Хранитель

Покинув место стычки с камнем Жизни в руках, группа изменившихся полулюдей спешно направлялась к своему логову. — Считаешь, было разумно уходить сейчас, Эррай? — подступив ближе к единогласно избранному лидеру, обратился к нему один из изменившихся эльфов. — Однажды мы уже устранили одного Неверного. А этот ещё так юн и к тому же ранен. А этот человек… Просто немыслимо! Тётка Мускида, должно быть, совсем страх потеряла! Так что нам мешает?.. — Всему своё время, Сухель, — рассудительно ответил собрату предводитель гоблинов. — Или ты предпочёл бы рискнуть столь ценным сокровищем ради суда, который и без того свершится? Этот отступник явно пошёл по стопам своего родителя — такой же защитник порочности, как и он сам. Знай бы мы наперёд, что так получится, то уничтожили бы его яйцо ещё в той пещере. Но время не повернуть вспять, так что нам остаётся только исправлять свои ошибки здесь и сейчас. Затронутая тема пробудила в памяти ведущих разговор уже померкшие воспоминания. Когда-то давно Хранитель Хадар, как и другие его собратья, исправно следовал долгу, уготованному ему самим Создателем. Его удивительный дар преумножения был полезен всем, кто хоть в чём-то испытывал нехватку: будь то еда, одежда, предметы быта или что-то другое. Используя его на благо жителей Альвиора, дракон так же исправно следил за порядком во вверенной ему части леса, охотно принимая у себя всех, кто хотел к нему обратиться. Однако настал момент, когда местные не могли не заметить: зверь словно бы начал что-то от всех скрывать. Вход в его логово оказался закрыт. И так продолжалось до тех пор, пока однажды случайно не выяснилась причина, по которой поведение ящера внезапно изменилось. Оказалось, что Хранитель не один сезон укрывал в своём жилище маленькую девочку. Девочку родом из грешного людского племени. Она была слепа и, как выяснилось не сразу, глуха. Хадар нашёл её недалеко от границы с королевством. На вид ей нельзя было тогда дать даже четырёх лет. Видимо, едва сводящие концы с концами родные оставили её там, посчитав для себя слишком тяжёлой обузой. Зверь рассудил, что они попросту не смогли собственными руками оборвать жизнь дочери и оставили это дело на диких зверей: волков, медведей или же существ из запретного леса, которые время от времени наводят на крестьян страх. Малышка выглядела грязной, голодной и потерянной, но едва ли порочной. Глядя на ёжившуюся от холода бедняжку, ящер не мог ни оставить её там одну, ни заставить уйти прочь. Очевидно, никому из своих сородичей она не была нужна. Ведь кто бы мог подумать, что настолько беззащитный ребёнок, живущий в совершенно другом мире, просто уйдёт и потеряется в лесу? Ощутив присутствие Хранителя, девочка, к его удивлению, нисколько не испугалась. Напротив, ей стало любопытно узнать, кто же к ней подошёл, — такой большой и тёплый. Хадар воспринял это как знак свыше и решил временно взять человека под своё крыло. Неся малышку к себе в логово, зверь никак не мог уложить в голове мысль: как можно было так поступить со своим ребёнком? Алула, или «Вечерняя Звезда» — такое имя решил для себя дать девочке ящер, исходя из времени их встречи и цвета её волос. Если бы не округлые уши, она выглядела бы как самая настоящая чистокровная эльфийка. Хранитель умыл, накормил и обогрел найдёныша. Из-за своей глухоты девочка даже не умела говорить, что только больше подпитывало жалость зверя — помимо обнаруженной у неё травмы ноги. Плутая по лесу, она, должно быть, упала и поранилась об острый камень, запнувшись о неровности почвы в той недружелюбной местности. Хадару требовалось время, чтобы как следует её выходить, а заодно подумать о том, как с ней лучше всего будет поступить. Вряд ли человека примут в этих краях. Здесь Алуле не найти своего места. Так думал ящер и, сколько мог, скрывал девочку от посторонних глаз, не желая сеять тревогу и смуту среди мирных жителей леса. Это было очень непросто и неизбежно привело его к провалу. Изменившиеся полулюди помнили, какие чувства они испытали, прослышав о том, что их защитник, который должен был пресекать любые попытки человека ступать на их землю, привёл порочное создание прямо в свой дом. «Она всего лишь брошенный ребёнок, — говоря о «звёздочке», отстаивал свою позицию Хранитель. — Девочка ничего не видит и не слышит. По этой причине она даже не может с нами разговаривать. В ней нет греха. Возможно, таков был дар Создателя и наше с вами испытание. Изо дня в день Творец даёт нам столько возможностей делать добрые дела друг для друга во славу Его имени. Не это ли был тот самый шанс?» Ящер был посланником Божьим, проповедником Его святой воли. К его словам не могли не прислушаться. Даже его собратья-драконы оказались с ним согласны, хотя для многих других облетевшая лес новость стала настоящим шоком. — Что это с нашим Хранителем? — недоумевали они. — Неужели девчонка его околдовала? — Нет, брось. Не может этого быть, — отмахивались в ответ. — Люди такого не умеют. После случившегося Алула ещё какое-то время жила с Хадаром под одним пещерным сводом. Несмотря на то, что Совет Старейшин рассудил: изгонять ребёнка будет неправильно, и в этом нет никакого смысла, — Хранитель продолжал рассматривать места, где малышке будет лучше всего жить. И так продолжалось, пока однажды к его логову не пришла пара лесных гончих. Это были те самые звери, которых простой люд из окрестных деревень прилегающего королевства прозвал между собой «доянги». Явившись к ящеру, они поведали ему, что на недавнем обходе пограничной территории им повстречался юноша. Похоже, молодой человек не терял надежды найти свою пропавшую младшую сестру. Стая спровадила его восвояси. Однако, учитывая, кем является его юная гостья, эти псы посчитали очень важным донести подобную информацию до Хранителя. — Искал сестру, говорите? — вымолвил Хадар. — А вы хорошо его запомнили? Полученное известие воодушевило ящера. Выходит, он ошибался насчёт родных Алулы. Каясь за надуманный вывод, зверь попросил гончих об одолжении. Согласившись услужить Старейшине, те подтвердили, что запах девочки и юноши очень похожи между собой. На вопрос, смогут ли они отыскать жилище человека, псы также уверенно дали положительный ответ: «Пока он ходит по земле, наши носы обязательно выведут нас на него!» Хранитель спросил об этом не просто так. Он рассчитывал передать девочку лесным гончим, чтобы те отвезли её домой и обязательно засвидетельствовали: родственники приняли малышку обратно в семью. Для Алулы это оказалось лучшим исходом. Весть о том, что человек покинул лес, успокоила тех, кого тревожило его присутствие в этих краях. Но лишь устоявшаяся предвзятость была тому виной. Однако стоило только пройти одной молве, как за ней уже следовала другая. Минуло совсем немного времени, и во всеуслышание объявили торжественную хвалу: «Радуйтесь! На Хранителя Хадара легло благословение небес! Род наших защитников продолжится!» Не иначе как по глупости кто-то обмолвился: «Неужели таинство двух сердец у столь величественного зверя произошло ни с кем иным, как с той самой девочкой?» Возможно ли это? Трудно было сказать. Тем не менее, ящер много времени проводил с ней, ухаживая и всячески заботясь о беспомощной подопечной. История малышки даже легла в основу его суждения о том, что род человеческий мог не до конца погрязнуть в пороке и что каждая чистая душа достойна спасения. Были те, кто внимал его словам как воодушевляющей проповеди. Другие же с мирным сердцем оставались при своём прежнем мнении. Но для скрывающихся в тени полулюдей слушать подобные изречения оказалось так же невыносимо, как раз за разом терпеть болезненные укусы диких пчёл. Для них это было просто неприемлемо! Как Хранитель может утверждать подобные вещи?! Люди не такие? А кто же тогда разрушил мир?! И это существо Хадар привёл в их тихую обитель, желая найти ей здесь подходящее место? Что же ещё он предпримет? Нет! Такому не бывать! Это не Хранитель! Он враг им всем! Губитель! Он им не нужен! Его должно не стать! Объединённые общей целью и мнением, обратившиеся в гоблинов полулюди замыслили совершить настоящее злодеяние. Возомнив себя бичом Создателя, искоренителями скверны, эльфы, гномы и хоббиты сошлись на том, что ящер будет наиболее уязвим во время высиживания яйца. Тогда-то им и стоит действовать. Связь с малышом заберёт у Хадара немало сил, не говоря уже о том, что ещё ни один дракон не покидал гнезда вплоть до момента появления отпрыска на свет. Сложнее всего было найти место кладки. Хранители предпочитали держать его в тайне ото всех, даже от своих родичей. Ведь больше прочего в это время они нуждались именно в тишине и покое. Выследив зверя, мутанты приготовились нанести удар. Давно прихваченные с собой из города инструменты послужили им отменным оружием против избранного врага. Ящер никак не мог такого ожидать. Тот день выдался пасмурным. Шум начавшегося дождя предательски скрывал все посторонние запахи и звуки. Стараясь беречь силы, Хадар пребывал в лёгкой дрёме и не заметил, как к пещере подступили гоблины. Проникнув внутрь, они принялись красться к своей цели. У каждого из них при себе было по цветку из сумрачного леса. Их блёклый свет, схожий с лунным, подобно светлячкам, не привлекал много внимания, но позволял видеть всё на расстоянии вытянутой ладони. Приготовив наточенные серпы, увесистые молотки и ножи, гоблины подступили к поднявшему голову Хранителю. Хадар искренне не понимал, что всё это значит и кто перед ним. А группа озлобленных существ не спешила нападать исподтишка — они желали, чтобы жертва знала, кто и за что пришёл с ней расквитаться. — Клятвоотступник! — послышался обличительный возглас. — Жители этого леса пришли покарать тебя за твою связь с человеком! За отступничество! За распространение лжи и ереси ты поплатишься! И плата эта — твоя жизнь, Хадар! Зверь едва ли успел что-то возразить. Изменившиеся полулюди бросились на него и принялись практически вслепую колоть, бить и резать ящера. Тот взвыл от пронзившей тело боли, пытался отбиться от напавших, но всё было тщетно. На их стороне были численное преимущество и ярость. Тесное замкнутое пространство также сыграло им на руку. Хадар был стеснён окружившими его стенами, не говоря уже о том, что в первую очередь он думал о сохранности своего яйца. Как Хранитель, он едва ли мог ответить обидчикам таким же серьёзным уроном, какой они причиняли ему. Когда всё было кончено, и Эррай, и Сухель явственно помнили, как они всей стаей разделывали тело испустившего дух зверя. Плоть его удобрила скудную землю. Кости же удостоились чести быть взятыми с места расправы как трофей и стали неотъемлемой частью одежды каждого из гоблинов. Зубы, когти, рёбра — они забрали всё. Но яйцо не тронули, о чём теперь только жалели, видя, во что им это обошлось.

***

Упустив шайку из виду, Хранителю и его человеку оставалось только сесть и как следует перевести дух. «Больно, да? — посочувствовал Би-джу Эрику, глядя на его ссадины. — Давай исцелю». — Нет, всё не так плохо, — ответил другу юноша, потирая ушибленные места. — Подумай лучше о себе. Только посмотри, сколько на тебе крови. Это ужасно! «Пустяки. Так только кажется на первый взгляд, — отмахнулся ящер, но всё же приступил к излечиванию своих ран. Они зарастали буквально на глазах: от прежних борозд остались одни лишь едва заметные полоски шрамов. — Вот видишь? Я в порядке. Хотя следы на память всё же останутся. Но и их, думаю, можно будет убрать, как только наберусь больше опыта. Теперь твоя очередь». — Как думаешь, Би-джу, — задумчиво вымолвил Эрик, ощущая на себе действие дара юного Хранителя, — что эти существа, как мне сказали — бывшие полулюди, имели в виду, говоря, что ты ещё один изменник? Про кого они говорили, не знаешь? «Сдаётся мне, — закончив лечение друга, удручённо вздохнул зверь, — речь шла о моём родителе — Хранителе Хадаре… Нат не мог точно сказать, что с ним случилось. Да и никто не мог. Даже Мудрейший Бахам ничего не знал. Но теперь мне всё стало ясно как день… Его убили, потому что он, как и я, был на стороне людей…»