Хроники хвостатых: Ну мы же биджу...

- Хокаге-сан? - Можешь идти. АНБУ исчез. Шио поморщилась и с шумом втянула воздух. Почему-то она ожидала ощутить древесный аромат, но обоняние уловило лишь острый запах свежих чернил и старости, так как хоть Сарутоби Хирузен и был Каге, но моложе от этого не становился. Хокаге ей не понравился. В нём не ощущалось силы, которая должна была быть, но зато была усталость и общая мягкость черт покрытого морщинами лица. Окно было закрыто. Третий смерил взглядом трёх девушек; краткий доклад от капитана разведотряда он уже слышал. Три протектора Аме лежали у него на столе рядком, а их владелицы не выказывали никакого беспокойства. Блондинка с длинными косами так вообще рассматривала кабинет с нескрываемым любопытством. - Назовите ваши имена. Правилами приличия Сарутоби в данной ситуации пренебрёг. - Шио но Ёко, - спокойно, низкая девушка с детскими хвостиками, но на вид и по ощущениям - старшая и главная. - Юмия но Орочи, - равнодушно и тихо. Хирузен мысленно зацепился за фамилию, старые кости заныли гадким холодом, напоминая об ужаснейшем и талантливейшем ученике, но лишь из-за созвучия услышанного с именем Змеиного Саннина не стоило испытывать лишних подозрений. К тому же, вряд ли Орочимару действовал бы так открыто. А скрытое лицо – что ж, многие шиноби этим грешат, скрываясь просто так или пряча полученное уродство; возраст здесь не играет никакой роли. - Сейрам Хачи, - пышные косы и нагловатый тон напоказ, не самая удобная для ниндзя обувь, но его это не касается. Хокаге выдержал паузу – один из психополитических ходов, которому он научился ещё до Четвёртого. - Цели прибытия. - Мы прибыли для прохождения экзамена на звание тюнина. - Так рано? - В дороге случается разное. Отвечала за всех Шио, ещё раз подтверждая то, что главная в группе она: две других не выказали и попытки заговорить, передав это право Ёко. - Ваш наставник? Я бы предпочёл говорить с ним. Девушка молча запустила руку в сумку и извлекла на свет сложенный вчетверо лист плотной бумаги, который слегка смялся в уголках. Перед тем, как положить его на стол – не передать в руки, ни в коем случае – Шио осторожно его разгладила. Хирузен развернул и, быстро просмотрев, нахмурился. Глава Селения Дождя – некто Пейн – просил за этих троих лично, а именно: допустить к экзамену ввиду ранения их учителя и совершеннолетия Шио но Ёко, которое обеспечивало то, что она будет нести ответственность за группу. Почерк был аккуратный, женский, возможно, у него был секретарь, однако печати поддельными не были и послушно откликались на стекающую с пальцев чакру, которая могла бы выявить подделку. Сказать, главы ли деревни Аме подпись, он не мог. Тот, кто занял место Ханзо, предпочитал не светиться; после гражданской войны селение закрылось от мира, ведя у себя там свои дела и высылая своих шиноби на задания. Не входя в пятёрку великих деревень ниндзя, Амегакуре не привлекала к себе лишнего внимания сильных и не нарушала покоя соседей. Шио поймала его взгляд и улыбнулась. Натянуто. Недобро. «Придётся поверить, Сарутоби...» Горло пощекотали когти его личных сомнений, но не принять этих троих - кстати, нестандартная группа, одни куноичи – означало развязать конфликт с Аме. В конце концов, их никто не рекомендовал, «Пейн» лишь вкратце обрисовал ситуацию, которую вполне можно понять, а Ёко можно было дать двадцать лет. В Конохе же учителя подумывали допустить к испытанию выпуск Академии этого года. - Что ж, ситуация мне ясна, - Третий сложил письмо. – Думаю, я могу войти в ваше положение и допустить вас без наставника в качестве исключения. Оформите себе пропуска – дальше по коридору, не заблудитесь - и не причиняйте беспокойства жителям. - Ни в коем случае, - заверила его Ёко и снова улыбнулась, тоже дежурно, но очаровательно. Юмия напряжённо ухватилась за шляпу. Расставаться с ней она явно не желала даже для пропуска и прочей документации. Сейрам качнулась к ней и шепнула, выплёскивая скопившееся раздражение: - Что, не хочешь, чтобы тебя узнали? Игнорирование. - Или чтобы узнали... Орочимару, верно? Чтобы тебя приняли за него, м? - Замолчи, - шипение. Орочи не ощущала злости на бесконтрольную Хачи; это было бы глупо. Но лорд Орочимару был по-особому неприкосновенен. К тому же, к своему личному удивлению, кончики пальцев покалывало желанием схватиться за эфес и опробовать фламберг на Сейрам, хотя девушка знала заранее, что ничего не выйдет. Во всяком случае, здесь и сейчас. - А вы часом не родственники, а? А то Шио сказала, что похожи... Общий ген – вот как это называлось. Однако, кунай уже лёг в ладонь как надо, кончик лезвия указывал на чужое горло; Хачи успела отскочить и приняла защитную боевую стойку. Шио метнулась и вклинилась между ними до начала драки, примирительно расставив руки в стороны. К Орочи девушка была спиной, так как догадывалась, что именно Сейрам перешла некую грань. - Опусти оружие, - произнесла она, не оборачиваясь. Юмия послушалась, не сводя глаз с Хачи. Последней можно было ждать как горячего спарринга с впечатыванием противника в горизонтальные поверхности, так и яда в пище. - Прошу прощения, Хокаге-сан, - извинилась Ёко, коротко поклонившись Третьему. Потом вдруг замерла, что-то вспомнив. – А старые кварталы Учиха и Сенджу сохранились? - Да, но с чего бы такой интерес, - мужчина сощурился. - Исторический интерес, не более. До свидания. Девушка поклонилась ещё раз и вышла вместе со своими сокомандницами. Учиха и Сенджу? Старые кварталы? Как бы там ни было, АНБУ уже давно всё вынесли оттуда. Всё своё дальнейшее пребывание во дворце Хокаге Сейрам и Юмия провели в гробовом молчании. На Шио это действовало несколько угнетающе, хотя бы потому, что Хачи обычно более шумная. Волокита растянулась надолго, но - наконец-то! - все формальности соблюдены, и пропуска были на руках. Можно было сваливать с чистой совестью. Сейрам собиралась было по-тихому слинять в гостиницу, но ей не дали. - Стоять! - Ну чего тебе ещё... - Дело есть. Хачи ругнулась, так как делами заниматься не хотелось; лень бывает всем. Ёко бросила короткий взгляд Юмии; та в пару прыжков достигла крыши дома через дорогу и отправилась восвояси, а куда именно – только ей и известно было. - Пошли. Шио молча повела Сейрам по людным улицам Конохи, иногда ныряя в крохотные переулки, в который раз удивляя своей уникальной способностью ориентироваться в любых населённых пунктах. Само же селение Листа казалось до отвращения милым местом, но где-то Хачи слышала, что чем светлей и чище лицо, тем темней и отвратительней изнанка. Если же это не так, то эта деревня – скука смертная. Единственное, что её радовало, так это обилие деревьев, словно жители так и не решились или же не захотели уничтожить. Яркое солнце просвечивало сквозь зелёные кроны, сухая земля возле запыленных корней была покрыта крепким грубым дёрном – красота. Любовь к растениям привила ей когда-то ныне покойная мама: светловолосая и прекрасная, с глазами той же древесной зелени. Не так уж много времени прошло... Или наоборот – целая жизнь? Так продолжалось довольно долго. По дороге двое шиноби спросили, кто они, но отстали, стоило только показать пропуска. - Шио, а куда мы идём? И зачем тебе я? – наконец не выдержала Хачи. - Ты зачем? Дверь выламывать. А что касается того, куда мы идём, так мы уже пришли. И вправду пришли. Только куда всё равно не понятно. С первого взгляда было понятно, что на этой улице никто не живёт – хоть дома и были целы, но их забросили давным-давно: двери и ворота во дворы закрыты на замки, которые уже кое-где посшибали, окна заколочены досками, а редкие открытые зияли чёрными провалами. Перед ними высился внушительный и мрачный особняк. На его стене виднелись остатки какого-то рисунка, но время украло все краски. Даже не рисунок, а символ какой-то: круг, разделённый широкой выпуклой дугой примерно посередине. А ещё здесь никого не было, совсем никого. Можно было легко разглядеть людей на соседних улицах, которые будто старались пройти мимо побыстрей и не заглядывать в это пустынное место, хранилище чьих-то забытых тайн, и впечатление от этого было не самое приятное. Всё же у селения Листа была изнанка. - Что это за место? – спросила Сейрам. - Старый квартал Учиха. Правда, осталась только одна улица – эта. Ещё Второй переселил клан отсюда на окраины деревни в целях безопасности. С тех пор тут никто не живёт. - Почему? В этой деревне так много места, что можно пренебречь целой улицей? В собственные слова не верилось. - Возможно, клан Учиха был против этого, - предположила Шио, пожав плечами. - Кто знает, что скрывают эти дома? Вряд ли что-то там осталось, наверняка, АНБУ всё перерыли, как только они опустели, но всё-таки... - Тогда в чём дело? - В слухах. - Каких? - Кровавых. Хороший ответ. Ёко последний раз посмотрела на особняк и, круто развернувшись, пересекла улицу чуть по диагонали, направляясь к достаточно высокому забору. Перелезть через него не составило труда; Хачи перемахнула вслед за ней. Заброшенный сад принял их в свои прохладные объятия. Деревья и кустарник разрослись без ухода, природным буйством занимая свободное пространство, давно убив искусственный прудик – от него осталась осока и сухой стебель бамбукового фонтанчика – и ласково гладя листьями по щекам. Шио быстро пробиралась к небольшому дому, что терялся в этом маленьком мире, а Сейрам жмурилась и подставлялась под случайную ласку, которая напоминала о доме, из которого она ушла не больше пяти лет назад. Или же, это было гораздо раньше? А впрочем... Пять, семь, десять – всё едино. Хачи не привыкла думать о подобной чепухе. «Юмии бы здесь понравилось», - пришла в голову глупая мысль. Строение было больше всего похоже на дом для прислуги, а может, это оно и было. Двери тоже были заколочены. - А вот теперь совсем пришли, - заявила Ёко. - Знакомься, Сейрам, это Дверь. Дверь, знакомься, это Сейрам. Она будет тебя ломать. Хачи фыркнула. - А сама? - Считай, что я хотела с тобой пройтись. Не говорить же Сейрам, что просто слишком тошно было, до кома в глотке, идти сюда в одиночку? Но надо. Сейрам натянула перчатки и подошла к «Двери», которая, к слову говоря, забита была гораздо более старательно, чем окна, что она видела на улице. Девушка прикоснулась кончиками пальцев до досок, слегка постучала острыми голыми костяшками. Дерево было хорошим, крепким, даже жалко ломать. Ну, что ж поделать. - Только аккуратней, не завали всю постройку. - Ну, это как повезёт... – она криво усмехнулась и, размахнувшись, ударила. Пожалуй, вышло несколько сильнее, чем она собиралась; у неё вечно были проблемы с расчётом силы. Грохот поднялся страшный, заглушив хруст ломающейся доски, в воздух поднялось столько пыли, что Шио и Хачи сразу же закашлялись. Притом Сейрам ухитрилась пару раз весьма витиевато выразиться на старом наречии. Кажется, это было что-то северного происхождения, так как там упоминались прибитые к дубу кишки. Ёко некстати прикинула, у кого, при долгом общении друг с другом, уши бы покрылись волдырями – у Хидана или Хачи? Вероятно, у наблюдающей за этим Шио но Ёко. - Блин, Сейрам... кха-кха... Хотелось по-хорошему, а получилось... кха... как всегда. - Так кто ж... кха-кха... знал. Пыль оседала долго, а когда это всё же произошло, Хачи ощутила острое желание умыться, вымыть голову от налетевшей грязи. А ещё она увидела замершую в образовавшемся проходе Шио. - Шио? Ноль внимания. Ёко отсутствовала здесь астрально, присутствуя физически. - Шио? Ты ещё здесь? - А? – она всё же очнулась. - Ах, да. Спасибо. - Всё? - Всё, - сказала Ёко, даже не смотря в сторону Сейрам. – А хотя нет. Не всё. Развернувшаяся уже Хачи оглянулась через плечо. - М? - Не надо так с Юмией. У неё нет друзей кроме тебя. Девушка ничего не ответила. Если Шио считала, что Орочи обиделась – пускай, а на самом деле Юмия обижаться не умела; не от большой доброты, но от малых чувств. Хотя найти её, может, и стоит. Друзья ж или типа того... - Я пойду, - бросила Сейрам. – Бывай. Шио не обременяла себя прощаниями. Как только Хачи ушла далеко, девушка поникла. Воспоминания, хорошие и - их было больше - плохие, накатывали морскими волнами, тревожа незажившие шрамы солью и топя в чёрной бездне. Девушка обняла себя руками и, сжавшись, шагнула внутрь. Пол покрывал толстый слой пыли – ни следов, ничего. Мягкая, как пушистый ковёр, она смягчала шаги и порошила сандалии серым. Ёко не стремилась ни к чему касаться, не желая будить этот дом и заодно поднимать клоки этой самой пыли в воздух. Это место она покидала в спешке, страхе и панике – а вернулась лишь сейчас, в мёртвый, застывший порядок. Ступив на лестницу, она зажала себе рот рукой. Здесь было темно, зажигать огонь - пожароопасно, шансы же споткнуться стали выше, так как все органы чувств вдруг притупились, а ночное зрение у неё было слабым. Дорогу до небольшой спальни Шио до сих пор знала наизусть. Почему они с братом поселились тогда рядом с Учиха? Случайность, чьё-то решение или она об этом сама попросила? Сейчас уже неважно. Комната не была большой, и ничего особенного в ней не было. Пустой шкаф, голая кровать без матраса. Стол, разбитое зеркало, ненавистная пыль... Но по стенам – рисунки. Выполненные углём или карандашом – кто-то позаботился о том, чтобы рука человека не тронула их, стремясь сохранить на века или же уничтожить то, что так дорого чужой душе. Ёко скривилась и, стиснув зубы, подняла ладони к глазам. Зажмурившись, она чуть нажала на глазные яблоки, блокируя несильной болью работу слёзных желёз. Уйти. Убраться как можно дальше от этого места – благо, было куда. Девушка протянула руку к одному из рисунков, на котором был изображён молодой парень с повязкой на глазах, но, опомнившись, одёрнула ладонь и только сейчас заметила сложенный лист бумаги, как тот, что она отдала Каге недавно. Её внимание привлекло то, что его края были сжаты металлической скрепой, а пыли на нём было меньше раза в два. Взять. Развернуть. Пробежаться взглядом. И убраться отсюда вон прямо через круглое окно. Юмия теребила в руке ключи – кстати, краденые - и нервно буравила дверь взглядом, будто надеясь, что самая заурядная обшарпанная дверь откроется сама собой. Чуда не происходило. К бывшей квартире Орочимару-сама девушка испытывала благоговейный трепет и пока что не решалась туда заходить. В голове звучали сказанные в прошлой жизни слова Таюи Хакумон: - Никогда, понимаешь меня, НИКОГДА не заходи в покои лорда Орочимару без его разрешения. Вбей это себе в свою крохотную голову, если хочешь прожить чуть дольше. Юмия вбила – Юмия жила. Однако войти всё же следовало, так как жить неопределенный срок в гостинице, по соседству с людьми, было бы невыносимо. Только вот психологические барьеры просто так не ломаются. Но что тянуть время, если ничего всё равно не изменится? Девушка вставила ключ в замочную скважину, угадав нужный, повернула ручку и решительно потянула её на себя. Шио наконец-то добралась до своей цели. Не то, чтобы было далеко, но селение сильно изменилось, а под гнётом эмоций она чуть заплутала. Светлый большой дом... Здесь было гораздо чище, и хоть за домом не ухаживали – у веранды прорастала трава там, где не надо, а на самих досках были мелкие камушки – но покинули его не так уж и давно, да и дверь забита не была. Или же дом был добротно сделан, а дверь имеет мало значения при тонких стенах, почти сёдзи, но не бумажные, а деревянные, которые шиноби спокойно могут сломать? Ключ всё никак не желал находиться в сумке. - Эй, Шио! – окликнул. - Что тебе ещё? Ей хотелось уже уйти. - Возьми! – перекинул ключ; девушка поймала. – Это от моего дома. - Я не вернусь в Лист, - пожала плечами. - Я знаю, - спокойно, равнодушно. – Но пусть двери будут для тебя открыты. Вот и пригодился; ключ маленький и лёгкий, под стать двери, так как если ниндзя оставит дома что-то ценное, то есть иные способы защиты, да и домушников в Скрытых деревнях, как правило, нет. Щёлкнул замок – всё ещё смазан – и Ёко отодвинула створку двери в сторону. По ощущениям внутри ничего не изменилось, хотя мебель была сдвинута, а частично – заменена на другую. Но всё так же светло, так же тепло, так же пахнет солнцем и летом. Шио открыла окно на первом этаже, давая больше места свежему воздуху. В конце концов, ей тут ещё жить. Девушка, разувшись, сбросила плащ прямо на пол, сумку перевесила на другое плечо – там была пара ценных вещей, которые она опасалась оставлять просто так – и пошла осматривать дом. Как она и ожидала, многие комнаты были пусты, ещё одна спальня – сохраняла следы человеческого пребывания, вроде брошенной зелёной кофты на полу и колоды карт на столе. Деталь чьего-то гардероба Шио аккуратно убрала в шкаф к сложенным на длительное хранение вещам, а карты меланхолично перетасовала и вернула на прежнее место. В качестве своей комнаты девушка выбрала спальню с гигантской кроватью посередине, на которую она с разбегу и плюхнулась. Мягко... Ёко путешествовала достаточно долго, чтобы не задумываться о том, кто жил или спал на её месте ранее, будь то мужчина, делящий ложе со своей супругой, или же грязный от крови и копоти нукенин. Хотя первое предпочтительней – пятна крови отмываются плохо, а натыкаться на них на той или иной ночёвке приходилось. Захотелось кофе. На самом деле, Шио не очень любила кофе, но из-за привычки работать или же творить по ночам кое-кто, кто был дорог ей, его постоянно пил. Запах кофейных зёрен, что пропитал изящные и ловкие пальцы, расслаблял, а не бодрил, к тому же – девушка банально соскучилась. Соскучилась по кирпичного цвета мягким волосам. Соскучилась по сосредоточенному не на ней, но всё равно привлекательному взгляду. Соскучилась по долгим рассуждениям, на которые того крайне редко тянуло. Соскучилась по тому, что он разрешал ей чмокнуть его, подпрыгнув, в макушку, а сам позволял себе, непривычно устав, ненадолго положить свою голову ей на плечо. Романтика не в словах. «Интересно, что он сейчас делает?» Ёко зевнула и прикинула перспективы следующей встречи. Туманно... очень туманно, радостного мало, а с другой стороны – ей ещё жить и жить, свидятся. Девушка повернулась на бок, укладываясь поудобней и намереваясь вздремнуть, но в бок ткнулся острый уголок спрятанного за пазухой письма, как бы напоминая о себе. Шио ослабила завязки жилетки, взяла его в руки и, перевернувшись обратно на спину, стала перечитывать строки, в которые углубляться не слишком хотела. Привет, Шио. Глупое начало, не так ли? Но я никогда не писал неделовых писем, так что уж извини. Так как я не знаю, где ты и увидимся ли мы ещё когда-то, то я оставлю его здесь, хоть мне и неприятно разгуливать вблизи Учиха. Мой дурной брат женится на женщине из клана Удзумаки – слышала о таком? Брак исключительно договорной, но он так светится, что я порою думаю – а не влюблён ли он? Это было бы забавно, не считаешь? Учиха злятся. Место Хокаге досталось не Мадаре, уж я постарался, а потому они стали чуть ниже нас, однако, пока что всё мирно. Но есть в самом воздухе что-то напряжённое, звенящее, что не даёт мне покоя и заставляет мою руку выводить эти строки, которые ты всё равно никогда не прочтёшь. Хашираме не хватает твоего брата. Скверно всё вышло, не думаешь? Прости, за то, что пишу это. Прости, за тот случай в переулке - сам не знаю, что на меня нашло. Прости за брата, хотя не уверен, что тут мне стоит извиняться, и что ты примешь мои извинения. Что же ещё... Ах, да! Изуна просил написать строку и от него и передать привет (мы с ним почти не видимся, однако он так же силён, как и при тебе). С.Т. Ни смысла, ни информации, ни пользы, так как с «С. Т.» она уже разобралась, но Ёко бережно положила письмо на край прикроватной тумбочки. Через некоторое время она задремала. У Юмии горели глаза. Книги... Книги, книги, целых два стеллажа книг, которые когда-то держали руки молодого лорда Орочимару. У каждой страницы шуршат по-особому, каждая прячет в себе знания и информацию, и каждую она намеревалась со временем прочитать. Комната здесь была только одна, а также ванная и кухня. Этого было более, чем достаточно, но следовало прибраться – пыль она не любила. Вдруг с той стороны двери раздались быстрые шаги. Орочи насторожилась. - Открывай, я знаю, что ты там! Сейрам. Кто бы сомневался. Несколько нехотя девушка открыла дверь. Хачи прятала руки в карманах и хмурилась. - Как ты меня нашла? - Поспрашивала. И по чакре. - Ты не сенсор. - Вот и говорю – поспрашивала. Юмия сделала выжидающую паузу, рассчитывая, что Сейрам скажет, что ей нужно. Но та молчала, поэтому она приглашающе кивнула. - Дверь закрой. - Ага-ага... И ты, типа, тут жить будешь? - Да. - Обиделась? - Нет. - Тогда что зарезать хотела? - Просто так. Шумная ты, надоела. Хачи закатила глаза и уселась на непокрытую кровать. Матрас скрипнул, просел, а Орочи задумалась о наличии постельного белья. Инцидент в кабинете Хокаге был исчерпан, как и тысячи иных – быстро и без размусоливания забыт. Не собиравшаяся помогать в уборке Сейрам скучала: у Юмии не было привычки много болтать, расспрашивать её было глупо отчасти по этой причине, а ещё потому, что ничего интересного она всё равно не скажет. Орочи не трогала её и лишь раз согнала, найдя таки покрывало и одеяло с почти плоской подушкой, да заставила снять сапоги; пододеяльник и наволочка были завёрнуты в простыню и отправлены в изголовье. - Мне скучно. Расскажи что-нибудь. - Я не обязана тебя развлекать. - Тц... Сними плащ. - Нет. Только Юмия могла ходить по дому в такой одежде, точнее, только ей могло быть комфортно в таком виде. Впрочем, шляпу и маску она всё же сняла и теперь щурилась на паутину в углу на потолке. - А хочешь расскажу про последний хвост Шио? Орочи замерла. - Хочешь же, да... О... Это было ужасно... – девушка подтянула ноги к груди. – Мы тренировались ближе к гряде гор, совсем одни... Flashback. Детям не положено знать отчаяния – но так уж вышло. Без родителей, оставшись почти сиротой, Сейрам приняла руку Шио с присущей только детям радостью и с той же детской интуицией чувствовала, что ей тоже плохо. Ёко предложила тренироваться – они тренировались; предложила пойти с ней отомстить за Еву – они тренировались, чтобы набраться сил и отплатить виновным в смерти матери Сейрам. Утро было холодным, так как с гор тянуло льдом. Девочка мёрзла, но отточенные движения по твёрдому камню согревали, а трещины на нём будто обещали – давай, бей, бей сильнее, рушь нас, будешь сильной!.. Неподалёку тренировалась Шио. В её руках летали сабли, но опытный мастер сказал бы, что до просто хорошего владения этим оружием ей ещё далеко – не хватало единства двух клинков, ощущения, что они составляют единое целое. Костяшки пальцев Сейрам сбрызнуло кровью – она разбила руки. Девочка поднесла ладонь тыльной стороной ко рту и лизнула ранку. Ёко остановилась, тряхнула хвостиками и положила клинки на землю, чтобы дать краткий отдых ноющим запястьям. Тихо – ни птиц, ни ветерка. Щиколотку Сейрам обвило нечто склизкое и холодное и резко вздёрнуло вверх. - Я не знаю, как он прорвался сквозь границу так далеко. Это была слизь с пузырями.... прозрачная и почти невидимая... - Пузырьковая слизь? – попыталась угадать Юмия, так как классификацию асуров знала лучше, чем Хачи. - Может, и она. Я плохо помню. - Рассказывай дальше. Девочка закричала и забилась. Мгновенно оказавшись вверх ногами, она силилась вырваться и тратила силу лёгких на крик: - ААА!!! - Сейрам! Шио бросилась на помощь. Сабли здесь бы не помогли и только бы завязли в вязкой полупрозрачной субстанции, поэтому девушка зажгла нестабильный огнешар, так как действовать надо было быстро, а без печатей иного не выходило. Кинутый в ложноножку, ему удалось перебить прозрачное щупальце и освободить ребёнка: Сейрам кувыркнулась вниз головой и была поймана Ёко за пояс в последний момент. Девушка отскочила, намереваясь сбежать, схватив Сейрам в охапку, и дать знать своим, но выхода уже не было. Слизь сочилась отовсюду. Это не было техникой – это и было само нападавшее существо, которым двигала глухая злоба, голод и желание поглотить их чакру и их самих без остатка. Полуразумное, оно почуяло более мощную энергию Шио, но сначала выбрало Сейрам как более лёгкую добычу... Теперь же ему было всё равно, кого пожирать первым. Ёко успела сделать огненное кольцо вокруг, которое могло дать немного – ничтожно мало – времени, и лихорадочно пыталась понять, что делать. Паника прокрадывалась к позвоночнику, мешая думать, но боялась девушка не за себя, а за жмущегося к ногам ребёнка, чью мать она уже оставила на смерть. Но времени думать не было. Слизь догадалась-таки наконец, что зажала их в угол, и три ложноножки метнулись вперёд. Шио оттолкнула Сейрам как можно дальше в сторону, принимая удар на себя. - Беги!!! Больше ничего сказать не удалось – существо затащило её в себя. Сейрам знала, что надо послушаться. Надо было бежать, просить о помощи и привести подмогу, но девочка не могла пошевелиться от ужаса. Ёко конвульсивно дёрнулась. Вокруг неё заклубилась чакра, слизь закипела под напором жара, но этого было мало – существо было слишком велико и сильно, оно давило девушку. Шио судорожно дёргалась и скребла ногтями горло – ей было нечем дышать... Вдруг её глаза закатились, а тело обмякло, как тряпичная кукла. Умерла? Нет... Не может этого быть... Девочка отступила на шаг. Ещё шаг. Тихо... спокойно... Пока оно не заметило... не опоздать и позвать хоть кого-нибудь... Сейрам наступила на сучок. И её услышали. Слизневые щупальца метнулись за ней, увернулась и бросилась прочь, но было поздно – её схватили, спеленали по рукам и ногам, затягивая внутрь. Плечи... шея... Холодно и склизко... От ужаса девочка закричала вновь. И внезапно ожила Шио. Взметнулась рыжая чакра огня, уничтожая, превращая слизь в кипяток, заклубилась, показывая ярость и боль... Один её «отросток» ударил по Сейрам, буквально вышибая её из объятий существа в сторону. Девочка отлетела, не ощущая зуд ожога, и с размаху ударилась виском о камень. Дикий вопль боли пронзил воздух... The end of flashback. Окаменевшая Сейрам прикрыла на мгновение глаза. Четыре глубоких вдоха спустя она поймала себя на том, что до красноты стиснула собственные колени. Юмия больше не убиралась: сев рядом, она достаточно внимательно слушала. - И что дальше? - А ничего. Я потеряла сознание, очнулась через пару дней с ожогами и истощением, а к Шио не подпускали из-за нестабильности её энергии – она могла сжечь за секунду что угодно и кого угодно, просто чихнув, - Хачи облизнула пересохшие губы. – Воды можно? - На кухне. Сейрам кивнула. В горле было слишком сухо. Шио проснулась и резко села на кровати. «Интересно, сколько времени я спала? Судя по освещению, часа два, не больше...» Впрочем, сказать было трудно. Стоило разобрать вещи, придав комнате жилой вид, а также позаботиться о хранении кое-чего ценного. Собственные вещи она хранила в запечатывающих свитках, хотя не то, чтобы их было у неё так много: расчёска, пара запасных резинок, сменная одежда, по два набора сюрикенов и кунаев, плюс один - сенбоны, моток лески, а также прочие мелочи и оружие, так необходимые в пути. Последними она извлекла два невзрачных, но всё же сильно отличающихся от других свитка – они были меньше, более хрупкими и скреплены восковыми и сдерживающими печатями, вязь символов на которых опутывала их с боков. Оба свитка были бережно помещены в небольшую нишу в стене, где изначально была какая-то ваза. Затем, немного помедлив, девушка забрала один обратно и сунула его в суму с оружием на поясе. Рядом с нишей Ёко прилепила большую печать примерно в треть листа А4, и после того, как Шио напитала её чакрой, та слилась со стеной. Ниша тоже исчезла – на её месте были обычные доски. Теперь тайник можно было найти, только зная его точное местоположение или ощупывая стены вдоль и поперёк, но Ёко надеялась, что до такого глобального обыска не дойдёт. Затем она сбегала вниз и на всякий проверила, как там с электричеством. К счастью, всё было в порядке, а после получаса пыхтения и ковыряния отнюдь не новый холодильник тихонько загудел. В ванной тоже всё было в приличном виде, только пыль протереть всё равно не мешало. Но это потом. А сейчас Ёко собиралась сходить наверх за кошельком, а после – в магазин, чтобы было чем этот самый холодильник наполнить. До экзамена было ещё полно времени.