Андрофобия

Глава 13. Бесконечна пытка… и прочие странности Машина Саске вынырнула из ворот и двинулась… не в сторону школы, как обычно, а, плутая по узким улочкам, к неброскому неказистому, где в одной из многочисленных квартир обитал Узумаки Наруто. Обитал не потому, что ему так хотелось. Просто его родители не позволили единственному чаду жить одному в частном коттедже. И поэтому сняли для него «пару комнат поближе к школе». За семейной вотчиной же приглядывала мамина близкая подруга, по совместительству надзирательница (время от времени), да ещё и наставница в додзё Яманака, Кусанаги Анко. Всё это Саске предстояло ещё только узнать. А пока он петлял, плутал, выбираясь из тупичков, несколько раз сворачивая не туда на своём пути к цели. Пока не въехал в нужный двор. Заглушив мотор, темноволосый принц выбрался из машины, встал рядом, облокотившись на дверцу, и стал задумчиво разглядывать дома, гадая, в каком из них живёт его блондинчик. А ещё – как бы получше напроситься в гости к этому самому блондинчику, чтобы там, в тишине, в расслабляющей обстановке… Вроде как склонить его к любви. Соблазнить, очаровать и всё такое. Ещё бы кто подсказал, как это делается. Узумаки вылетел из дверей своего подъезда минут через пятнадцать задумчивого создерцания. Вылетел… и остановился на полушаге, как будто влепившись в невидимую бетонную стену. Лицо его исказилось от страха, как будто за спиной Саске он увидел адского цербера ростом с небоскрёб. Учиха еле подавил в себе желание обернуться. Потому что таких чудовищ не существовало. А Узумаки уже спрятал свой страх за бледной невозмутимой маской, очень напоминающей посмертную. В ответ на приветствие не произнёс ни слова. Сел в машину с таким видом, будто я собирался его в ней законсервировать и сбросить на дно реки. Потом всю дорого просидел, сжавшись, не шевелясь – если не считать пробирающей тело едва заметной дрожи. Саске наблюдал за ним время от времени через зеркало заднего вида. И каждый раз обнаруживал одну картину. И ему всё сильней хотелось понять: «Что же с ним случилось, если он, вроде как… меня боится?» Не «вроде как». Но Саске было рано ещё об этом знать. Парни добрались до школы, припарковались. Вышли из тачки… В тот момент, когда они шагнули на школьный двор, Учиха забыл обо всех странностях спутника. Потому что у него самого вдруг появилась причина бояться. Очень сильно бояться. Своих фанаток Саске боялся всегда. Причина этого была – серьёзная причина. Потому что все они у него были чокнутые. Каждая на свой лад… Но все в одинаково тяжёлой форме. И вместе они напоминали дурдом, превращённый в армию. Почему-то Саске наивно считал (да и любой на его месте думал бы так же), что все они обожают его… Ну, как предмет воздыхания, романтических чувств и прочего. Что в их мечтах все эти бешенные девчонки (да и не девчонки тоже) выходят за него замуж (или просто живут вместе), рожают от него детей (или не рожают), что все они жаждают… жаждют… жаждят… в общем, хотят очень его ответной любви. Но всё оказалось совсем не так. А гораздо, гораздо ужаснее. Кому бы в голову пришло, что он окажется объектом эстетического поклонения? То есть в паре с кем-нибудь ещё – желательно парнем. Что… Да как вообще это можно назвать? Его фанатки на девяносто процентов оказались яойщицами. Ну ладно, на восемьдесят три. А больше половины оставшихся желали видеть его либо с Сакурой, либо с Карин. И от первого, и от второго варианта бросало в дрожь. К тому же мало кто знал, что Карин лишь одевается как девчонка. Ну и… сверху как девчонка. А вот снизу, между ног – не девчонка ни в коем разе. Да она вообще очень странное существо, для которых стоило бы придумать свой пол. Если бы их было больше, чем одно. Карин была уникальна. Не зря же Саске впустил её в свою компанию. Но быть её парнем! Нет уж, лучше признать своё поражение и выполнить то, чем аники угрожал ему за отчисление из школы. Судя по количеству человек под транспарантами, нормальных поклонниц у него было процентов семь-восемь. И самую опасную их часть составляла группа чирлидерш с сёстрами Кирари во главе. Нет, не потому, что эти громадины были капитаншами или там помощницами, не потому, что больше и сильней всех своих подоуг… просто они обе фанатели от своего Учихи сильней стальных. И крыша у них намного дальше уехала. Потому что кому из нормальных людей пришло бы в голову спереть своего кумира на глазах у всех, просто перекинув его через плечо? А потом ещё пытать его хентаем на крыше «любимой» школы? Но всё это пока лишь предстояло испытать некоронованному принцу чёрной масти. Пока он лишь с ужасом пялился в огромную толпу, заполонившую весь двор как сорные травы, безумным небесным садоводом рассортированную на разные лужайки. С названиями «Саске любит Суйгецу», «Саске любит Дзюго», «Саске любит…». Да кто вообще дал им право решать, кого он любит! если он сам этого ещё не знает? И какое у них право скрещивать его с аники? У этих извращенцев? Да кому пришло в голову, что они, два брата – отличная, идеальная, прекрасная пара? Да они же поубивают друг друга! Саске – физически, а Итачи – морально. Ну, насчёт, «прекрасной» они, конечно, правы. С эстетической точки зрения. А в остальном это полный бред. В отличии от Наруто, Учиха сразу понял, что значит эта утренняя демонстрация под грифом «безумие». Карин была такой же сумасшедшей, как и все эти… Только она была своей и её сумасшествие тоже было каким-то «своим». Или он просто привык за то время, что знает эту стерву? Так или иначе, благодаря ей теперь он примерно знал, с чем столкнулся. А белобрысый хозяин гареме – нет. Вон как вылупил свои голубые глазищи. Не думая о том, что делает – да и когда тут думать, когда весь отдаёшься панике и мысль в голове всего одна: «Бежать, пока не разорвали!» - он схватил Узумаки за руку, потянул прочь от толпы… И тут мир улетел куда-то. Или он сам куда-то улетел… Очнулся несчастный рыцарь побегов и побитостей уже на крыше, спелёнутый верёвками как червяк… ну, может быть, всё же не так сильно, с заклеенным ртом. И самыми жуткими чудовищами, обступившими его со всех сторон. Банда «Кумо», в просторечии именуемая группой поддержки, пялилась на него сальными глазками, тянулась жадными ручками и тыкалась губами в его заклеенный рот. Одна девушка сменялась другой, остальные жались к бокам, спине, распускали похотливые ручонки, дули в уши и вообще вели себя как стая взбесившихся мартовских кошек, случайно наткнувшихся на единственного в городе кота после почти месяца воздержания. Саске почему-то не сомневался, что, пока не подоспело спасение в лице не менее бешенных яойщиц, его хотя бы разок успеют изнасиловать. А если спасатели не мчатся на крейсерской скорости, то даже не один, а много-много, как в песне: «Эх, раз, ещё раз, ещё…» и ещё, и ещё, пока кошки не насытятся его сметаной. Или не поймут, что его маленький жезлик не спешит становиться скипетром. Вот тогда-то всё станет по-настоящему плохо. Но помощь пришла. Как говорится, «откуда не ждали». Точнее, от кого не ждали – первой ворвалась на крышу Харуно, разбрасывая всех на своём пути. Следом за ней, а чуть позже плечом к плечу прорывалась Карин. Обе ловко, с одного удара уложили сестёр Кирари, кинули на Саске почти одинаковые взгляды. Потом Сакура помчалась вызволять своего Лиса, а Карин – избавлять от пут своего… друга, в смысле. Когда следом ворвался штурмовой отряд, собравшийся из разных фанатских группировок, всё уже было тихо и спокойно, террористки связаны в пучок и поставлены под охрану, блондинчика очень активно будили его подруги, а Саске и Карин безмятежно «пили чашечку чая». Только без чашки. И без чая.