Гермиона Грейнджер и Спасение Рода (бывший Forward to the past)

Спать Гермионе не хотелось. После многочасовой вечерне-ночной беседы с Гарри и Джинни, которые всячески пытались одновременно отговорить Гермиону от рискованных действий и поздравить с воссоединением с семьей, сон как-то совсем не шел. Спустившись на кухню, она налила себе большой стакан молока и, достав тетрадку, решила заново перечитать и перепроверить все условия ритуала. Гермиона перечитывала все это уже не первый десяток раз, но, как говорится, семь раз отмерь... Заново повторяя, что переместится она в тело Маргариты Розалии Забини за час до ее смерти, Гермиона не заметила многозначительного покашливания откуда-то со стороны лестницы. Когда звук повторился, Гермиона вздрогнула и, несмотря на отсутствие в этом даже толики здравого смысла, с палочкой наперевес отправилась в прихожую. Не обнаружив там ничего подозрительного, она решила вернуться обратно, но, стоило ей сделать только шаг... - Девочка, разве никто так и не понял, что я могу разговаривать и за занавеской? - раздался пропитанный сарказмом и желчью голос Вальбурги Ирмы Блэк. - М...М-миссис Блэк? - Она самая. Может быть, ты уже отодвинешь эту тряпку? Знаешь ли, я не очень люблю разговаривать с темнотой. Гермиона дрожащими руками отодвинула тяжелую пыльную портьеру и во все глаза уставилась на портрет самой грозной женщины, которую ей доводилось видеть. - А ты ничего. Да. Ты ведь Забини? - деловито поинтересовалась Вальбурга. - Да. Вы правы. Только я узнала об этом несколько часов назад. - Ничего, милочка. Ничего страшного. Никогда не поздно делать правильные поступки. Гермиона застыла в ступоре. Нет. Она просто не верила, что такое вообще может происходить! Она. Разговаривает. С портретом... Вальбурги Блэк! - Простите меня, миссис Блэк, но я не очень понимаю... - Почему я с тобой заговорила? О, ну нужно же мне хоть с кем-нибудь разговаривать! Или ты удивляешься тому, что я не кричу на весь дом? Гермиона нервно сглотнула и кивнула. Да... Вальбурга Блэк, оказывается, умеет удивлять не только криками с изощренными никогда не повторяющимися оскорблениями. - Ничего странного и удивительного в этом нет. Какой меня считают, так я себя и веду. Хотя с Сириусом я как-то все же пыталась поговорить. - Миссис Блэк, почему Вы заговорили именно со мной? Гермиона знала, что сейчас идет по лезвию ножа, но ничего не могла с собой поделать. - Ну, знаешь ли... Во-первых, за последние лет тридцать никто с таким благоговением не относился к нашей семейной библиотеке. А это уже немало говорит о человеке. Во-вторых, с мальчишкой Поттером я бы не стала говорить. Мне его жаль, а он никогда не поймет, что я лишь играю свою роль. Уизли... Я успела хорошо рассмотреть только младших детей и пришла к выводу, что хоть чего-то стоят только мальчишки-близнецы и девчонка. Ах, да, еще старшенький их, Уильям, кажется, толковый парень, но я его видела только мельком, в основном слышала... Но он деловой парень, серьезный, и слов попусту не бросает, мне такие нравятся. А вот ты, милочка, меня с самого начала заинтересовала. - Й..Я? - Да, ты. Думаешь, я не видела, как вы с Сириусом в гляделки играли? - лукаво улыбнулась Вальбурга. - В этом доме уши и глаза есть у всего. Гермиона покраснела и опустила глаза. Она не хотела вспоминать об отношениях с Сириусом Блэком, о своей первой влюбленности, которая, по сути дела, так и не прошла. - Ну! Не стесняйся, девочка. Я знаю, что ты задумала. Дом поможет тебе. Только знай: примерно за два часа до неминуемой смерти душа волшебника начинает выходить из тела, готовясь войти в иной мир. Поэтому, если твои расчеты верны, и ты станешь Маргаритой Розалией Забини за час до ее предполагаемой гибели, какая-то часть сущности самой Риты останется в ней и сольется с твоей. Не могу сказать, что Рита была плохой девочкой... Просто она была Сириусом в юбке... Гермиона раскрыла рот от изумления. Такое вообще возможно?! - Да-да, не удивляйся, такое действительно возможно. Незадолго до ее смерти мы с Розалией и Адольфо решили заключить помолвку между этой девочкой и Сириусом. Они отлично друг другу подходили.... Но Темный Лорд смешал нам все карты. Ты, наверное, думаешь, что я сама толкала обоих своих сыновей принимать вассальную клятву у какого-то самозванца-полукровки? Увы, это не так. У нас не было выбора. Что Абрахас Малфой, что мы с Орионом прекрасно понимали, что должны создать видимость лояльности. Правда, лорд Малфой оказался чересчур импульсивным, а его сын — внушаемым. Поэтому Абрахас таинственно погиб от детской болезни. - Н-но... Сириус рассказывал совсем другое... - Сириус, девочка моя, видел то, что должен был. Я думала, что таким образом сберегу его, отправив под крыло к Дамблдору, но тот оказался еще большим мерзавцем и старым кукловодом, чем Волдеморт. Не удивляйся. Я знаю, что ты сама уже додумалась до этого. - Мерлин, как же все это противно... Гермиона сжала кулаки и опустилась на корточки перед портретом. - Не грусти, девочка. Ты сильная. В тот день, когда Риты не стало, должна была состояться помолвка. Риту переводили из Шармбатона в Хогвартс. Если ты сумеешь все сделать правильно, то, возможно, будешь иметь влияние на Сириуса и его компанию. А там... Если не захочешь, то можете потом и не жениться. Только запомни, что я тебе сказала в самом начале: никогда не поздно делать правильные поступки. Если ты изъявишь желание наедине поговорить с будущей свекровью, то бишь, со мной, и скажешь мне эту фразу, я пойму, что ты появилась не просто так. И я тебя выслушаю. Расскажешь мне всю историю от начала и до конца. И вместе мы придумаем, что делать. Возможно, нам удастся спасти не только Риту, но и Беллу, Люциуса и моего второго сына. - Спасибо, миссис Блэк. Я, пожалуй, все-таки пойду спать. - Иди, девочка. Иди. Удачи тебе... А ты, Гарри Джеймс Поттер, лучше бы искоренил привычку подглядывать и подслушивать за старшими! Занавеска сама собой задернулась, Гермиона обернулась и действительно увидела на лестнице полностью ошарашенного, сбитого с толку Гарри Поттера, который молча, без единого слова, обнял Гермиону, выдал ей колбочку с умиротворяющим бальзамом и удалился в спальню. * * * Все вещи были собраны. Земля с могилы Маргариты Розалии Забини лежала в ритуальной чаше Рода Забини, а темный старый кинжал покоился рядом с тетрадкой Гермионы. Джованна Забини, потерявшая маску надменной аристократки, без конца обнимала Гермиону и стискивала в своих объятиях не хуже миссис Уизли; Гарри и Джинни пытались сдержать подступающие слезы; Блейз не отпускал ее руку и постоянно хмурился; Рон даже переступил через свою гордость и извинился за все свои гадкие и подлые поступки; Невилл смотрел с нескрываемым восхищением; Луна снова заговорила о людях, которые по-настоящему заслужили шанс на нормальную жизнь; Джордж краснел, бледнел, вставал и садился, но в итоге выпалил, что Гермиона дала ему надежду на нормальную жизнь, и если у нее все получится, если ей удастся спасти хоть кого-нибудь, не именно Фреда, ведь много других заслужили нормальную жизнь, она станет для него самым дорогим человеком. Время подходило к двум часам дня. В три пополудни Маргариты Розалии Забини не стало. В любимой маленькой сумочке, на которую было наложено заклинание незримого расширения, лежали зачарованные пергаменты, сквозные зеркала, набор зелий для первой помощи, фиал со всеми важными воспоминаниями, дневник, который Гермиона вела с первого курса, некоторое количество книг и сменная одежда на всякий случай. - Так. Ровно в два я начинаю ритуал. Вас всех к тому моменту здесь уже не должно быть. В пять минут третьего миссис Блэк громко прикажет всем зайти в библиотеку и посмотреть воспоминания, которые будут лежать на столе... - Гермиона, ты это все уже говорила. И даже воспоминание с этими словами оставила. - отозвался Рон. - Ничего страшного, мистер Уизли. Просто моя племянница нервничает. Не каждый день, все-таки, отправляешься в прошлое, зная, что через час тебя попытаются убить трое сумасшедших идиотов. - с желчью отчеканила Джованна. - Без двух минут... Я вас всех очень люблю и надеюсь на то, что у меня хоть что-нибудь да выйдет. Вся толпа собралась вокруг Гермионы: кто-то целовал, кто-то обнимал, кто-то ободряюще хлопал по плечу или сжимал руку... - Ну все. Начали. Две девушки, пять молодых людей и одна взрослая женщина вышли из ритуального зала дома Блэков. Часы начали отбивать два часа пополудни. * * * Гермиона взяла в правую руку кинжал и, не долго думая, полоснула левую ладонь по диагонали. Теплая кровь хлынула в кубок, наполненный могильной землей. Когда вся земля пропиталась, Гермиона взмахнула палочкой, заставив кубок двигаться по спирали, от края к центру пентаграммы, в которой стояла она сама, рассыпая кровавое черно-красное месиво. Гермиона очень надеялась, что магия рода примет ее, и ритуал совершится правильно. Окутанный рунами «Algiz»¹ и «Eihwaz»² контур должен был защитить ее, даже если все пойдет не по плану. Вдруг, когда кубок достиг самой Гермионы и высыпал на ее голову остатки своего содержимого, все внутренности девушки скрутило, будто ее выталкивали через узкую трубку, она зажмурилась, а когда открыла глаза, оказалась на Косой Аллее. ______________________________________ 1) Algiz (Альгиз) — руна защиты, гарантирующая безопасность и защиту в сражении, отклонение негативного воздействия, восстановление здоровья. 2) Eihwaz (Эйваз) — могущественная руна защиты, укрепления выносливости, высвобождения внутренних сил. * * * - Рита? Гермиона открыла глаза, осмотрелась и поняла, что находится около лавки Олливандера. Нужели не получилось? Неужели она просто-напросто аппарировала?! - Рита, ты меня слышишь? Ну, не стоит так хмуриться, милая! Я знаю, ты не очень любишь парную аппарацию, но по-другому никак. Камин в «Дырявом Котле» - это тебе не Шармбатон, оттуда мы бы вылезли черные с ног до головы. Гермиона подняла взгляд на женщину, которая держала ее за руку, и обомлела: судя по тому, что она видела в воспоминаниях Джованны, это была Розалия. Розалия Лилиан Забини, в девичестве — Эйвери. И как только Гермиона это осознала, ее голова взорвалась тысячами образов. «Воспоминания приходят...» Быстро сориентировавшись, Гермиона, она же Рита, решила, что оставить зеркало и пергамент нужно прямо сейчас, а для этого — каким-то образом на время избавиться от... матери. - Мам... Можно я чуть-чуть посижу в кафе? Я не очень хорошо себя чувствую... Это все ваша аппарация. Наверное, стоит выпить немного кофе. - Хорошо, милая. Не волнуйся ты так. Джо же говорила, что этот юноша, Сириус, очень на тебя похож. Вот увидишь, все будет нормально. Я буду ждать тебя в «Твиффлт и Таттинг». Надо забрать твое платье... Можешь особо не спешить, я бы и себе что-нибудь присмотрела... - мечтательно проворковала Роза, с любовью и легкой грустью смотря на дочь. * * * Гермиона, подавив комок в горле, опрометью побежала к старому заброшенному зданию, в котором в будущем появится магазин «Ужастики Умников Уизли». Оглянувшись по сторонам и убедившись в том, что никто за ней не наблюдает, она перелезла ограду и забралась в выбитое окно. Нужная каморка нашлась сразу же. «Мерлин, я потеряла уже целых пятнадцать минут... Ребята наверняка уже посмотрели воспоминания и сейчас отправятся за зеркалом!» Отчистив одну из полок заклинанием и отметив ее небольшой красной точкой, Гермиона аккуратно выложила туда сквозное зеркало, двойной пергамент и выбежала из дома. Достав из сумочки припасенный еще со старых времен глоток «Феликс Фелицес», девушка опрокинула колбочку и, проглотив все зелье до капли, замерла на месте. - А почему бы и в правду не выпить кофе?! Добежав до кафе у Флориана Фортескью, Гермиона заказала все тот же крепкий кофе и фисташково-карамельное мороженое. Deja Vu... Обнаружив на соседнем столике «Ежедневный Пророк», Гермиона удостоверилась в том, что сегодня именно пятнадцатое августа тысяча девятьсот семьдесят пятого года, а достав из сумочки второе сквозное зеркало, поняла весь масштаб ситуации... Потому как из зеркала на нее смотрело огромными испуганными сине-зелеными, цвета морской волны, глазами худенькое миловидное личико Сириуса Ориона Блэка в юбке — Маргариты Розалии Забини. В принципе, нельзя сказать, что Рита была совсем уж невозможной красавицей вроде полувейлы Флер Делакур или жаркой соблазнительницей наподобие своей старшей сестры Джованны, но внешностью ее, определенно, никто не обделил. Неожиданно поверхность зеркала поплыла перед глазами, дернулась, и вот — в отражении она видела уже не свое новое лицо, а очки Гарри Поттера, лоб Блейза Забини и пышные кудри ее самой... Той, что осталась в прошлом будущем. - Гермиона! Ш-ш-ш-ш! Не называй ее Гермионой! Вдруг кто-нибудь услышит! Рита! Привет! Зеркало наперебой вещало голосами ее друзей. И тут девушка поняла, что одна она точно не осталась. Да, в этом времени она не сможет серьезно поговорить около камина в библиотеке с Гарри или посплетничать с Джинни, не увидит взволнованный взгляд Блейза, не удивится очередной откровенности от Луны... Но они все равно с ней! - Ну, здравствуйте. - прошептала она. - Пока все нормально. Феликс я выпила. Осталось только ждать. - Где ты сейчас? - деловито спросила Гермиона Грейнджер у Гермионы Грейнджер... Звучит-то как... - Сижу у Флориана и пью кофе с мороженым. Кстати, Джордж, карамельно-фисташковое! Откуда-то послышался хриплый, как будто несмелый и непривычный, смех близнеца. - Что? Это же на самом виду! Они тебя найдут сразу же! - возмутился Гарри. - А если я буду прятаться в каком-нибудь переулке, поблизости не будет никого, кто смог бы помочь! - А она... То есть, я... Права. - Ладно, ребята, «Феликс» говорит, что мне пора заканчивать. Думаю, ему можно довериться. - Удачи тебе! Как все закончится — сразу сообщи! Если не будет возможности взять зеркало — напиши! - Спасибо вам огромное... Гермиона улыбнулась и убрала зеркало в сумку. Достала пергамент и написала: «Проверка связи. Кажется, вижу поблизости юного Люциуса. Драко, чую я, и к концу своих дней не научится строить такие же надменные рожи.» Пергамент озарился слабым свечением, а затем стали появляться слова: «Чувствую, пробивается характер Риты.» - незнакомым, красивым размашистым почерком. «Купи сову и назови ее Люци!» - знакомыми каракулями Гарри. «Не отвлекайся и смотри по сторонам!» - своим собственным почерком... Гермиона написала короткое «До связи», спрятала драгоценный свиток в сумку и, на всякий случай зачаровав все свое богатство сильнейшими чарами, снова принялась за свой десерт. Без четверти три она заметила, как со стороны Лютного Переулка вышли трое высоких мужчин в дорогих мантиях. «Ага. Вот и горе-убийцы.» - злорадно подумала Гермиона, сразу же удивившись и мыслям, и интонациям. На самом деле, особого страха она не испытывала, потому что годы просиживания штанов и юбок в библиотеках и аврорские курсы в урезанном времени, но усиленных тренировках от Кингсли и самого Великого и Ужасного Шизоглаза Моуди имели свои плоды: теперь ей известны многие выигрышные силовые приемы, редкие чары, способы использования продвинутой трансфигурации и успешное применение оной в бою, и редкие заклинания, которыми в смутные времена родители, в большинстве своем — сердобольные мамаши, защищали своих несовершеннолетних чистокровных отпрысков, чаще всего — наследников рода; теперь она может свободно вести бой с тремя и более противниками... Но в данном случае Гермиона имела огромное преимущество: внутри она уже была совершеннолетней, а значит могла наложить эти самые заклинания, рассчитанные на защиту, на саму себя. Стащив из раскрытого кармана рядом сидящего волшебника палочку, Гермиона принялась выводить ей различные фигуры, начиная от рун защиты, заканчивая кровными щитовыми чарами, которые, по идее, должны были защитить ее от посягательств со стороны взрослых волшебников, в том числе и родственников, желающих ей смерти, как только она выставит достаточно сильные щиты Protego. Очень удобный и умный ритуал, надо сказать. Ведь на наследников часто ведется охота, а несовершеннолетний ребенок вряд ли может оказать серьезную оппозицию враждебно настроенным волшебникам. Как только Гермиона закончила проводить все требующиеся ей манипуляции, вернула временно украденное в карман владельца и проверила покладистость своей новой палочки, она услышала громкий властный голос. - Маргарита Розалия Забини! Я, твой отец, приказываю тебе выйти и ответить передо мной! «Что за цирк? Что за средневековые формулировки?» - подумала она, прежде чем встала. - Слушаю тебя, отец! - сказала с такой же торжественной интонацией и присела в шутливом книксене. Ну а что, ему можно ломать комедию, а ей — нет?! - Как ты смеешь дерзить мне?! Ты... ОТРОДЬЕ! Шлюха в маггловских одеждах! Посмотри на себя — на что ты стала похожа?! В благородном доме Забини нет места для мерзких магглолюбцев и грязнокровок! Everto statum! - Protego! «Protego maxima! Repello!» Среагировала Гермиона мгновенно. Помогала, к тому же, способность одновременно колдовать и вербальные, и невербальные заклинания. Не ожидая такого напора, Адольфо немного растерялся, а вот старый Лестрейндж получил срикошетивший Everto Statum прямо в грудь. - Ты смеешь драться с собственным отцом, неблагодарная тварь?! - взревел Забини. - Нет, отец. Я смею защищаться от собственного отца. Правда, я до сих пор не поняла, в чем дело. Или стоило мне только вернуться из Франции, и ты осознал весь масштаб катастрофы, да так сильно, что решил просто-напросто избавиться от меня? Гермиона не знала, откуда у нее берутся такие едкие и жестокие слова, но чувствовала, что именно они правильные, именно это заслужил такой человек как Адольфо Луциано Забини. - Tormeta! Crucio! Putulentia viscerum! Такого напора и такой ненависти к собственной дочери Гермиона ну никак не ожидала... Два пыточных, одно из которых — непростительное, заклятие гниения плоти и разрушения клеток тела — это уже слишком. Такого не вытерпит даже Гермиона Грейнджер, ну а о Маргарите Забини и говорить нечего... Выхода у нее не осталось. - Aegis Palladis! Protego Totalum! Щит Паллады помог. Правда, сил почти не осталось. До этого и обычные Protego приходилось ставить с максимальной выкладкой, чтобы заранее наложенные чары сработали. Все-таки, тело пятнадцатилетней девочки — это не совсем то, что нужно. Ее потенциал еще не сформировался, а новый — уже влился, поэтому, вероятно, придется доводить себя до изнеможения жестокими тренировками а-ля Кингсли Шеклбот ft. Аластор Моуди. Гермиона осела на первый попавший стул, быстренько выпила заранее приготовленное Восстанавливающее Зелье и устало вздохнула. Ломота в мышцах постепенно проходила, перед глазами перестали прыгать черные точки, ноги снова твердо стали на землю. - Мисс... Мисс! Вы меня слышите? Гермиона подняла голову и увидела, что прямо к ней направляется молодой чернокожий аврор. Кингсли Шеклбота она признала в нем сразу же. Да... Помянешь черта... - Мисс, как вы себя чувствуете? Шеклбот подошел прямо к ней и, взяв ее за плечи, немного приподнял. - Более или менее... - она неопределенно пожала плечами. - Можно Вашу палочку? Гермиона отдала свою палочку Кингсли и отрешенно наблюдала за тем, как он при помощи Prior Incantato просматривает все сотворенные ею щитовые чары. Когда дело дошло до бытового заклинания очищения поверхности и косметических чар для укладки волос, он оставил многострадальную палочку в покое. - Простите меня, мисс Забини, я не представился. Кингсли Шеклбот, Аврорат, младший сотрудник. Свидетели подтвердили, что Вы только защищались, но я должен был провести обязательную процедуру. - отрапортовал он. - Ничего страшного, мистер Шеклбот. Это Ваша работа. Весь аврорат бы состоял из таких людей как Вы... - Гермиона вымученно улыбнулась. Кингсли хихикнул, оценив шутку и, посоветовав ей сидеть смирно, пока ей не займется колдомедик, пошел к «пострадавшим». Решив использовать время с пользой, Гермиона достала зеркало и позвала Гарри. - Гермиона? Ты в порядке? - Да, в полном. Устала только. - Что там произошло? - в зеркале появились лица Блейза и Джованны. - Да такое даже представить сложно... У меня такое ощущение, что либо у них совсем мозгов нет, либо Темный Лорд хорошо постарался над Адольфо и Лестрейнджами... - Что ты имеешь в виду? - А то, что я даже в самом крайнем случае, скорее всего, не стала бы использовать Everto Statum или Putulentia viscerum. О пыточных и говорить нечего... - Гниение плоти? Разрушение состояния? Да они что, совсем с ума сошли?! На людях такие кренделя выписывать! Вот идиоты полоумные! Да там же вся улица, небось, на ушах стоит! - послышались возмущенные голоса двух Забини и самой Гермионы. - Гермиона, но... Откуда ты знаешь такие заклинания? - А оттуда, что она, то есть я, не так глупа, чтобы не изучать Темные Искусства. Если бы она их не знала, то не смогла бы и защититься от них! - сказала «та» Грейнджер. - Ты что, смогла поставить Щиты Паллады? - деловито поинтересовалась Джованна. - А что мне еще оставалось делать? Ладно, мне пора. Предупредите Вальбургу, что все хорошо. Она, наверное, волнуется... * * * Пятнадцатое августа тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Послышался легкий хлопок, как при аппарации, и сознание восьми человек, находящихся в доме на Площади Гриммо, на несколько секунд затуманилось. Первым очнулся Блейз. - Maman? Где мы вообще находимся?.. Поттер? Уизли? Лонгботтом? Гарри Поттер растерянно оглянулся по сторонам, отмечая то, что совершенно не помнит и не понимает, почему в его доме такое столпотворение и, к тому же, Блейз Забини со своей, видимо, матерью. - Так. Давайте все успокоимся. Никто не нервничает. Рон, Джинни, Невилл — ведите себя тихо. Блейз никогда не делал нам ничего плохого. Школьный факультет — это не приговор. Мадам Забини, мое почтение. Кто-нибудь помнит, как мы все оказались здесь... Таким составом? Джованна Забини с интересом посмотрела на высокого зеленоглазого юношу с растрепанными черными волосами. - Мерлин, как же ты похож на Джеймса... Блейз мало ей рассказывал о Гарри Поттере. Но сейчас она своими глазами видела, что газеты не врали — этот парень действительно мог одержать победу над Темным Лордом. Она практически чувствовала, как от него волнами исходит Сила. Он был лидером от природы. - Вы... Вы знали моего отца? А глаза... Глаза как у Лили. Такие же травянисто-изумрудные омуты. Так странно видеть его сейчас, такого большого, взрослого, почти мужчину. Кажется ведь, что совсем недавно видела, как Эванс наконец-таки пошла на свидание с Джеймсом, как Поттер хвастал, словно павлин, а она только хмурилась, сжимая губы, и качала головой — мол, ну что уж взять с этого идиота... - Да, мистер Поттер, я знала Джеймса. И Вашу мать я тоже знала. Они были всего-то года на полтора младше меня. Почему он так реагирует? Неужели никто так и рассказал ему по-человечески о том, как его родители начали встречаться, как постоянно цапались, как Блэк ревновал Поттера, будто он его парень... - Поттер! Марш в библиотеку! Все разом подпрыгнули. Не часто слышишь от Вальбурги Блэк что-то адекватное, а не: «Мерзкие грязнокровки, предатели крови, вон из моего дома..!» - М...м-миссис Блэк? - Гарри осторожно подошел к портрету, который почему-то был не занавешен. - Поттер, идите в библиотеку. Там Вы все поймете. - уже более мягко попросила Вальбурга. Гарри удивленно пожал плечами и пригласил всех пройти в библиотеку. Во время дороги Луна таинственно шептала, что это все шутки времени, Блейз, подняв брови, наблюдал за ней, Невилл краснел, Рон и Джордж с совершенно потерянными лицами слушали весь этот бред, а сама Джованна с интересом рассматривала семейное гнездо Блэков — дом, в котором могла бы стать хозяйкой ее младшая сестра... Войдя внутрь, все разбрелись: надо же было найти что-то, что бы им объяснило все происходящее. Почти каждый пытался отыскать ответ в какой-нибудь книге — массовая потеря памяти даже в волшебном мире не может оказаться чем-то обыденным. На несколько минут длинная широкая зала погрузилась в тишину, нарушаемую лишь шелестом страниц и перекладыванием книг с полки на полку. Неожиданно входная дверь распахнулась, и в библиотеку ввалилась растрепанная Гермиона Грейнджер, треснула на стол какую-то тетрадку и громогласно провозгласила: - Я знаю, как отправиться в прошлое!