Дыши

- Привет, букашки, - кисло усмехается Хеймитч. Мы тихо проходим в палату и сжимаем «подарки» в руках за спинами. Ментор лежит, уставившись в потолок и не двигается. - Привет, - тихо здороваюсь я. Сажусь на стул у кровати и смотрю на Пита, который с болью в глазах наблюдает за нашим с ним ментором. Знаю, родной. Мне тоже больно видеть его таким. - Этот сухой закон просто убивает меня. Койн такая стерва, когда дело касается выпивки! Едва заметно улыбаюсь. - Ты был прав, - говорю Питу и водружаю принесенную бутылку на тумбочку ментора. Пит усмехается, ставит еще одну и садится на стул рядом со мной. - Мы принесли тебе кое-что. Ментор лениво поворачивает голову к тумбочке, и его взгляд выхватывает две бутылки с выпивкой. Что это такое, я не в курсе, но то, что это спиртное - стопроцентная информация. - Надо же... Капитолийский виски... Где нашли? - У тебя дома, - улыбаюсь я. - У тебя там залежи алкоголя. - После того, как Эффи чуть не отвезла меня в капитолийский трезвяк... Пришлось сворачивать пьянство. А бутылки-то остались! - Теперь от них какая-никакая, а польза, - напряженно говорит Пит. Боится, что Хеймитч кинется с упреками и криками в том, что мы ее не уберегли? - Притихли, - шепчет Хеймитч. - Молчите. Боитесь? Не надо. Я не буду орать и истерить, честно. Просто напьюсь и засну. Вы только две бутылки принесли? - Привезли больше, - уточняю я. - Но придется растягивать удовольствие - понятия не имею, через сколько нам опять разрешат поехать в Двенадцатый. - С этими чертовыми врачами я пропускаю все события, - ворчит ментор. - Как там Двенадцатый? Живет и здравствует? Под охраной Капитолия? Или наши жители не побоялись пойти на альянс с Тринадцатым? - Двенадцатого больше нет, Хеймитч, - осторожно говорит Пит. - В ночь переродков Капитолий сбросил на Двенадцатый бомбы. - Сколько человек спаслось? - сухо спрашивает ментор неприятным словно наждачная бумага голосом. - Практически все. Выжило человек триста от силы. И все они здесь. Не тронули лишь Деревню Победителей, наверное, чтобы капитолийцам было где останавливаться в командировках. - Ваши семьи пострадали? - Мама, - тихо говорю я. - Все, - отвечает Пит. Хеймитч садится на кровати и берет в руки бутылку. Откупоривает ее и делает глоток. Затем другой. Третий. - Сочувствую. Я усмехаюсь. Пит сжимает мою ладонь. - Никому не пришлось легко. Все мы пострадали. - Я слышал о Двенадцатом раньше, - замечает ментор. - Думал, что просто запугивания, ан нет - Сноу любит выполнять угрозы. А про вашего ребенка? Тоже правда? Я киваю. Пит обнимает меня и гладит по волосам. - Мне жаль, что так вышло. - Давайте не будем об этом, - взмаливаюсь я. - Не хочу верить в это. Не хочу вспоминать об этом. - Глотнешь? Я качаю головой. Ментор пожимает плечами. - Как продвигаются работы с роликами? - Говорят, что нормально. Второй, ради которого пришлось потерпеть пулю, на нашей стороне. - И Восьмой, ради которого пришлось потерпеть ток, - бросает Пит. Его руки сжимают меня сильнее. - Сейчас самая большая проблема - это Капитолий. Все Дистрикты на нашей стороне. И поэтому остается проникнуть в Капитолий и закончить эту войну, - заканчиваю я. Хеймитч хмурится. - Разумеется, вы в первых рядах добровольцев. - Звездный отряд, - поясняет Пит. - Мы в звездном отряде. Мы пойдем сразу на Капитолий. С сегодняшнего дня начнутся тренировки, а спустя пару недель мы начнем боевые действия. - Пару недель? Не маловато? - В случае чего прибегнем к сверхсиле, - пожимает плечами Пит. - Все-таки наполовину мы сверхъестественны. И именно это выделяет нас среди остальных. - Не сомневаюсь, однако стоит ли игра свеч? Не проще ли продолжать поддерживать боевой дух, сидя здесь? Вы уже достаточно нарисковались, дергаясь и вылетая в Дистрикты. Каждый раз, куда бы ты не вылетала, ты влипала в неприятности по уши, солнышко. - Но я выкарабкивалась, - возражаю я. - Да ладно тебе! Это просто очередная миссия. И мы будем подготовлены к ней. - Дай Бог. Ладно. Новостями обменялись. Думаю, вам уже пора. Мне-то уж точно! И мы без разговоров уходим, оставляя ментора наедине со спиртным. * * * Я смахиваю с лица прилипшие прядки и останавливаюсь, чтобы восстановить дыхание. Да, я бегунья со стажем, но Дороти кого угодно загоняет - это я поняла сразу после первой тренировки. - Эвердин! Продолжаем тренировку! Я не давала команды отдыхать! - Вот стерва, - падает рядом со мной Джоанна. - Мы выиграли Голодные Игры, а она обращается с нами, как с рядовыми шавками! - Выдохлась? - сочувственно спрашиваю я. Она нервно дергает плечом и опускает голову между коленей, приводя в норму дыхание. - Тебя это тоже бесит, - говорит она. - Можешь не отнекиваться, потому что я чувствую твое раздражение. - И в мыслях не было отнекиваться, - говорю я. - Это и впрямь раздражает. Кажется, она забыла о том, что по крайней мере здесь четыре опытных убийцы. - Где ж мой топор, когда он так нужен? - горестно вздыхает Мейсон, и я смеюсь, когда слышу в ее голосе тоску. Она действительно скучает по топору. - Мейсон! Эвердин! - Отдышаться дайте! - прошу я. Она фыркает. - Раз уже смеетесь, значит, все в порядке. За работу! В Капитолии вам точно не дадут время на передышку! - Будь мы в Капитолии, ты бы уже лежала поджаренная, - мстительно шиплю я и со стоном встаю. Разминаю шею, ноги и руки. Ищу глазами секцию парней и ловлю озабоченный взгляд Пита. Посылаю ему улыбку и становлюсь в строй бегущих. Меня ждут еще два часа садистского марафона от Дороти, так что не стоит расслабляться. - Китнисс! Подожди! - зовет меня Джоанна. Я останавливаюсь посреди спортзала и жду Седьмую. Ноги чуть ли не отпадают, и я с благодарностью опираюсь на ее плечо. Мы вместе подходим к столу с оружием. Автоматы выглядят такими громоздкими, что я кривлюсь от осознания того, что эта неуклюжая громадина будет висеть на моем плече. - Ужас какой... А где настоящее оружие? Топоры, мечи, ножи? Неужели мы должны убивать белых тварей из этого комка железа дурацкими пульками? Это оскорбительно! - фыркает Джоанна. - Кстати, где там мой напарник? - Вас тоже достали? - сочувственно спрашивает Гейл. Пит обнимает меня за талию, и я откидываюсь на его грудь. Едва не падаю, и это чувство мне не нравится. Нет, такое не впервые, но раньше причины были приятнее! И жарче, и громче, и... ох, что-то меня не туда понесло. Видимо, сказывается недельное воздержание из-за тренировок. Представить боюсь, каково Питу. - Еще пара дней такого марафона, и вы можете смело везти меня на кладбище, - жалуется Джоанна. - Терпеть не могу эту злючку Дороти. Черт бы ее побрал! - Тише ты, - усмехаюсь я. - Она просто пытается помочь нам. - Она поможет, если даст мне топор и отстанет! - фыркает Победительница и падает на стул. - Еще неделя этого садизма! Я хочу к Сноу! Он, по крайней мере, не заставлял бегать до потери сознания. - Но он заставлял убивать, - возражает Энни. - Так что, может, не все так плохо? - Кое-кого я бы с радостью убила, - мстительно заявляет она, и я вспоминаю, как они с Дороти поцапались на тренировке пару дней назад. Пит и Гейл еле-еле их разняли. - Ты как? - Отвратительно. У меня ноги скоро отвалятся, - жалуюсь я и мурлычу от удовольствия, когда его губы касаются моей шеи. Горячее тепло внизу живота. Огонь, бегущий по моим венам. Я тяжело сглатываю и кладу свои руки поверх его. Сжимаю их и вжимаю в себя его пальцы. Мое бедное тело не выдерживает таких издевательств... Я могу пробежать черт знает сколько километров, но стоит Питу меня коснуться, учитывая тот факт, что между нами не было ничего уже неделю из-за чудовищной усталости на тренировках... Твою ж... - Китнисс, ты с нами? - щелкает у меня перед носом пальцами Мейсон, с любопытством косясь на мое лицо. Сглатываю и наблюдаю, как она давится смешком, но молчит, за что я ей безумно благодарна. - Да. Задумалась. - О чем же? - невинно интересуется Гейл. - О том, что буду делать в свободное от тренировок время, - хмыкаю я. Застываю, чувствуя ласковые губы возле уха. Прекрати. Прекрати. Прекрати. - Внимание! Внимание! Объявлена тревога третьего уровня! Ядерная угроза! Внимание! Внимание! Объявлена тревога третьего уровня! Ядерная угроза! Я мигом забываю про потребности своего тела и обращаюсь в слух. Паникующие тренирующиеся вокруг нас мешают мне сосредоточиться, и я щелчком пальцев заставляю их заткнуться. Сейчас нам ни к чему паника. - К вам обращается Президент Тринадцатого Дистрикта. Не паникуйте. Пройдите на нижние уровни. Узнайте номера ваших отсеков и спускайтесь на нижние уровни. Никакой паники. Не создавайте столпотворений. - Вот и подтвердилась информация миротворца, - тихо говорит Пит. От его игривости не осталось и следа - сейчас передо мной мужчина, готовый защищать свою семью. И по счастливой воле судьбы его семьей являемся мы с Прим. Прим! - Верхние отсеки - это больничное крыло, не так ли? - напряженным голосом спрашиваю я. Джоанна кивает. Мы с Питом переглядываемся и резко бежим к дверям, ведущим из зала тренировок. Прим. Хеймитч. Мы не можем потерять еще и их. Переполненные людьми лифты. Мы находим свободный и жмем на кнопки, стараясь быстрее добраться до больничного отсека. Я знаю, что есть особая программа переправки больных, но мне будет куда спокойнее, если я буду знать, что Прим и Хеймитч с нами и живы. - Давай, давай, давай, - шепотом тороплю я лифт. Пит ловит мою трясущуюся руку и сжимает ее своей. - Не переживай. Мы успеем спасти их. Я и впрямь хочу верить ему. Но Сноу так много отнял у нас, что еще одну потерю я вряд ли переживу. Лифт открывается, и я мигом выскакиваю из него, устремляясь к сестринской. Прим выбегает мне навстречу, везя инвалидное кресло с какой-то женщиной. - Прим! - облегченно выкрикиваю имя сестры я и протягиваю к ней руку. Какой-то врач отпихивает меня в сторону, и я налетаю на стену. Холодный бетон обжигает спину и руки. Я устремляюсь к сестре и помогаю ей. - Ты должна вывезти кого-нибудь еще? - Только миссис Харпс. Я даже не солдат, поэтому моя главная помощь - это не мешать переправке. - Отлично. Тогда пошли. Пит сейчас приведет Хеймитча. - Мы спустимся на лифте? - спрашивает женщина. - Пока не знаю, - произношу я. - Кажется, нет. Толпа больных и врачей устремляется к какому-то проему в стене. Я отправляю Прим с пострадавшей женщиной к ним, а сама помогаю хромающему парню, который по стенке перебирается к этому самому выходу. - Надо же... Сама Сойка! - Да уж, - соглашаюсь я. - Помощник из меня никакой. Но грех не попытаться. Я прикладываю руку к его ноге и концентрируюсь. Жизненные силы перетекают в его тело, и я слышу сдавленный стон. Раскрываю глаза. - Идти сможешь? Он осторожно делает шаг, потом второй, третий... Я победно улыбаюсь и устремляюсь к другим пациентам. Он идет следом и помогает мне. - Солдат Эвердин! - Китнисс! Я оборачиваюсь к широкому проему, у которого осталось совсем мало людей, и вижу Плутарха и Койн, с недоумением смотрящих на меня. - Ты сейчас должна сидеть в своем отсеке! - хмурится Койн. Я поддерживаю старика, который едва держится на ногах, и молча веду его к проему. - Врачей мало, а пациентов много. Они не успеют помочь всем. А я могу помочь им. - Ты символ, который следует беречь, - хмурится Плутарх. - Кто еще пришел с тобой? - Пит. Пит. Пит. Пит. - Давайте я помогу вам, мэм, - раздается за моей спиной голос жениха. Облегченно выдыхаю. - Спускайтесь вниз, - командует Койн. - Это не ваша задача. - Мы не будем сидеть сложа руки, если можем помочь, Президент. А теперь помогите, пожалуйста, миссис Элис. А я вернусь за остальными. Пит уходит, и я подхожу к старушке, которая едва ли понимает, где находится. - Пойдемте, - прошу я и беру ее за руку. Мы ускоряем шаг и оказываемся перед Джексон. - Отсек 101Е, - говорит она. Я киваю и передаю стариков врачам. - Моя сестра? - Уже в отсеке. И твои друзья тоже. Каждый отсек рассчитан от двух до пяти человек. Ты, твоя сестра, мисс Мейсон и мисс Креста в вышеуказанном отсеке. Мистер Мелларк и мистер Одейр в 103Е. - Что насчет Хоторнов? - 105Е. Вы все на одном этаже. - Хорошо. Эбернети? - В больничном крыле. Я не знаю номер его палаты. - Спасибо, - говорю я и собираюсь подняться по лестнице, чтобы поторопить Пита, но Джексон хватает меня за руку. - С ума сошла? С минуты на минуту начнется атака! Нам повезло, что радары уловили сигнал ракет за двадцать минут до нападения. - Там Пит! - вырываюсь я, но у нее стальная хватка. - Если он спускается, значит, скоро будет здесь. Просто подожди вместе со мной. Койн мне голову открутит, если с тобой что-нибудь случится, Сойка. Я честно пытаюсь унять беспокойство в животе, но не получается. Ни капли. - Вы ведь чувствуете друг друга, да? - Да... Но не так сильно, как прежде. Это произошло пару дней назад. Пит серьезно порезался, а я не почувствовала. У меня на руке появилась лишь маленькая царапинка, которая даже не кровоточила. Очевидно, тот заряд тока, который пропустили сквозь меня, не прошел бесследно для нашей связи. Даже чувства слегка смазаны. И мы чувствуем только самые сильные эмоции. Мощный удар, и земля шатается под нашими ногами. Я хватаюсь за стенку и испуганно смотрю на потолок. Ни единой отметинки. - Мы находимся слишком глубоко, чтобы пострадать, Китнисс. Иди в свой отсек. Твоя сестра, должно быть, волнуется. Минуту я решаю, что же мне делать, а потом следую совету Джексон. - Китнисс! - крепко обнимает меня за шею Прим. Я прижимаю девочку к себе. - Испугалась? - спрашиваю сестру, заглядывая в голубые глаза. Она качает головой и крепче цепляется в меня. - Мне было страшно, что ты не успеешь. - Я пережила Голодные Игры, Утенок. Со мной все будет в порядке. Пит не заходил? - Нет, он в другом отсеке, - качает головой Джоанна. - Пойдем проверить их? - Ты еще спрашиваешь? - восклицаю я. * * * - Значит, Пита не было? - с беспокойством спрашиваю я. Финник качает головой и садится по-турецки на кровать. Энни садится рядом с ним и прикрывает глаза. Прим оглядывается на меня. - Может, он в больничном отсеке? - Или не дошел, - вполголоса замечает Джоанна. Я поднимаю на нее глаза. Она поджимает губы. Финник и Прим шикают на нее, а я обнимаю себя руками, подходя к двери. - Я скоро. И они не останавливают меня. - Джексон! - зову я женщину, распределяющую нас по отсекам. Она отрывает взгляд от бумаг и смотрит на меня. - Пит не проходил? - Разве он не в отсеке? Мощный взрыв сверху сотрясает пространство. Я падаю на колени, сгибаясь пополам от боли в животе. - Пит... Если мои внутренности распластались около позвоночника... что же тогда испытывает Пит?! Кашель сгибает меня пополам. Я игнорирую крики Джексон и бегу к лестнице, взбираясь по ступенькам. Что бы там ни происходило, я не оставлю Пита...