Охота

Меня зовут Луэ-Раш. Я стараюсь выживать на планете берсеркеров. Получается хорошо. По моим подсчетам, со смерти Корната прошло три года. Тридцать шесть сезонов. Тридцать шесть чертовых сезонов охоты на этой поганой планете, где постоянно не хватает кислорода. И еще чего-то… Кого-то… Я, не торопясь, иду по вечернему лесу, думая о своем. Ноги еле двигаются после долгого бега, все тело ломит после борьбы. Вот и закончился сезон. Тридцать седьмой сезон. Уманы и охотники мертвы. Все пали от моей руки. В руках три головы берсеркеров, уложенные в сеть. Человеческие головы мне не к чему. Слышен шум водопада. Стандартные действия – нырнуть, вынырнуть, пройти по тоннелю, головы в костер и спать. Наутро головы почерневшие, зато не гниют. И никакой лишней заботы. В пещерке огромная гора черепов. Здесь были и человеческие, и представителей расы науду. Я сняла с себя мокрые тряпки и уселась перед костром, устало склонив голову. Приближающийся сезон спаривания начинает говорить о себе. Снова ломка, снова боль, снова воспоминания… Корнат… Три года назад перед его смертью мы лежали здесь, разговаривая о жизни охотника. Он рассказывал, что она бывает крайне коротка. И еще он кое-что обещал. Не умирать. Этот чертов берсеркер обещал не умирать! А теперь его череп лежит в изголовье моего ложа. Пустые глазницы и опущенные жвала… Боже, как же больно! Я улеглась на шкуры, протянула руки к черепу и погладила его. Года два назад я бы заплакала. Сейчас меня на это не вывести. Я привыкла. К тому. Что его нет. Что он не залезет в пещеру, недовольно урча и проклиная узкий лаз. Он не ляжет рядом, грея меня своим теплым телом. Не скажет, что я глупая уманка, которая дарит нежность берсеркеру, убийце. Никто больше не назовет меня нежно: «Гуан’Луэ-Раш!» в ночи, обнимая и мурлыкая на ухо приятные слова. Кетану! Когда я очнулась тогда, три года назад, был уже день. Я не могла до конца поверить, что произошло. По просьбе Корната, я обезглавила его тело. Так же поступила и с остальными телами. Я не знала, как положено хоронить охотников, и положено ли вообще. Я собрала с них все доспехи и оружие – пригодится. Туда же пошли энергосистемы и маски. Весь день был потрачен на сооружение костра. Было тяжело таскать бревна и ветки, но я верила, что это нужно сделать. Костер получился большой. Теряя последние силы, я соорудила гигантское двуярусное ложе из сухого материала. Вниз легли Унам-тер и один из охотников Тидрата. На верхнее я с трудом затащила Корната, каждый раз прося прощения за грубость. Дура. Головы на время пришлось положить к телам – было жутко смотреть на охотников без них. К вечеру все было готово. Произнося произвольные молитвы, обращаясь к Кетану, просила принять их души, надеясь, что Бог Смерти меня услышит. Костер горел высоким рыжим столбом. Где-то вдали лаяли псы, привязанные охотниками. Боялись. Как и я. Костер догорел только к утру. Забрав черепа, я ушла в свое убежище. К лагерю охотников приходила либо чтобы положить одинокий красный цветок на бывшее кострище, либо, чтобы убить новых охотников. Договориться с ними я не пыталась. Они знали про меня, они охотились на меня больше, чем на остальных людей. Я не попалась больше ни одному. Если бы попалась – не позволила бы себе жить. Это я решила точно. В некоторых сражениях меня почти убивали, но неведомая сила пробуждала во мне ярость, которая помогала мне одержать победу. Энергия бралась как из ниоткуда. В такие моменты мне казалось, будто в кустах сверкнули ярко-красные глаза моего Рла. И пропадали. Первый год был особенно тяжелым. Проходя по знакомым местам, я вспоминала Корната и Унам-тера, наши тренировки, наши сражения… По вечерам, сидя у костра, мне казалось, что из огня на меня смотрит Корнат, шевеля жвалами, а треск сухих веток напоминал его урчание. От подлобной игры разума меня начинало колотить. Пару дней я лежала в полной темноте и холоде. И снова мне казалось по ночам, будто кто-то заботливо гладит по плечу. Просыпаясь, я видела красные огоньки у входа. Бежала за ними. Но никого не было на самом деле. Возвращаясь обратно, я молилась Кетану. И не только. Я молилась всем Богам, которых знала, прося, чтобы они забрали его душу. Но его образ вновь и вновь появлялся где-то рядом. Отчаявшись, я хотела спрыгнуть с обрыва неподалеку. Все это так сводило с ума, что хотелось просто уйти вслед за Рла. Обычно, меня что-то останавливало. Будто чье-то дыхание сзади. На минуту вспоминались его теплые объятья, ласки и яркие глаза и грубый, но при этом, нежный голос. Я не могла прыгнуть, как ни старалась. Этот чертов берсеркер сам подох, а теперь не дает спокойно умереть мне! « - А если тебя убьют? – Ты выживать без нас…» Выживать. Корнат, смотри, я выживаю! Только чего ради? Три года! Три года, как ты умер и оставил меня здесь одну! Черт! Как ты мог помереть раньше меня?! Почему ты сразу не придавил меня, когда в первый раз увидел?! Почему?! За что… Пес лежал рядом со мной, затихнув, будто прислушиваясь к моим мыслям. Он не трогал меня. Как и остальные. Вышло весьма интересно. Псов Корната забрали вновь пришедшие охотники и натравили на меня. Я, будучи слабой в то время, никак не могла убежать. Когда псы догнали меня, я уже мысленно поприветствовала своего Рла. Но один из псов, вместо того, чтобы нападать, обнюхал меня и сел рядом. Не тронул. Так же поступили и остальные. И опять красные огоньки в зарослях. Корнат, это ты меня спасаешь, я знаю. С тех пор псы постоянно ходят за мной, когда мне это нужно. Помогают в охоте на уманов, делая за меня грязную работу. Я же занималась охотниками. Мой излюбленный прием с оторванными жвалами всегда действовал. «Прекрасная работа…» - послышались в голове слова охотника. Да. Именно так он сказал, когда я впервые освоила этот жестокий прием. Боги! Животное тихо засопело. Спит. Это странно, но… Могут ли охотники перерождаться? Может, Корнат в теле пса? Нет. Глупо… Я отвернулась от костра, где тлели черепа, стараясь заснуть. «Луэ-Раш. Гуан’Луэ-Раш…» Мое имя. Как ни странно, его значения я так и не узнала. Столько всего было пройдено вместе с этим берсеркером, а узнать суть своего имени я так и не удосужилась. А теперь кто скажет? Никто. Ведь его нет рядом. Я пес вряд ли умеет говорить. Перед глазами снова его лицо, большая голова, внимательный взгляд, от которого нельзя было спрятаться… Да и не хотелось. В его глазах хотелось тонуть, забывая обо всем. Корнат… «Быть мало больно. Не волноваться…» Я слабо улыбнулась, вспоминая его неумелую умановскую речь. Так он сказал, когда собирался выжечь на моей руке иероглифы, сидя вечером у теплого костра. За нами наблюдал Унам-тер, что-то недовольно ворча. « - Что значит? - Твое имя… Чтобы ты не забыть, Гуан’Луэ-Раш…» - Я помню, - вслух произнесла я, и мой голос прорезал тьму. Пес заворочался, кряхтя и фыркая. Ткнув его локтем, чтобы перестал, я снова попыталась уснуть. «Я буду ждать…» Боги! Как же много времени прошло. А я все чего-то жду. Но чего? Корната, который тяжелыми видениями появляется в моей жизни? Или чего-то еще? Корнат! Я жду! Жду, когда ты придешь и заберешь мою душу к себе! Заберешь меня к себе! Слышишь?! Мне больше ничего не надо! Снаружи послышался гул корабля. Новый сезон. Черт с ним. Все равно не найдут. « - А ты быстро научилась, Любимая. Будь осторожна. Не ищи нас, если мы не вернемся. Обещаешь? - Я подумаю…» Кетану! За что мне эти мысли? Почему я не могу спать ночами? Почему ты вновь напоминаешь мне о моем погибшем Рла? Боги! Оставьте меня в покое! Заберите меня или не трогайте! Корнат! Я не могу так больше! Я повернулась на спину, всхлипывая и шмыгая носом. Сорвалась. Не выдержала. Два года держала рамки, позволяя плакать только к сезону. А до сезона еще есть время, а меня уже разрывают черти изнутри! Горячие слезы текли по щекам, обжигая и напоминая о первой ночи. Чуть не умерла. Да лучше б сдохла, если б знала, что все так пойдет! Пес услышал мои всхлипы и вопросительно посмотрел на меня. - Спи, глупый Бобик, - сказала я, положив на него руку. Я смотрела в темноту, прислушиваясь к звукам снаружи. Тихо. Значит, самое интересное еще не началось. Есть еще время. Я закрыла глаза, снова пробуя погрузиться в сон. « - Я тебя люблю, Луэ-Раш. - И я тебя…» Слезы теперь ручьями текли, горло начало болеть, внутри сжался узел, сдавив все мое нутро. - Я люблю тебя! – Сквозь слезы закричала я, надеясь, что охотник, все же, услышит. – Люблю тебя! Корнат! Снова воспоминания. Он ранен. Уходит. Сражается. Копье в его груди. Нет»! - Нет! – Крикнула я, будто это могло что-то изменить. Корнат. Теперь я точно не успокоюсь. Началась отдышка, стало тяжело дышать. Пес поднялся, пялясь на мои конвульсии, и заскулил. « - Это моя последняя просьба, Любимая…» - Корнат! – Снова завопила я и села. Взяла череп и осторожно положила на колени. Поглаживая его, продолжала плакать. Слезы падали на него, оставляя тонкие дорожки. Я обхватила его руками, прижимаясь лицом к холодной кости. Но нет того тепла. И не будет. Холод. Мертвый каменный холод, который теперь преследует меня повсюду. Утром я проснулась в обнимку с черепом своего Рла. Аккуратно положив его на место и одевшись, я вышла, забрав с собой пса. Шума и криков в лесу не было слышно, что было странным. Обычно, охота не была такой тихой. Выбравшись из воды, я увидела что-то очень большое на берегу. Присмотревшись, я поняла, что это корабль. Не такой большой, как у тех, кто прилетал охотиться. Его люк был открыт. Возле корабля стоял охотник, что-то набирая на своей энергосистеме. Я спряталась за камнями, наблюдая за ним. Я сразу поняла, что это не берсеркер – он был ниже и броня у него отличалась. На маске был клановый знак. В корабле раздалось еще рычание, которое меня удивило. Оно было тоненьким. Будто это… По трапу спустилась самка, держа на руках детеныша. Она подошла к охотнику, тот взял его на руки и прижал к груди. Они довольно урчали. Боги! Перед глазами пронеслись воспоминания. Наши с Корнатом бессонные ночи, проведенные в крепких объятьях и неземных ласках. По моим бедрам, словно, снова прошлись его когти. Испугавшись собственных чувств, я нырнула под воду и вернулась в убежище. Корнат! Что же это?! Почему! Я могла родить тебе, ведь у нас теперь схожий код! Я могла родить тебе ребенка! Корнат! Мой Рла! - Прости, - прошептала я, свернувшись в комочек на холодном камне, снова рыдая. – Корнат, я жду тебя. Забери меня… * * * - Мой Вождь, мы на орбите планеты. - Отлично. Кайндэ нашли? - Да, мой Вождь. И еще кое-что. - Да? - Вот, - Лун’гран вывел изображение на экран. На нем появилась уманка, в самодельном топе и юбке из шкур, сшитых между собой кожаными нитями. Голова покрыта косами сложного плетения, которые обычно носят самки науду. На шее бусы из жвал. Тело покрыто иероглифами. - Очень интересно, - задумчиво произнес Вождь, глядя на самку. – Что это у нее за надпись на руке? Кажется, Гуан’Луэ-Раш? - Да, Кар’клей. - Что ж, тогда мы сначала навестим ее, - Вождь стал набирать код на панели управления. – Бери охотников. Найдите ее. И только попробуйте хоть когтем тронуть. - Да, Кар’клей. Молодой охотник вышел из отсека управления и направился к остальным охотникам, ожидавшим его в кехрите. Как только помощник Вождя Лун’гран вошел, все вопросительно посмотрели на него. Высокий, статный молодой самец с кожей приятного кремового цвета, черными валарами и голубыми, редкими для яутов, глазами осмотрел присутствующих и выбрал воинов, что пойдут с ним. - Остальные остаются и ждут указаний. Охотники покорно поклонились и продолжили тренировку. - Мы готовы, Вождь, - сказал Лун’гран, когда его охотники собрались у трапа. - Отлично, - сказал старый охотник. Судно слегка тряхнуло перед посадкой и дверь открылась. - Итак, наша цель – обследовать территорию. Если встретите уманов – доложить, не убивать! Воины неохотно поклонились и вышли вслед за помощником. * * * Я стояла на краю скалы, собираясь прыгнуть. Видения, преследовавшие меня, вывели психику из строя, и я намеревалась с этим покончить. Прошло два тех пора, как я увидела малыша науду. Тогда я знатно прорыдалась. Теперь этого не хотелось. Хоть я и грустила, смотря на череп Корната. Я уже сделала глубокий вдох, собираясь шагнуть в неизвестное, как вдруг меня обдало резким порывом ветра. Я слегка пошатнулась, пытаясь разглядеть источник. Такого ветра в природе просто быть не может! Послышался грохот и осыпь камней на той стороне обрыва. Я поняла, что это значит, когда увидела многочисленные искры. Передо мной, только на противоположной стороне, стоял громадный космический корабль. Таких больших я еще никогда не видела. Красивый, черный, обтекаемой формы с заостренным носом, он вызывал восхищение. Двери судна открылись и спустился трап. По нему сошли несколько охотников, во главе с хищником странного кремового цвета. Его длинные валары спускались аж по пояс, приятного цвета тело, переливаясь на солнце, казалось, отсвечивает золотистым блеском. Засмотревшись на это чудо света, я совсем не заметила, как пара охотников уже приготовились прыгать в мою сторону через обрыв. Но, все же, я успела более или менее сориентироваться и побежать по краю обрыва. Прыгать сразу расхотелось. Что-то в этом охотнике было притягательное. Но ладно. Не надо об этом. Сейчас, главное удрать от них. Я краем глаза видела, как тот самый охотник побежал параллельно мне. Я прибавила скорости. Уж что – что, бегать от хищников я умела. Вот только, эти были ниже и бегали быстрее берсеркеров. Я бежала изо всех сил, стараясь не упасть, ловко перепрыгивая препятствия и заглушая желание снова посмотреть на охотника. Ноги стали гореть, словно их опустили в угли. Посмотрев вниз, я увидела, что после меня остаются кровавые следы. Новые охотники, тем временем, не отставали. Я слышала их рычание, и старалась бежать как можно быстрее. Я ужасом замечаю, что один из них бежит справа от меня. На расстоянии метров пяти. Я ускорилась, насколько это было возможно. Голова начинала кружиться, дышать становилось тяжело, ведь они гнали меня уже минут пять. Впервые за пять лет жизни здесь я почувствовала себя дичью. Рычание становилось ближе и настойчивее. Впереди виднелась трещина в скале. Учитывая мою скорость, я смогу перепрыгнуть ее. Я заранее продумываю, как лучше оттолкнуться и где, чтобы не полететь со свистом вниз. Хотя… Минут семь назад я хотела самовольно спрыгнуть, но этот самец… Боги, о чем я? Обрыв уже близко. С силой оттолкнувшись, я прыгаю. Ласточкой пролетев над пустым пространством, я кувырком приземляюсь на другой стороны. Стараясь не медлить, я вскакиваю и бегу дальше. Голова раскалывалась. Что-то теплое текло по виску. Да, к черту! Из последних сил стараясь ускориться, я с ужасом понимаю, что кремовый самец, бегущий на другой стороне, уже перегнал меня, а охотники сзади уже почти наступают на пятки. Впереди был новый обрыв. Светлый самец уже почти добежал до него, собираясь перейти по крупному дереву, лежащему поперек пропасти. «Нет! Не сдамся! Сдохну, но не сдамся!» Я разбежалась сильнее. Кремовый самец уже близко. Метнувшись его сторону, я резко поворачиваю в сторону пропасти. Моей целью не было перепрыгнуть ее. Я понимала, что это невозможно. Даже хищник не смог перепрыгнуть. Я тем более не смогу. Я закрыла глаза на ходу, готовясь прыгнуть, как вдруг что-то тяжелое толкнуло меня спереди, повалив меня на спину и навалившись сверху. Резкая боль пронзила позвоночник и голову. Я вскрикнула, открыла глаза. Тот самый чудо – самец лежал поперек меня, не давая возможности даже вздохнуть. Он тяжело дышал, стараясь подняться, одновременно с этим придавливая меня рукой к земле. Только сейчас я поняла, что этот самец рисковал собой, чтобы я не грохнулась. Мои ноги почти полностью свисали над пропастью. Упав на меня, самец попросту не дал мне упасть или соскользнуть. Что ж. Надо будет как-нибудь потом его отблагодарить. Он осторожно поднял меня за плечи и отнес подальше от обрыва, усадив на камень. - Вот это самка! – Воскликнул один из самцов на языке науду. – Ну и выносливость! Вы видели, как она перепрыгнула через расщелину? - Заткнись, Шторм! – Рявкнул на него светлый охотник и посмотрел на меня. Я чувствовала пристальные взгляды хищников. Прямо передо мной – чудо света. Да. Пожалуй, именно так я его буду называть. Сзади стояло еще трое. Бежать некуда. Придется выкручиваться дипломатически. - Как тебя звать? – С трудом спросил он на английском. С трудом вспоминая язык, я решила говорить с ним на его языке. Все равно, делать мне больше ничего не оставалось, чем удивлять. - Мое имя - Гуан’Луэ-Раш, - сказала я на его языке, чем вызвала удивленное стрекотание со всех сторон. - Ты говоришь на языке науду? – Теперь он и сам перешел на родную речь, присев напротив меня. - Да. - Кто научил тебя? Я замолчала. Я хотела сказать про Корната, но сомневалась, что они его знали. - Один охотник, - ответила я. Он с любопытством разглядывал меня, склонив голову. Я терпеливо ждала. Самец рассматривал иероглифы, оставленные Корнатом и его взгляд упал на круг над грудью. Он осторожно протянул руку, слегка отодвигая ткань, обнажив немного грудь, и коснулся рисунка. - Руки прочь! – Рыкнула я и оттолкнула его. Хищник изумленно смотрел на меня. Я вновь прикрылась и сложила руки на груди. – Никто не смеет ко мне прикасаться, понятно?! - Он жив? – Напрямую спросил он. Я промолчала, опустив голову. Это задело меня и мои чувства к Корнату. Я исподлобья посмотрела на наглого самца, после чего встала на ноги и вплотную подошла к нему. - Не твое дело! – Крикнула я и повернула голову в сторону обрыва. Тогда хищник снова коснулся моего плеча. Я резко схватила его руку и сильно укусила. По руке моментально потек твей. - Ты что творишь, глупая самка?! – Зарычал он и схватил меня за шею. Это сочетание слов что-то напомнило мне. Что-то екнуло в груди. Чей-то строгий голос… - Отстань от меня! – Рыкнула я на него, снова собравшись с мыслями. - Глупая самка, - повторил он, ловко переставив руки и прижав меня к своему теплому телу, держа за талию. - Пусти! – Крикнула я, пытаясь вырваться, но руки охотника сжимали меня, как тиски. - Нет, глупая самка! – Засмеялся он, продолжая держать меня. - Сам ты глупый! – С обидой крикнула я, дергая ногами и пытаясь его ударить. Охотники сзади тихонько смеялись над моими попытками выбраться. - Нет, это ты глупая! Я хочу поговорить, а ты упираешься! - Так не распускай руки! Я скажу все, что знаю! Не души меня! Отпусти! Хищник ослабил хватку, и я упала перед ним на колени. - Так-то лучше, - сказал он, снова усаживаясь напротив меня. – Ты долго здесь? - Достаточно, - буркнула я, стараясь не смотреть на молодого самца. - И сколько? - Больше пяти лет. - Мать ее… - тихо послышалось сзади. - Ты долго была одна? - Да. - А почему? Где тот, кто сделал эти узоры? Где он? - Ушел! Я не хотела говорить, что его уже нет в живых. Это по-прежнему больно отталкивалось от моего сердца. - Он бросил тебя? - Да. Снова врать. Ладно. Посмотрим, что будет дальше. - Поэтому ты убиваешь всех берсеркеров? Я немного подумала, прежде чем кивнуть. Тогда охотник встал, и стал что-то урчать в маске. - Ты можешь показать его лагерь? Я молча кивнула головой. Потом посмотрела на его энергосистему. - Ты же сам можешь узнать дорогу, - сказала я, строго посмотрев на него. - А ты у нас вот какая умная, да, самочка? - Не называй меня так, - пробубнила я, опустив голову. Я чувствовала, как покрываюсь краской. Самочкой меня называл Корнат, когда мы оставались ночью одни. Почувствовав мое смущение, охотник хмыкнул и осмотрелся. -Мы знаем, что ты убиваешь берсеркеров, - продолжил он. – Если это так, и если ты это докажешь, мы сможем взять тебя с собой. - С собой? – Я не поверила своим ушам. Открыв рот от удивления, я начала представлять, как это выглядит со стороны. - Да, самочка, с собой, - повторил он. – Покажешь нам, где твой дом? Я опустила голову и задумалась. Пойти с ними? Или послать к черту? От сильных раздумий и раны, голова стала побаливать. Я слегка пошатнулась, чувствуя усталость, и кивнула головой. - Вот и отлично, - сказал кремовый охотник. – Меня зовут Лун’гран. - Очень приятно, - сказала я и посмотрела на трех других. - С ними я тебя потом познакомлю, самочка, - сказал он, обходя меня. – Где твой дом? - Там, - сказала я, ткнув пальцем в сторону, где должен был располагаться лагерь, а за ним водопад. - Тогда веди, самочка, - сказал он, проведя рукой по моей полуобнаженной спине и дотронувшись до ягодиц. Я резко развернулась и направила на него нож. - Не делай так больше, - прошипела я, глядя на него. – Иначе сам станешь самочкой. Я слышала, как не удержались от смеха его собратья. Лун’гран рявкнул на них и недовольно отвернулся. - "Так-то лучше", - подумала я, убирая нож. Не знаю почему, но этот Лун’гран мне понравился. Наглый правда, но что-то в нем есть. Я усмехнулась, наверно, впервые за эти пять лет. Но тут до моего слуха снова донеслось: «Самочка.» - Я все слышу! – Рыкнула я на них и пошла быстрее.