Мечты. Север.

      Дни пролетали один за другим. Я, словно сторонний наблюдатель, смотрела на суматоху в лагере, царящую из-за приближающейся свадьбы и похода. Среди воинов явно чувствовалось напряжение и оживление – многих будущий поход и пугал, и радовал одновременно. Ещё и моя свадьба вносила суматоху. Но, Лерой говорил, что видит, как будущее событие вдохновляет воинов, что оно стало символом, знаком судьбы, тем, что объединяет и вселяет надежду. Я старалась верить этому. Но, вместе с этим, всё больше и больше чувствовала боль и горечь предательства. Я ненавидела себя, ненавидела брата, этот лагерь, этот континент, тьму - ненавидела всё, что меня окружало.       И я, и Лерой по-разному использовали оставшееся время. Лерой полностью посвятил себя подготовкой к походу. Я временами удивлялась, как он успевает столько дел одновременно. Казалось, без его участия не обходится ничего! Тщательно проверялись доспехи, затачивалось оружие, укреплялся лагерь на случай, если придётся держать оборону. Я же осторожно выведывала у него, Онестата и Энара информацию о Бездне - все, что могло пригодиться. Но её было крайне мало. Лерой раздражённо отмахивался от меня, Онестат знал не много, а Энар с подозрением относился к каждому моему вопросу, так что мне порой казалось, что он обо всём догадывается. Поэтому я решила оставить избранных в покое и переключиться на другие источники информации. Но остальные не могли мне рассказать многого. Кроме Шерри и моих друзей никто больше не отваживался и близко подходить к пещерам. Кто-то видел движущиеся огни в ущелье, кто-то - непонятные фигуры, кто-то слышал рычание. Из всего этого я сделала неутешительный вывод - в основном все воины лагеря видели отряд Шерри, только не догадывались об этом.       Адим больше не пытался отговорить меня от брака, а я не делала попыток объяснить ему истинную причину моего решения, небезосновательно полагая, что это разозлит его ещё больше. Он же смирился с неизбежным и только печально улыбался при наших встречах. Днём он все так же пропадал из лагеря со своим небольшим отрядом, выполняя распоряжения Лероя, а вечером ему было уже не до разговоров. Место погибшего харнийца в отряде Адима занял ферре и, вопреки моим ожиданиям, двое ферре, бывшие с нами в том злосчастном походе к Грозовой стене, тоже остались с ним.       Однажды, Адим принёс красивый осколок аметиста в виде сердечка и молча положил мне в ладонь. Я думала, что он захочет со мной поговорить, но наёмник только посмотрел мне в глаза и вышел из юрты. Догонять его я не стала.       Онестат дважды пытался обсудить со мной какие-то мелочи, касающиеся будущей свадьбы, а я не старалась в это вникать и отделывалась малозначительными фразами, после чего избранный оставил меня в покое. Меня занимало совсем другое. Под предлогом того, что мне необходимо побыть наедине с собой и о многом подумать, я ежедневно совершала походы к мнимой могиле Хеодачи и Балрага. Чтобы не вызывать подозрений и ненужных разговоров, Олару и Твист восстановили её на прежнем месте. Каждый раз, приходя туда, я смиренно преклоняла перед ней колени, и проводила так минут десять, на случай, если за мной кто-то следил и у них не возникали подозрения об истинной причине моих посещений этого места. Затем я осторожно вставала и, убедившись, что за мной не следят и вокруг никого, спускалась в пещеру к Олару и Твисту.       Теперь, они каждую ночь вместе с Шерри, Гояни и Сехметом проводили в пещерах, наблюдая за уже знакомым залом. Но, как я и предполагала, ни Балраг, ни Хеодачи там не появлялись. Мне же, из соображений конспирации, Олару категорически запретил присоединиться к ним, опасаясь, что мой брат, в конце концов, заинтересуется и проследит, куда я так часто скрываюсь по ночам. Достаточно было того, что я отсутствовала в лагере почти целый день. Зато капитан каждый день подробно рассказывал мне о том, что они видели или слышали в пещерах. Пираты обустроили своё временное убежище за каменной перегородкой разделяющей пещеру. Перенесли туда оружие, глайдеры, тёплые вещи и провизию. Холодная, мрачная пещера нравилась мне куда больше, чем моя юрта. Я полюбила сидеть здесь, в окружении друзей, слушать их рассказы. В эти минуты я вновь была свободной и счастливой, насколько это возможно в моём положении. И чем ближе была свадьба, тем дольше я пропадала в пещере. Олару даже стал беспокоиться – как бы меня не заподозрили.       Вот и сегодня, за три дня до свадьбы, я как обычно пришла к ним.       - Ничего нового, - увидев меня, разочарованно развёл руками Олару. – Но тем больше вероятность того, что ты права, ожидая полнолуния. Эти твари взбудоражены. Они шипят так, словно их кто тыкает в брюхо палками. Мерзкие звуки, ощущение, что они повсюду и вот-вот набросятся, - передёрнул он плечами. – А что нового у тебя?       - Все по-старому, - я прижалась спиной к стене. – В лагере шум и суматоха. Все чем-то заняты, кроме меня. Помогать с подготовкой свадьбы я не могу, это как готовиться к собственным похоронам. А больше меня никуда не допускают.       - Тебе надо принять хоть какое-то участие в подготовке, – с сочувствием в голосе произнёс Твист.       - Нет, - сухо ответила я, – даже слышать об этом не хочу. Особенно меня раздражают вопросы о самой церемонии. Спасает, что всем занимаются мой брат и Онестат. А что касаемо меня – так я бы вообще обошлась без всяких празднований.       - Понимаю, - кивнул Олару и тут же замер, насторожено к чему-то прислушиваясь.       Мы тоже замерли, услышав звук шагов у входа в пещеру. Олару сделал нам знак и мы, стараясь ступать как можно тише, спрятались за каменным выступом.       Кто-то вошёл в пещеру, и тут же что-то тяжёлое с глухим ударом шлёпнулось на каменный пол.       Я осторожно выглянула из-за укрытия и если бы не рука Олару, плотно прикрывшая в этот момент мне рот, вскрикнула бы. Посреди пещеры, опустившись на колени перед распростёртым на полу Онестатом, сидел Адим и запихивал бесчувственному харнийцу в рот тряпку. Руки и ноги Онестата были крепко стянуты верёвкой, голова рассечена у правого виска, по щеке стекали крупные капли крови. Глаза лучника были закрыты, он лежал не шевелясь и не издавая никаких звуков. Я сделала вывод, что Онестат жив, ведь, если бы Адим убил его, то зачем запихивал кляп? Олару крепко прижал меня к себе, не давая бросится вперёд и тем самым раскрыть себя. Твист предупредительно покачал головой и многозначительно приложил палец к губам.       Адим приподнял Онестата и как тряпичную куклу прислонил к стене. Голова харнийца безвольно повисла. Наёмник разочарованно фыркнул и, достав фляжку, плеснул Онестату в лицо. Харниец слабо дёрнулся и пошевелился, разлепляя глаза. Встретившись взглядом с Адимом, он попытался рвануться ему навстречу, но верёвки крепко держали пленника.       - Надеюсь, тебе удобно? – поинтересовался Адим, приподняв голову Онестата за подбородок кончиками пальцев. - Я не слышу твоего ответа, - глядя в глаза лучнику произнёс он. – Ах, тебе что-то мешает? – удивился Адим, словно впервые замечая кляп во рту Онестата. – Извини, меры предосторожности – мне не хочется, чтобы ты орал как девица, пока я с тобой беседую. Это, знаешь ли, несколько уронит твой престиж как избранного.       - Тебе, наверно, не терпится узнать, почему ты здесь? – Адим отпустил подбородок Онестата и поднялся на ноги. – Время у нас есть, так что я расскажу, за какие преступления собираюсь тебя судить.       Адим сделал несколько шагов назад, оказавшись к нам спиной.       - У меня был старший брат, - Адим сжал кулаки. - Его звали Фазир. Не припоминаешь ферре с таким именем? Он был не сдержан, вспыльчив, амбициозен, но я любил его! Когда умерла наша мать, он был единственным, кто ещё оставался от моей семьи. С его смертью я осиротел окончательно. Но разве ты можешь понять, что чувствует ферре, которого вместе с семьёй продали в рабство харнийцы? Мой брат хотел отомстить и тем, кто убил нашего отца, и тем, по чьей воле, мы оказались рабами. Он отправился на восточный континент и пропал. Поначалу я не верил в его смерть. Я знал, что он добрался до восточного континента, но тут его следы терялись. Я предупреждал его, что это опасная затея, просил взять меня с собой. Но он ни в какую не соглашался, боялся за меня. А вышло всё иначе. В его поисках я исколесил пол восточного континента. Жил среди тех, кого презирал, кто предал мою семью! Даже приплыл на север, почти отчаявшись что-либо узнать! Но, слава богам, мои труды оказались ненапрасными! Я нашёл то, что искал: убийцу моего брата – тебя! Это ты убил его. Твои люди с удовольствием рассказали мне все подробности смерти Фазира.       Онестат вздрогнул, приподнимая голову.       - Да, это был именно ты. Все говорят, что между вами был «честный поединок», но мне все равно, как это произошло! - прорычал Адим. – Убив брата, ты отнял у меня семью, и теперь пришло время поплатиться за это! Я не стану развязывать тебя – не надейся, - презрительно сплюнул на камни Адим. – У меня свой кодекс чести, и мне не нужна слава. Ты умрёшь тихо, тебя никто, никогда не найдёт, ты просто исчезнешь! - он отвернулся и посмотрел в сторону выхода.       - Возможно, ты бы ещё пожил на этом свете, если бы не идиотское решение Лероя о женитьбе. Именно Лерою ты обязан своей скорой встречей с Кириосом. Я уже почти уговорил себя забыть о тебе, как об убийце моего брата, но… Твоя скоропалительная свадьба нарушила мои планы. Однако, возможно, все к лучшему. Какая трагедия, - с издёвкой продолжил Адим, поворачиваясь обратно к Онестату, – за несколько дней до такого значимого события, наш герой, наш избранный, исчезает. Все кинутся на его поиски, а когда найдут - решат, что произошёл ещё один несчастный случай. Уж поверь мне, я об этом позабочусь! Твоя невеста будет так расстроена, - с притворной скорбью добавил он, - но я смогу её утешить. Инами забудет тебя скорее, чем снова пойдёт снег! И вот тогда, я займу твоё место, - Адим гордо вскинул голову. – Какое невезение в жизни бедной девочки – претенденты на её руку и сердце не задерживаются на этом свете. Одного сожрали заживо ядовитые твари, второй – разбился о камни, упав со скалы.       Адим начал нервно прохаживаться перед Онестатом, и нам пришлось спрятаться за выступом, чтобы не выдать себя.       - Степень доверия ко мне со стороны её брата велика, и, станет ещё больше, с твоей смертью, - голос Адима то удалялся, то приближался. - А став мужем Инами, я смогу многое. Север жесток, он не прощает ошибок! Будет очень жаль, если кто-то из детей великого императора Кеншина не выживет. Да и кто сказал, что избранный ферре - именно сын, а не дочь? В вашей истории было немало примеров, когда императрицами становились женщины. Почему бы и в нашей не появится новой традиции? Почему престол должен принадлежать именно старшему брату, если его сестра более достойна этого? Но императрице обязательно будет нужен кто-то, на кого она сможет положиться, кто будет делать тяжёлую и, порой, грязную работу. Кто же, как не муж, станет такой опорой? И вот тогда весь восточный континент склонится у моих ног!       Я слушала, раскрыв рот, не веря своим ушам! Я даже снова выглянула из-за уступа, чтобы убедиться, что это именно Адим, а не кто-то другой говорит такие страшные вещи.       - Ты так не считаешь? - Адим вопросительно посмотрел на лучника. – Мог ли я, сын убитого мары Магхари, мечтать о таком величии? Моя мать, брат и я вынуждены были бежать из прайда, после того как Аваран, подложив шип под седло льва, подло убил моего отца, чтобы убрать его с дороги и самому стать марой! А твои соплеменники, харнийцы, поймали и продали нас как скот на запад! Мог ли я тогда думать, каким благом это обернётся для меня в будущем?! Единственным, кто по справедливости отнёсся к нам, был владелец хлопковой плантации в Долгой косе - Грогл. Он дал нам кров, еду и свободу! Взамен я стал лучшим надсмотрщиком над его рабами. Сколько шкур твоих соплеменников я распустил своей плетью! За все те мучения, что нам пришлось пережить! Особенно мне нравились харнийские девушки, - Адим вплотную приблизился к Онестату, нагнулся, жадно ловя его взгляд, - у них такая мягкая шелковистая кожа, её так приятно рассекать хлыстом. Каждый год в мой день рождения, Грогл делал подарок – покупал самую молодую и красивую рабыню на рынке и отдавал её мне. Обязательно харнийку, обязательно не тронутую никем. Знаешь, что я с ними делал? Жаль, нет времени сделать тоже самое с тобой…       Я почувствовала рядом с собой резкое движение воздуха, но прежде чем мы с Олару успели понять, что произошло, навстречу Адиму вылетел смертельно бледный Твист, выхватывая на ходу меч.       Наёмник, от неожиданности, вздрогнул и отскочил к выходу, глядя на невесть откуда возникшего ферре.       - Ах, это ты! – криво улыбнулся Адим. – Что ж, очень кстати. Давно мечтал с тобой разобраться. Да, боги послали мне сегодня удачный день! - Адим извлёк меч из ножен и стал помахивать им, разминая руку.       - Радмир не ошибся. Ты тот зверь, что мучил и убивал несчастных рабов, - прерывисто дыша прошептал Твист. – Ясиру выкрали из дома и продали на запад плантатору в Долгой косе. Но она не прожила в рабстве и недели. Её забили до смерти. Твоих рук дело?       - Ясира? – едва заметное замешательство коснулось лица Адима, но тут же исчезло, уступив место довольной ухмылке. – Золотоволосая молоденькая харнийка с изумрудными глазами – последний из подарков. Грогл отдал за неё целое состояние, но она стоила того. Твоя девчонка приятно удивила меня – продержалась дольше, чем её предшественницы. Так это твоё имя она повторяла до последнего вздоха? Джасур… - нараспев произнёс Адим, наслаждаясь как боль пронзила взгляд Твиста. – Что ж, ты скоро встретишься с ней, - он медленно двинулся навстречу пирату. – Я помогу…       - Не раньше, чем ты отправишься к Кириосу, - ответил за Твиста Олару.       Он вышел из-за уступа и теперь стоял возле него, скрестив на груди руки.       - Тю, - причмокнул Адим, - и ты здесь.       - Как видишь, - слегка наклонил голову Олару. – Было неожиданно встретить тебя тут. Но твоя история… в ней столько страсти и… самонадеянности. На что ты рассчитываешь, Адим?       - Я не понял, ты мне зубы заговариваешь? – прорычал наёмник.       - Пытаюсь понять, как тот, кому я почти поверил, оказался таким…       - Негодяем? – закончил за него Адим. – Не переживай, я не лучше и не хуже вас! Я просто беру своё, то, что принадлежит мне по праву!       - По праву? – усмехнулся Олару.       - По праву сильного! – оскалился Адим. - Ты так и не понял, если бы не те сопливые девчонки, я бы один уложил всю твою команду ещё при нашей первой встрече. Но ты можешь проваливать, к тебе у меня претензий нет. Бери свой корабль, дружков и попутного ветра! Думаешь, никто не знает, что вы стоите за Грозовой стеной? Кого вы хотели надуть! Так что прочь с дороги, капитан! А вот помощника тебе придётся найти нового - этот мой! – Адим ткнул в сторону Твиста мечом.       - А если я останусь? – прищурился Олару. - Тогда что?       - Как ты когда-то сам сказал, я тебе ничего не должен, так что в таком случае не жди пощады, - усмехнулся Адим.       - Сначала, ты будешь иметь дело со мной! - процедил Твист.       - Щенок бросает вызов? – пренебрежительно приподнял брови Адим.       - И не только он, - я вышла из укрытия и встала рядом с Олару.       Меня трясло от возмущения и обиды. Никак не укладывалось в голове, что Адим оказался ещё одним из списка тех, кто просто использовал меня для достижения своих целей. Я была готова разорвать его голыми руками. Онестат, заметив меня, попытался вырваться из пут, но Адим, быстро шагнув к нему, хладнокровно схватил его за волосы и стукнул затылком о камень. Лучник затих и медленно сполз вниз.       - Инами, - разочарованно протянул Адим. – Я вижу, ты проигнорировала совет брата, держаться подальше от пиратов. А ведь он был прав, говоря, что они доведут тебя до беды.       Рука Адима, державшая меч, слегка задрожала. По лицу волной прошла судорога.       - Мне будет жаль убивать тебя, я… я действительно привязался к тебе. Ты стала для меня почти семьёй, я столько надежд связывал с тобой, - Адим не скрывал своего расстройства. – Но теперь… ты не оставила мне выбора. Если я оставлю тебе жизнь, мне придётся убить себя. А я ещё не собираюсь умирать. У меня другие планы.       Кончик его хвоста нервно бил по камням. Он, не отрываясь, смотрел на меня, и в его взгляде не было ничего, что я привыкла в нем видеть. Словно мутное стекло лопнуло и рассыпалось осколками к моим ногам, обнажив настоящего Адима таким, каков он был на самом деле, а не каким я его себе придумала. Передо мной стоял ферре, которого я никогда не знала - жестокий, беспощадный. Фазир по сравнению с ним был невинным котёнком. Почти второй Дарк. Но, в отличие от сына короля и своего старшего брата, Адим был дьявольски умён, хитёр и коварен.       - Что ж, - Адим обречённо вздохнул, - придётся импровизировать: пираты, ослеплённые Бездной, подкараулили Онестата в пещере и коварно напали, смертельно ранив его. Пытаясь защитить своего будущего мужа, Инами вступила в неравную схватку и тоже погибла смертью героя. А я, - на лице Адима зажглась торжественная улыбка, - как и полагается верному служителю избранного, покарал убийц. Да, я виноват, не смог спасти ни любимую сестру Лероя, ни избранного. Но то дело случая, я же не знал, что они с Инами решат уединиться в этих пещерах! Как же я нашёл вас? – наморщил лоб наёмник. - Альфард! Верный лев! Он так и не смог отойти от тела погибшей хозяйки, – наёмник сделал вид что плачет, - мне пришлось заколоть его, чтобы принести твоё тело в лагерь, Инами. Какая трагедия.       - Лерой будет в отчаянии, - Адим упивался своей будущей ролью. – Но я передам ему твои последние слова.       - Ты… - я запнулась подбирая слова. – Ты чудовище, убийца, даже самый мерзкое животное лучше тебя.       - А сама-то? – нехорошо улыбнулся Адим. – Из-за тебя столько людей погибло! Да твои руки в крови не меньше моих! – повысил он голос.       - Погибло? – опешила я.       - Несчастный мальчишка в Аль-Харбе, решивший, что рассказ об ожившей Аканэ поможет его матери лучше продавать пирожки. Было так легко уговорить его помочь мне с лошадьми, а потом в темной улице воткнуть кинжал ему в сердце. Или старый жадный рыбак Марлин, надеявшийся, что теперь только ему будет принадлежать тайна жемчужной отмели. Все они погибли из-за тебя, - ткнул в меня пальцем Адим. - Только Техирру удалось уцелеть. Но тут меня подвели эти болваны - фанатики Сальфиры. Акмит никогда не был дружен с головой. Надо было нанять людей посерьёзнее, чем сборище тупиц, которые даже не могут раздобыть сухой порох. Как я мечтал, чтобы всё, что символизировало мощь империи ферре, навсегда кануло в лету, превратившись в пыль и кучу строительного мусора. Но боги тогда остановили меня. Ты удивлена? В тот вечер я видел тебя в подвале императорского дворца, но, в отличие от твоего недалёкого дружка, не поверил в простое сходство. Я немного прогулялся по дворцу, навёл кое-какие справки. Вас с братом выдают полоски, – хмыкнул Адим, надменно разглядывая меня. - А дальше все оказалось достаточно просто: напугать и защитить. Мне даже не пришлось особо напрягаться – ты сама приблизила меня к себе. Немного лжи, немного правды и я тут, рядом с избранными. Триумф, который и не снился моему брату. Ты права, Фазир был глуп и недальновиден. Его жалкие попытки мести, стали бы ничем по сравнению с моим планом. Жаль, ты все испортила.       - Хотел бы сказать: дамы вперёд, но сейчас это не уместно. Ты, – Адим ткнул в мою сторону когтём, - будешь смотреть и мучатся, понимая, что все они погибли из-за тебя. Ты слишком правильная, Инами, для императорского отпрыска это непозволительная роскошь. Значит, идём по очереди. Первая заявка на путешествие в царство Кириоса поступила от нашего нетерпеливого друга-пирата, - Адим направил меч на Твиста. – Твоя девчонка заждалась тебя, будет несправедливо с моей стороны задерживать ваше свидание. Увидишь её - передавай от меня привет!       Адим эффектным движением скинул плащ и встал в стойку.       - Я подозреваю, что ты мечтал поквитаться за её смерть. У меня свой кодекс чести, и я дам тебе шанс исполнить задуманное, но только один. Вот, смотри! – Адим расстегнул и с улыбкой сбросил свою броню к ногам Онестата, оставшись в просторной льняной рубахе. – Что ж, начинай, мой мальчик…       Твист презрительно сплюнул и, молча сняв плащ и броню, передал их Олару.       - Мне не нужны подачки, особенно от такого как ты!       - О, да ты с характером, - с удовлетворением причмокнул Адим, - такие мне нравятся.       Твист прошёлся взад-вперёд, определяя с какой стороны лучше напасть. Адим же молча наблюдал за его передвижениями, оставаясь на месте. Внезапно Твист сделал бросок и нанёс удар снизу, который Адим отбил без особого труда. Раздосадованный пират попытался нанести несколько коротких, мощных ударов. Один раз его меч даже скользнул поверх головы наёмника, едва коснувшись его волос. Однако, Адима это, казалось, не беспокоило. Он методично, словно на тренировке парировал выпады Твиста и, выждав момент, нанёс один мощный удар, отбросивший пирата на несколько шагов назад. Оценив друг друга, воины разошлись. Адим с улыбкой поигрывал мечом, подзадоривая пирата. Твист сильно сжал рукоять меча. Он, не отрываясь, смотрел в глаза наёмника, ища брешь в его обороне. Внезапно Твист сделал обманный выпад, и, когда меч Адима разрубал пустоту там, где ещё совсем недавно стоял пират, с силой ударил по мечу сверху, пытаясь выбить его из рук наёмника. Адим застонал, но меч не выронил. Твист воспользовался замешательством и с разворота полоснул Адима по груди. Меч снова поразил пустоту, лишь кончиком острия распоров Адиму рубаху. Наёмник отскочил назад и покачал головой:       - Тебе надо больше тренироваться, мой мальчик. Жаль времени у тебя на это не осталось.       Адим резко крутанулся вокруг своей оси и, сделав шаг назад, оказался за спиной у не успевшего разгадать его манёвр Твиста. Лезвие меча наёмника молниеносно разрезала рубаху на боку помощника капитана. Её края тут же окрасились в красный цвет. Твист прижал руку к ране и посмотрел на кровь, выступающую между пальцев.       Адим же отошёл в сторону и пару раз со свистом рассёк воздух мечом. Зарычав, Твист бросился на Адима, но тот серией ударов отогнал его к противоположной стене, заставив упереться в неё спиной. И снова Адим, отошёл назад, оценивающе глядя на пирата. Твист тяжело дышал, опершись свободной рукой о стену. Адим прошёлся мимо, как кошка, играющая с мышью. Наёмник остановился спиной к Твисту, но стоило тому пошевелиться, как удары сверху и снизу посыпались на него без передышки. И снова Адим замер, с усмешкой глядя в сторону пирата. На правом плече Твиста расцвёл алый цветок нового глубокого пореза. Зажимая его свободной рукой, Твист сместился в сторону от Адима. Но чем больше кровь сочилась сквозь пальцы пирата, тем сильнее разгоралась в его глазах ненависть. Адим насмешливо следил за попытками Твиста убить его. Собравшись с силами, пират кинулся в атаку, стараясь отойти от злополучной стены. Адим, отбил его выпад и снова прижал к стенке. Улыбка превосходства играла на губах наёмника. Он с наслаждением наблюдал, как Твист теряет силы. Адим шагнул назад и не спеша прошёлся перед пиратом, выбирая удачную позицию, затем быстро сделал несколько шагов и нацелил острие меча в горло пирата. Твист попытался отбить меч, но клинок Адима, описав дугу, вернулся на прежнее место, подрагивая в опасной близости от помощника капитана. Твист сглотнул и, крепче сжав в руках оружие, нанёс мощный удар, стараясь выбить клинок из рук Адима. Но его снова ждала неудача. Ошибка дорого обошлась Твисту, меч Адима задел его, рассекая ткань и кожу на груди.       Порез хоть и был не глубоким, но причинял Твисту боль и мешал двигаться. Рубашка пирата пропиталась кровью и липла к телу. Однако, Твист и не думал сдаваться. Раз за разом он бросался на Адима, как раненый зверь бросается на охотника. Я закрыла глаза, не в силах смотреть, как Адим издевается над моим другом. Я бы давно кинулась ему на помощь, если бы не рука Олару, железными тисками сдавливающая моё плечо и удерживающая меня на месте.       Обернувшись вокруг Твиста, Адим ещё раз полоснул лезвием по правому предплечью пирата. Меч едва не выпал у того из рук. Взявшись за него двумя руками, Твист смог отразить новую атаку. Делать это с каждым разом ему становилось все труднее и труднее. Измотанный Твист собрал последние силы и, пошатываясь, рванулся навстречу наёмнику. Тот с улыбкой подпустил его поближе к себе, а затем, отбив удар, без замаха ткнул помощника капитана клинком в живот. Твист побледнел и, роняя меч, рухнул на колени. Опершись обеими руками о пол, он пытался прийти в себя. Адим размахнулся и сильным ударом ноги опрокинул Твиста навзничь. Подняв меч Твиста, он приготовился добить пирата его же оружием. Я с ужасом зажмурилась и не увидела, что сделал Олару. Только почувствовала, что его рука больше не удерживает меня на месте, а ещё я услышала лёгкий свист и странный булькающий звук. Я открыла глаза, потому что почувствовала, как что-то неуловимо и бесповоротно изменилось вокруг.       Твист, царапая пол когтями, пытался подняться, а над ним, замерев, стоял Адим со странным украшением, торчащим из его горла. Только присмотревшись я поняла, что это рукоятка ножа, обагрённая кровью наёмника. Наёмник покачнулся и замертво рухнул на пол пещеры, едва не придавив пирата.       Олару бросился к Твисту, помогая тому подняться.       - Как ты? – Олару придирчиво осматривал своего помощника.       - Жив, - коротко бросил Твист и, закрыв глаза, безвольно повис на руках Олару.       - Черт! – Олару побледнел, осторожно опуская его на пол.       - Ты же мог в любую секунду остановить весь этот кошмар, – прошептала я Олару, осознавая, что только что произошло в пещере.       - Мог, - через силу бросил капитан.       - Почему же ты не сделал этого!? Почему ты позволил ему…       - А ты знаешь, что такое месть? – вопросом на вопрос ответил мне Олару. – Ты знаешь, что это за чувство? Как оно сжигает изнутри, иссушает тело и разум? Месть это болезнь, Задира, страшная болезнь, избавить от которой может только кровь – твоя и твоего врага. Твист отомстил, и я помог ему, не уронив его достоинства! Мы обсудим мой поступок позже, а сейчас будь любезна – не стой столбом! Освободи Онестата!       - Чем? – растерялась я.       Капитан медленно выдохнул.       - Вытащи мой нож, - как можно спокойнее ответил Олару и указал в сторону наёмника, - перережь верёвки.       Пересиливая себя, я подошла к телу Адима и выдернула нож из его горла. Тёплая, ещё не успевшая остыть кровь мгновенно окрасила мои руки и каплями потекла на каменный пол. Остекленевшие глаза Адима неподвижно смотрели на выход из пещеры, а лицо передёрнуло судорогой, искажая его злобной гримасой.       - Задира, шевелись! - рявкнул Олару.       Я вздрогнула и бросилась к Онестату.       - Как ты? – я вытащила кляп изо рта приходящего в себя лучника и перерезала верёвки на его руках и ногах.       - Нормально, - с усилием кивнул Онестат и попытался подняться. Хоть и не сразу, но ему это удалось. Пошатываясь, он подошёл к лежащему       Твисту, около которого сидел Олару, и с трудом опустился на камни.       - Как он? – спросил лучник.       - Плохо. Задира, принеси что-нибудь подходящее для перевязки. Поищи в наших мешках, - попросил встревоженный капитан.       Покопавшись, я вытащила пару льняных рубашек и отдала их Олару. Он тут же принялся рвать их на широкие полосы и бинтовать кровоточащие раны Твиста.       – Надо нести его на корабль, - Олару с тревогой глядел на то, как быстро ткань пропитывается кровью.       - Нет, его надо нести в лагерь! До него ближе, к тому же там Эшьяла и Энар! – возразила я. – Они смогут поставить Твиста на ноги.       - Тогда твой брат узнает, что мы никуда не уплывали.       - Судя по тому, что сказал Адим, мой брат и так об этом знает или догадывается. А теперь, - я повернула голову и посмотрела на Онестата, – будет знать совершенно точно.       - Хорошо, - Олару вздохнул и посмотрел в глаза Онестату, - несём в лагерь. То, что мы здесь действительно уже не секрет.       Он завернул Твиста в его плащ, поднял как ребёнка на руки и, прижимая к себе, понёс из пещеры.       - Стой! – Онестат остановил Олару. - Ты один так долго не пронесёшь его. Предлагаю положить его на плащ и нести вдвоём.       - Вдвоём? Ты же сам еле идёшь!       - Я справлюсь, - как можно твёрже ответил Онестат.       - Я тоже помогу. Мы с одного края возьмём вдвоём с Онестатом, вмешалась я.       - Ну, хорошо, - согласился Олару, – берите тот край, где ноги.       - Как вы тут оказались? – спросил Онестат, шагая рядом со мной.       Я поспешно отвела взгляд в сторону.       - Как сказал Адим, - медленно начала я, - Лерой был не в восторге от моего общения с Олару и его командой. А здесь мы могли спокойно говорить, не боясь навлечь на себя его гнев. Остальное личное и тебя не касается.       - Ты ничего больше не хочешь мне сказать, - Онестат попытался заглянуть мне в глаза.       - А ты?       Я посмотрела на него, где-то в глубине души надеясь, что он хотя бы сейчас расскажет правду о случившемся. На секунду мне даже показалось, что он уже решился и вот-вот заговорит. Но Онестат промолчал, отвёл глаза и молча продолжил нести Твиста, стискивая зубы и прихрамывая.       - Онестат! – я не выдержала молчания и заговорила первой.       - Да? – он с готовностью обернулся ко мне.       - Я хочу кое о чем попросить…       - Я тебя слушаю.       - Не говори пока Лерою про Адима. Перед походом весть о предательстве того, кому он доверял, может сильно задеть его и расстроить, а сейчас это ни к чему.       - Предлагаешь выдать все за несчастный случай? – болезненно поморщился Онестат.       - Адим поскользнулся, ты пытался его удержать, но боги распорядились иначе, а внизу на него налетел террок, и разодрал ему горло, – холодно ответила я, вспоминая перекошенное лицо того, кто ещё недавно был моим другом. – Ты сделал все что мог, едва не погиб сам. Я, правда, не понимаю, как ему удалось заманить тебя сюда?       Онестат огорчённо вздохнул:       - Сказал, что обнаружил удобный вход в Бездну и хочет показать его мне прежде, чем тревожить по-пустому Лероя. А когда мы пришли сюда, судя по всему, - провёл рукой по голове Онестат и, нащупав шишку, скривился, - ударил камнем по голове. Но слава Нуи, что все закончилось хорошо. Я бы не простил себе, если бы с тобой что-нибудь случилось.       «Со мной многое может случиться и совсем скоро», - мысленно ответила я ему.       - Как только мы придём в лагерь - разыщу Эшьялу, – я украдкой посмотрела на Онестата. – Был бы жив Хеодачи, я бы не так переживала за Твиста, но его нет, - как бы невзначай продолжила я, замечая как Онестат прикусил губу. – Нам лучше экономить силы, поговорим после, - кинула я ему, и до самого лагеря мы больше не проронили ни слова.       Эшьяла металась по моей юрте, спешно расставляя и раскладывая захваченные с собой склянки и бинты. Прижав пальцы к губам, она хмурилась, переводя взгляд с одной раны Твиста на другую. Мертвенная бледность не сходила с его лица, а частое хриплое дыхание с трудом прорывалось сквозь запёкшиеся от крови губы. Лёжа на кровати, раздетым по пояс, израненный Твист казался беззащитным. Темные кровавые следы тянулись от его ран и растекались, засыхая на постели.       Альфард встревоженно бил хвостом по земле и тыкался мне мордой в руку, жалобно поскуливая. Его сильно взволновал запах крови и вид беспомощного Твиста. Я трепала его по голове и за ушами стараясь отвлечь и успокоить.       - Так, так, - шептала сама себе Эшьяла, прикасаясь смоченной в целебном отваре тканью к ранам, пытаясь остановить кровотечение, - ещё здесь, теперь здесь и здесь.       - Он выживет? – Олару нервно теребил в руках кончик пояса, наблюдая, как ткань в руках Эшьялы тут же окрашивается в темно-красный цвет.       - Уходите, - резко махнула Эшьяла рукой, не оборачиваясь в нашу сторону, - я позову, если понадобитесь.       Мы вышли на улицу и сели перед входом. Альфард растянулся рядом, положив голову мне на колени и прикрыв глаза. Он казался спокойным, но я чувствовала под рукой как по его телу пробегает нервная дрожь.       - Держись, - расстроено потрепал меня по руке Олару, - нам всем сейчас нужно быть сильными.       - Я стараюсь, - вздохнула я, - но если бы ты знал, как я устала врать. Брату я вру, что понимаю, как важен мой брак. Онестату, что согласна на него. Я почти достигла совершенства в искусстве вранья, - с грустью прошептала я, прислушиваясь к звукам, доносящимся из юрты.       - Он её очень любил, - закрыв глаза, произнёс Олару. - Твист родом с Саванны, а Ясира была с Радужных песков. Они познакомились на одном из горных плато – Твист там охотился, а она возделывала виноград. Знали бы они, что их ждало. Сколько же в этом мире подонков! - с горечью процедил Олару.       - Иногда, мне кажется, что их чересчур много, а кто-то даже носит маску твоего друга, - прошептала я.       - Надо предупредить Ладиеля, больше нет необходимости скрывать наше присутствие. Пусть приведут корабли обратно к Грозовой стене, - Олару поднялся с земли. – Твой брат этому не обрадуется, но мой друг в беде, – Олару легонько похлопал меня по плечу. - А вот и он лёгок на помине, - лицо капитана скривилось, словно он раскусил недозрелую сливу, глядя как к нам навстречу спешит Лерой.       - Инами, мне только что сообщили о гибели Адима. Объясни, пожалуйста, что произошло? – не замечая Олару начал брат.       - Возможно, вас ещё не представили друг другу, хотя, вы не так давно встречались и даже разговаривали, - проигнорировала я вопрос брата, - Лерой - это Олару, Олару - это Лерой. Теперь, когда вы знакомы, мы можем продолжить разговор.       - Здравствуй, Лерой, - выдавил через силу Олару.       - Мне казалось, пираты покинули нас, – обращаясь ко мне, резко бросил брат.       - Как ты сейчас правильно заметил - тебе казалось!       Из юрты послышался слабый стон. Лерой мгновенно отдёрнул полог и заглянул внутрь.       - Почему на твоей постели лежит пират? – потемнел Лерой.       - Потому что Твист ранен, - пожала я плечами.       - Его нельзя было куда-то ещё положить? – недовольство волнами исходило от Лероя.       - Здесь он в безопасности, в отличие от других мест лагеря, - я демонстративно преградила Лерою вход.       - Скоро твоя свадьба, и наличие у тебя в юрте постороннего ферре… - начал заводиться брат.       - Он не посторонний – это раз, а второе, как ты снова справедливо заметил, что у меня скоро свадьба и именно поэтому я хочу, чтобы на ней присутствовали мои друзья. Все мои друзья, - подчеркнула я. – Олару, Эльрат и Радмир. Пощажу твои чувства и попрошу их прибыть сюда без своих команд.       - Пираты? На твоей свадьбе? Это исключено! – отрезал Лерой.       - Друзья, Лерой, друзья, а не пираты. И они будут на ней, или я не дочь императора Кеншина. Хочешь поспорить со мной? Не советую, - едва сдерживаясь, ответила я. Мне ужасно захотелось грубо осадить брата и, единственное, что сдержало меня, была мысль о том, что такая публичная ссора перед важным походом никому не пойдёт на пользу. Боги, я как брат стала думать не о себе, а о «пользе» или «вреде». Эта мысль ещё больше разозлила меня. Я придвинулась к самому уху брата и прошептала, отчеканивая каждое слово:       - Все, мои, друзья! А теперь убирайся!       - Задира, - выглянула из юрты перепуганная Эшьяла, - ты можешь меня подменить? Мне нужен лёд.       - Я принесу сама, - остановила я сестру, - тем более мы уже закончили разговор.       Брат, не скрывая раздражения, ушёл. Альфард вскочил на ноги и, прижав уши, проводил его долгим взглядом.       - Иди, иди к Веселео, - подтолкнула я льва, - там тебе сейчас будет спокойней, чем здесь. Вечером увидимся. Альфард лизнул мне руку и, понуро опустив голову, побрёл прочь.       Около колодца я кинжалом отбила большой кусок льда и вернулась в юрту. Сестра положила лёд в лохань и разбила на несколько более мелких кусков. Взяла один из них и, завернув в ткань, приложила к кровоточащей ране на боку Твиста.       Пират слабо застонал, заставив Эшьялу побледнеть ещё больше.       - Задира? – к нам заглянул встревоженный Вендор. – Я только что услышал о случившемся. Как он? – подходя ближе, встревоженно спросил нуианин. – Что тут у вас произошло? Лерой сам не свой. Он чернее тучи проскочил к себе и велел охране не пускать никого. Из-за него?       Вслед за ним тенью проскользнула напуганная Виолетта.       - Всё очень плохо, - честно признала я очевидный факт.       - Я могу чем-то помочь? – с надеждой в голосе произнёс Вендор.       - Я не знаю… - опустила я руки.       - Я поговорю с Лероем, - Вендор ободряюще взял меня за руку. – Лерой любит тебя и готов пойти на многое.       - Если всё так как ты говоришь, то я рада была бы признать, что ошибаюсь, - с горечью вздохнула я.       - Он ведь не умрёт? – прошептала Виолетта, вцепившись в руку Вендора и не отрывая взгляда от угрожающе бледного пирата. – Я позову Энара! – внезапно отпустила она руку Вендора и выскочила из юрты.       - Да! Это правильно! Надо его позвать! – Вендор выскочил за ней.       - Он умирает, я сделала все, что могла, но ничего не помогает. Рана в левом боку слишком глубокая, и кровь не останавливается, - в отчаяние прошептала Эшьяла, отнимая от раны почти растаявший кусок льда. – Я не знаю, что делать… - она присела около Твиста и уткнулась головой в край постели.       Я ничем не могла ей помочь. Я ещё меньше понимала в целительстве. Дыхание Твиста слабело на глазах. Его едва было слышно. Он уже не реагировал на прикосновения к ране. Приложенный новый кусок льда, таял, смешивался с кровью и багряными каплями стекал на пол. Смотреть на это, и ощущать собственное бессилие было тяжелее, чем противостоять всем тварям Бездны.       Тяжёлая поступь Энара заставила меня и сестру встряхнуться, тем более что вместе с ним пришли Лерой и Онестат. Последними в юрту вошли Вендор и Виолетта.       Подойдя к постели Энар молча убрал приложенный лёд и пару минут изучающе смотрел на рану.       - Почему вы не сказали мне раньше? – не оборачиваясь, задал вопрос Энар.       - Он пират, - зло ответил Лерой.       - Угроза жизни любого живого существа имеет значение, - отчеканил Энар, возвращая лёд на рану.       Лерой хотел что-то возразить Энару, но смолчал и опустил голову. Только желваки нервно ходили на его скулах.       - Если кровотечение не остановить – он скоро умрёт, - эльф сухо озвучил то, о чем мы и так догадывались.       - Мы пытались, - прошептала Эшьяла, - ничего не получается…       Взгляд эльфа замер уставившись в пустоту.       - Тогда ему нужно то, что он теряет, - медленно произнёс Энар.       - Кровь? – непонимающе переспросила сестра.       - Именно, - кивнул эльф.       - Любая? – с готовностью подала голос Виолетта.       - Нет, девочка, - обернулся к ней Энар, - он же ферре, кровь харнийцев, нуиан или эльфов ему не подойдёт.       - Возьмём мою, - сделал шаг вперёд Лерой. – Я отвечаю за всех представителей своей расы. Это мой долг и мне стыдно, что я забыл об этом, поддавшись эмоциям. Пусть он трижды пират – в первую очередь он ферре.       - Хорошо, - склонил голову эльф.       - Но как мы перельём кровь? – забеспокоилась Эшьяла.       - Мы что-нибудь придумаем, - подошёл к ней Онестат, - харнийцы и не на такое способны. Главное мы знаем, что может помочь.       Он кивнул Вендору и Виолетте и вместе с ними вышел из юрты.       - А если это не поможет? – тихо спросила я у Энара.       - Значит, он умрёт, - так же тихо ответил эльф, - но пока этого не случилось, нужно бороться.       Энар коснулся лба Твиста рукой, убирая слипшиеся пряди волос:       - В каждом из нас поровну тьмы и света, и никто не знает, что может в любой момент перевесить. Даже те, кто несут зло, способны делать добрые дела. Просто иногда им нужно предоставить такую возможность. Не стоит делать поспешные выводы, руководствуясь сиюминутными, далеко не всегда верными, фактами.       Онестат вернулся вместе с харнийцем, несущим в руках тончащие серебристые трубочки.       - Задира, - коснулся меня Энар, – сходи к Веселео и помоги ему приготовить настой из клевера, крапивы, мяты и черники. Пусть добавит корень аира и грецкий орех. Запомнила?       - Да, - я вышла и направилась к Веселео.       Из его юрты к небу понимался лёгкий дымок. Альфард, свернувшись в клубок, дремал возле сундуков. Сам ферре был мрачен и ожесточённо толок в ступке какой-то корень. Со стороны казалось, что корень в чем-то провинился, и теперь получает заслуженное наказание. В воздухе витал пряный аромат.       - Энар просил тебя приготовить отвар, - я перечислила ему необходимые ингредиенты.       Ферре помрачнел ещё больше.       - Меня просили тебе помочь, - закончила я, присаживаясь за стол и вооружаясь ножом.       Веселео скептически посмотрел сначала на меня, потом на нож, снял с полки пустой котелок и водрузил его на стол.       - Тогда поруби вот это, - он положил передо мной пучок сухих пахучих стеблей мяты.       Я с готовностью принялась измельчать траву.       Тем временем, Веселео достал ещё несколько банок и стал горстями высыпать их содержимое в котелок.       - Ты не должна идти в пещеры, - внезапно изрёк он.       Нож в моей руке замер.       - Это опасно! – Веселео опустил банку на стол.- Я всего раз был там, но мне этого хватило. Этот голос - он подавляет тебя! С тех пор я не выхожу дальше лагеря! А ты, раз услышав его, собралась идти туда вновь!       - Успокойся, я не собираюсь идти туда одна, Веселео, - стебель хрустнул под моим ножом.       - Ты не понимаешь! Если с тобой произойдёт то же самое, что с Хеодачи и Балрагом – это убьёт и твоего брата, и Онестата!       - Да что вы все носитесь со мной и братом как с писаной торбой? Только и слышишь: Задира не делай то, Задира не делай это, не делай так - это может повредить Лерою! Предлагаешь мне отказаться? – разозлилась я и грохнула ножом по столу.       - Я разрываюсь между тем, чего хочу и тем, что лучше, - тяжело опустился на скамейку Веселео. - Что, если у вас ничего не получиться? Вы будете там, а я здесь и ничем не смогу помочь вам, - огорчённо стукнул он кулаком по столу.       - Если с нами что-то произойдёт, тебе придётся позаботиться о моей сестре и моем брате. А также Онестате, Вендоре, Виолетте, Рейнольде и остальных. Потому что больше о них позаботиться будет некому. Ты нужен здесь не меньше, чем там. Мы вернёмся и не одни, обещаю, – от слов       Веселео мой гнев улетучился, словно его и не было.       - Поклянись Нуей, что вернёшься, - взгляд Веселео был серьёзен как никогда.       - Клянусь, - я торжественно подняла руку, хотя и сама не верила в то, что пообещала. Но клятва, как не странно успокоила Веселео. Мы продолжили готовить отвар. Когда его первая партия была готова, на улице стемнело.       - Тебе и Альфарду лучше пока оставаться здесь. Я сам отнесу Энару, - предложил Веселео, переливая темно-зелёный отвар из котелка в стеклянную банку. – Спасибо за помощь.       Подхватив банку, Веселео направился к Энару. Альфард приоткрыл глаза, зевнул и снова закрыл их.       - Как хочешь, а я оставаться тут не намерена, - кинула я льву, как только затихли шаги Веселео.       Я вышла на улицу, прошлась по лагерю, ловя обрывки фраз отдыхающих воинов. Все они обсуждали гибель Адима. Не вытерпев, я направилась к себе, узнать как Твист.       - Эшьяла? – я проскользнула в свою юрту и тихонько позвала сестру.       Она оторвала голову от постели и поднялась с пола мне навстречу.       - Как он? – я посмотрела на Твиста. Пират был все так же бледен, но его дыхание выровнялось. На его левое предплечье была наложена свежая тугая повязка.       - Хвала богам, Энару и твоему брату - кровотечение остановилось, - слабо улыбнулась Эшьяла. – Твист один раз даже открыл глаза, но на большее сил у него не хватило. Он заснул.       Сестра подошла к постели и поправила сбившееся одеяло.       - Мы устроили у тебя полный бардак, - спохватилась она, только сейчас замечая царящий вокруг беспорядок.       - Ерунда, как-нибудь переживу. Иди, отдохни, а я посижу вместо тебя.       - Я не устала, - отмахнулась сестра.       - Хотя бы несколько часов! Если ты свалишься от усталости, некому будет ухаживать за Твистом. Скоро вернётся Олару, так что помощников прибавиться, а пока иди, отдохни.       - Хорошо, но только на часик, - с сомнением пробормотала сестра, – и если что-то понадобится…       - То я найду тебя, - перебила я её и ласково подтолкнула к выходу.       Эшьяла устало кивнула и вышла. Я пересела поближе к Твисту и чтобы хоть как-то отвлечь себя от тяжёлых мыслей, не покидающих меня с момента гибели Адима, вытащила из сундука книгу, данную братом.       - Не спишь? – прервал моё чтение Лерой.       Он заглянул в юрту и, убедившись, что я одна, подошёл к постели Твиста.       - Ему лучше. Несколько дней и он пойдёт на поправку. Энар опытный целитель. Твоему другу повезло, - повернулся он ко мне. - Онестат мне все рассказал про Адима. Я думал, что боги послали мне друга, а оказалось - врага.       - Не ты один ошибался, - закрывая книгу, ответила я.       – Но наши ошибки дорого обходятся другим, - мрачно кивнул Лерой.       - Увы, я это вижу. И всё же, спасибо, - я отложила книгу в сторону.       - За что?       - Ты не был обязан помогать Твисту.       - В том то и дело, что обязан. Спасибо, что напомнила мне об этом. И ещё, твои друзья будут желанными гостями на твоей свадьбе. Я с лёгкостью поверил наёмнику в то, что пираты желают нам только зла, и не поверил тебе, своей сестре. Я был неправ, прости.       - Прощаю, - тихо отозвалась я.       - Если хочешь, иди ко мне и поспи, а я посижу, - предложил Лерой.       - Нет, тебе отдых нужен больше, чем мне. Я останусь, тем более, что мне есть чем заняться, - я похлопала рукой по книге.       - Хорошо, но если устанешь – дай мне знать, - Лерой вышел, оставляя нас с Твистом одних.       «Поверил наёмнику», - с болью отозвались во мне слова брата. А я не только поверила, но и доверила ему жизни своих близких. Сердце заныло, отказываясь признавать то, что видели глаза и слышали уши. Смерть долгое время бродила рядом со мной, примеривалась, наносила удары. Адим был прав, на мне тоже лежала вина за гибель всех тех, кого он убил. Моя слепая вера и недальновидность стали причиной их смерти. И, если бы Адим узнал про Хеодачи, жертв могло бы стать ещё больше. Но все же я не могла поверить в то, что ферре столько раз рисковавший из-за меня жизнью, хотел только одного – власти и, осознав, что не получит её, готов был убить меня. От этого стало ещё больнее. Я открыла книгу, заставив себя прекратить думать о чем-либо, кроме того что в ней было написано. Хоть и не сразу, но мне это удалось. Время летело незаметно, я даже удивилась когда в шатёр вошла отдохнувшая сестра и сменила меня.