, отдающийся от стен. Каждый раз, как только казалось, что есть возможность прорваться через зловещий круг, щиты смыкались перед феей, нестерпимо обжигая ладони. Послышался грохот, от которого, казалось, содрогнулся весь замок: стражникам все же удалось сковать цепями дракона, заставив обрушиться на пол. Но внимание Малефисенты привлек иной звук. Прямо через пламя, уверенной походкой под лязг доспехов к фее направлялся Стефан. Женщина сразу его узнала, хоть лицо воришки и было скрыто шлемом — выдавал все тот же пугающий блеск темных глаз. Щиты с грохотом сомкнулись за его спиной. Противник замахнулся, раскручивая тяжелую цепь, однако фея не могла заставить себя сдвинуться с места, хоть и не до конца понимала, в чем дело: в окружившем ее металле или в том, что человек, который когда-то был для нее всем, теперь жаждал ее смерти. Удар цепи заставил ее рухнуть на пол, тяжело ударившись о поверхность одного из щитов. Где-то на задворках сознания Малефисента услышала лязг покатившегося по полу шлема, но мутный взгляд феи был обращен в другую сторону. Тяжело подняв голову, она неясным взглядом отыскала Диаваля — дракон, раскатисто рыча, пытался освободиться, но повязавшие его цепи не давали и с места сдвинуться, и он снова рухнул на пол. Глупый, совсем потерял голову от силы и могущества…а она даже не сможет ему помочь. Все вокруг наполнилось стуком щитов, сливаясь в единую ужасающую мелодию, и каждая мысль в голове феи совпадала со стуком металла о камень. Оба беспомощны, — поняла она, с трудом вдыхая воздух. — Оба обречены. Оба скоро погибнут от рук людей. Фея все еще силилась подняться, но стоящий вокруг рокот сдавливает легкие получше дыма, заставляя дышать тяжело и часто. Глядя на Стефана, уже трудно было усомниться в его невменяемости: призывающее подняв руки, он с нечеловеческим наслаждением вслушивался в зловещий ритм, получая истинное наслаждение от мук поверженной соперницы. Но вот он властно поднял руку, заставляя это безумие на мгновение прекратиться. Малефисента облегченно вздохнула, но поняла, что подобный жест — вовсе не проблеск человечности или милосердия. — Как ощущения, м-м? — явно наслаждаясь моментом, спросил он у нее. Когда-то такие родные глаза совсем незнакомо блестят невероятной злобой и жестокостью. — Как оно быть — жалкой, бескрылой…в мире людей, что тебе чужд? Цепь огненным кольцом обвила вокруг, не давая возможности пошевелиться и даже вскрикнуть. Но вот она вновь упала, ударяясь о ступени у трона. Она видела, как рука Стефана уверенно извлекла из ножен зловеще поблескивающий в пламени огня меч. Фея поняла: сегодня его рука не дрогнет. Здесь началась их борьба. Здесь и закончится. Она видит, как король ринулся в ее сторону, занеся оружие. Может, забрав ее жизнь, Стефан, наконец, получит желаемое и не тронет никого больше? Женщина готова к последнему удару, однако вместо смертельного лезвия меча ощутила давно позабытое жжение в спине. Зал наполнился золотистым сиянием, словно посреди ночи наступил спасительный рассвет. Стефан в ужасе отступил, щурясь от света. Выбежавшая из своего укрытия Аврора восхищенно распахнула глаза. Диаваль под тяжестью цепей с трудом повернул голову, заворожено разглядывая воспарившую фею. За спиной Малефисенты были большие, сильные и поразительно красивые крылья. — Убить ее! — послышался яростный вопль короля. В Малефисенту тут же полетели острые пики и копья, но теперь все было иначе — словно обретя второе дыхание, фея ловко уворачивалась и отбивала оружие. Взмыв к самому потолку и уклоняясь от летящих в нее стрел, она отыскала взглядом Диаваля и с негодующим криком сбила горящую люстру. Та, обрушившись на пол, осыпала стражу дождем огненных осколков, а дракон, почувствовав, как ослабла хватка неприятелей, разразился благодарным ревом, разорвав цепи и обрушивая на стражников новые потоки смертоносного пламени. Пользуясь моментом, фея ловким ударом крыльев снесла решетку с окна, тем самым освобождая путь для побега Диавалю. И заодно уничтожив центр людской власти — золотые троны, что превратились в жалкую груду обломков. Но Стефан не собирался сдаваться так легко — выброшенная им цепь все же зацепилась за ногу феи. — Стреляй! — прокричал он. В женщину вновь полетело оружие, но удерживать фею оказалось слишком трудно. Конец цепи как нельзя некстати обвился вокруг его руки, а сама Малефисента ринулась вперед, набирая в полете скорость и таща за собой незадачливого короля. Сгруппировавшись, женщина закрутилась в воздухе волчком и с оглушительным звоном разбила окно, распахнув крылья и скрывшись в ночной тьме вместе с вопящим от боли Стефаном.***
Диаваль видел, как Малефисента вылетела из зала, утащив за собой жестокого короля. В рядах стражников, потерявших своего предводителя, посеялась паника, чем незамедлительно воспользовался дракон, однако силы его были уже на исходе. Тем временем Малефисента вдали от сражения тенью смерти опускалась на землю, где в неестественной позе, словно изломанная кукла, распласталось мертвое тело Стефана. Фея склонилась над королем, чувствуя, как сердце забилось где-то в горле. Она не хотела его смерти. Как бы ни ненавидела, но не хотела брать на себя эту ношу, этот непосильно тяжелый грех. Но это уже был совсем не тот человек, кого она, как думала, когда-то любила. Он умер давным-давно, когда отрезал ее крылья, променяв на корону. Кстати говоря, о ее «крыльях»… Уходи вместе с Авророй — прикрыв глаза и стараясь прогнать образ застывшего лица мертвеца, обратилась мыслями фея к Диавалю. Она не была так уж сильна в телепатии, но связь со слугой у нее была сильной и, казалось, становилась лишь крепче год от года. Без тебя не уйду — последовал упрямый ответ. Кто бы сомневался, преданная птица. К счастью, и не придется — чуть погодя, мысленно проговорила она, напряженно морща лоб. — Я найду вас, но поторопись, — открыв глаза, бросила взгляд на бывшего короля. — Стефан мертв. Нам не дадут так просто уйти. Ты в опасности, — послышался тревожный голос напарника. Не в большей, чем все мы, — вздохнула фея, обрывая связь. Собрав все свое мужество, она медленно опустилась на колени, невесомым движением ладони накрыв неподвижные глаза мужчины, опустив веки.***
Над головой стражников прошелся смертоносный огненный вихрь. Выдыхая пламя и молотя по противникам шипастым хвостом, дракон приблизился к застывшей у перил Авроре. Девушка, хоть и немало испугалась, но поняв, что от нее ждут, все же спрыгнула прямо на спину зверю, изо всех сил цепляясь за полную перьев гриву и чуть выступающую чешую. Диаваль, взмахнув громадными крыльями и сшибая с ног людей, поднял в воздух весь дым и копоть, так что на некоторое время в зале стало ничего не видно. Пользуясь моментом, дракон вылез в окно, вскарабкавшись немного по стене башни вверх, а затем спрыгнул, прямо в полете раскрывая крылья. Аврора испуганно завизжала, зажмурившись и совершенно не обращая внимания на саднящие от осколков руки, так как больше всего боялась сорваться со спины Диаваля. Прислужник Малефисенты продолжил лететь, рассекая воздушные потоки и начиная понемногу верить, что худшее позади, но загоревшиеся огни в сторожевых башнях и мостиках впереди говорили об обратном. В этом Диаваль убедился, когда в его сторону полетел рой стрел, однако ни одна из них не достигла своей цели — шкура дракона оказалась непробиваема. Однако несколько горящих стрел отскочило от морды, ослепив на мгновение глаза зверя огненными искрами. Этого оказалось достаточно, чтобы дракон потерял ориентацию в пространстве. Лучники снова прицелились, но их неожиданно сбил с ног сильный порыв ветра от крыльев вовремя подоспевшей на выручку феи. — Стена! — прокричала Аврора, и Диаваль чудом успел развернуться, набрав высоту. Удар мощного хвоста в щепки разбил сторожевой мостик. — Осторожнее, Диаваль! — выкрикнула напряженно Малефисента, сметая с дороги противников и летя следом. Довольно скоро огни замка остались позади, но фею сильно обеспокоило то, как неровно летел дракон. Темное небо начало понемногу светлеть на горизонте, предвещая скорый рассвет. Аврора совсем замерзла от ледяных порывов ветра, от чего онемевшие от усталости ладони уже с большим трудом удерживались за темную гладкую чешую. Но вот вдалеке уже начал виднеться черной полоской знакомый лес, что сильно обрадовало принцессу. — Осталось совсем немного, — постаралась приободрить Диаваля девушка, но дракон уже совсем тяжело дышал, а потом довольно резко и неожиданно пошел на снижение. — Нет, еще рано! — Диаваль! — прокричала фея, подлетая как можно ближе, но воздушные потоки отбрасывали ее в сторону. Однако ей прекрасно было видно, как закатились янтарные глаза дракона. — Ну же! — крикнула она, с силой навалившись плечом на морду зверя и уводя в сторону от жесткой посадки в поле. Как только лапы начали задевать верхушки деревьев, Диаваль неожиданно пришел в себя и успел распахнуть крылья, более-менее выровняв полет. Однако посадка все равно получилась жесткой — благо, Малефисента успела вовремя поймать соскользнувшую со спины дракона Аврору. Диаваль приземлился на небольшой опушке, пропахав несколько метров земли и переломав все ближайшие деревья в округе. Стайка испуганных птиц, вереща, недовольно взмыла в ночное небо. Малефисента мягко опустилась на землю вместе с Авророй, но как только ее ноги коснулись земли, она тут же бросилась в сторону незадачливого напарника. — Стань человеком, — скороговоркой произнесла она, быстрым шагом приближаясь к нему и заодно стараясь еще на расстоянии оценить нанесенный ущерб. Диаваль неподвижно распростерся на земле, раскинув руки в стороны, тяжело дыша. — Что с тобой? — с неприкрытым беспокойством потребовала ответа фея, опускаясь рядом на колени и осторожно прикладывая бледную ладонь к непривычно горячей щеке слуги. Аврора нерешительно остановилась в паре шагов от них, опасаясь худшего. Но к общему облегчению юноша, вздрогнув, открыл глаза, скривив тонкие губы в знакомой усмешке: — Устал, госпожа, — хрипло произнес он, выдохнув струйку сизого дыма, вновь опуская веки — рука феи приятно холодила разгоряченную кожу. Его сильно клонило в сон — превращение в дракона отняло последние силы, что и поняла Малефисента. — Ну, так отдыхай, храбрая птица, — улыбнулась фея, чувствуя, как страх понемногу отпускает ее сердце. Кто бы мог подумать, что когда-то она будет бояться потерять Диаваля точно так же, как и Аврору. — Заслужил, — склонившись над ним, шепнула она, коснувшись губами лба слуги и погрузив в безмятежный мир снов.
