Can You Feel My Heart? II

- Что ты ему сказал? – сажусь рядом с братом. - Сказал, что если он не может сказать ей, что любит, то ему лучше оставить ее, - в этот момент дочь еще больше взрывается рыданиями. - Я опять все сделал не так? - Я не знаю, - Джей тяжело вздыхает. Тишина в доме разбавлялась лишь всхлипами дочери. Джаред встает и помогает Клео встать с пола. Я знаю, что виноват в какой-то степени, но я не хочу, чтобы ей разбили сердце. - Клео, так будет лучше, - придвигаюсь ближе к дочери. - Лучше? Для кого? Ты хочешь, чтобы мне не было больно потом, но делаешь больно сейчас… - Я хочу, чтобы ты не влюбилась окончательно. - То есть, ты вообще не разрешишь мне ни с кем встречаться, потому что любой может меня бросить? Это жизнь пап… Если бросят раз, то второй я точно плакать не буду. А похоже, меня бросили, - и снова в слезы. - Мы улетаем вечером. Я звоню маме, и она будет жить с тобой, пока мы не прилетим, - встаю с дивана и достаю телефон. - Пап, нет! Что я могу сделать?! – подскакивает с места. - Вы оба уже сделали, - молча, убегает в комнату. Ты мне еще спасибо скажешь. POV Клео Я не знаю, кто сделал хуже: я, папа или Лекс. Я совершенно не обижаюсь на Лекса, правда. Если он не сможет полюбить – пускай. Он, тот человек, который дарит мне новые эмоции. Мой первый друг и не только. А что теперь вообще? Может, отец прав? Минут пять тереблю в руках телефон, решаясь написать ему. Нет. Лучше поговорить лично. Надо бы извиниться перед отцом.

***

Заснула. Проспала. Все сразу. Замечательно. Вскакиваю и бегу в душ. Голова болит. Нос заложен. Лицо опухло. В голове полнейшая каша. Мне обидно за свои слова. Обидно за папу. Обидно за свои отношения, но магнит, тянущий меня к Лексу, еще работает. Вот только как он отреагирует? Выбегаю из душа и напяливаю первое, что из шкафа выпало. Даже накраситься не успею, поэтому беру очки. Как попало заплетаю хвост. Выбегаю из комнаты. Бабушка. Она уже приехала и хозяйничала на кухне. - И что же ты такого сделала? - А то папа тебе не рассказал?! Я опаздываю, - убегаю наверх собирать сумку. Тетради валяются по разным ящикам. Когда в моей комнате будет порядок. Да и эти шары надо в одну связку собрать. Пока я копаюсь по ящикам, натыкаюсь на коробочку. Ту самую коробочку, которую дарил Лекс. С минуту смотрю на нее. Может, это тот самый момент? Тяну ленточку за один конец. Потом за другой. Открываю ее: внутри лишь какая-то черная карточка, на которой белым по черному написан какой-то адрес. Посмотрев на оборотную сторону карточки, нахожу еще одну надпись “часть моей души.” Что это значит? Закрываю коробочку и кидаю в сумку. Надо подумать над этим. Закинув кое-какие тетради и мою творческую, беру сумку и выбегаю из комнаты. - А завтрак? – бабушка даже сказать не успела, как я уже была на улице. Из-за всего, что навалилось на меня за последние пару дней, и что требовало решения, дорога до университета оказалась недолгой. Хорошо, что у меня хватил мозгов не сказать отцу о том, что мы с Лексом учимся в одном университете. Тогда мне бы и сюда ходить запретили. Захожу в эти врата ада, скрывающие за собой далеко не только учебное заведение, но еще и царство сплетен, похоти, безразличия. Пробегаюсь глазами по всей площади. Его нигде нет. Надо уйти с последних пар и отправится по адресу, что написан на карточке. День обещает быть тяжелым.

***

Понять все свои ошибки и сдерживать слезы на парах. Никогда не думала, что буду так делать. Я должна все вернуть. Я понимаю, что отец хочет защитить меня, и ценю это, но… Выходя с территории университета, достаю коробочку и вбиваю в гугл карте адрес. У меня есть время, чтобы дойти туда пешком. Прокладываю маршрут, на всякий случай. Спустя сорок минут пути, когда ноги начинали ныть, спина болеть, а я мерзнуть, я добралась до нужного места. Передо мной было какое-то заброшенное здание. Оно не выглядело как все здания такого рода, оно достаточно новое, выбито несколько стекол и потрескалась штукатурка. И это именно то место, которое мне нужно? На здании тот самый номер дома, указанный на карточке. Еще раз осмотрев трехэтажное здание, решаюсь пройти внутрь, правда вход я нашла не сразу. Внутри куча пыли, но выглядит достаточно обжито, что странно. И какого черта я лезу в какое-то незнакомое место, где могут быть люди из гетто? Нет, я не расистка, но все мы знаем, на что способны эти люди. Замечательно. Всегда делаю, а потом думаю. Прохожу сквозь темные коридоры, которые приводят меня в большую комнату, освещаемую дневным светом, бьющим из огромных окон. По центру стоят колонны, являющиеся удерживающим механизмом для потолка. Эта комната чем-то напоминает танцевальную студию. Зеркала во всю стену. Только вот… Зачем он меня сюда привел? Еще раз осмотрев помещение, решаю не подниматься дальше. Здание пустует, я не чувствую чьего-то присутствия, а зря. Достаю сигарету и закуриваю, собираясь на выход. - Эй, в помещении не курим! – голос, раздавшийся за спиной, заставил меня замереть. Ну вот. Нарвалась. - Да брось ты! Это она, - еще женский голос и топанье не одной пары ног. Я серьезно нарвалась. - Кто? - Лекс про нее рассказывал! – на этой фразе поворачиваюсь и вижу одиннадцать человек. Парни и девушки. Все абсолютно разные. Я даже убежать не успею, если что. Хотя. Срываюсь с места и бегу со всех ног, путаясь в этих лабиринтах коридоров. Это что, покушение? Месть за оскорбление личности? - Ну, куда же ты? Мы ведь не маньяки! – голос, отдается эхом от стен. Господи, этот коридор бесконечен. Меня кто-то хватает сзади и тащит обратно. - Что происходит? Хватит! – пытаюсь вырываться, но все в этом мире сильнее меня. - Да что ты такая нервная? Мы тебя не есть собираемся! – когда оказываемся снова в светлом помещении, брыкаюсь так, что шлепаюсь на пол, - Ну и сиди на полу, почки застудишь – я не виноват. - Кто вы? - Мы – друзья Лекса, - сказала девушка с черными волосами и в ярких лосинах. Это что, какая-то секта? – Он говорил, что рано или поздно ты придешь, а мы зависаем тут в свободное время, - я все еще ничерта не понимаю. - Хватит ее пугать, собрались, как в зоопарке, - знакомый голос. Сквозь это сборище пробирается тот, ради кого я пришла, - Пойдем, - подает мне руку. Мы идем по какому-то коридору, который приводит нас к лестнице. Темновато, стараюсь идти на ощупь, не отпускаю руки Лекса. - Осторожно, - останавливает меня и помогает подняться через обрыв, от двух провалившихся ступеней. Мы выходим в комнату, схожую с той, что находится этажом ниже. Только здесь есть здоровый балкон. Тут еще светлее и видно солнце, пробивающееся сквозь темные тучи. Красиво. Лекс оставляет меня у входа, а сам проходит дальше. - Лекс, прости за вчерашнее. Шеннон хороший, просто он… - Любит тебя, - эхо в помещении создает какую-то особую атмосферу. - Да. - Клеопатра, я начинаю не понимать тебя. Любая другая девушка, будучи на твоем месте, уже избила бы меня, обвинила в измене и неуважении, а тебя устраивает это. Почему? Почему ты не требуешь от меня признания? - Я не любая другая девушка… Мне важно то, что я просто не безразлична тебе, а любовь – это приходящее чувство, которое невозможно понять. Я сказала тебе это на эмоциях, хотя могла бы еще подождать… - говорю совсем тихо. - У меня проблема с чувствами, я совершенно не умею их выражать, именно поэтому не смог тебе ответить. Каждая девушка до тебя сама просила что-то от меня, действовала сама, мне даже не надо было что-то говорить ей. А ты ничего не требуешь, кроме простых разговоров и немного внимания. Это и ставит меня в тупик. Я просто не ожидал, что так получится. Я не умею выражать чувства на словах. - Ты выражаешь их в действии. Тот сюрприз, который ты устроил вчера. Твое внимание и забота. То, как ты пытаешься вселить в меня уверенность. Даже эта коробочка, которая привела меня сюда. Мне не нужно никакое признание, просто отец этого не понял… - слезы наворачиваются на глаза, а голос предательски дрожит, - Не бросай меня. - Я и не собирался, - обнимает меня так крепко, будто я сейчас убегу, а я просто реву ему в плечо, - Перестань, не плачь. Я понимаю твоего отца, на его месте я поступил бы так же. Я обещаю, что когда они снова приедут, я просто поговорю с ним. - Эй, Ромео и Джульетта, ну хорош соплей! Ближе к делу, - у входа показались лица, испытывающие дикое любопытство. - Так у вас секта? - Нет, они просто танцуют. - И ты тоже? – вот это неожиданный поворот, но вместо ответа последовал долгий поцелуй, радостные возгласы за спиной. Я не отступлюсь от того, что мне дорого.