Андрофобия

(С его стороны, с его стороны…)

Я и Саске поднялись навстречу этим страшным девушками. Они замерли в нескольких шагах от нас, глядя такими хищно-голодными глазами, что мне захотелось тут же спрятаться за Сакуру… да хоть за сестричек Кирари, которые меня едва не убили! Эти… эти были уж очень странными. Половина зажимала руками носы, половина исходила слюнами, ещё половина… В общем, я вдруг подумал, что они нас тут съедят. И пожалел, что меня спасли до того, как убили. Тогда я оказался бы в безопасности. А теперь… С одной стороны эти – акулы. С другой Саске. Слишком близко. Я же врежу ему сейчас! Только держаться, только держаться. Это ведь его фанатки. Вот именно! ЕГО Фанатки! Его они не тронут. А меня как есть убьют! Учиха-теме, спаси! Только не приближайся, только не трогай меня снова. Жуть какая. Хуже Фредди Крюгера и Стивена Кинга вместе взятых. Мамочка! Сакура! Пусть это закончится поскорей. Одна из акулиц шагнула к нам, вытирая над губой кровь. Сейчас начнётся. Сейчас меня будут… - Привет! – улыбнулась девушка. Вроде не страшная… Может, она и не злится так сильно на меня. Нужно только им всё объяснить. Они сразу поймут! И тогда возненавидят Сакуру вместо меня. Нет уж, пусть меня убивают. Я мужик в конце кон… Ой, зачем я это вспомнил! Теперь сам себя боюсь. - Я Чиё из клуба Саске+Яой. Давно хотела познакомиться с тобой. Мы все, - она обвела взглядом столпившихся за спиной… подруг? – давно считали, что рядом с Саске-сама должен быть какой-нибудь симпатичный бисёнен. Только никак не могли решить, кто. Я лично считаю, что больше всего ему подходит Нейджи… Но, когда увидела вас вместе, поняла – рядом с ним должен быть ты. А для Нейджи мы другую пару найдём, - кажется, с ней что-то не так. Лучше бы держаться от этой девчонки подальше. От них от всех… Проще перевестись в другую школу! Кажется, меня потихоньку накрывает. – В общем, все мы давно договорились, что примем любое решение Саске-сама и будем полностью его поддерживать. И Мы хотели спросить: Саске-сама, это действительно Ваш выбор? Вы действительно хотите быть с этим парнем? Вы… его… Сейчас он точно скажет про пари. Учиха ведь не будет молчать? Не будет? Или будет? - Саске-сама? – единый выдох яойных акулиц чуть не снёс меня. Ну, говори. Ну же! Тебе ведь плевать на меня. Всё не на самом деле. - Я люблю Наруто. Это моё решение, мой выбор. Он действительно мне нравится. Я хочу быть рядом с ним, хочу завоевать его любовь. Хочу, чтобы он смотрел только на меня. Уй, мамочки! Он что такое говорит? Он что, с ума сошёл? Или я с ума сошёл? Мысли путаются, понять не могу, как всё должно быть. - Тогда вы могли бы… взяться за руки… обнять друг друга… поцеловаться? – загалдели наперебой эти психички. Что? НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!!! - Наруто, извини меня, - шепнуло голосом Сакуры у меня из-за спины… Потом что-то врезало мне по шее. И наступила темнота, тишина, ничто… Сакура осторожно вырубила друга ребром ладони, стараясь, чтобы никто ничего не заметил. И в то же мгновение губы Учихи накрыли губы Наруто… Целовать Узумаки оказалось легко и приятно. В кои-то веки он не пытался отшатнуться или ударить. Но и не отвечал. Интересно, как всё было бы, поцелуй он меня… Сам? Судя по оглушительным визгам, поцелуй вызвал целый ажиотаж. Всё, хватит с них. Нужно будет потом попросить у Лисички прощение. А он ведь и правда похож на Лиса – с этими полосочками, с этими повадками. Дикий, перепуганный Лис. Чего он так боится? Кстати, брат приносил как-то с работы лисьи ушки и хвост. Пытался их на меня натянуть. Ксо, я становлюсь извращенцем, как он. Всё, нужно прекращать. И какому идиоту пришло в голову поставить меня в пару с аники? Ну почему у меня не могло быть нор-маль-ных! фанаток? - Хватит, - шепнула Харуно, пихнув меня локтем. Кажется, увлёкся. Надеюсь, Узумаки меня не убьёт. - Притворись, что с ним всё в порядке. Всё, теперь понятно, почему он такой спокойный. Эта стерва его вырубила. Ну ничего, ты мне ещё за это поплатишься. Хотя… теперь я ведь могу с ним делать всё, что угодно. Только… - Не смей ему рассказывать, что тут было, - со всей возможной жестокостью шепнул я розовой курице и отобрал у неё своего Нару. Да, теперь он будет моим. Только моим. Нелегко мне далось это признание. Но, только сказав это, я понял, как сильно… - Ты серьёзно… думал то, что сказал? – шепнула мне в ответ эта стервочка. И я понял, от моих слов зависит, снимет ли она потом с меня голову за всё, что я тут позволил. Или оставит жить, даже Лису своему ничего не скажет. - Да, - выдохнул я. Как хорошо говорить правду. И полностью переключился на своё белобрысое чудо. Которое так спокойно «дрыхло» в моих руках. И поэтому не могло сопротивляться. Ещё бесконечность нас ставили-садили-ложили в разных позах, заставляли делать и то, и это (правда, не выходя за грань), щёлкали фотиками, смартфонами, мобилами, Сай, кажется, торопливо делал наброски в своём смартфоне. Карин и Ассасина бесперебойно снабжали всех (кому это было нужно) бумажными салфетками. Солнце клонилось к закату. Девчонки сходили с ума. Я упивался ощущением тяжёлого крепкого тела, которое было чуть выше и слегка перевешивало, но… Я ответил, кажется, на миллион вопросов. В том числе о том, почему молчит Узумаки. Выкрутился тем, что он стесняется. И на всякий случай поцеловал. На несколько минут эти сумасшедшие вообще забыли о вопросах, только прыгали вокруг нас и щёлкали. Суйгецу пару раз покрутил пальцем у виска и намылился куда-нибудь слинять – в более адекватное, спокойное и весёлое место. Вроде караоке. Но тут несколько девчонок переключилось на него и активно подбирать ему пару. Злорадно усмехнувшись про себя, я погладил полосатую мягкую щёку и подумал, что всё не так уж плохо. Школьно-яойной камасутрой мы занимались до самого закрытия школы. Только громкое объявление заставило нас… точнее, стайку озверевших фанаток обратить внимание на время. Всей толпой мы ломанулись к выходу. И едва успели проскочить в закрывающиеся на ночь ворота. Все нехотя начали расходиться по домам. Часть яойщиц увязалась за Нейджи и Гаарой, часть развязала спор о том, с кем Хозуки выглядит лучше – с Дзюго или Саем. Затем, окружив их, бешенные девчонки повели всех троих заложников… а чёрт его знает, куда. Лисий гарем взял на себя тех, кто остался. Сакура распугала тех, кто не хотел расходиться. Честно говоря, мне было пофиг на то, что происходит с остальными. Я нёс тёплого, доверчиво прижимающегося Лисичку и думал о том… да ни о чём я не думал! Просто было хорошо, приятно и так, как должно быть. О машине я, честно говоря, не вспомнил. Нести его на спине было тяжеловато, но я лишь потом это понял. Когда возвращался домой. А тогда и тяжести не замечал, и усталость. Словно вдруг открыл в себе новые силы, новое дыхание. Я чувствовал, что могу всё, что могу пронести это глупое чудо через весь мир – лишь бы эта дорога не кончалась. Я слышал его дыхание над ухом, щекочущее-мягкое и горячее. Ощущал биение его сердца над лопаткой. И не хотел больше ничего, только слышать и ощущать. И чтобы моё сердце билось всегда так же – в унисон с него. В тот вечер мог рухнуть метеорит, Годзилла мог сравнять Японию с землёй, в небе хоть тысячу раз могли пролететь вражеские бомбардировщики, сбросить хоть миллион бомб. Даже атомных… Пробеги хоть стадо слонов-жирафов-носорогов-мамонтов, появись динозавры, Мэрлин Монро и дедушка Ленин – я ничего бы не заметил. Потому что занят был только им – своим блондином. Ещё я не помню, как доставил его в квартиру, кто мне открыл и открыл ли вообще хоть кто-нибудь, не обратил внимание на то, что было задверью. И дорогу к собственному дому тоже не заметил. Всё как отрезало в тот момент, когда я осторожно поставил его в темноте двора, прислонил к чему-то вертикальному и – теперь безо всяких свидетелей – поцеловал. Дальше зайти не решился… Потому что хотел, чтобы он был в сознании, всё понимал и сам принимал участие. Я просто коснулся губами его губ, потом добавил в поцелуй французских ноток, запустил пальцы в спутанные волосы, прижался, впитывая дурманящий аромат, тепло его тела… Из блаженного тумана меня вывел аники. Я вдруг обнаружил, что уже темно, что иду как пьяный со скоростью два шага в час. - Ну что, отото, влюбился? – мягко спросил меня этот изверг. - Иди на! – буркнул я, добавив конкретики в то, куда, как и на сколько ему нужно пойти. Брат лишь хмыкнул, проводив меня взглядом… По крайней мере, я уверен, что он провожал меня взглядом. И бормотал под нос что-то вроде: «Малыш-то взрослеет!». Ненавижу, когда он так говорит! Убью! Влетел в свою комнату, плюхнулся лицом вниз на кровать. Не раздеваясь, не вспомнив про душ (я вообще очень многое не вспомнил, как оказалось потом). Я обнял руками подушку и уплыл на волнах воспоминаний. Блин, как же я всё-таки счастлив.