Афродита-5000М

Повторно в Трущобах я появился уже один. Джей - парень хороший и надежный друг, но слишком обо мне печется. Все-то ему кажется, что я и шагу ступить не могу, чтобы не попасть в неприятности. А уж если бы я заикнулся, что собираюсь встречаться с каким-то уголовником на предмет заказа контрабандного товара предположительно военного назначения… Я думаю, меня бы сразу сдали силовикам. Исключительно для моего собственного блага. Он меня и раньше считал чудаком, глядя на наши отношения с Дито, а теперь и вовсе решит, что мне необходима помощь врача-мозгоправа. Адрес, написанный на листочке, был странным. Не дом или жилой блок, а пересечение двух улиц, еще и время было приписано в уголке. Я, в первую очередь, подумал о забегаловке или клубе, где таинственный Солнышко любит скоротать вечерок, но ничего подобного поблизости не увидел. Грязные улочки, освещаемые редкими фонарями, фосфоресцирующие граффити, призывающие «свергнуть систему», а еще вырывающийся столб пара из канализации, от которого шел сильный сероводородный душок. Я мялся на этом перекрестке и не знал, что делать дальше. По улицам довольно бойко сновал подозрительный народ, и я уже неоднократно ловил на себе заинтересованные взгляды. Еще немного и мне доведется на себе почувствовать хваленое гостеприимство Трущоб. Все же я слишком отличаюсь от местного контингента и неброской одеждой этого не скрыть. На перекрестке переминались с ноги на ногу несколько проституток. Выглядели они так, что рябило в глазах, и я почти уже решился подойти к одной и спросить про Солнышко, когда заметил отдельно стоящую особу. Ее будто бы сторонились остальные жрицы продажной любви, и мне показалось, что подойти к ней будет самым разумным. Как же я тогда ошибался! Все разумное в моей жизни закончилось, стоило мне обратиться к этой, с позволения сказать, девушке. - Красавица, не подскажешь, где я могу найти проводника по имени Солнышко? «Красавица» обернулась ко мне, и я с трудом удержал на лице вежливую улыбку. После моего нежного, утонченного и ухоженного Дито смотреть на подобное существо было выше моих сил: ядовито-зеленые локоны, кислотного цвета линзы, прозрачная пластиковая юбочка, под которой виднелись пошлые розовые стринги и косметика, очень-очень много косметики. А еще это был парень, что никак не могли скрыть жуткие стринги. - Желаешь поразвлечься, дяденька? – манерным голоском пропело это существо, обдавая меня резким, синтетическим запахом вишни от жвачки, которая мерзким комком мелькала во рту моего собеседника. - Я, собственно, только спросить, - залепетал я, уже жалея, что не послушал советов заботливого Джея. - Мозгоебля по двойному тарифу, - невозмутимо сказал парень. – Но я бы на твоем месте придумал более интересное применение моему рту, - и он недвусмысленно толкнулся языком в щеку. Я с трудом сумел сглотнуть. Представить себя с таким хастлером в постели? Да я импотентом стану, если до дела дойдет! Зрелище было воистину отвратительным: ярко-алые, криво накрашенные губы и потекшая тушь. Да кто, вообще, на такого позарится? А это что? Пирсинг в языке? Что за пошлость! - Я ошибся, извините, - разворот и поспешное бегство. Нет-нет-нет! Никаких больше Трущоб! - Что-то я не догоняю, дяденька! Разве ты не меня искал? – донеслось мне в спину. Я резко остановился и еще раз глянул на парня. Мне снится кошмар, других версий просто нет. Или это дурная шутка торговца доллами. - Солнышко? – на всякий случай переспросил я. - Ага! – гордо заявил мне парень. – Ну что, дядя, пойдем подергаемся? Ты симпатичный, я тебе скидочку дам и не только ее, – и хастлер подвигал бедрами, наглядно показывая, как именно мы будем «дергаться». - Мне в магазине доллов тебя порекомендовали, но, видимо, меня не так поняли. - А-а-а, - разочарованно протянул парень и выплюнул комок жвачки прямо мне под ноги. – Так бы сразу и сказал, а то я тут распинаюсь перед тобой, будто ты мой единственный клиент за неделю. Чего надо-то, дядечка? - Генератор Т-циклов для модели Афродита-5000М, - зачем-то ответил я. Надо было развернуться и уйти, но неожиданно деловой тон Солнышка сбил меня с толку. - Я в этих моделях искусственных ебарей не разбираюсь. Картинка генератора есть? Я покорно - не иначе как сказывался шок от всего происходящего, - вывел проекцию генератора на комм. Над моим запястьем мягким светом замерцала уменьшенная копия генератора. - Вот это зачетная хреновина, - восхитился парень, интимно погладив меня по запястью. Только потом я понял, что он имел ввиду мой комм, а тогда я только брезгливо выдернул руку. Хастлер понятливо ухмыльнулся, но руки больше не распускал. - Ты хоть представляешь, дядя, во сколько тебе обойдется такая редкость? Это тебе не в магазинчик за углом сбегать. Я такие штуковины только в одном месте видал, и это ваще не рядом. У меня буквально сводило скулы от таких оборотов речи. Я не идеалист и никого поучать не намерен, но всему есть предел! Впрочем, внешний вид хастлера и его речь были извращенно гармоничны. Столь отталкивающее тело не могло принадлежать образованному человеку. - Эй, дядя, ты со мной? – парень пощелкал пальцами у меня перед лицом, полностью игнорируя всякое понятие о личном пространстве. – Как приличному человеку с ремендациями, я тебе достану все, что надо, за пять розочек. - «Рекомендации», - автоматически поправил я. – Какие еще «розочки»? О чем ты? - Пять тысяч кредитов, - нараспев протянул хастлер. – Ты всегда такой тормознутый? Не удивляюсь, что тебе только доллы дают. Нормальный человек заснет, пока ты с мыслями собираешься. Парень непонятно откуда достал новую пластинку жвачки и принялся с аппетитом чавкать. Я бы сказал напоказ, но интуиция мне шептала, что Солнышко именно такой, каким кажется. Даже его оскорбления в мой адрес таковыми не являлись. Это дитя Трущоб говорило то, что думало, и чужим мнением интересовалось в последнюю очередь. В тот момент мне надо было бы развернуться и уйти, навсегда забыв эту историю, как страшный сон. Но дерзкий хастлер настолько выбил меня из привычной колеи, что я, как говорили раньше, закусил удила. - А какие гарантии, что ты не исчезнешь с моими деньгами? - Чо? Я похож на дилерский центр? Давай деньги и сиди на попе ровно, дядя. Будет тебе генератор в лучшем виде. У любого можешь спросить, я клиентов не кидаю. - За такие деньги я себе могу нового долла позволить, - последний раз попытался поторговаться я. - Валяй, - пожал плечами хастлер. – Странно только, что такой чудик, как ты, таскается по нашим занюханным Трущобам в поисках всякого старья. Кончай мне тут мозг сношать. Либо платишь и получаешь товар, либо топаешь домой. В те места, где можно разжиться такими игрушками, никто кроме меня не сунется. Так что ты подумай дважды, дядя. - Идет, - обманчиво легко согласился я. – Только я хочу быть уверенным, что ты выполнишь свою часть сделки. Половину суммы получишь сейчас, а другую половину, когда мы вернемся обратно. - Эй, стопэ! Мы? - Да, либо ты берешь меня с собой, либо продолжаешь ожидать клиентов в этом чудесном месте. Что-то мне подсказывает, что лишними мои «розочки» тебе не будут. Парень недоуменно огляделся вокруг, по-видимому, оценивая «чудесное место», а потом бросил быстрый взгляд на меня. На мгновение меня резанул этот цепкий, хитрый прищур. Он совершенно не подходил образу разнузданного хастлера. Но все произошло слишком быстро, и я засомневался в увиденном. - Половину суммы переведешь сегодня на этот счет, - парень снова ухватил меня за запястье и быстро вбил в мой комм полтора десятка цифр. - Завтра придешь сюда к шести. Жду пять минут и, если не явишься, ухожу. Постарайся одеться не как богатенький мальчик, ищущий приключений на свой изнеженный зад. Снаряжение я, так и быть, подберу тебе сам, - хастлер развернулся и странной, слегка вихляющей походкой пошел в сторону притормозившего рядом с нами тонированного кара. - Меня Томом зовут, - крикнул я в удаляющуюся спину. Солнышко только рукой махнул: то ли показывая, что услышал, то ли прощаясь со мной. Похоже, у парня будет, чем заняться сегодня ночью. Мной даже овладела иррациональная обида: неужели ему моих денег не хватает? Зачем ему сейчас телом торговать? Но вспомнив меткую характеристику, данную Солнышку торговцем доллами, я начал сомневаться. Возможно, это такое хобби у парня – зарабатывать деньги любыми способами. Кто разберет, что творится в головах у жителей Трущоб? Остаток вечера я провел в Сети, пытаясь выяснить, что же ждет меня за привычными, обжитыми людьми местами. Информации было катастрофически мало. Точнее, ее было много, но стоило поискать конкретные данные и оказывалось, что под наносной словесной шелухой ничего нет. Война, приведшая к гибели миллионов людей, отгремела почти сто лет назад, оставив после себя только бескрайнюю выжженную пустыню. Что в ней происходило, достоверно никто не знал. Официально по пустыне даже ящерицы не бегали, но слухи, которыми полнилась Сеть, можно было экранизировать. Замечательные фильмы ужасов бы вышли. Очень хотелось попросить помощи у Джея. Он человек практичный, работает в полиции Внутренней зоны. Только благодаря его связям у меня был шанс провезти запрещенный генератор через КПП. Но, немного поразмыслив, я решил не посвящать друга в свою авантюру. Джей слишком меня опекает, если он узнает, то будет, мягко говоря, в шоке. Я и сам до конца не верил, что сам поставил такое сумасбродное условие. Отправиться в пугающую неизвестность с подозрительной личностью, щеголяющей в пластиковой юбке и зеленом парике. Положительно, я повредился на краткий миг рассудком. Оказавшись дома, я даже захотел стереть с комма номер банковского счета хастлера, принять горячую ванну, смывая с себя пыль Трущоб, и забыться крепким сном. Но в моей постели так и лежал холодный, как лед, Дито, и одного взгляда на его точеное лицо хватило мне, чтобы преисполниться решимости дойти до конца. Солнышко не получит всех денег, если я не вернусь обратно живым и с генератором, а значит он будет защищать меня до последнего. Я вернусь к своему Дито, и у нас все будет хорошо. Никто больше не станет между нами, и ничто не разлучит нас. Мы будем вместе в нашем маленьком уютном мирке. Как только я перевел деньги на указанный хастлером счет, вся моя нервозность пропала, словно по волшебству. Пути назад не было, а впереди меня ждало воссоединение с Дито и многие годы безоблачного счастья… На следующий день, ровно в шесть, я стоял на знакомом перекрестке в Трущобах и переминался с ноги на ногу. При дневном свете все здесь казалось иным. Исчез ореол таинственности и опасности, остались лишь грязные улочки и витающие в воздухе канализационные миазмы. Даже пестрые проститутки еще не заняли привычные места. Трущобы в ярком солнечном свете были на редкость унылы и скучны. Неизвестно, как долго я созерцал окрестности, размышляя о корреляции наших ожиданий и реальности, когда громкий сигнал кара заставил меня буквально подпрыгнуть на месте. У обочины рядом со мной стояло нечто. Назвать это каром у меня не поворачивался язык. Огромные, широкие колеса с необычным протектором, полное отсутствие активной системы защиты пассажиров и множество изменений в конструкции, явно не предусмотренных производителем. А если ко всему этому добавить разномастные пятна грунтовки, которые заменяли этому механическому монстру краску, получится исчерпывающая картина стоящего рядом со мной кара. - Ну, ты залазишь, дядя, или так и будешь любоваться на мою малышку? – раздался изнутри знакомый голос. Игривости и манерности в нем поубавилось, но не узнать Солнышко было невозможно. Я закинул свои вещи назад и сел рядом. Кар резко рванул с места да так, что я чуть не вывалился обратно, не успев закрыть дверь. - А я думал, ты зассышь, Томми. Вернешься к себе домой, ляжешь в ванну, полную чистой ароматной водички, выпьешь вискарику и решишь, что для тебя приключений довольно. А? Я демонстративно уставился в окно и на провокации не велся, тем более, что парень был в чем-то прав. Не хватало еще позволить хастлеру вывести меня из себя. Между прочим, я ему деньги плачу, мог бы быть учтивее с клиентом, а не хамить по любому поводу. За окном кара безликие дома сменили пустыри, полуразрушенные ангары и заброшенные заводы. Пейзаж был таким, что впору повеситься от тоски. Кар немилосердно трясло, дорога состояла больше из рытвин и колдобин, чем из асфальта. Меня уже начало мутить, когда Солнышко резко притормозил и выскочил наружу. - Надо глянуть в твои вещички, Томми. А то мне что-то не хочется тратить топливо на твои сигары и коньяк. - Я взял только самое нужное, - буркнул я и выбрался из кара, чтобы отстоять свое имущество. – И хватит называть меня "Томми". Лучше бы свое имя назвал или мне так и звать тебя Солнышком? - Если хочешь, зови хоть Розамундой, - сообщил мне парень, не удосужившись прекратить потрошить мои вещи. Солнышко почти целиком залез в багажник, и мне оставалось только лицезреть его тощий зад, обтянутый камуфляжными штанами. Сегодня хастлер выглядел почти как нормальный человек. Никакой косметики, бижутерии и пластика в одежде. Футболка, скрывающая волосы бандана, штаны и грубые ботинки с высокой шнуровкой. Даже гвоздиков и колечек, в изобилии протыкавших все, что можно и нельзя, стало меньше. А если к этому добавить солнцезащитные очки в половину лица, выходил практически соответствующий моим ожиданиям контрабандист. Разве что немного тощий. Если бы не манера разговаривать и бесстыжая походка, я бы ни за что не узнал в этом парне вчерашнего хастлера. Между тем, мои вещи с азартом выбрасывали прямо на пыльную землю. Запасная одежда, обувь, еда, и даже навигатор были безжалостно выброшены вон. Прежде, чем я опомнился, туда же отправилась и маленькая раскладная рамка с фотографией меня и Дито. Я сделал ее специально, не доверяя электронным носителям образ своего любимого. Что-то тонко звякнуло, и я очнулся от ступора. Разумеется, раритетное стекло не выдержало такого обращения и через фотографию паутиной разбежались трещины. - Прекрати сейчас же! Что ты о себе возомнил?! – моему возмущению не было предела. Что себе позволяет этот нахал?! Парень медленно выпрямился, снял свои огромные очки и смерил меня утомленно-презрительным взглядом. Так, наверно, смотрят на юнцов умудренные жизнью ветераны. - В пустыне каждый галлон топлива будет на вес золота. А часть пути придется идти пешком. Твои продукты стухнут раньше, чем мы съедим их. А про сменную одежду лучше забудь, походишь грязненьким, с тебя не убудет, красавчик. Такую холеную мордашку грязь не испортит, а тратить топливо, чтобы ты мог с утра напялить бархатный халат, я не намерен. Усек? Захлопнув с грохотом багажник, Солнышко сел на водительское место, не забыв пошло повилять бедрами при ходьбе. А я так и стоял, прижимая к груди фотографию, не в силах ничего сказать в ответ. Даже бархатный халат, который я отродясь не носил, был позабыт. Я впервые разглядел лицо Солнышка. Без косметики, зеленого парика и очков он выглядел так непривычно и в то же время пугающе знакомо. Завиток золотистых волос с рыжинкой выбился из-под банданы, а голубые глаза без пугающих линз были до боли родными. Это точеное личико я бы узнал из тысячи других. Неухоженное, с шелушащейся на носу кожей и трогательными веснушками. Всего этого не было у Дито, но это без сомнения было именно его лицо.