Он как всегда был непоколебим

Путь до личного самолета Реймонда Реддингтона, проходил без единого слова. Ни очередной истории из своего прошлого, ни шуточки, одна лишь газета которую он увлеченно читал. Его лица не было видно, поэтому девушку посещала мысль, что он вообще спит. Агент Кин уже знала, что летит в Крунгтеп, ей ранее об этом сообщил Реддингтон, а про район Минбури, уже рассказал «молчаливый» Дембе. Они направлялись в небольшую виллу в самой глуши джунглей, «Консьерж преступности» часто там скрывался – это были излишки профессии. Агент Кин не знала с чего начать разговор, потому что два слова в час от Дембе в неимоверной Нью-Йорковской пробки, были мучительны. Разбавить мужское молчание, девушка решила женским «пунктиком». - Я не взяла одежду, для непредвиденной поездки, - проговорила Лиз. Агент Кин была одета в синие обтягивающие джинсы, которые она так любила одевать по выходным и в бежевую легкую кофту, поверх всего серое пальто. В Нью-Йорке еще стояла знойная погода, нехарактерная для этого города в май месяц, поэтому Лиз одевалась как можно теплее, чтобы не простыть. На слова Элизабет по поводу одежды, ни прозвучало, ни единого слова, словно они оба игнорировали её. Девушка посмотрела на Реддингтона, который прятался за большой газетой, потом в затылок Дембе и добавила, - Я точно к поездке не готова! - Лиззи! Не стоит так беспокоиться, все, что тебе будет нужно, у тебя будет, - донесся хриплый голос Реддингтона из-под газеты, - Тебя не должны волновать такие мелочи, ведь ты будешь выглядеть настолько достойно, насколько я посчитаю нужным! Слова Реддингтона ввели агент Кин в ступор, ей больше не хотелось задавать какие-либо вопросы, ведь она просто не могла отойти от ответа. Самоуверенные и переполненные самолюбием слова «Консьержа преступности» отправили Элизабет в «мысленный» нокаут. Эти слова явно зацепили самооценку девушки, может даже немного обидели и вызвали множество возражений. Кто ему дал право! Может быть «лишний» поцелуй? Я просто хотела, чтобы он остался и нечего больше! - Дорогая! Я понимаю, что тебе хочется поразмышлять над происходящим, но нам пора. Реддингтон открыл дверь машины и элегантно протянул ей руку. Пока Дембе загружал чемоданы в багажный отсек самолета, агент Кин поднялась на борт и заняла одиночное кожаное кресло, в котором она уже ранее летала. Элизабет понимала, что расположилась на месте Реддингтона, здесь все пахло его туалетной водой, дорогим виски и сигарами, которые он так любил закуривать в полете. Оставалось лишь два мини-дивана, но девушке нужно было подумать над происходящем, хотя бы не шоркая своим плечом Реддингтона. Чернокожий, наконец, погрузил все вещи и скрылся в пилотной, «Консьерж преступности» расположился позади агента Кин на диване и принялся попивать виски со льдом, закуривая все это сигарой. Вскоре загорелось табло «Пристегнуть ремни» и Лиз в туже секунду вцепилась маникюром в подлокотники кресла. - Лиззи! Я же прекрасно знаю, что ты боишься летать, присаживайся рядом со мной, - позади Девушки, донесся голос Рэда, - Не стоит портить свой прекрасный маникюр об эти отвратительные подлокотники из крокодильей кожи. Мужчина залпом выпил стакан виски и намешал очередную порцию, - Дембе в пилотной, так уж сложилось, но мы этот полет проведем наедине и я бы хотел, чтобы ты подробно изучила досье Дона Брайда. - Нет спасибо! Мне и здесь хорошо, - дрожащим голосом проговорила девушка и убрала кисти рук с подлокотников. Агент Кин было страшно, но она хотела доказать Реддингтону обратное, продемонстрировав очередной раз свою самостоятельность. Её беспокоили слова, сказанные им в машине и те возле особняка, она размышляла о них и пыталась понять намеренья «Консьержа преступности». - Как скажешь, Лиззи. Как скажешь. Подъем на нужную высоту длился пара минут, но агент Кин он показался вечностью. Иллюминатор заполнили белоснежные облака, которые навеяли воспоминания. Как только девушка закрывала глаза, перед ней являлся Реддингтон, и она его целовала, а потом лишь сожаление. Элизабет снова и снова прокручивала их разговор и те слова, которые Рэд сказал, казались самые «настоящие», которые она слышала за год их совместной работы.

«Даже если ты меня попросишь уйти и никогда не появляться в твоей жизни, знай, что я буду где-то там, где ты меня не увидишь, в тени, но рядом с тобой».

Эти воспоминания вызвали покалывание в животе, поэтому Элизабет прогнала их прочь и принялась изучать досье Дона Брайда. Это была важная шишка исходя из первых строк документа, - Хотя у Реддингтона других и не бывает, - подумала она. - Рэд чем он тебя так заинтересовал? Точнее, где он перешёл тебе дорогу и почему ФБР должны поймать его? Рэд! Обернувшись Элизабет, поняла, что его здесь нет. Стакан виски одиноко стоял на столике, а сигара на половину была не выкурена. Куда он делся? Агент Кин подумала, что Реддингтон в пилотной с Дембе и решила, что их не стоит беспокоить, досье подождет. Отстегнув ремень безопасности, девушка решила немножко пройтись по борту самолета. В хвостовой части располагалось большое расписное зеркало, которое тянулось от потолка до самого пола. Почти до пола, - поправила себя Элизабет. Она не сразу заметила, что в самом его низу, есть небольшой зазор, откуда доносится свет. Чуть надавив на стекло, «зеркало-дверь» открылась. Оказавшись в маленькой комнатке, Элизабет наткнулась на Рэда. Мужчина стоял к ней спиной, обнажив спину и левую руку. Другой держался об комод, чтобы не упасть. Ранение Томом давало о себе знать, рана сильно кровоточила, от чего рука, белоснежная рубашка, жилет, были в крови. Пиджак вовсе лежал скомкано на полу, «Консьерж преступности» впредь никогда так не поступал со своими сшитыми на заказ костюмами. На комоде лежало два использованных шприца и множество салфеток замаранных в крови. Присмотревшись, агент Кин увидела обугленную кожу и множество шрамов на спине, которые сильно испугали её. - Ты не должна была этого видеть! Реддингтон повернул голову в пол оборота. Так это был ты! Дрожащие ладони рук девушка поднесла к лицу, - Тогда на пожаре, это все ты! Незамедлительно он схватил её за запястье, одернув в коморку. Быстрым движением своего тела мужчина прижал Элизабет к двери, что заставило её захлопнуться. Сейчас их не разделяло ни дюйма, он грудью прижался к её часто дышащей груди и облокотился лбом о стену. - Рэд твоя рука, тебе больно? Девушка закрыла глаза и развила руки в стороны, словно на неё направили пистолет. Реддингтон громко рассмеялся и повернул голову к девушки, уткнувшись носом в её пышные волосы. Он медленно и жарко дышал ей в ухо, от чего Элизабет попыталась отстраниться, но была поставлена силой на своё прежнее место. - Мне больно, когда тебя нет рядом, мне больно, когда ты занимаешься любовью с ним, когда ты целуешь его! Искровавленной рукой мужчина скомкал её кофту в районе живота и начал поднимать её выше и выше, вскоре вовсе оголив его. Девушка вцепилась рукой в запястье, чтобы остановить дальнейшие непредвиденные его действия, но справиться с грубой мужской силой было невозможно. Остановив свою руку на груди, Рэд прижал её еще ближе, тем самым не скрывая реакции своего тела на такую близость. Капли крови начали скатываться с его руки прямо ей на живот. - Рэд мне больно! Прекрати! Это все обезболивающие, прекрати! Сил сопротивляться не было, девушка продолжала умолять её отпустить. - Лиззи! Я никого так сильно не хотел, как тебя и не убил Тома только ради тебя. Перехватив её руки, мужчина убрал их ей за голову и развел в стороны, - Открой глаза! Посмотри на меня! Слезы без остановки лились ручьем с её глаз. Ты словно запретный плод, Лиззи, который я так хочу вкусить. Дотронуться до него губами. Снять одежду. А потом войти в тебя, слышишь? И быть частью тебя так долго, пока ты не попросишь меня прекратить, пока ты мне это не прокричишь! Раздался громкий взрыв и самолет стал быстро терять высоту. От резкого толчка их подбросило вверх, агент Кин от удара потеряла сознание. Я помню лишь темноту, одну темноту.

Продолжение следует…