Глава 2.2 alone
20 сентября 2014 г., 19:08
Самое страшное одиночество — не то, которое окружает человека, а пустота внутри.
Цветастое платье было подкинуто в воздух. Оно на секундочку замерло в пространстве, будто бы испугавшись того, что вокруг него было столько свободы, но потом, вдруг опомнившись, принялось опускаться на пол этаким перекатывавшимся облаком. - Вместо того, чтобы раскидывать одежду, постарайся собрать её в корзину, - улыбнулась Гвен, ненадолго остановившаяся в коридоре и посмотревшая на Лесли через открытую нараспашку дверь. - Да знаю я, но ты посмотри, как это красиво! – восторженно произнесла девчушка, сверкнув улыбкой, она отвернулась и подобрала лёгкое платье с пола. Она держала его за швы на плечах и приподняла над головой. Ветер, проникший в комнату и чуть колыхнувший персиковые занавески, развеял подол платья. Гвен улыбнулась мысли, что Ли невозможна. Она удивлялась любой, казалось бы, естественной вещи. Ребёнок. Совсем ещё девочка. Пусть ей столько же, сколько и Гвен, но она каким-то фантастическим образом сохранила в себе тот редкий дух детской непосредственности. - Мы так и не дойдём до прачечной, если ты будешь продолжать в том же духе, - нараспев протянула девушка и спустилась на первый этаж. Лесли опустила руки и стёрла улыбку со своих так привыкших к ней губ. Она прижала платье к груди и с грустью подумала о Гвен, так старательно изображавшей перед ней хорошее настроение. Это ни к чему, ведь она тоже изображала. Ли закусила губу, приказав себе не предаваться нахлынувшему отчаянию. Переборов желание расплакаться, она подхватила корзину, заполненную грязными вещами, и выбежала из комнаты. Она смотрела на то, как платье раз за разом подхватывал воздух и оно неизменно опускалось на пол… Но почему оно не может просто повиснуть в воздухе и быть чем-то вечным? Почему оно должно так же, как и её тщательно оберегаемый мир с Гвен, разрушиться, пасть, оставить после себя руины? И где же та армия, что штурмует их крепость? Почему она не видит её?***
Прошла неделя после ужина у Майклсонов, и все эти дни Гвен усиленно искала информацию о Деймоне Сальваторе. Вчера с помощью внушения она узнала, что Деймон часто ошивался в местном баре. Гвен глотнула вермута и ещё раз оглядела Мистик-Грилль. Ей не нравилось помещение, не нравилась атмосфера и нисколько не симпатизировали люди, собравшиеся за столиками. За алкоголем и беззвучным плаванием в собственных мыслях она пропустила момент, когда кто-то присел рядом. До тех пор, пока рядом с этим «кем-то» не образовалось двусмысленное дополнение, так сильно похожее на одну девушку из прошлого. - Татья? – удивлённый шёпот сорвался с её губ прежде, чем она смогла его сдержать. Парочка либо не обратила на неё внимания, либо просто не услышала из-за музыки из колонок, расположенных прямо над их головами. - Деймон, перестань топить своё горе в бутылке с бурбоном! – выкрикнула Елена и попыталась отнять у него стакан с алкоголем. Гвен наконец смогла оторвать взгляд от двойника и перевести его на парня, сидевшего совсем рядом. Первородная встала с места и рассчиталась за выпивку. - Деймон Сальваторе? Вампир неохотно повернулся и без интереса пробежался взглядом по фигуре девушки. - Чего тебе? – скучающим тоном отозвался он. - Нужно поговорить, – тоном, не терпящим препирательств, проговорила Гвен и зашагала на выход. Она с трудом стерпела фамильярность, решив не горячиться попусту, ведь этот глуповатый вампир был её потенциальным источником информации. Деймон не заставил себя ждать. Переглянувшись с Еленой, он приказал ей подождать его тут, а сам пошёл за незнакомкой. Стоило ему выйти из помещения, как он молниеносным движением оказался прижат к стенке в соседней подворотне. Девушка без труда подняла его над своей головой, вдавливая в кирпич с такой силой, что в некоторых местах камень треснул. Вампир схватился за её ладонь, пытаясь отнять её от горла, но хватка только усилилась. Гвен отпустила его только тогда, когда глаза Сальваторе начали закатываться. Парень упал на асфальт, откашливаясь и обнимая себя одной рукой. Кажется, она сломала ему пару рёбер. - Дерзость излишня в нашем разговоре, так что постарайся выкладывать информацию чётко и по существу, – чеканя каждое слово, сказала девушка и отряхнула руки, будто замаралась кирпичной пылью. - Где-то я уже слышал подобную манеру разговора… - задумчиво проговорил Деймон, поднимаясь на ноги. – Ну, выкладывай, красавица, чего тебе надо. - Тебе не понятен мой урок? – приподняв брови, Гвен равнодушно посмотрела на него. Вампир приподнял руки в жесте «сдаюсь» и сделал два шага назад. – «Августин». Её тёмные глаза внимательно следили за изменениями в лице Сальваторе. Мгновение назад он был настроен будто бы играючи, словно не понимал всей серьёзности ситуации и того, что первородная могла очень легко снести ему голову, хоть ей и не хотелось прибегать к столь кровавым методам. Сейчас же брюнет опустил руки и нахмурился, его взгляд наполнился долей безумия, разделить которое он ни с кем не мог. - Зачем тебе это? – Гвен не ответила. Она и так дала понять, что это очень важно. – Когда я попал к ним… - Поменьше лирики. Я знаю, что они делают и с какой целью. - Тогда чем я могу помочь тебе? - Самой малостью: мне нужно знать их местоположение. - Колледж, он где-то за городом, – вампир неопределенно махнул рукой. - Ясно, – коротко отозвалась Гвен и развернулась, чтобы уйти из переулка. - Ты не знаешь Элайджу Майклсона? – выкрикнул ей вслед Деймон. Уж очень похожей манерой разговора обладали она и благородный первородный. - Конечно, знаю, - не обернувшись и не остановившись, бросила девушка. – Я же его бывшая жена.***
Ей не составило труда найти это место. Разве что совсем немного. Гвен дёрнула кожаные ремни на себя, но затем устало откинулась на медицинский стол. Одному из «августинов» удалось её обезвредить простым деревянным колом в сердце, что отправлял первородного в недолгий сон. Мужчина обвёл любовным взглядом начищенные до блеска инструменты, напоминавшие скорее орудия искусного пыточника. Он что-то тихо шептал, но Гвен не обращала на это никакого внимания. Все её мысли были сосредоточены на том, чтобы разорвать ремни. XIX век - Лесли! - закричала Гвен, упав на колени. Она сжала траву между пальцев и ощутила, как под ногти забилась сырая земля. Знакомое чувство пустоты, смешанной с яростью, затмило сознание, а в горле защекотало от немедленного желания утолить голод кровью нескольких городов. Пепелище, оставшееся от их дома, заставило закрасться в душу девушки размышления о смерти Лесли. Раньше она никогда не думала о чем-то подобном, не представляла, что кто-то мог узнать, найти их. Где же он, когда так нужен? Где же этот выключатель?! Куда деть чувства, от которых хочется рвать на себе кожу? - Гвен? Я слышала твой крик. Что случилось? – Джоанна коснулась плеч первородной. – Ох, что с вашим домом? Вампир только успела вскрикнуть, как была прижата к полу на главной площади ближайшего города. Прохожие попятились, увидев лицо Гвен. Чёрные вены вздулись под кожей, клыки клацнули в нескольких сантиметрах от лица женщины. - Замолчи, если хочешь жить, – процедила первородная и повела носом. Вкус свежей крови задурманивал сознание, но Гвен не была бы собой, если бы забыла о своей главной цели: вернуть Лесли домой. Она упорно не хотела думать о том, что та, возможно, ушла по собственному желанию и как в знак, чтобы её не искали, сожгла дом. – Узнай, кто это сделал. Узнай ценой своей жизни. Узнай ценой жизней сотни армий. Узнай. Не сказав ничего, Джоанна исчезла, отправившись на долгие поиски. Наше время - Отпусти меня, – приказала Гвен. Зверский гнев постепенно зарождался на дне её души, медленно сжигая всё хорошее. «Августин» рассмеялся и посмотрел через плечо на девушку. - Вы все монстры, и наша цель - избавить мир от вас. Вы всего лишь животные, чья жизнь построена на убийстве других. И ты ещё хочешь, чтобы я освободил тебя? - Монстры? Животные?! – Гвен запрокинула голову и захохотала. В уголках глаз собрались слёзы. XIX век - Гвен? – заикаясь, спросила Лесли, видимо, не узнав. Проведя рукой по лицу, девушка улыбнулась. Кровь, кровь, кровь… Она вся была в крови. Вся одежда, волосы, руки были залиты ей. Блаженство. - Да, моя дорогая, - Гвен присела рядом с дрожавшим вампиром и обняла её ноги. – Теперь всё будет хорошо, я обо всём позаботилась, – шептала она в каком-то бреду. Не думая ни о чём, первородная расцеловала лицо рыжеволосой. – Пойдём домой, милая. Гвен встала и потянула Лесли на выход, но та не двинулась. - Убей меня. Я тебя умоляю, убей, – попросила Ли и прижала ладони к лицу. Она зарыдала. Громко, с надрывом, заключив в рыдания всю боль, таившуюся в ней пятьдесят лет, которые потратила Гвен на то чтобы найти её. - Что ты такое говоришь, милая? – испуганно метнулась к ней первородная и обняла. Она ни за что не допустила бы, чтобы Лесли умерла, даже если она просила об этом. – Я никогда тебя не трону. Ты же знаешь, так почему просишь… - Ты не понимаешь! Они убивали меня так много раз, что я начинаю думать, будто мертва уже давно и всё это лишь ад. Ведь туда мы попадаем? Да? За что мне это… За что они так со мной? - Пожалуйста, не плачь, милая. - … Я же не была плохой. Совсем не была. Так почему я здесь?.. Наше время - Мы – монстры?! Гвен в секунду разорвала ремни, пропитанные вербеной. Чувства затопили её сознание. Мужчина даже не успел пошевелиться, как она сдавила его горло. Глаза «августина» испуганно выпучились. Болтая ногами в воздухе, он схватился за её руку. - Не забывайте, что мы произошли из людей! – свирепо кричала она ему в лицо, сжимая руку всё сильнее. – Вампиры – олицетворение человечества, всех его пороков. И созданы они были из любви! Только из любви и страха её потерять! Так ли сильно мы отличаемся? Вы убиваете животных и уничтожаете всё вокруг себя! Вы такие же монстры, как и мы… - её яростную речь прервал хлопок. Тело смачно упало на пол, а голова отлетела куда-то в сторону. Одежда окрасилась в алый и прилипла к телу. Голод скрутил горло. - Мы не монстры. Монстры – это вы, – тихим голосом проговорила первородная, прежде чем исчезнуть и убить пару человек, поддавшись вырвавшемуся наружу безумию.***
Она думала, что её приход останется без свидетелей. Она представляла, что проснётся рано утром, чтобы оттереть с ковра кровавые следы и сжечь одежду. Она никак не рассчитывала, что кто-то будет её ждать. Гвен впервые увидела в глазах Лесли разочарование. Глубокое, которое не поможет залечить время. С таким разочарованием она смотрела на Элайджу. Теперь Гвен знала, каково это, - терпеть такой взгляд на себе. Лесли прижала подушку к груди и закричала. Не яростно, а, скорее, отчаянно. Гвен её не слушала, а где-то на периферии сознания поняла, что вот он – конец всего. Конец её жизни. Конец её чувств. Конец её. Когда Ли замолкла и поджала губы, первородная не знала, что делать. То ли стоять, то ли исчезнуть. Кажется, Лесли сказала, чтобы она уходила. Разве? Сознание возвратилось к ней неожиданно и резко, но поздно. Рыжеволосая уже обошла её и выскользнула из дома, оставив после себя только приятный аромат миндаля. Больше всего Гвен хотелось найти Ли, заставить её забыть, как тогда, когда она опоздала всего лишь на пятьдесят лет. Но она поняла, что это всё же был её выбор и она выбрала. Ушла. А также больше всего Гвен надеялась, что всё это было сном. Вот она укроется тёплым одеялом и уснёт, а наутро Ли запрыгнет к ней на кровать и разбудит, для того чтобы первородная сварила ей самый вкусный кофе. Гвен думала, что её никто не заметит. Гвен представляла, что всё это сон. Но наутро дом был так же пуст, а следы на ковре говорили, что она умерла и попала в ад. Ведь такие, как она, попадают именно туда.
Примечания:
Закончила главу как раз к своему дню рождения. Ловите :3
