Дыши

Кто вообще придумал устраивать экзамены по военной стратегии? Кому в голову пришло делать письменные тесты?! Я отмечаю последний ответ кружочком и зеваю, выходя из аудитории. Да уж... Побывать на школьных экзаменах мне не удалось, зато здесь сдам. Четыре экзамена перед тем, как нас отправят в Капитолий. Четыре дня относительного спокойствия перед настоящим адом. Книжку по военной стратегии мы все выучили практически наизусть. Бомбежка длилась три дня, и все три дня травить байки было бы скучно. К тому же, у всех нас - Победителей - были свои тараканы, которыми делиться не хотелось. Делать было нечего, и мы читали дурацкую книжку по стратегии. Это третий экзамен. Первый - навыки рукопашного боя - я с треском провалила, позволив сопернику завалить себя. Все мои заверения в том, что мои сверхъестественные силы помогут мне, не впечатлили инструктора. Мне остается только надеяться на Пита. Второй экзамен - виды и техника сборка оружия. Мой любимый лук и ненавистный автомат. Терпеть не могу эту дурацкую железную штуку! То ли дело элегантный лук и стрелы... Тренировки по сборке автоматов помогли: я без труда собрала куски металла в оружие. Но у Джоанны все прошло не так гладко. Да и Гейлу привычнее лук. - Ты куда улетела? - весело спрашивает Энни. - А... вспоминаешь. Знаешь, мне ведь проще других сдать этот тест. - Не сомневаюсь, - улыбаюсь я. - У кого списала? - У всех по чуть-чуть. Как думаешь, что будет завтра? - Тренировка У.У.Б. Боггс сказал, что основа - это наши слабые места. - Чур меня, - шутливо отмахиваюсь я от девушки. - Слабых мест у меня навалом. - Считаешь? - спрашивает девушка. - Твоя сила воздуха способна остановить любую опасность. А регенерация вообще неуязвимой делает. - Я слишком волнуюсь за Пита, - вздыхаю я. - Я могу отвлечься на него, и бум - в меня попали. - Он поможет тебе. Защитит. - В том-то и смысл прохождения этого теста в одиночку! - закусываю губу я. - Выкинут какую-нибудь подлянку... - Нет. Не думаю, что слово «подлянка» здесь уместно. Скорее моделирование ситуаций, которые не иначе как фатальными не назовешь. - Уф... И вроде учили, а голова пустая, - жалуется Джоанна, плюхаясь на свою кровать. Я с улыбкой смотрю на соседку по комнате. - Выиграть Голодные Игры легче, чем справиться со всеми этими экзаменами. - Не все так плохо, - примирительно говорю я. - По крайней мере, нам остался последний. А потом Капитолий и месть... Капитолий и месть. Эти слова рождают бурление зарождающейся радости в животе. Сладкое нетерпение разливается вместе с кровью по венам и наполняет сердце теплотой. Мама, отец, мать и братья Пита, Эффи, Цинна, Порция, Флавий, Селия, Антоний и Крей. Рута, Мэгз, Цецелия, Рубака, Цеп, Сидер и другие Победители... Ради них стоит мстить. Ради них стоит продолжать эту войну. * * * - Вы в горящем помещении. Ваш напарник мертв, оружия у вас нет. Здание окружено миротворцами. Ваша задача - выбраться на улицу и подать сигнал соседнему отряду, - сообщает мне механический голос. Я киваю, и компьютер моделирует эту ситуацию для меня. В задымленном помещении я совершенно одна. Огонь порывается лизнуть мою лодыжку, но я вовремя убираю ногу и избегаю его опасного поцелуя. Яркие вспышки вспыхивают то справа, то слева, и я постоянно оглядываюсь, стараясь не попасть ни в одну. - Огонь! - командует незнакомый мне мужской голос, и мое сердце отчаянно пытается вырваться из груди, пролезть сквозь ребра и улизнуть, но я стискиваю зубы и сжимаю кулаки. Замолчи, трусливое сердце. Звук выстрела я слышу в ту же секунду, как невидимый боец нажимает на спусковой крючок. Короткий взмах руки - и я пробую послать пулю обратно в неудачливого стрелка, посмевшего посягнуть на мою безопасность. Пуля по-прежнему летит в меня. Я падаю наземь, больно ударяясь руками об асфальт. У.У.Б. - это тренировка на выявление наших слабых мест... Слабое место... Вот оно! Вот мое слабое место! Я слишком полагаюсь на сверхсилу, практически забывая о том, что мое тело способно двигаться! Больше силы я не использую. Мое тело гибкое, как у кошки. Я уклоняюсь от пуль и падаю на пол, обжигая пальцы и обдирая подбородок. Шарю исцарапанными руками по полу, пытаясь найти хоть что-нибудь, что можно использовать в качестве щита или оружия, но натыкаюсь лишь на горящие обломки потолка. Звуки шагов раздаются слева. И пули слева градом... А это значит, что... Я прикрываю нос и рот, посылая себе поток свежего воздуха, и резко бросаюсь влево, прямо под ноги миротворцам. Они не ожидают от меня такой прыти и падают. Грохот падающих тел. Я закрываюсь руками, перепрыгиваю через тела и отшатываюсь к стене. Обжигаю руки, изучая пальцами стену и ища дверную ручку. Натыкаюсь на горячий металл. Алилуйя! Вскрикиваю от резкой боли, когда касаюсь дверной ручки. Ругаю себя за оплошность и ногой выбиваю деревянную преграду. Холодный ветер бьет в лицо, и я выпадаю из горящего дома, откатываясь подальше. Приподнимаюсь на локтях, пытаясь отдышаться, и замираю, когда моей шеи касается тонкая полоска металла. - Долеталась, Сойка, - шипит человек в белой униформе. - Еще нет, - шиплю я и взмахом руки с помощью воздуха сворачиваю ему шею. Пулеметная очередь строчит свою бодрую песенку, и я выползаю из адского круга, кривясь от боли в предплечье - попали, заразы... Посылаю пулеметчикам в глаза поток воздуха, чтобы они не увидели моих телодвижений, и хватаю неудобное оружие, кривясь от боли в руке. Пока они пытаются продрать глаза, я по одиночке перестреливаю их. Условный сигнал - выстрел в небо. Я сжимаю пальцами пулемет и делаю несколько выстрелов. - Тест окончен, - объявляет механический голос. Я без сил падаю на колени. * * * Пит сжимает мою руку, и мы ищем результат нашей двойки. Оценок за отдельные экзамены нет. Я вздыхаю, когда нетерпение достигает своего апогея, и начинаю нервно постукивать пальцами по стене. Пит целует меня в висок и обнимает за плечи. «Отряд 451» Я жадно впиваюсь глазами в фамилии, скрепленные в двойки, и ищу наши. «Мелларк и Эвердин - 19» Максимальный балл - двадцать два. Участие в операции разрешено с шестнадцати. - Пи-и-ит, - улыбаясь, зову я парня и пальцем подчеркиваю строку с нашими именами. - Мы участвуем в операции. Он радостно смеется и подхватывает меня в воздухе, начиная кружить. Желудок совершает кульбит и мирно размазывается по позвоночнику от его скорости. Месть уже близко, Сноу. Ты ответишь нам за все свои злодеяния. * * * - Видимо, это последняя такая наша встреча, - улыбается Гейл. Я прижимаюсь к Питу и глажу пушистую голову Прим. Девочка спит, прижавшись ко мне, и я ласково перебираю пальцами белокурые волосы. - Скорее всего. Больше не будем читать книги по военной стратегии или обсуждать похождения... Обидно, - усмехается Джо. Я вздыхаю и поднимаю глаза на девушку. Она смешно морщит нос. Гейл внимательно изучает ее лицо. - Похоже, это последний раз, когда мы видимся вот так до операции. - Во время операции мы будем поддерживать связь, - пожимает плечами Энни. - Главное для вас - успеть попасть во дворец Президента раньше Тринадцатых. Как-никак, но нам Сноу крови куда больше подпортил, - замечает Хеймитч, обводя бутылкой всех присутствующих. - Постарайтесь не умереть. Добраться до Сноу быстрее Койн - это ваше главное дело. Думаете, она даст вам шанс отомстить? Черта с два. - Как давно ты знаешь ее, Хеймитч? - спрашивает Пит. Ментор хмурится и проводит рукой по небритой щеке. Виски в бутылке плещется, посылая на стены яркие блики. Я любуюсь переливами цветов, которые украшают серые стены. - Около пяти лет я сотрудничаю с Тринадцатым. Это больше, чем у всех вас, - говорит ментор. - Койн всегда была обстоятельной и всегда знала, что ей нужно. Она ждала символ. Один раз она чуть было не ошиблась, приняв за символ парня из Шестого. Айзек Коул. Тот, который погиб в Ночь Переродков. Тот, который высказывался на Арене, но был не способен на нечто большее. - Он стал наркоманом, - прищуривается Финник. - Высокий, тощий, темноволосый. Кожа да кости. Его Сноу даже не продавал. - Не продавал? - шепотом переспрашиваю я. Пит проводит рукой по моему животу и касается губами затылка. - Никто не хотел связываться с наркоманом. - Это понятно. - Мне продолжить? - спрашивает Хеймитч. - Ага. - В общем, Койн поняла, что ошиблась. И только когда Китнисс вызвалась добровольцем, она начала подозревать, что символ найден. Я кривлюсь и ерзаю в руках Пита. Горячие руки моего жениха гладят мой живот. Я тереблю кольцо на пальце, которое снова надела совсем недавно. Это кольцо надел мне на палец Пит. Еще до этой ужасной войны. Тогда я была счастливой глупой девочкой, влюбленной и хотевшей лишь быть с любимым человеком. Неужели я хотела столь многого? Пит ловит мою левую руку. Снимает кольцо. Я хочу обернуться на него, но он не позволяет, прижимая меня к себе и касаясь губами моей шеи. Улыбаюсь и чуть приподнимаюсь. Выгибаю шею и целую его в щеку. Прижимаюсь затылком к его ключицам. - Она действительно поверила Китнисс. Она действительно увидела в тебе, солнышко, символ. Человека, способного повести за собой на восстание людей, способного разжечь пламя. Искру бросили вы оба. - Искры между ними сейчас, - хихикает Энни. Я кусаю губы. Опускаю глаза. Награждаю девушку уничижительным взглядом. - Искру бросил Пит своим признанием, подарив людям надежду на любовь. Китнисс раздула ее, подарив людям огонек. Заявление о свадьбе усугубило все. Костер восстания обеспечил народ, а Сноу лишь подбросил в него сухих веток. Сухие ветки - это Игры. Он сам виноват в этом восстании. - Койн следила за вами. От самого начала. Видела, как развивались ваши отношения. Смотрела, как растут чувства. Понимала, как легко сыграть на этих чувствах, как найти нужные ниточки у влюбленных. Это же заметил и Сноу. И у него хватило смелости использовать это. Вообще-то, они стоят друг друга - Койн и Сноу. Оба пойдут на все ради достижения своей цели. Оба жестокие тираны, - делает глоток мужчина. Смотрит в упор на стену. Его взгляд стекленеет. Я вспоминаю такой его взгляд - так он вспоминал родителей. Эффи? - Вот и все. Она не учла лишь один фактор: у тебя, солнышко, стальной характер. Стальной характер и золотое любящее сердце. Ты и жизни не пожалеешь за всех в этой комнате, не так ли? У меня на глаза наворачиваются слезы. Он прав. Все присутствующие в моей комнате - это те, кто мне дорог, те, за кого я убью и умру. - Первый комплимент от ментора? - улыбаюсь я. - Помнится, раньше я была вяленой рыбой. - Вяленой рыбой? - смеются все. Я улыбаюсь. - Игры меняют всех, Китнисс. Они начинаются с самого начала твоей жизни и заканчиваются лишь тогда, когда ты умираешь. Голодные Игры сделали из всех вас - напуганых детей - воинов. Вы - это те, кто и должен отобрать жизнь у Сноу. Вы по праву жизни заслужили это право. Вы избранные. Задайте этому ублюдку! У всех нас есть причины ненавидеть Сноу. Мы проиграли ему слишком многое. Пришло его время платить по счетам.