Мечты. Север.

      Голоса пробивались ко мне словно через несколько слоёв ваты. Я пыталась от них отмахнуться, но они всё настойчивей лезли в мою голову: один испуганный, второй сердитый, третий оправдывающийся. Вместе они сливались в один нестройный хор, мешая спать. Почему даже после смерти меня не оставят в покое? А может, боги просто не знают, что со мной делать? Собрались на Совет и думают, за какой небесный частокол навеки упрятать несносную Задиру? Великий Таян наверняка плюётся в мою сторону. Ну и пусть плюётся, у него есть на то полное право. Я бы, на его месте, тоже не удержалась бы от взбучки.       - И все-таки ты не прав, Лерой! – прорвав ватную пелену ворвался в мой разум голос Онестата. – Но тебе виднее.       Это что? У кого-то из богов голос Онестата? Или я ошиблась?       - Конечно мне виднее! Я только и делаю последнее время, что смотрю за вами!       О, это уже голос Лероя. Нет, это точно не боги. Кажется, меня ждёт не небесный частокол, а вполне земной, и не Таян, а мой взбешённый старший брат. Бездна, мне тебя искренне жаль…       - Проснулась? Как ты себя чувствуешь?       Вопрос брата явно адресовался мне. Я осторожно попыталась приоткрыть один глаз, затем второй. Я лежала в своей юрте на кровати. Свет шёл от жарко растопленного очага. Рядом с кроватью в одиночестве стоял Лерой.       - Я слышала голос Онестата, - вместо ответа произнесла я.       - Они с Шерри только что ушли. Как ты? – повторил свой вопрос Лерой.       - Как ферре, которую ткнули мечом в бок, - попыталась отшутиться я.       - Твоё счастье, что тебя успели принести в лагерь, - нахмурился брат критически разглядывая меня.       - Как Хеодачи и Балраг? – я посмотрела на Лероя.       - Вполне неплохо для проведших в пещерах столько времени, - присаживаясь на край моей постели, ответил брат. - Сильная простуда от длительного переохлаждения у обоих, - и, заметив мои попытки подняться, быстро добавил, - рядом с ними целители, так что за ними присмотрят.       Всё тело затекло. Я попыталась поменять положение - острая боль в боку заставила меня вскрикнуть.       - Это была твоя идея пойти в пещеры или друзья подсказали? – в голосе Лероя не было и тени сочувствия.       Я прикусила губу. Зря я надеялась, даже на смертном одре Лерой обязательно выскажет мне все, что думает.       - Сама, - процедила я сквозь зубы, борясь с болью.       - Твоя затея могла стоить жизни многим, - в голосе брата послышалось явное раздражение.       - Но не стоила же.       - На кону сейчас нечто большее, чем чья-либо личная жизнь! Мы должны забыть о себе перед великой целью!       - Для меня самая великая цель, это жизнь тех, кто мне дорог. Мне не понять тебя, прости, я не мыслю вселенскими масштабами. Но я никогда не бросаю друзей в беде, не отказываюсь от них даже тогда, когда это угрожает мне лично. Возможно, сыну императора трудно такое осознать, он смотрит на всё с другой высоты. Но как ты будешь заботиться о своём народе, если бросаешь в беде товарищей? Ведь они тоже часть твоего народа?       - Я не отказывался от друзей, - резко бросил Лерой. – И ты знаешь причину, по которой я не мог жертвовать своими людьми ради спасения двоих.       - Зато у меня такой причины не было, и жертвовать пришлось только собой, - я снова скривилась от боли, но в этот раз мне удалось сдержать стон.       - Ты обманула не только меня, - сухо обронил Лерой.       Я постаралась глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться и тут же поняла, какую чудовищную ошибку совершила, пытаясь набрать в лёгкие воздух: сотни раскалённых игл впились мне в бок, на несколько секунд вырывая меня из действительности.       - Я тебя обманула? – обретая способность говорить, медленно произнесла я. – Я те-бя об-ма-ну-ла? - кажется, образ послушной сестры разлетелся в прах вместе с ударом меча в Бездне. - И ты осмеливаешься меня обвинять в том, в чем виноват сам? Разве это я сказала тебе, что человек, который для тебя не безразличен умер?! Разве я, основываясь на этой лжи, заставила тебя вступить в брак, чтобы укрепить свой авторитет?! Разве я, не моргнув глазом списала, как ненужный хлам тех, кто ещё недавно готов был отдать за тебя жизнь?! Один мой друг сказал - ложь даже в благих целях все равно остаётся ложью! Твоя ложь намного страшнее, Лерой, и не тебе упрекать меня за обман! Ты, мой родной брат, обманул меня!       - Ты не справедлива! – глаза Лероя сердито заблестели. – Я забочусь о тебе! А твоя выходка многократно усложнила нам задачу. Ты победила Бездну, Хеодачи и Балраг вернулись, и наши враги, испугавшись твоей победы, перенесли древний артефакт из пещеры в другое, неизвестное нам место. И теперь нам предстоит снова его искать. Мы обшарили все пещеры, уничтожили этих тварей, но все оказалось бессмысленно – того, что нам было нужно, там не оказалось!       - Ты обвиняешь меня в этом? – поразилась я. – Хотя мне кажется, я тебя понимаю, - с горечью констатировала я очевидное, - разве могут две жизни стоять выше всесильного артефакта… В этом-то между нами различие: мне важна каждая, а ты, во имя своих целей, готов жертвовать любым количеством. Впрочем, ты уверен, что этот артефакт вообще там был?       - Ты не способна увидеть большее! Враги всегда будут бить по нашим уязвимым местам! И да, Энар читал старинные рукописи, где совершенно точно указывалось местоположение артефакта!       - А тебе не приходило в голову, что может быть ошибка в рукописи, или вы ошиблись, когда расшифровывали прочитанное? Да мало ли что могло произойти за столько лет! Может его уже давным-давно нет, или этот артефакт покоится не в пещере змей, а в чьём-нибудь сундуке? Ты мой брат, мой родной человек… должен быть родным, но я ни чувствую этого. Люди, которые не имели ко мне никакого отношения, относятся ко мне честней и лучше чем ты! – я с грустью посмотрела на брата.       - Олару, Радмир и Эльрат скоро будут готовы к отплытию, – Лерой отвернулся и смотрел в сторону выхода. - Я благодарен им за помощь. Без них наш поход в пещеры был бы более сложен. Мы готовились к тяжёлой битве, но на наше счастье что-то ослабило этих тварей. Они потеряли свою былую силу, и мне не понятно почему.       «Зато понятно мне, - мысленно сказала я брату. – Ашьяра потеряла своего «любимого». То, чего не удалось сделать Медине, удалось мне. И это заставило Ашьяру разувериться в собственных силах». Но рассказывать брату нуианскую легенду я не собиралась. Навряд ли он отнёсся бы к ней серьёзно.       - Я попросил пиратов подождать пока Хеодачи и Балрагу станет лучше и забрать их с собой на Восточный континент, – брат поднялся на ноги и направился к двери.       - Я уеду вместе с ними. Теперь у меня не причин оставаться здесь. Я, как и хотела, вернусь домой и постараюсь выяснить, что затеял король Адриан Второй.       Лерой замер, не дойдя до полога несколько шагов.       - Напомню тебе, если ты забыла – ты теперь замужем и твой долг оставаться рядом с мужем.       - Свой долг можешь оставить себе! А мне до смерти надоели твои пустые разглагольствования о долге и тому подобном, - стиснув зубы и превозмогая боль я села, стараясь не обращать внимание на неприятное мокрое тепло разливающееся по боку. – Я ехала сюда только ради Хеодачи и вместе с ним возвращаюсь домой.       - Тогда я вынужден оставить Хеодачи здесь, - вздохнул Лерой.       - Ты! – я чуть не задохнулась от гнева. - Да мне плевать на то, что ты хочешь! Оставаться здесь, рядом с Бездной для Хеодачи равносильно смерти! Клянусь, я убью тебя, если ты попробуешь нам помешать уехать отсюда! - прохрипела я.       - Если бы тебя сейчас видела наша мать, - процедил Лерой, - она бы сгорела со стыда!       - Если бы тебя видел наш отец, он бы счёл позором иметь такого сына, как ты! Император Кеншин никогда не поднимал свой авторитет за счёт выгодных браков своих родственников. Кроме того, - холодно добавила я, - если ты вздумаешь мне помешать – я расскажу всем, как ты убедил Шерри и остальных молчать о том, что Балраг и Хеодачи живы. И почему ты это сделал, и что хотел сделать дальше. Как ты думаешь, насколько серьёзно после этого пострадает твой авторитет?       - Ты не посмеешь, - прошипел, багровея, Лерой.       - Ещё как посмею, - кивнула я. Лероя сжал руки в кулаки.       - Забирай своего Хеодачи и убирайтесь вместе со своими друзьями-пиратами! – прорычал он и вылетел из моей юрты.       - Всегда знала, что мы сможем договориться, - еле дыша от боли прошептала я, падая обратно на подушку.       Как получилось, что вместо запланированного счастливого воссоединения семьи между нами поселилась ненависть?       - Что ты ему сказала? – в палатку вошёл Онестат, провожая взглядом разъярённого Лероя. – Он вылетел как ошпаренный!       - Правду, и она ему не понравилась, - ответила я, устало закрывая глаза.       - Вы так похожи, - заметил Онестат, подходя ближе, - умеете добиваться своего.       - Только пути у нас разные.       Онестат промолчал и присел на край моей кровати.       - Хочу, чтобы ты узнал об этом от меня, а не от Лероя… - я вновь открыла глаза.       Онестат озадаченно на меня посмотрел.       - Как только Хеодачи станет лучше – мы уплывём отсюда. Я обещала быть рядом, но… не тебе. Будет лучше, если я покину Изначальный континент. Я плохая актриса, Онестат, роль жены у меня не получится. А теперь уж тем более. Так что для всех будет лучше, если я уеду отсюда.       Лучник вздохнул и с минуту разглядывал узор ковра на полу, а затем, оторвав от него взгляд мечтательно произнёс:       - Знаешь, когда я решу жениться – то устрою себе такую же свадьбу как у нас.       - Что значит, «когда решу»? – не совсем поняла его я.       - Я боялся, что Лерой что-то заподозрит, - продолжил Онестат, проигнорировав мой вопрос. – Но твой друг, Олару, помог мне - поскольку Ломана никто отродясь не видел трезвым, все получилось. Думаю, даже жрец Свэнн был бы менее эмоционален.       - Что заподозрит, и причём тут Ломан? – растерялась я.       - Да, чуть не забыл, - Онестат полез в карман и вытащил из него пузырёк с белёсой жидкостью, - взял у Веселео, - довольно улыбнулся лучник. – Протри своё кольцо, и оно исчезнет навсегда, - протянул он мне пузырёк.       Я взяла и сжала его в руке.       - Если ты не против, своё я стирать пока не стану, женатые мужчины всегда привлекают к себе женщин. А женатые и покинутые – вдвойне, – попытался улыбнуться лучник.       - Объясни? – я озадаченно смотрела на Онестата.       - Все просто, - грустно улыбнулся он, - разве я мог, зная, что ты любишь другого, позволить выйти за меня замуж? Я не настолько плох, как ты обо мне подумала. Но Лерою трудно было отказать, да и в его замысле был толк, вот я и решился на этот маленький спектакль. Я не стал посвящать тебя в свой план, твои друзья, кстати, меня в этом поддержали, - хитринка проскочила в его глазах. - Жрец Свэнн «случайно» заболел, и прислал на замену жреца Лоэна. Поменять одного ферре на другого не проблема. Ломана в лагере никогда не видели, хвала твоему брату, который, на наше счастье, запретил пиратам приходить в лагерь. Ломан прекрасно исполнил роль жреца. Особенно эффектно у него получилось зажечь наш костёр. Тут точно без помощи богов и его заклинаний не обошлось, - довольно усмехнулся Онестат. - Все что мы произносили - не имеет никакого значения. Наши кольца всего лишь обычная краска. Они ни к чему не обязывают ни тебя, ни меня. Ты свободна, Инами, по-другому и не могло быть. Забирай Хеодачи, Балрага, сестру и возвращайся домой. Твоё место там с твоим народом. Я верю в то, что ты будешь достойной дочерью императора Кеншина. И как бы я не был рад твоему обществу, мне будет спокойнее, если ты будешь подальше отсюда.       Онестат поднялся и пошёл к выходу. Коснувшись рукой полога, он обернулся.       - Да, это я убедил Лероя отослать Балрага и Хеодачи домой. Бездна коварна, – увидев мой взгляд, объяснил Онестат, - кто знает, не попытается ли она снова подчинить их себе.       - Я знаю. Спасибо, что помог мне с этим. Лерой злится из-за того, что мы все уезжаем, и если бы не ты… думаю, ему не просто далось это решение.       В задумчивости я разжала пальцы, и пузырёк по кровати укатился к моим ногам.       Олару… Он ведь намекнул мне на театральную постановку, с главной ролью, а я как всегда все пропустила мимо ушей.       Онестат ушёл. Я закрыла глаза и попыталась заново осознать произошедшее. Но, видимо, не заметила как задремала и не слышала как пришла сестра.       - Задира? – шёпот Эшьялы заставил меня вздрогнуть и открыть глаза. – Как ты?       - Жить буду, иду на поправку, и, пожалуйста, сообщи потом об этом сразу всем, - попыталась пошутить я и улыбнуться. – Иначе, после того, как я каждому лично отвечу на этот вопрос, мне точно станет плохо. – Прости! Я не хотела тебя обидеть! Я рада, что ты пришла! – стала оправдываться я, замечая растерянный вид сестры. – Извини, неудачно пошутила.       - Ой, нет, я совсем не обиделась, что ты!       Взгляд Эшьялы рассеянно заскользил по юрте.       - Я… мы… - невнятно начала она и внезапно без сил опустилась на пол. - Ты будешь в ярости, - обречённо проговорила она.       - Давай начнём с начала - что произошло? – я попыталась приподняться на локте, чтобы хоть как-нибудь поменять положение. От боли потемнело в глазах, и я поспешила лечь обратно.       - Ты знаешь, почему я стремилась сюда, - подозрительно шмыгнула носом Эшьяла, не заметив моего манёвра.       - Да, из-за Балрага, - кивнула я.       - Да, и я … и мне казалось, что я… - Эшьяла стала запинаться на каждом слове.       Я не спешила её перебивать, терпеливо ожидая, пока сестра соберётся с духом.       - Вот ты, когда увидела Хеодачи, ведь сразу же поняла, что любишь его и это навсегда?! – внезапно спросила Эшьяла.       - Нет, - честно призналась я, - не сразу. Эшьяла, что произошло?       - Твист… - начала Эшьяла и тут же залилась краской.       - Твист, - повторила я. – Что с ним?       - С ним все хорошо! – быстро ответила сестра.       - И-и-и? – подбадривающе посмотрела я на неё.       Эшьяла глубоко вдохнула и медленно выдохнула.       - Когда больше года назад Балраг приезжал вместе с тобой на Соколиное плато, мне казалось, что то, что я почувствовала к нему очень серьёзно, - собравшись с мужеством призналась сестра. – Но когда я поближе узнала Твиста, то… - Эшьяла виновато опустила голову и уставилась в пол.       - Ты поняла, что Балраг был всего лишь увлечением. Сказкой, которую ты сама себе придумала, так? – закончила я за неё. Услышанное не стало для меня откровением. Да и боюсь не только для меня.       Эшьяла всхлипнула и кивнула.       - И в чем же проблема? – тронула я её за плечо. – Разве ты что-то обещала Балрагу?       - Ничего! - испуганно замотала головой Эшьяла. – Он ничего не знает!       - Тогда ты ничем ему не обязана, - успокоила я её. – Если ты поняла, что тебе нравится другой - это нормально.       - Это ещё не самое худшее, - простонала сестра. – Мара Аваран будет расстроен, а мама сгорит со стыда, если узнает!       - Что узнает?       Эшьяла быстро вытерла скатившуюся слезинку со щеки:       - Ты же знаешь, эту страшную историю про невесту Твиста?       - Да, - перед моими глазами так некстати всплыло лицо Адима.       - В общем, Твист и я… Он сказал, что боится потерять меня так же, как Ясиру и… - слезинка снова скатилась с уголка глаза Эшьялы.       - И?       - Шерри помог нам, он нашёл жреца Свэнна и попросил нам помочь. И… вот… – Эшьяла задрала правый рукав, продемонстрировав чёрное кольцо на правом плече. - Если мама и мара Аваран узнают, что я вышла замуж за пирата, их сердца разорвутся от горя, - уткнулась носом в колени Эшьяла.       Мысленно мне стало жаль Свэнна. После того как Твист у него «погостил», думаю жрецу было совсем не просто совершать положенный обряд.       - Ты его любишь? – наклонилась я к сестре.       - Да, - сдавленно прозвучало в ответ.       - Значит, поступила правильно. Поверь, то, что Твист пират, не преступление. Вот бы все пираты были такими. Он хороший, и мне не страшно оставлять тебя с ним. А что касается мары Аварана - у него тоже есть тёмные секреты.       - Темные секреты? – нахмурилась Эшьяла. – О каких секретах ты говоришь?       - Это должно остаться между нами, - строго предупредила я сестру.       - Конечно,- с готовностью откликнулась она.       - Много лет назад, Аваран подстроил смерть мары Магхари и занял его место.       - Это неправда! Какой же это секрет! - возмущённо возразила Эшьяла.- Аваран не убивал мару Магхари! Его убила собственная жена – Лидия! Это она подложила шип мужу под седло льва! Мара Магхари был жестоким главой прайда. Боги долго не давали ему детей, а он в этом винил жену. Ближе к старости у него всё же родилось двое сыновей, и Лидия стала всерьёз опасаться за свою жизнь.       - Почему? – удивилась я. – Она же родила ему наследников? Теперь он должен был быть ей благодарен!       - Да как сказать, в записях, что давал мне старец Фенге, говорилось, что ходили разные слухи, и такие, что наследники не совсем походили на своего отца. Но как бы то ни было, стареющий мара и до рождения детей часто поднимал на жену свою руку, а получив наследников, стал поколачивать её всё чаще и чаще. Тогда Лидия решила убить мужа, а всю вину свалить на Аварана, к тому времени набирающему вес в прайде. Но её старший сын, которому на тот момент было уже пять лет, видел, как мать подложила отцу шип под седло.       - Откуда ты все это знаешь? – поразилась я.       - У старца Фенге под замком хранится книга истории прайда. В ней собраны все деяния плохие и хорошие. Он дал мне её, сказав, что возможно, когда-нибудь эти знания мне пригодятся, - Эшьяла ожила, и даже, кажется, забыла своё недавнее смущение. – А знаешь, что было дальше?       - Нет.       - Когда вскрылась правда, совет выбрал нового мару и им стал Аваран. Именно ему поручили решить судьбу Лидии. Убить члена своего прайда, мару, к тому же отца своих детей – страшнейшее преступление, наказание за которое - смерть! Но все знали, каким был Махгари, и сколько Лидия натерпелась от него. Поэтому мара Аваран сжалился над ней и её детьми! Но преступление не может остаться безнаказанным, и он постановил изгнать их из прайда. Из-за поступка матери сыновья убитого мары оказались опозоренными и дальнейшая их судьба в книге не указана, - закончила Эшьяла.       «Может это и к лучшему, - промелькнуло у меня в голове, - несколько новых позорных страниц в ней ни к чему».       - Прости, тебе надо отдыхать, а я тебя заставляю нервничать, - спохватилась сестра.       - Эшьяла, у меня лёгкий порез, а не смертельная рана, - как можно убедительнее соврала я.       Эшьяла нахмурилась и покачала головой.       - Я видела, какой там «порез»! Тебе действительно необходим покой и отдых. Поспи, я зайду попозже, - тоном, не терпящим возражения, заявила сестра.       - Постой! Ты видела Хеодачи? – я схватила сестру за руку, заметив, что она встаёт и хочет уйти.       Эшьяла нехотя села обратно.       - Он лежит в юрте Гояни и Сехмета, но меня к нему не пускают. Балрага забрал на корабль Олару. Так что я почти всё время провожу там. Сейчас около него Твист, но из него плохая сиделка, ему самому надо побольше лежать.       - Кто тебя не пустил к Хеодачи? Лерой? - глухая ярость шевельнулась в груди.       - Нет, - мотнула головой Эшьяла. - Эльф, Энар. Он сказал, что сейчас не самое лучшее время для посещений.       То, что рядом с Хеодачи был Энар успокоило меня, но его слова, что сейчас не «лучшее время», встревожили по-новой.       - Спасибо, что зашла, Эшьяла, но ты права, и мне будет спокойнее, если ты будешь около Балрага и Твиста. Возвращайся на «Небесную тень» и не беспокойся за меня, я отлично себя чувствую.       - Я ещё загляну, - Эшьяла с тревогой окинула меня взглядом и вышла из юрты.       Задержав дыхание, я с трудом села на постели. «Лёгкий порез» саднил и отдавался резкой болью при каждом движении, не давая забыть о своём существовании. Стиснув зубы, я ухватилась за край кровати и рывком поставила себя на ноги. От боли потемнело в глазах, и я едва не потеряла сознание. Стенки юрты поплыли перед глазами. Выровняв дыхание, я сделала шаг, прижимая рукой повязку на ране. Бок снова обожгло, но не так сильно, как я предполагала. Я решительно направилась к выходу. Приступ головокружения прошёл, и я почувствовала себя увереннее. Одно дело не пустить к Хеодачи Эшьялу, другое меня. Что ж, быть дочерью императора иногда неплохо.       У входа в мою юрту дежурила охрана – два ферре и один харнииц.       - Госпожа Инами! – харнииц встревоженно подскочил ко мне. - Вам нельзя покидать юрту!       - Я под арестом? – я внимательно посмотрела в глаза харнийцу.       - Нет, но ваш брат, и ваш муж, они сказали, что вы ранены и вам нужен покой.       - Они что, лекари? – я снова озадачила харнийца.       - Нет, они избранные, - харнииц был растерян, мой вид, мой властный тон и то, что ему приказали, всё смешалось в его бедной голове.       - Тебя послали сюда следить за мной?       - Нет, госпожа, охранять, - совсем стушевался харнииц.       - Вот и охраняй! Делай свою работу! Помоги мне дойти до юрты Гояни, там Энар, вот он - лекарь, и его мне просто необходимо увидеть.       - Но Энар не живёт в юрте Гояни, – с подозрением ответил харниец.       - Разумеется! – парировала я. - Он там лечит Хеодачи, и найти его я могу именно там, а не в том месте, где он живёт! Так ты поможешь мне дойти или нет?       - Да госпожа! Эй, Азир, - крикнул он одному из ферре, - помоги мне довести госпожу, а ты, - ткнул он пальцев в другого, - беги к Лерою и доложи, что госпожа отправилась…       - Стоп! – оборвала я на полуслове харнийца. - Не бегай никуда, - обратилась я ко второму ферре, - нечего докладывать моему брату о каждом моём чихе, в конце концов, у меня муж есть. Оставайся здесь, вдруг кто ещё придёт навестить меня, а тут нет никого. Вот переполох поднимется! Так что будь здесь и говори всем кто придёт, что я скоро буду. Понял?       - Да, - кивнул головой ферре.       - Вот и хорошо, идёмте.       У входа в юрту Гояни сидел Веселео и наблюдал за котелком, подвешенным над огнём. Полог юрты откинулся и из-за него показалась голова Энара. Всегда чопорно аккуратный, сейчас он выглядел немного растрёпанным, было видно, что он здесь провёл довольно много времени.       - Ну что, готово? – осведомился он у Веселео.       - Да, отвар практически готов, - откликнулся Веселео, не спускавший с котелка глаз. – Он вот-вот закипит. Процежу, и можно будет давать.       - Очень хорошо! – удовлетворённо вздохнул эльф. – Ты хороший помощник, Веселео.       Энар поднял взгляд и увидел меня. Его глаза округлились, а лицо приобрело такой удивлённый вид, словно в моём обличье к нему явилась сама Нуя.       - Инами! Ты как… ты зачем сюда пришла! Веселео тоже поднял глаза и побледнел, увидев меня. Он заметался, не зная, что ему делать: хватать меня или следить за отваром.       - Ты зачем встала!? – наконец выдохнул Веселео. – С твоей раной только покой!       - Какой же тут покой, если я ни от кого не могу добиться, что с Хеодачи? Мою сестру вы сюда не пускаете, а остальные отделываются ничего не значащими фразами! А она, между прочим, тоже лекарь! Хоть и начинающий, но могла бы вполне оказать посильную помощь!       - Она ухаживает за Балрагом, - извиняющимся тоном ответил Энар, - я рассказал ей что и как делать. У нас, э-э-э, разделение сил!       Я решительно шагнула внутрь юрты, отстранив Энара.       Хеодачи метался по постели, судорожно сжимая пальцами простынь.       - Как он? - я с тревогой смотрела в его осунувшееся лицо. Бледная с синевой кожа, глубокие царапины на лице, губы, растрескавшиеся до крови. Он не открыл глаза и никак не отреагировал на попытки Энара его напоить. Вся вода из чашки пролилась мимо.       - Для того, кто провёл несколько месяцев в ледяной пещере - неплохо, - в голосе эльфа послышался слабый оптимизм. - Он выживет, - обернулся ко мне эльф, - а вот ты, если не будешь лежать - нет, -       Энар напустил на себя строгий вид.       - Я не могу лежать - чувствую себя, как узник в клетке, - силы стали покидать меня, и я опустилась около постели Хеодачи на землю.       - Мне это знакомо, - Энар подошёл к тазику стоящему на столике, взял кусок чистой льняной ткани, намочил в воде. Затем повернулся к столу и стал что-то искать среди расставленных на нём склянок.       - Вот, выпей это, - протянул он мне маленький флакончик из зелёного стекла, - два глотка, не больше. Это поможет унять боль и вернуться тебе в свою юрту. Боль отступит, но это обманчиво, не забудь, что твоей ране нужен покой, иначе она может воспалиться.       - Нет, спасибо, - я мягко, но решительно отвела руку Энара, - я сама справлюсь со своей болью.       Энар кивнул и убрал пузырёк обратно.       - Я уезжаю, вместе с Хеодачи, Балрагом и Олару. Эшьяла тоже возвращается домой. И ещё я поругалась с братом, - призналась я эльфу.       - Это было неизбежно, - спокойно отреагировал Энар, возвращаясь к склянкам.       - Почему?       - Вы привыкли жить, сами решая, когда и что нужно делать. Вы не всегда способны оценить последствия своих действий, но это все от недостатка опыта и со временем пройдёт. Тогда вы станете лучше понимать друг друга, - Энар подошёл и положил мокрую ткань на лоб Хеодачи.       - Лерой до сих пор считает рассказ генерала Макбрайда выдумкой сумасшедшего. Хоть он и сказал мне, что будет иметь её в виду, но я знаю – это было сказано лишь для того, чтобы я успокоилась и осталась здесь с ним, а не уплывала обратно с Олару.       - В твоих размышлениях есть зерно истины, - склонил голову Энар. – Но ты уверена в своём выборе?       - Он не понимает, что я должна быть там. Старейшины не послушают Олару, а меня могут.       - Это так важно для тебя? - Энар пристально посмотрел на меня.       - Да. Если мы допустим войну ферре с харнийцами - то Лерою, вам всем, возможно не для кого будет спасать этот мир. Разве что для Детей Нуи.       - В твоих словах чувствуется боль и отчаяние, но я не об этом, - улыбнулся уголком губ Энар. - Тебе непременно нужно одобрение брата или кого-то ещё?       - Нет, не нужно, - честно ответила я.       - Тогда делай то, что считаешь правильным и слушай своё сердце. Ты не просто ферре, ты дочь Кеншина. Хочешь ты того или нет, но на тебе лежит печать ответственности. И, если есть хотя бы малейшая опасность войны на восточном континенте, ею нельзя пренебрегать. Позволь огню разгореться на востоке, и в скором времени запылает весь запад, - грустно продолжил Энар. – Нуиане так и не поняли, с какими силами они пытаются играть.       - Запад? Нуиане?- удивилась я. - Почему?       - Ты думаешь, эльфы откажутся от своего куска пирога в виде новых земель? - горькая усмешка скривила губы эльфа. - Нуиане не любят делиться, а эльфы слишком высокомерны и несговорчивы, когда дело касается их части добычи. Кровь затопит всю Мелисару. Возвращайся домой, останови войну! Кому, если не тебе - дочери великого воина это под силу? Боги дали императору Кеншину двух детей, сохранили им жизни и у каждого из них свой путь. Не упрекай брата за кажущуюся слепоту. Каждый сражается за то, во что верит. У Лероя не менее важная задача. Поверь мне, я прожил очень долгую жизнь, даже по меркам эльфов, и не пришёл бы сюда с ним, если бы не знал, какая угроза таится тут для всех нас.       - Понимаю, - я прижалась щекой к свисающей с кровати раскалённой руке Хеодачи. – Но почему вы мне верите, а Лерой нет?       - Я видел разбитую «Тиару» и не так давно видел в поселении Детей Нуи одного нуианина, выжившего после кораблекрушения, но потерявшего при этом и память, и дар речи, он как две капли похож на Его святейшество, кардинала Базеля.       - Это что-то значит? – с сомнением спросила я.       - Кардинал Базель – личный духовник генерала Макбрайда, ненавидит море и путешествия, как таковые, но вынужден всюду таскаться за своим покровителем.       - И? – я так и не поняла ещё, к чему клонил Энар.       - Раз Базель здесь, значит, здесь был и Макбрайд, и твой рассказ правда, я тебе верю. – Энар выглянул на улицу. – Веселео, отвар готов? – затем снова повернулся ко мне:       - Но если ты сейчас же не ляжешь, то у восточного континента не будет шанса на спасение, - обронил Энар, снимая ставшую горячей ткань. - Если ты намерена заботиться о других, научись думать о себе. Ненужный героизм – не самое умное решение. Никто не станет считать тебя слабой, если ты проведёшь несколько дней залечивая раны.       - Я просто хочу побыть с ним рядом, хоть немного. Пожалуйста!       - Ладно, но только немного, - сдался Энар. – А затем ты вернёшься к себе и ляжешь! Да, совсем забыл, - Энар хлопнул себя ладонью по лбу, - твой лев, Альфард, ему нельзя сейчас быть рядом с тобой. Но ты за него не беспокойся, пока ты поправляешься, он поживёт у Веселео.       - Хорошо, - кивнула я, едва не прокусывая губу от приступа острой боли в боку.       Энар недовольно покачал головой и вышел из юрты. Хеодачи еле слышно застонал и сжал руки в кулаки.       - Тише, тише, - я глазами поискала оставленную эльфом тряпку и, медленно поднявшись, добрела до тазика с водой.       - Если ты меня слышишь, - я вернулась и положила холодную ткань на лоб Хеодачи, - не сдавайся. Я не могу потерять тебя ещё раз… Боль не собиралась так быстро покидать меня. Укусив один раз, она без остановки атаковала снова и снова, заставляя все кружиться перед моими глазами. Я схватилась рукой за край сундука, чтобы найти положение, в котором бок будет меньше болеть.       - Всё, – как в тумане услышала я за спиной голос Энара, – время для посещения истекло. Инами? Инами!       Свеча перед моими глазами стала расплываться в одно большое яркое пятно, а голос эльфа затихал, пока не смолк совсем.       Монотонное щёлканье спиц друг об дружку как часы отбивали время. Щёлк - петля, щёлк - накид, щёлк, ещё петля. Перед глазами явственно предстала Аини, сидящая у очага и вяжущая нам с Эшьялой шарфы. Обычно вместе с вязанием Аини рассказывала сказки или интересные истории из жизни, а мы, пристроившись у её ног, пили чай с корицей. Я глубоко вздохнула и почувствовала пряный аромат, повисший в воздухе. Но ведь я же на севере, откуда тут взяться Аини?       Я открыла глаза и заметила склонившуюся над спицами голову в рыжих кудряшках. Эльтере сосредоточенно хмурилась и беззвучно шевелила губами пересчитывая петли в вязанье. Судя по её вздоху и повторно начатому подсчёту, найти с первого раза место, где она ошиблась, не получилось.       - Шарфик, кофточка или штанишки? – поинтересовалась я, наблюдая за борьбой Эльтере с коварными петлями.       - Шапочка, - проворчала она, демонстрируя связанный кусок, даже отдалённо не напоминавший то, чем он должен был стать. – Третий раз начинаю, и все равно получается непонятно что!       - А по-моему неплохо, - не согласилась я, приглядываюсь к кое-где удавшемуся узору. – Для меня вязание непостижимая наука. Я виртуозно умею запутывать и рвать нитки, но вывязывать петли для меня ужасное наказание.       - Да? – озадачилась Эльтере и уже более доброжелательно посмотрела на будущую шапочку.       - Почему ты здесь? Разве ты не должна быть с Тонго? – нахмурилась я.       - Должна, но с ним вызвались посидеть Виолетта и Вендор, - улыбнулась Эльтере, откладывая спицы и вязание в сторону. – Это очень забавно. Если они не разнесут к вечеру нашу юрту в щепки, я буду сильно удивлена. Когда я уходила они, кажется, готовились штурмовать стены Мэрианхольда, из взятых у Веселео пустых котелков и бочек. По крайней мере, в руках у них я видела крышки-щиты, а вместо мечей – половники, - закатила она глаза в притворном ужасе. – Виолетта с Тонго на руках атакует, а Вендор их защищает.       - Это должно быть весело, - попыталась я приподняться на постели. Я ожидала, что бок снова заколет, но на удивление он только заныл, но не более того.       - Не то слово, – уныло согласилась Эльтере.       - Так ты не ответила на мой вопрос, - напомнила я ей.       - На который? – невинно осведомилась Эльтере.       - Что ты тут делаешь?       - Вяжу.       - Это я вижу, но почему именно здесь?       - Меня попросили. Сказали, что ты упрямая ферре и точно что-нибудь учудишь, если за тобой не присмотреть!       - Прямо так и сказали? – подозрительно прищурилась я.       - Нет, не то чтобы именно такими словами, но смысл был схож, - строго сверкнула глазами Эльтере. – Уж я–то тебя хорошо знаю. Стоит отвернуться и вот, пожалуйста, ты тут же влипаешь в какую-нибудь историю! Ты такое же шило, как Тонго!       - И как давно ты меня караулишь?       - Я не одна, - улыбнулась чему-то Эльтере, - всё же Тонго лучше надолго не оставлять с Виолеттой, иначе он совсем разбалуется.       - Долго я тут так лежу? – перефразировала я вопрос, поняв, что напрямую я из Эльтере ничего не вытащу.       - Второй день, как тебя перенесли сюда.       - Ого, - проворчала я, стараясь подняться. – А где я была до этого? – лёгкое беспокойство коснулось груди.       - У Энара. Он разрывался между тобой и Хеодачи. Загонял пол-лагеря в поисках каких-то трав, и это зимой-то! Поди разыщи тут что-либо под снегом. Даже к Детям Нуи ходил, сам, представляешь!? Так что ты лежи и даже не думай куда-либо отправиться! – подозрительно прищурилась Эльтере.       - А то что? – поинтересовалась я.       - А то! – сердито сверкнула глазами Эльтере. - Меня вокруг пальца не обведёшь, сама такая. Мигом к кровати привяжу!       Я откинулась на подушку – спорить с Эльтере, всё равно, что уговаривать камень, придётся подождать. Не будет же она вечно сидеть возле меня.       От нечего делать я прикрыла глаза.       - Эльтере! – у входа послышался голос Шерри. - Там Виолетта… она просит сменить её. Тонго соскучился по тебе, капризничает и никого не хочет слушать, даже меня.       Эльтере тяжело вздохнула, встала и, подойдя к Шерри, что-то зашептала ему на ухо. Я притворилась спящей, но, слегка приоткрыв один глаз, наблюдала за ними. Что говорила Эльтере, я не слышала, но по лицу Шерри было видно, что он чем-то раздосадован. Наконец, она собрала своё вязание и вышла. Шерри занял её место и прикрыл глаза.       - Тяжёлый день? – тихо поинтересовалась я у него.       От неожиданности Шерри вздрогнул и, открыв глаза, испуганно огляделся.       - Ты не спишь?       - Прости, что напугала.       - Ничего, просто… да, день выдался тяжёлый, - он выпрямился и с силой потёр лицо руками.       - Расскажи, – попросила я. – И тебе легче станет, и я хоть с кем-то поговорю. А то скоро совсем одичаю.       - Понимаешь, - собравшись, начал Шерри, - после твоего похода… нашего похода, в лагере всё идёт как-то не так. Мы победили змей, но проиграли тьме, она снова спрятала от нас артефакт. Многие воины пали духом, Лерой злится что ты собралась уезжать, да и возвращение Хеодачи с Балрагом несколько подмочило репутацию избранных, впрочем, и мою тоже, что уж скрывать.       - Ложь во спасение была вашей ошибкой, - тихо протянула я, - всё тайное становится явным…       - Да! Инами… Задира, я виноват перед тобой, но я хотел защитить тебя. Я не верил, что их можно вернуть…       - Но ты пытался! Не кори себя, я тебя давно простила. Знаешь, я подумала, когда приеду домой, обязательно расскажу маре Аварану про север. Думаю, новые добровольцы вам не помешают?       - Это было бы замечательно. Но не многие соблазнятся таким «раем».       - Я буду рассказывать в красках! – улыбнулась я.       - Увези отсюда Хеодачи, - внезапно сменил тему Шерри. - Я вижу его каждый день, Энар делает всё возможное, но болезнь неохотно отпускает его. Мне кажется, Бездна до сих пор пытается вернуть его себе.       Последние слова Шерри не на шутку встревожили меня, и я решительно поднялась с кровати.       - Ты куда? – удивлённо привстал Шерри.       - Я думаю, вариантов немного, - ответила я, одевая плащ.       - С ним все хорошо! – попытался остановить меня Шерри.       - Не поверю, пока не увижу.       Я не собиралась затевать бесполезный спор. Обещала Энару полежать – полежала, теперь моё место рядом с Хеодачи.       - Я не обманываю тебя! – Шерри попытался остановить меня.       - Вот и хорошо, - я сделала шаг по направлению к выходу.       Шерри перегородил дорогу:       - А если тебе опять станет хуже?       - Мне станет хуже, если я ещё минуту проведу здесь, а не там где должна, - мягко отстранила я его.       Когда я вошла, Хеодачи не спал. Сехмет, дежуривший возле него, поднял голову, посмотрел на меня и, не говоря ни слова, понимающе кивнул и вышел.       Шерри не обманывал, когда говорил, что Хеодачи стало лучше. Он был не таким бледным, каким я видела его в последний раз. Я придвинула табурет ближе к постели и села. Хеодачи лежал, глядя в потолок, его губы едва шевелились, словно он что-то шептал. Но кому? Кого он видел перед своим взором? Я осторожно взяла его за руку. Хеодачи медленно повернул ко мне голову, его взгляд прояснился, он улыбнулся мне краешками губ.       - Привет! Как ты? – я улыбалась, но из уголка глаза предательски скатились слезинки. Скоро, совсем скоро мы покинем это место. Мы уплывём далеко отсюда! И пускай там нас тоже будут поджидать враги, я хотя бы буду видеть их лица.       - Ты пришла, а я почти потерял надежду, считал, что это невозможно, - неожиданно произнёс Хеодачи, - я ждал тебя каждое полнолуние, но ты всё не приходила, и вдруг…       - Я обещала прийти, и пришла.       - А я обещал тебя встретить, но не встретил, - горечь промелькнула в его взгляде.       - Ты встретил. Иначе мы бы не говорили сейчас с тобой, - я коснулась пальцами его щеки. – Не все получается так, как мы хотим, но сейчас мы вместе.       - Ты нашла его... - слабая улыбка вновь зажглась на лице Хеодачи. – Кулон, - указал он мне на чёрный камень на моей шее. - Гояни помог мне сделать его для тебя из камня, который я нашёл у разрушенного алтаря в землях Бездны. Его оправа сделана из фарадия, этот металл есть только здесь, на севере. Посмотри, он белый, как снег и холодный, как лёд. Он напоминал мне о том, что ты вернёшься зимой. Но однажды я на секунду оставил его без присмотра, и какая-то птица тут же утащила его, - расстроенно прикрыл он глаза.       - Я нашла его на побережье в Чёрной гавани. Там где стоят девять колоссов – стражников, помнишь? Местные называют её гавань Девяти богов. Вернее, его нашёл Альфард, видимо он учуял твой запах, и привёл меня.       - Твой лев как всегда на высоте, в отличие от меня, – сглотнул Хеодачи и с трудом попытался приподняться в постели. У него на лбу тут же выступила испарина.       - Лежи! – строго осадила я его.       - Да я скоро тут дырку пролежу, - Хеодачи обессиленно рухнул обратно. – Чувствую себя беспомощным ребёнком, ты не представляешь, как это раздражает, - приступ кашля прервал его речь.       - А ещё говорят, что на кошках всё моментально заживает, - с трудом восстановил дыхание Хеодачи.       - Ты поправишься, просто нужно набраться терпения.       - С терпением у меня сейчас плохо, - поморщился Хеодачи и прикрыл глаза.       - Что-то не так? – встревожилась я.       - Голоса, - нехотя признался он, - сейчас уже реже, а раньше они постоянно звучали в моей голове.       - Все закончилось, забудь о них, и они уйдут.       - Я и так многое забыл, мне бы наоборот все вспомнить.       - А что ты последнее помнишь?       Хеодачи задумался, напряжённо перебирая в памяти обрывки воспоминаний.       - Помню, как мы пошли в пещеры, как тьма отрезала меня от остальных, голос, который что-то шептал мне и холод, было очень холодно. И ты, я видел тебя. Ты то появлялась, то исчезала, иногда я слышал твой голос. А потом я увидел тебя у своих ног и кровь на своих руках, - осёкся Хеодачи. – Кровь… Почему на моих руках была кровь? – забеспокоился он.       - Это долгая история, - заботливо подоткнула я его одеяло, - давай оставим её на потом, когда ты окончательно поправишься. Не думай об этом. Все хорошо.       - Я не могу не думать об этом, - посерьёзнел Хеодачи. – Это как кусочки разлетевшейся мозаики, которую я никак не могу сложить воедино.       - Ты поправишься и все вспомнишь, не трать сейчас на это силы, - я взяла его за руку.       Воспоминания о недавних событиях были не самым лучшим лекарством.       - Как только тебе станет лучше, мы уплываем отсюда, вернёмся домой.       - Домой? – насторожился Хеодачи. – Мы нашли то, что искали? Артефакт наш? Потому я здесь в лагере? Вы захватили артефакт, и спасли нас?       - Боже, сколько вопросов, - попыталась улыбнуться я, - давай-ка всё по порядку. Артефакта мы не нашли, но тебя и Балрага спасли. Балраг на корабле со своим братом.       - У Балрага есть брат? – от удивления Хеодачи даже приподнялся.       – Кто он? Я его знаю?       - Думаю, что нет, не знаешь. Балраг почти никому не говорил, что у него есть старший брат. Это, знаешь ли, их семейные отношения.       - Так почему же домой, если не нашли артефакт?       - Домой едем ты и я, Балраг, остальные остаются здесь.       - Но моё место тоже здесь! – глаза Хеодачи загорелись.       - Тебе теперь здесь нет места, - грустно возразила ему я. - Бездна снова попытается забрать тебя, стоит лишь тебе приблизиться к ней. Оставаться тут совсем не безопасно. Да и у нас есть важные дела на восточном континенте. Вот-вот начнётся война между ферре и харнийцами.       - Война? Между ферре и харнийцами? Да брось, такое не возможно! Ты оглянись, посмотри на всех нас, на наш лагерь, какая война, Задира?       - Жестокая и беспощадная, как раньше. Потому что её спровоцируют нуиане, и мы должны попытаться её остановить!       - Мы? Но как? – нахмурился он. – Как мы её остановим?       - Я даже не знаю, - вздохнула я. - Начнём с Ост-Терры, её губернатор кузен Олару и Балрага, постараемся убедить его помочь нам.       - Губернатор Ост-Терры кузен Балрага? – в голосе Хеодачи было неподдельное изумление. - Вот это да! Спокойная жизнь нам точно не грозит, - грустно улыбнулся Хеодачи.       - Увы, в ближайшем будущем на это рассчитывать не придется. Лерой не в восторге от моего решения, но ему придётся его принять. Поэтому набирайся сил, скоро нам предстоит отплыть на корабле.       За пологом раздалось вежливое покашливание, и тут же в юрту проскользнул Сехмет.       - Сюда направляется Энар, я не думаю, что он…       - … обрадуется, если увидит меня здесь, - закончила я за него.       – Хорошо, я вернусь к себе и сделаю вид, что не уходила.       - Вот и славно! - с облегчением выдохнул Сехмет.       - Я приду попозже, - сжала я руку Хеодачи на прощание и вышла.       Идя к своей юрте, я невольно загляделась на ферре, со спины напомнившего мне Адима. Старые переживания всколыхнулись с новой силой, болью отозвавшись в душе. Мне не хватало Адима больше, чем я заставляла себя думать. Рядом с ним у меня было чувство защищённости. А сейчас, несмотря на то, что рядом был Хеодачи, брат, Онестат, Шерри и остальные – этого чувства не возникало. Словно мы с Адимом поменялись местами и теперь все чего-то ждали именно от меня. Это было непривычно.       - Задира? – Энар внезапно появился передо мной. Видно в задумчивости я не заметила его раньше.       - Добрый день! – немного растерялась я. - Мне лучше, и я гуляю. Лерой не в курсе. Он ничего не знает, и что-то подсказывает мне - не хочет знать.       - Хорошо, - спокойно ответил Энар. – Но я не об этом хотел поговорить.       - А о чем же? – удивилась я.       - Я слышал, ты не изменила своего решения вернуться домой.       - Не изменила, - подтвердила я, не совсем понимая к чему он клонит.       - Я хочу тебя попросить об одной услуге.       - Какой?       - Позаботиться об Эльтере и Тонго. Я разговаривал сегодня с Шерри и убедил его отправить их домой на восточный континент. Север, такой какой он сейчас, не место для ребёнка и молодой мамы. Возможно, пройдёт не так много времени, и здесь снова будут расти и играть дети. А пока, их лучше оградить от севера.       - Я поговорю с Шерри, Эльтере и Олару, - кивнула я Энару, и мы разошлись.       Если задуматься, Энар был совершенно прав. Я направилась к дому Шерри.       - И ты хочешь, чтобы они покинули Изначальный континент? Это твоё мнение, или Энара? – Шерри в упор смотрел на меня, ища хоть какую брешь в моей логике.       - Это моё мнение, – утвердительно кивнула я. – А то, что оно совпадает и с мнением Энара, говорит только о том, что я верно мыслю.       Шерри тяжело вздохнул и присел на табурет.       - Ты ведь знаешь, наш поход в пещеры был неудачен. Скоро нам предстоит двинуться дальше. Кто знает, куда заведут нас наши поиски. Кто встанет на нашем пути? Если тьма с лёгкостью подчиняет себе взрослых, то, что говорить о детях. Там куда мы пойдём, будет только опаснее, в этом я не сомневаюсь. Но мне спокойнее, когда Эльтере и сын рядом. Кто позаботиться о них дома? Кто поможет, если это потребуется?       - Не продолжай, - тронула его за плечо, - я сделаю все, что в моих силах. Ни Эльтере, ни Тонго не будут не в чем нуждаться. Я отвезу их к себе в деревню. Там им будет безопасно, и ты всегда будешь знать, где их найти.       - Тогда я согласен, – тяжело вздохнул Шерри. – Они все для меня. Да, когда я уходил… мне кажется, тебя кто-то ждёт в юрте, иди, - добавил он поднимаясь.       Я поспешила к себе. Перед юртой прохаживался Олару, уже вытоптавший весь снег у входа. Заметив меня, он радостно улыбнулся и пошёл навстречу.       - Я уже приготовился увидеть полумёртвую ферре, прихожу, а тебя и след простыл! – с притворной обидой пожаловался Олару.       - Полумёртвые ферре нашей семьи славятся нездоровой активностью, - невозмутимо парировала я. - Чем ближе смерть, тем более кипучую деятельность они развивают! Как Балраг?       Мы с Олару вошли в юрту.       - Нет ничего хуже раненного ферре и простуженного мага в одной каюте. Порой мне кажется, они специально стараются вывести меня из себя, заявляя, что с ними все в порядке и они полностью здоровы. Один рвётся на вахту, другой доказать, что Онестат ошибается, - ответил он, присаживаясь на табурет. – Балраг рвался в бой. Он всерьёз намеревался вернуться в пещеры.       - Но это же… - начала я.       - Да, - быстро кивнул Олару, - я знаю, но Балраг и слышать не хотел о возвращении домой!       - Он говорил с моим братом?       - Да, Лерой был у нас, навещал его. Но он был так не убедителен, так что, пока Онестат не поговорил с Балрагом, тот ни в какую не хотел оставаться на корабле. Он и сейчас в сомнениях, не стоит ли ему прогуляться до пещер.       - А Энар? Он был у вас?       - Кажется да, - немного смутился Олару, - я в тот день… мы с Радмиром… позволили себе немного расслабиться и я… не встретился с эльфом, – выдавил он.       Я так и не поняла, почему вопрос про Энара так смутил Олару, но развивать эту тему не стала.       - Расскажи мне о походе в пещеры. Я не успела узнать все детали у брата, а если учесть, как мы закончили наш с ним последний разговор, то вряд ли теперь узнаю.       - Ну, - задумался капитан, явно соображая с чего начать, - было жарко. Я потерял двух своих матросов, Эльрат - четырёх, Радмир - одного. В одном этому рыжему шалопаю не откажешь – умеет он подобрать команду – они все дрались как черти! Среди воинов избранных потери куда ощутимее. Пещеры кишели змеями, как дешёвая гостиница клопами. Те, кого они кусали, замирали как статуи. Кто-то отходил и сражался дальше, кто-то падал и больше уже не поднимался. Эти твари норовили незаметно подползти к тебе и цапнуть за ногу или сорваться со стены и кинуться на тебя стрелой. Идёшь и не знаешь куда смотреть, зачем следить. Признаться, было жутковато, - Олару подавил нервный смешок.       - Надо думать, - согласилась я, с сочувствием глядя на капитана.       - Но мы так и не нашли то, за чем шёл твой брат.       - Да я уже успела выслушать мнения Лероя по этому поводу, - в памяти всплыло недовольное лицо брата. – Но я больше нечем не могу ему тут помочь.       - Вот об этом я и хотел поговорить! – оживился Олару. – Мы почти готовы к отплытию. Утром Шерри приведёт Эльтере и Тонго. Эшьяла уже перенесла все свои вещи на корабль. Если ты не передумала, то я хотел бы забрать тебя и Хеодачи завтра утром и сразу же отплыть.       - Я не передумала, - слова Олару подняли мне настроение, - и тоже считаю, что нам уже пора возвращаться домой.       - А, - Олару замялся, - как же твой муж?       - Какой муж? – невинно осведомилась я. – Что-то не припомню…       - Онестат все рассказал? – довольно улыбнулся Олару.       - Вы все, кому я доверяю, завели дурную привычку лгать мне и скрывать правду, - притворно насупилась я. - Даже не знаю, как с этим бороться…       - Согласись, свадьба удалась!       - Я подожду твоей и тогда уж отыграюсь! – пригрозила я ему.       - Я передам Радмиру, что теперь он не один, кто ждёт этого! – Олару поднялся. - Значит, договорились – приду за вами на рассвете. Ладиель и Венс помогут перенести Хеодачи на корабль.       Ветер с моря трепал плащи провожавших на берегу. Корабли на рейде готовились в любой момент сняться с якоря. Хеодачи, Балраг, Эшьяла, Эльтере и Тонго, получивший в полное распоряжение Альфарда, уже попрощались со всеми, и шлюпка отвезла их на «Небесную тень».       Я стояла в окружении своих старых друзей и не знала, что им сказать на прощание. Когда мы теперь встретимся вновь? Никто не скрывал печали.       - Мне будет не хватать вас всех. Жаль я не могу разделиться и оставить одну себя с вами, - освобождаясь от объятий Веселео, произнесла я срывающимся голосом.       - Ты всегда с нами, - ответил Шерри и ударил себя кулаком в грудь, - здесь.       - Ты снова покидаешь нас, и, как и прежде, у тебя весомая причина, с которой трудно поспорить, - с лёгкой грустью произнёс Онестат.       - Теперь наступает моя очередь ждать вашего возвращения, - постаралась улыбнуться я.       - Это случится не скоро, - огорчённо сказал Вендор, безуспешно стараясь успокоить рыдающую Виолетту. – Если вообще случится.       - Боги хранят вас. Я верю в это, иначе вы бы никогда не добрались до этих берегов.       - Будем надеяться, что с тобой боги более откровенны, чем с нами, - заметил Сехмет.       - Ты могла подумать, что я забыл о подарке на свадьбу, - Энар склонил голову. – Но это не так. Я решил, что нет ничего дороже, чем друг. Менестрель Рейнольд отправится с тобой и будет тебе поддержкой.       - Это слишком щедрый подарок, - смутилась я, хотя в душе ликовала, что Рейнольд поплывёт с нами.       - Мой брат все так же сердится на меня? – спросила я у Онестата, заметив, что Лерой стоит в стороне ото всех, скрестив руки на груди и, не отрываясь, смотрит на море.       Онестат оглянулся.       - Скорее, он никак не может смириться с тем, что у него не получилось командовать тобой так же, как своей армией. Но это пройдёт.       - Я хочу сказать ему несколько слов, - я извинилась перед остальными и подошла к Лерою.       - Знаю, ты не одобряешь моего решения. Но, если ты когда-нибудь вернёшься домой, помни, у тебя есть сестра, хоть и не такая, как ты мечтал. Я не могу измениться в одночасье, да и не собираюсь. Ты знаешь, как мы похожи, так что попытайся меня понять. Но даже если я ухожу, это не означает, что я желаю тебе зла. Я не хочу уплывать, думая, что между нами ничего не осталось кроме непонимания и неприязни.       Лерой молчал, упрямо сжав губы, не отрывая взгляда от горизонта.       Я отвернулась, собираясь уйти.       - Инами! – остановил меня Лерой.       - Да? – я обернулась.       Взгляд брата оттаял.       - Береги себя, - коротко произнёс он. – Тебя ждут, - Лерой перевёл взгляд на корабль.       Я молча кивнула. Рейнольд помог мне забраться в шлюпку. Едва все запрыгнули в неё, как вёсла ударили по воде, и шлюпка сорвалась с места, унося меня на корабль. Стиснув зубы, я сквозь слёзы наблюдала, как медленно тают в дали силуэты моих друзей на берегу, пока они окончательно не растворились в тумане.