"One chance to go back..."

Часть 20. " День отца."       Неизвестно, в чём было дело: сказалось ли огромное напряжение, или усталость взяла своё, а может, помог липовый чай с мёдом, но Пабло спал, как убитый, и проснулся только поздним утром. Не открывая глаз, он прокрутил в голове события вчерашнего дня: новость о столкновении поездов, свой страх за Мари, свою бешеную гонку, их разговор... Как там она сказала? "Я не испытываю к тебе отвращения и не собираюсь злиться вечно!" А ведь она не из тех, кто просто так бросается такими словами!       Много ли надо человеку для счастья? Настроение у Пабло стало прекрасным!       Он сел на кровати, поморгал, прогоняя остатки сна, и огляделся. Спальня Мари очень понравилась ему, она полностью отражала вкус хозяйки и была простой и уютной. Пабло снова упал на подушки и вдохнул запах - постель пахла Мариссой, и так легко было представить её рядом... Больше всего на свете ему хотелось бы засыпать и просыпаться вместе с ней! Не скоро ещё это сбудется... Но ведь сбудется же! От последней мысли Пабло просиял и блаженно потянулся. Тут раздался стук в дверь, в комнате появилась Кьяра в забавной жёлтой пижамке и запрыгнула на кровать к отцу: - Доброе утро, папочка! Мама сказала, что ты здесь! - Доброе утро, цыплёнок! - улыбнулся Пабло, притягивая её к себе и целуя в щёки и в носик. Кьяра отпрянула, всплеснула руками и возмущённо воскликнула: - Папа, я же просила не называть меня всякими прозвищами, ты же знаешь, я этого не люблю! Пабло поднял брови: - Правда? Прости, совсем забыл! Вдруг он изловчился, опять притянул дочку к себе и начал щекотать её, приговаривая: - А я очень люблю такие прозвища! И вот что, юная сеньорита, зарубите себе на своём хорошеньком носике: я буду называть Вас, как хочу - котёнком, зайчиком, цыплёнком, лисёнком, рыбкой, птенчиком... - Только не рыбкой! - хохотала, отбиваясь, девочка. - Она же мокрая и скользкая! Ну хватит, папа, хватит! Я сдаюсь, называй, как хочешь, только не смеши меня больше! И вообще, мама велела нам завтракать идти! Пабло сделал испуганное лицо и отпустил её: - Что же ты раньше не сказала?! Маму надо слушаться!       Через несколько минут отец и дочь, уже одетые, появились на кухне, где их ждали любимые Кьярой горячие бутерброды, кофе и горячий шоколад. Завтрак прошёл чудесно, а после, помогая Мариссе убрать со стола, Пабло спросил: - Мари, ты не против, если я с вами этот день проведу? Вы ведь уедете, да ещё так надолго... Я буду ужасно скучать! - Совсем не против! - ласково усмехнулась она, - Сегодня мама с Франко и ребята приедут пообедать и попрощаться - поможешь нам гостей принимать...       Вечеринка прошла замечательно. Пабло не отходил от Мариссы, не сводил с неё глаз и открыто ухаживал за ней. Она не протестовала и даже не скрывала, что ей приятно его внимание. Родные и друзья скрестили за них пальцы, а Мия выбрала минутку и спросила у лучшего друга: - Пабло, вы с Мари, похоже, помирились? - Во всяком случае, мы поговорили, и я ей сказал, что люблю её! - улыбнулся Пабло. - И что она тебе ответила?! - распахнула глаза Мия. - Она ещё злится на меня... - вздохнул голубоглазый. Мия сложила ладошки в благодарной молитве: - Ну слава Богу! Злится! Поздравляю тебя, Паблитто, для неё это практически признание в любви! Пабло просиял: - Ты так думаешь? - Да! - ответила Мия. - Теперь я уверена, что вы будете вместе... Только будь терпеливым и не торопи её - не наделай глупостей! - Лимит своих глупостей я уже исчерпал, у меня на это целых восемь лет было! - невесело усмехнулся блондин и добавил, - А терпения у меня теперь больше, чем ты даже можешь себе представить... Мия улыбнулась и сжала ему руку: - Всё будет хорошо, Пабло! - Я надеюсь! - снова вздохнул он.       В аэропорте Пабло снова всех удивил. Прощаясь с Кьярой, он попросил её при всём честном народе: - Доченька, приглядывай там за мамочкой, ладно? Девочка деловито уточнила: - Что ты имеешь в виду? - Ну, отгоняй от неё всяких там писателей и читателей... - пресерьёзно пояснил её папа. Все рассмеялись, а Марисса попыталась было разозлиться, но не смогла. Она только закатила глаза и поинтересовалась: - Пабло, тебе не стыдно говорить такие вещи ребёнку? И как же твоя готовность ждать сколько угодно? Пабло нисколько не смутился и заявил под одобрительные улыбки друзей: - Остаётся в силе! Но ты же не думаешь, что я пущу всё на самотёк?! Марисса покачала головой, а потом не выдержала и тоже улыбнулась...

***

      После жары Буэнос-Айреса Милан встретил путешественниц приятной прохладой. Юбилей Фабриццио прошёл замечательно: съехались его братья с семьями, Марисса увиделась со своими кузенами - друзьями детства. Молодая женщина была рада увидеть приёмного отца и его семью, ведь отношения между ней и Фабриццио наладились уже давно - он сам сделал первый шаг, приехал в Буэнос-Айрес и поговорил с ней и с Соней. Марисса тогда переживала очень трудный период: её бросил Пабло, она была беременна - и ещё один близкий человек пришёлся кстати... Они начали поддерживать отношения: когда Кьяра была совсем крошкой, Фабриццио навещал их, а когда девочка подросла - Мари стала сама бывать с ней в Италии. Конечно, Фабриццио был в курсе всех событий в жизни приёмной дочери и всегда подставлял плечо - и когда родилась Кьяра, и во время болезни Эду. Своей любимой профессией Марисса тоже была обязана ему: именно Фабриццио подал ей эту идею и познакомил со своим другом - автором детских сказок; потом его книжка стала первой, которую Мари перевела. Сейчас Спиритто волновало, что Марисса слишком долго не приходит в себя после потери мужа. Соня рассказала ему, что в жизни его названой дочери опять появился Пабло. Соня была в восторге от него: какие бы ошибки Пабло не совершил раньше, теперь он вёл себя крайне деликатно и порядочно, да и Кьяра признала его отцом и полюбила... Зная всё это, Фабриццио хотел, чтобы между молодыми людьми всё наладилось.       Однажды Фабриццио и Марисса коротали вечер перед камином в библиотеке, просматривая новые книги, до которых оба были большие охотники. Вдруг из соседней комнаты послышался звонкий голосок Кьяры: - Привет, папочка!... Я тоже соскучилась по тебе... И мама... Нет, она этого не говорит, но я сама вижу, я же не маленькая!... Да, не бойся, я за ней присматриваю... Ещё один подарок? А что это?... Положи в моей комнате, ладно?... Я тоже тебя люблю! Фабриццио и Марисса переглянулись и засмеялись. - Похоже, тебя сдали с потрохами, дорогая! "Пятая колонна", а? - кивнул Фабриццио на соседнюю комнату. - Да уж... - согласилась Марисса. - Вот где справедливость, я тебя спрашиваю? - шутливо возмутилась она. - Я её родила, ночей не спала, растила восемь лет, но стоило только объявиться её распрекрасному папе - и на тебе, она на его стороне целиком и полностью! Фабриццио, смеясь, развёл руками: - Риторический вопрос, детка! - а потом заметил серьёзно, - Мне кажется, или Пабло изменился? Я вижу, что он без конца звонит вам, беспокоится, скучает... Похоже, из него всё-таки получился хороший отец, я прав? - О, более чем! - подтвердила Мари. - Пабло прекрасно ладит с дочкой, лучше даже, чем Эду. Может, потому что ему не мешают комплексы? Эду страшно боялся задеть её, буквально пылинки с неё сдувал... А Пабло обожает Кьяру, но не церемонится особо, и ей это больше по душе... Представляешь, - усмехнулась Мари, - она ему разрешает называть себя и котёнком, и зайчиком! - Правда?! - изумился Спиритто. - Ну, тогда он супер папа! Они снова рассмеялись, потом Фабриццио ласково дотронулся до руки приёмной дочери: - Дорогая, а ты не думала, что из него и супер муж получится? Может, стоит попробовать? Марисса вдруг нахмурилась: - Не знаю, мне кажется, слишком мало времени прошло после смерти Эду, чтобы начинать новые отношения. Фабриццио не удержался и воскликнул изумлённо: - Мало времени?! Эду не стало в начале июня, а сейчас январь заканчивается! Неужели ты так сильно любила его, что до сих пор не можешь прийти в себя и хотя бы подумать о ком-то другом?! Марисса горестно вздохнула и призналась ему в том, о чём не смогла сказать никому, даже матери и сёстрам: - Нет, это не так... Я больше уважала Эду, чем любила, а думать о другом начала ещё до того, как узнала о болезни мужа... Понимаешь?! Он болел, а я не замечала, потому что у меня Пабло из головы не выходил с того самого дня, как мы встретились на чёртовом приёме... Простить себе этого не могу! - она опустила голову и закрыла лицо руками. Фабриццио ахнул: - Вон оно что! Он подсел поближе к Мари и притянул её к себе: - Девочка моя, ну зачем ты себя так накрутила?! Ты была для Эду прекрасной женой, сделала для него всё, что могла - зачем же мучиться от надуманной вины столько времени? Неужели ты откажешься от счастья с любимым человеком из-за нелепых комплексов? - Дело не только в этом! - взглянула на него Марисса. - Понимаешь, я элементарно боюсь, мы же пытались однажды быть с Пабло вместе, и что? Ты же знаешь, чем это закончилось... - Знаю. Но мне кажется, что Пабло из тех, кто всё же учится на своих ошибках... Да и ты тоже повзрослела! Мне кажется, у вас с ним неплохие шансы стать счастливыми вместе! Во всяком случае, попробовать точно стоит! Марисса улыбнулась сквозь слёзы приёмному отцу и прижалась к его плечу: - Только ты можешь меня так успокоить... И почему мы раньше с тобой не ладили? Фабриццио грустно усмехнулся, обнимая её: - Потому что я, увы, был далеко не идеальным отцом для тебя, и мне понадобилось много времени, чтобы это осознать! Марисса кивнула с усмешкой: - Да уж. Хотя признаю, что тоже была не самой послушной дочерью на свете. - Истинная правда, дорогая! - поспешил согласиться Фабриццио. - Некоторые твои детские выходки вообще перед трапезой лучше не вспоминать! Они рассмеялись и встали - пора было ужинать. На пороге комнаты Фабриццио задержал Мариссу: - Милая, послушай меня... Не откладывай своё счастье, ведь жизнь у нас одна! Помни об этом. Она улыбнулась и кивнула согласно.       ...Марисса с удовольствием погостила бы у Фабриццио подольше, но пора было возвращаться - близилось рождение Кьяры, и, конечно, они с дочкой хотели быть в этот день рядом с Пабло и всеми близкими. Последнюю неделю перед отъездом они бегали по магазинам в поисках подарков, и в одном бутике для мужчин Кьяра показала на витрину: - Мама, смотри, какая рубашка! Правда же, она очень пойдёт папе? Марисса согласилась: - Да, она прямо под цвет его глаз... - тут же представила себе Пабло, улыбнулась и добавила мечтательно, - Вообще-то твой папа такой красивый, что ему к лицу любая рубашка! - Тогда давай купим! Только вот какой размер? - запереживала девочка. - Я знаю его размер! - вздохнула Марисса. Рубашка была куплена, а слова мамы Кьяра "намотала на ус"...

***

      Пабло, пользуясь служебным положением, устроил себе нерабочую пятницу - его любимые девочки возвращались из Италии, и он хотел провести с ними весь день. В аэропорт Пабло приехал раньше на целый час и измучился от ожидания, но вот объявили о прибытии их борта, и вскоре он услышал долгожданное: - Папочка, привет! - и через минуту уже крепко обнимал повисшую у него на шее Кьяру. - Привет, моя хорошая, как я соскучился! - он расцеловал дочку в щёчки и в носик. Подошла Марисса, кивнула с улыбкой: - Привет! Пабло вручил ей букет прелестных белых роз и не стал церемониться, крепко обнял, поцеловал в щёку и прошептал на ушко: - Привет! Я очень скучал, ужасно! - но больше ничего себе не позволил, боялся, что она расценит это, как давление. - Ну, поехали домой? - весело спросил он, забирая у Мариссы багаж.       Подойдя к машине, Пабло сказал дочери: - Милая, садись в детское кресло и пристегнись! Кьяра недовольно протянула: - Всегда это дурацкое детское кресло! Между прочим, я уже большая! - Если ты такая большая, значит, и умная, а если умная, то понимаешь, как важна нам с мамой твоя безопасность! - не смутился Пабло. - Так что садись и не дуйся! Кьяра, театрально вздохнув на публику, всё-таки послушалась отца. Марисса улыбнулась и в который раз подивилась про себя, как он хорошо ладит с дочкой.       По дороге Кьяра быстро повеселела и без умолку болтала с отцом, рассказывая о поездке. Пабло заметил: - Похоже, вы с пользой провели время - уезжали с одним чемоданом, а назад везёте три! - В двух - подарки! - объяснила Марисса. - Ведь у нас полгорода родни и друзей! Кьяра тут же вмешалась в разговор: - Папочка, мы и тебе подарок купили! - Правда? - улыбнулся Пабло. - И что это? - Это рубашка! Я выбрала, а мама согласилась - она сказала, что рубашка прямо под цвет твоих глаз! А ещё мама сказала, что ты такой красивый, что тебе любая рубашка к лицу! Пабло просто просиял и посмотрел на Мариссу: - Прямо так и сказала? Марисса покраснела, повернулась к дочке и упрекнула её шутливо: - Знаешь, милая, я тебя в разведку больше не возьму! Девочка ничуть не смутилась: - А я и не хочу в разведку, я хочу в кино! Папа, мы сходим с тобой? - и добавила с самым невинным выражением лица, - И вообще, я же сказала правду! А ты сама всегда повторяешь, что правду говорить легко и приятно! - Научила на свою голову! - пробормотала Марисса. Пабло счастливо рассмеялся и пообещал дочке: - Сходим, куда захочешь, родная! И нашу скрытную мамочку возьмём!       Родной дом встретил Мариссу и Кьяру идеальным порядком, вкусным завтраком и запахом кофе. - Ну ничего себе! - повернулась Марисса к Пабло. - Я думала, что мы застанем дух запустения, а у нас тут чистота и уют! - Это Росита постаралась! - с улыбкой признался Пабло. Их разговор прервала Кьяра, выбежавшая из своей комнаты: - Мама, иди сюда, посмотри, сколько у меня подарков! Марисса взглянула на Пабло и поднялась к дочери. Кьяра сидела прямо на полу и разбирала огромную коробку, в которой чего только не было: книжки, краски, необычные карандаши, украшения, новые наряды, игрушки, разные наборы для творчества - их девочка особенно любила... У Мариссы глаза округлились, а дочка объяснила ей: - Мне папа каждый день покупал какой-нибудь подарок, потому что сильно скучал! - Действительно, сильно! - покачала головой Марисса.       Подошёл Пабло, и Мари тихонько высказала ему свои опасения: - Слушай, тебе не кажется, что это чересчур? - она кивнула на коробку. Пабло виновато улыбнулся: - Понимаешь, я просто не могу удержаться - у меня до сих пор эйфория не прошла от того, что я её отец... - Это я вижу! - улыбнулась в ответ Мари и вздохнула, - Боюсь представить, что ты устроишь на её день рождения! Кончится тем, что мы с тобой на пару совершенно её избалуем, потому что оба меры не знаем! Пабло посмотрел ей в глаза и очень серьёзно сказал: - Знаешь, а я сейчас просто уверен, что в любви вообще не должно быть меры, её не может быть слишком много и ею не испортишь... - его губы дрогнули, - Если бы я раньше это понимал, всё было бы иначе... Марисса промолчала в ответ.       После завтрака Пабло поинтересовался: - У вас есть планы на сегодня? Или вы устали, хотите отдохнуть с дороги? Марисса покачала головой: - Нет, мы спали в самолёте. Вечером наши соберутся, а сейчас я хочу съездить к Эду, а потом навестить Алехандро с Росарио - мы им тоже подарок привезли... Пабло кивнул и, чуть помедлив, спросил: - Можно, я вас отвезу? - Конечно! - согласилась Мари.       После откровенного разговора с Фабриццио Марисса впервые пришла на кладбище без чувства вины. Она провела рукой по серому мрамору памятника, положила у подножия любимые Эду нарциссы. Да, Фабриццио прав, и правы её сёстры - надо уже жить дальше... Ей жаль, просто безумно жаль, что всё так вышло, что ушёл из жизни такой прекрасный человек! Она никогда не забудет его, не забудет, сколько любви он подарил им с дочкой, но пора выполнить данное ему обещание - постараться стать счастливой снова...       Пабло стоял рядом с Мари и думал практически о том же - ему было очень жаль Эдуардо. Конечно, поначалу Пабло страшно ревновал к нему Мариссу, но никогда не испытывал ненависти; а позже, зная, как много этот замечательный парень сделал для Мари и Кьяры, был даже благодарен ему и поддерживал Эду во время болезни от чистого сердца. К тому же Пабло был уверен, что ему легче было бы вернуть любовь Мариссы, останься её муж жив - с живым всегда соперничать проще. Но всё случилось, как случилось, и единственное, что мог теперь Пабло - это любить Мариссу и свою дочь и ждать, когда Мари оттает и простит его...        К Алехандро и Росарио они приехали как раз к обеду. Пожилые люди очень обрадовались гостям, ведь они всегда любили Мариссу, а Кьяру и вовсе обожали. Они вместе пообедали, посмотрели альбом с фотографиями старого дома Марино в Милане, который сделала для названых бабушки и дедушки Кьяра. Потом Росарио показывала Мариссе и внучке редкие цветы в саду, а мужчины пили кофе в кабинете. На стенах этой комнаты висело множество фотографий. Увидев, что Пабло рассматривает портрет Мариссы, Алехандро решился вызвать его на откровенный разговор: - Пабло, я хочу задать тебе личный вопрос - не из праздного любопытства, а потому что переживаю... Мы с тобой это никогда не обсуждали, но ты же понимаешь - я посвящён в вашу с Мари историю, Эду мне рассказал. Конечно, ты в своё время поступил некрасиво, да это в прошлом, и не мне тебя судить. А что сейчас происходит между тобой и Мариссой? Пабло посмотрел ему в глаза и ответил прямо: - Сейчас между нами ничего нет, но я люблю Мариссу и сделаю всё, чтобы она была со мной! Алехандро кивнул: - Так я и думал... Позволь спросить без обиняков: ты уверен в своих чувствах? - Абсолютно уверен! - твёрдо заявил Пабло. - Хорошо, если так! - покачал головой Марино. Он поставил на стол чашку, откинулся на спинку кресла и добавил задумчиво: - Вот ведь как бывает... Не отправь я тебя тогда на стажировку, всё сложилось бы иначе: ты остался бы с Мариссой, и вы вместе растили бы Кьяру... Надо признать, что, хоть и невольно, я разрушил ваши отношения... - Вы тут совершенно не причём! - возразил Пабло. - Во всём виноват я один! Эта стажировка не восемь лет длилась! Если бы я вернулся сразу, то не потерял бы любимую женщину и знал о дочке! Но я был дураком, погнался за успехом, за блестящей жизнью и получил за это сполна, теперь вот из кожи вон лезу, чтобы вернуть себе семью... Алехандро вздохнул: - Что ж, надеюсь, у тебя это получится...       Дня рождения дочери Пабло ждал, наверно, даже больше, чем сама Кьяра. Отмечали праздник два дня.       Первый день Пабло, Мари и Кьяра провели только втроём. Пабло приехал к своим девочкам утром, и Кьяра получила от папы и мамы самый желанный для себя подарок - щенка лабрадора, о котором давно мечтала. Мариссе Пабло вручил огромную корзину цветов и небольшую бархатную коробочку. - Что это? - Мари открыла футляр и увидела очень красивое колье. - Зачем это? - нахмурилась она..... - Сегодня день рождения у Кьяры, а не у меня! Пабло пояснил: - Это тебе за Кьяру. Мари, не сердись, я знаю, что любимую женщину всегда благодарят за ребёнка подарком, и мне очень хочется, чтобы ты приняла это! Спасибо тебе за нашу прекрасную дочку и прости, что я опоздал на столько лет... - он кивнул на коробку и торопливо добавил, - А если тебе это не нравится, давай поменяем! Марисса посмотрела в его глаза, полные надежды. Он так старался порадовать её, выбирал подарок с любовью - сразу видно, так зачем разочаровывать его? Мари провела пальчиком по камням и сказала просто: - Не надо менять. Мне очень нравится, спасибо тебе. Я надену его завтра на праздник. Пабло чуть не умер от радости! Потом они вместе гуляли, обедали дома втроём, смотрели знаменитое видео, где Кьяра маленькая: провели день, как мечтал Пабло - как настоящая семья.       На следующий день праздник продолжился, но уже в доме Сони и Франко( сад Мари не вместил бы всех гостей!). Пабло всю организацию взял на себя, от Мари и Кьяры требовалось только нарядиться. Народа было очень много - почти все одноклассники Кьяры, все родные и друзья. Чего только не придумал Пабло, чтобы порадовать любимую доченьку! Клоуны, фокусники, батуты, огромный торт с восемью свечками, фейерверки! Праздник получился грандиозный - даже Мия могла бы, по её собственному признанию, взять у Пабло мастер-класс! А подарков Кьяра получила столько, что в пору было открывать детский магазин!       Вечером уставшая, но очень довольная именинница обняла отца за шею: - Спасибо, папочка! У меня ещё никогда не было такого дня рождения! Я тебя люблю! Счастливый Пабло расцеловал её: - Я тоже тебя люблю!       Закончились каникулы, начались будни. Незаметно пролетели почти три месяца. Приближался День отца, и у Мари с Кьярой появилась возможность отблагодарить Пабло за заботу и внимание, которыми он их так щедро одаривал. Готовились заранее, придумывали сюрпризы и подарки, Кьяра нарисовала для папы красивую открытку. По семейной традиции один сувенир сделали своими руками в уже знакомой мастерской - керамическую рамку для фотографий в виде ладошки Кьяры и ладони Мари, сложенных лодочкой. Кьяра ещё выбрала для занятого папы-банкира удобный ежедневник и ручку, а Марисса - дюжину рубашек...       Этот подарок был сделан с подачи Мии. Как-то все три сестры обсуждали, чем бы удивить Франко - их общего отца, и Мия обронила: - Кстати, о подарках... Мари, в мой магазин только что поступила новая коллекция мужских сорочек - совершенно шикарная! - А мне-то они зачем? - хмыкнула Мари. - Купи Паблитто хотя бы пару - он ведь практически не снимает ту, что вы с Кьярой ему из Милана привезли, ты что, не видишь? - Нет... - растерянно пробормотала Марисса. Лухан засмеялась: - Боже мой, неужели я дожила до такого - сентиментальный Бустаманте! Вот что любовь-то с людьми делает! Мариссе очень понравилось замечание сестры, и уже на следующий день она с огромным удовольствием выбирала рубашки для Пабло - совсем, как когда-то; увлеклась и вместо двух купила дюжину...       А Пабло совершенно забыл про День отца - поздравлять своего ему бы и в голову никогда не пришло, они давно не общались. Поэтому, приехав, как обычно, в одну из майских суббот к Мари и Кьяре, он был приятно удивлён - дочка с порога бросилась ему на шею и расцеловала: - Папочка, поздравляю тебя с Днём отца! Ты самый лучший папа в мире! Подошла Марисса, улыбнулась ему: - Я тебя тоже поздравляю и целиком согласна с Кьярой - ты лучший отец на свете! После таких слов Пабло почувствовал себя властелином мира! А уж когда получил от дочери подарки, его радости просто не стало предела, особенно умилили открытка и рамка. - Папа, смотри, это мы с мамой сами делали! - похвасталась его дочка. - Это вот мамина ладошка, а это моя! Тебе нравится? - Это лучший подарок в моей жизни! - заверил он свою девочку. - Только где же фотография? Кьяра притащила ему альбом: - Вот, выбери сам! Пабло взял ту, где Мари и Кьяра были вместе, и под шумок присвоил ещё несколько... Марисса подошла к нему с довольно объёмным пакетом: - А это от меня! - Что это? - поинтересовался Пабло, заглядывая в пакет, - Рубашки?! Господи, Мари, а зачем так много-то?! Она, слегка смутившись, объяснила: - Затем, что ты уже Бог знает сколько времени носишь одну и ту же. Конечно, она тебе очень к лицу, но того и гляди, люди подумают, что ты на мели, и твоему имиджу супер успешного банкира будет нанесён непоправимый урон! Пабло помолчал секунду, а потом весело расхохотался: - Ты права, я совершенно не подумал об этом! Он перебрал упакованные рубашки и вдруг спросил: - А ты сама их выбирала? - Конечно, сама! - кивнула она и неожиданно для себя добавила, - И, честно говоря, мне ужасно приятно было их выбирать для тебя! Пабло притянул её к себе и крепко обнял: - Ты не представляешь, как мне будет приятно носить их! Часть 21. "Дежавю..."       На первые числа июня приходилась скорбная дата - год, как не стало Эду. В память о нём сеньор Марино и Марисса организовали благотворительный вечер, а собранные средства перечислили фонду, который помогал малообеспеченным людям бороться с тяжёлыми заболеваниями. Пабло, как обычно, поддерживал Мариссу во всём и помогал ей, чем только мог. Она охотно принимала его помощь и знаки внимания, в открытую появилась с ним на вечере, не скрывала своей симпатии к нему, и Пабло был на седьмом небе от счастья - он справедливо считал это большим шагом вперёд в их отношениях, хотя парой они ещё не стали. Через несколько дней после приёма сеньор Марино пригласил Пабло к себе в кабинет: - Пабло, мы с тобой много пережили вместе за последнее время... Я принял важное решение и хочу поделиться с тобой: я хочу оставить работу. - Вы собираетесь уйти?! - изумился Пабло. - Вы уверены? Ведь этот банк практически Ваш "ребёнок"! - Да, ты прав. Но я уже далеко не молод и устал, хочу пожить немного для себя, понимаешь? Пабло кивнул. Алехандро продолжил: - Не буду ходить вокруг да около. Я хочу оставить банк в надёжных руках и предлагаю тебе должность президента... У Пабло мелькнула мысль, что ещё совсем недавно он бы безумно обрадовался такому предложению, а сейчас для него гораздо важнее другое... Он помолчал, подбирая слова: - Я очень благодарен Вам за доверие, но это невозможно: по уставу банка президентом может быть только держатель контрольного пакета акций... Алехандро усмехнулся: - Я знаю, я ведь сам этот устав утверждал... Но мы его обойдём: я отдам свои акции тебе в управление, и таким образом формальности будут соблюдены. Так что ты скажешь? Соглашайся, Пабло, это прекрасный шанс! - Да, конечно, но хватит ли мне опыта? - Опыт - дело наживное... Поедешь в Нью-Йорк, там через неделю начинаются курсы для руководителей такого ранга - вот и поучишься... - в Нью-Йорк?! И на какой срок? - На семь-восемь недель минимум... Пабло решительно поднялся: - Алехандро, спасибо Вам за доверие, но я не могу. - Не можешь или не хочешь? - Не могу. - Почему же? - Марино внимательно поглядел на молодого друга. - Я не хочу уезжать от Мариссы и дочери так надолго! - прямо ответил Пабло. Сеньор Марино понимающе кивнул, но всё же посоветовал: - Не пори горячку, Пабло. Поговори с Мариссой, обсуди это с ней, ладно? А потом и дашь окончательный ответ...       Пабло думал о предложении Алехандро всю неделю. Конечно, ему очень хотелось попробовать свои силы в новой должности - с одной стороны, с другой - так же сильно не хотелось расставаться с Мариссой, да ещё на такой долгий срок. В конце-концов, он решил, что откажется и даже речи заводить не будет с ней об этом.       Вечер пятницы выдался по-зимнему прохладный, но ясный и безветренный, и Пабло с Мари, забрав дочку из школы, не поехали сразу домой, а решили прогуляться по ботаническому саду. Кьяра бежала впереди, играя со своим подросшим пёсиком, они шли вслед за ней. Блондин был необычно молчаливым. Марисса заметила это: - Пабло, что-то случилось? - она легко коснулась его руки. - Ты какой-то не такой... Пабло поймал её руку и переплёл их пальцы. Такой простой жест, даже детский, но оба замерли на несколько мгновений - так он был приятен для обоих! Пабло чуть сжал её пальчики и всё-таки признался: - Алехандро предложил мне своё кресло... - Правда? - искренне обрадовалась за него Мари. - Я уверена, ты прекрасно справишься! Ты согласился? - Должен дать ответ сегодня вечером... Марисса уловила сомнение в его голосе: - Почему ты сразу не согласился? Тебя что-то смущает? Он остановился: - Чтобы получить эту должность, я сначала должен пройти что-то вроде курсов повышения квалификации... Мариссу вдруг осенила догадка: - Новая стажировка?! - Что-то вроде того... - пнул он ногой камешек. - И где? - В Нью-Йорке... Семь-восемь недель где-то... И ехать надо завтра. Марисса невесело усмехнулась: - Какое забавное совпадение! Ну просто полное дежавю, ты не находишь? Он снова сжал её пальцы и решительно сказал: - Нет, не полное. На этот раз я не хочу никуда уезжать и не поеду. - Почему не хочешь? - подняла брови Мари. - Миллион причин, Мари! - воскликнул он. - Потому что я хочу быть с тобой! Потому что мы наконец-то начали нормально общаться! - он посмотрел ей прямо в глаза. - Ты только-только перестала шарахаться от меня - я же тебя целый год за руку не мог взять, не говоря уже о чём-то большем... А что будет, если я уеду? Всё по новой - шаг вперёд, два шага назад? Или, чего доброго, опять писатель какой-нибудь нарисуется... Нет, я не поеду никуда. - Пабло, ты ерунду говоришь! - спокойно сказала Марисса и попыталась освободить руку, но он не позволил ей этого. - Почему ерунду? Видишь, я ещё не уезжал никуда, а ты уже руку вырываешь! - О Господи, Пабло, не будь ребёнком! - закатила глаза Марисса. - К нам Кьяра бежит! Ты опять хочешь при ней обсудить наши отношения? Пабло с сожалением разжал ладонь и буркнул: - Ты права, извини... Кьяра набегалась и устала, пора было возвращаться. Пабло привёз их домой и остался на ужин, как обычно; потом малышка отправилась спать, Пабло тоже засобирался к себе, и Марисса вышла проводить его. Прощаясь, она снова вернулась к их разговору: - Пабло, я всё же думаю, что тебе надо поехать... - Почему ты так упорно меня спроваживаешь? - мгновенно завёлся он . - Я тебе так надоел? Тебе неприятно меня видеть? - С ума сошёл? Дело вовсе не в этом! - возмутилась Мари. - А в чём тогда? Почему ты так настаиваешь, чтобы я уехал? Она, глубоко вздохнув, проговорила: - Потому что это действительно прекрасный шанс для тебя в смысле карьеры, и я не хочу, чтобы ты его упустил - потом ты будешь жалеть! И Алехандро... Он ведь так доверяет тебе! Мне кажется, ты должен ему помочь, ему ведь не на кого больше положиться! - Насчёт Алехандро ты права, конечно. И насчёт шанса для меня права, я это признаю... - нетерпеливо кивнул Пабло. - Но я не хочу уезжать сейчас! Между нами ничего не ясно, и меня это убивает! Ты, конечно, немножко оттаяла, но мы ведь не вместе! Я боюсь, что потеряю тебя, если уеду. Я хочу быть с тобой, понимаешь?! Марисса посмотрела в его расстроенное лицо и вдруг решилась: - Я тоже... - Что ты тоже?! - переспросил Пабло. - Я тоже хочу быть с тобой! - решительно повторила она. - Но я хочу быть абсолютна уверена в тебе, да и в себе тоже... Так что эта поездка к лучшему - подумаем спокойно ещё раз обо всём. Пабло с трудом осознал смысл её последних слов: - Ты... серьёзно? Насчёт нас? - недоверчиво переспросил он. Теперь раздражённой стала она: - Пабло, мы знаем друг друга тысячу лет! Я что, любительница пошутить на эту тему?! Как просияло его лицо! Он притянул её к себе, обнял, зарылся лицом в её волосы и прошептал: - Лучшая новость за последний год! А ты не передумаешь, если я исчезну с глаз твоих долой? Она помотала головой: - Нет. Просто прямо сейчас я не могу, понимаешь? Дай мне ещё немного времени, ладно? Он кивнул, нехотя выпустил её из объятий и вздохнул обречённо: - Ладно, Спиритто, убедила... Я поеду, если тебе так уж нужно время... Но ты пообещаешь дождаться меня! Марисса не удержалась и уколола его: - Обязательно! Конечно, если это не затянется лет на семь - на восемь! Пабло был готов к подобному: - О нет, даже не надейся на такое! Марисса кивнула: - Ловлю на слове! Кстати, хочешь, я отвезу тебя в аэропорт? - Очень хочу! - тут же согласился Пабло.       Марисса заехала за Пабло с большим запасом, и он уговорил её позавтракать и выпить вместе кофе. Эти посиделки потом аукнулись - ребята попали в пробку и примчались в аэропорт, когда вовсю шла регистрация на нужный Пабло рейс.       Пришла пора расставаться. Марисса посмотрела на Пабло и вдруг ясно представила, как долго они теперь не увидятся и на какой-то миг ужасно пожалела, что уговорила его поехать, но отступать было поздно; к тому же, она действительно считала это правильным, поэтому и виду не подала - наоборот, улыбнулась почти весело: - Ну, давай прощаться? Он кивнул и наклонился к ней, чтобы поцеловать в щёку, как обычно, но Марисса повернула голову и вместо щеки подставила ему губы. На секунду Пабло оцепенел, но, почувствовав её поцелуй, уже через мгновение сам неистово целовал её, позабыв обо всём на свете... Мариссу привело в чувство объявление, что продолжается регистрация на его рейс. Она попыталась отодвинуться от него: - Пабло... Тебе пора! Он посмотрел на неё затуманенными глазами и вместо ответа опять притянул к себе - для нового поцелуя. Когда закончился воздух, Пабло оторвался от Мари для короткого вздоха и прошептал ей в губы: - А вчера нельзя было этот фокус проделать?! Она, не отрываясь от него, прошептала в ответ: - Нельзя... Мы бы ни за что не остановились на этом, и потом я тебя никуда бы не отпустила... Он пробормотал, снова прижимаясь к её губам: - А я и так никуда не поеду! Марисса улыбнулась: - Ты сумасшедший! У тебя командировка, карьера - ты не забыл? - К чёрту всё! - он снова прижал любимую к себе, покрывая поцелуями её лицо... - К чёрту, я никуда не поеду! Она упёрлась ладошками ему в грудь: - Нет, нет, не глупи! Надо ехать, ты же сам понимаешь... Время быстро пролетит, ты вернёшься, и у нас всё будет хорошо, я тебе обещаю! В конце-концов, работа тоже важна - тебе ведь придётся семью кормить! - Семью? - переспросил он. Марисса кивнула с улыбкой. Пабло просто просиял и стал таким милым, что она сама потянулась к нему и поцеловала... Он с жаром ответил, и неизвестно, чем бы это закончилось, но его пригласили на регистрацию уже индивидуально. Марисса снова попыталась оторваться от него: - Ну всё, иди, иди! Он махнул рукой: - Ещё минутку... - и не отпустил её, приговаривая между поцелуями, - Береги себя, ладно? И нашу крошку... Я вас люблю! Ты дождёшься меня? - Ты себя тоже береги! Кьяра будет скучать, мы обе будем! Он нежно взял в ладони её лицо и настойчиво переспросил: - Ты дождёшься? - Поезжай спокойно! - кивнула она. - Ты здесь никого не потеряешь, если сам не потеряешься! Он ещё раз поцеловал её и побежал на регистрацию.