Хроники хвостатых: Ну мы же биджу...

Неделя... Это целых семь дней. Или всего лишь семь дней? К примеру, для углубившейся в чтение Юмии дни пролетели быстро, а вот слоняющейся по Конохе и тухнувшей со скуки Сейрам – проползли. Бегающая же с документами Шио дни не считала: на неё свалились те обязанности, которые обычно выполняют наставники групп. Но главное – это время прошло без лишних и ненужных происшествий. Экзамен на звание тюнина неумолимо приближался... Flashback Полторы недели назад. Шио закрыла лицо, а точнее, нос, руками. В противовес зрению у неё было сильно развито обоняние, а потому запах подгнившей на южном солнце страны Ветра падали вызывал у неё тошноту. Впрочем, Сейрам тоже стало дурно, хотя неженкой она не была: девушка скривилась, отступила два шага назад от глубокого известнякового кратера, на дне которого был спрятан от посторонних глаз труп, и зажмурилась. Это было не самое лучшее место, где можно было провести жаркий полдень. Юмия даже плащ не распахнула. - Давай... вниз, - махнула ей рукой Ёко, отворачиваясь от смрада. – Проверь. Орочи ступила на край ямы, взялась рукой за край шляпы и, оттолкнувшись, съехала вниз по склону; в воздухе за ней остался широкий пылевой след. - Что это за место такое? – спросила Хачи, осматриваясь, но ничего, кроме сухой степи, которая всего через пару километров перейдёт в настоящую пустыню, и выбеленных ультрафиолетом камней, не увидела. Пусто. - Добыча мела... И соли, хотя представить не могу, откуда она здесь взялась. - Но что мы тут делаем? Мы же шли в Коноху, а? Сейрам лизнула ладонь, кожу которой премерзко стянуло. На языке ощутился вкус мелкой пыли и соли, хотя последнее, скорее всего, был всего лишь высохший пот. - И долго нам тут торчать? - Помолчи... – Шио замерла у самой кромки склона. – Эй, ну что там?! Хачи пригляделась и поморщилась. «И как она только копается в этой тухлятине...» Юмия кончиками пальцев отбросила со лба прядку тёмно-кирпичных волос, вгляделась в заплывшее лицо и, вытащив кунай, резко вонзила его в щёку. Если это техника – то она должна была развеяться, тем более что тело уже достаточно долго лежало здесь. Потекла густая чёрная кровь, из открывшегося рта выпал чёрный язык, и полилась какая-то фиолетового оттенка жижа, которая раньше была содержимым желудка мёртвого шиноби; сладковатый запах разложения усилился. - Это он! – ответила Орочи Ёко. - Точно?! - Да!.. – она подцепила лезвием ножа кожу и оттянула; отошло достаточно легко. – Убит как минимум пять дней назад, если всё это время пролежал здесь! Шио передёрнуло. Какая неприятная смерть... - А он – это кто? – уточнила Хачи. Юмия обтёрла кунай об одежду трупа и начала подниматься; некоторое время Ёко молча следила за ней. - Четвёртый Казекаге, отец Собаку но Гаары. The end of flashback. - Всё-таки мы прибыли раньше времени. И зачем было так нестись?! - Не ной, Канкуро. - Я не ною, а ты, Темари, не указывай мне, что делать. - Темари права, осмотримся, - попытался хотя бы временно примирить вечно спорящих учеников Баки. - Замолчите все, - заткнул Гаара своих брата и сестру, а заодно и наставника. Те послушно замолчали. Сразу стало легче. У Собаку и раньше бывали приступы мигрени, более того – головная боль была его постоянным спутником, но сегодня ему было как-то по-особенному плохо. Каждый звук отзывался в голове болезненным неровным гулом. Будто его череп – пустая металлическая бочка, в которой что-то перекатывается и бьёт изнутри по стенкам. Поэтому Гаара был даже рад тому, что они пришли раньше, ведь так он сможет раньше избавиться от раздражающего общества своей команды. Осталось только отметиться и всё... Поэтому, покончив со всеми формальностями, Гаара прямо у входа во дворец Хокаге исчез в вихре песка. - Это было больно... – процедил Канкуро, оглядывая налетевшую на него мелочь сверху вниз. Да ещё этот дурацкий шарф... Канкуро поднял малявку над землёй как раз за него. Удобно. «Хоть на что-то пригодился», - подумал Собаку. Малявка скривилась и сделала попытку что-то сказать, а, возможно, это была жалкая попытка нормально вздохнуть. - Конохамару! – вскрикнул парень с полосками на щеках и светлыми волосами. Позади него были ещё две какие-то малявки и девчонка с розовыми волосами. Какой глупый цвет... - Ну что ж, сопляк, ты сделал больно мне, я сделаю больно тебе... - Перестань! Нам ведь попадёт! – одёрнула его Темари. Вышли, называется, осмотреться, нечего сказать... Не её вина, что дети бесят её брата, но ведь отчитают в первую очередь её: Темари, ты старшая, Темари, ты сказала, что всё будет под контролем... Бесит. Розоволосая девчонка что-то промямлила себе под нос, а полосатый парнишка снова заорал: - Эй, ты, жирдяй, а ну, убери от него свои грабли!!! « Хм... Генин из Деревни Листвы...» - подметил Канкуро, заметив у него на лбу протектор. Пацан в его руке снова издал какой-то сдавленный звук. - Значит, играешь тут? Что ж, давай поиграем. У нас есть чуток времени. А потом я разберусь с вон тем, говорливым... И Собаку кивнул на геннина, у которого, помимо всего прочего, был преидиотский оранжевый костюм. - Ну, сейчас ты получишь!!! – заорал он и побежал на Канкуро. Идиот. Марионеточнику хватило незаметного движения пальцев: раз – направить чакру, два – сделать из неё нити, три – прикрепить их к плечам и дёрнуть. Парень сразу же упал, красиво так, вверх тормашками. Канкуро усмехнулся. - Похоже геннины Конохи – самые настоящие слабаки... – задумчиво протянул он, не обращаясь ни к кому. Простой факт, как он и думал. - Конохомару! – продолжал кричать этот светленький, не делая даже попыток встать. - Конохомару!! - Я...задыхаюсь... – ухитрился выдавить тот самый Конохомару. Собаку хорошенько его встряхнул. Из такого, как он, никогда не выйдет хорошего шиноби, а пока будет ему урок. Нечего носить такие длиннющие шарфы и налетать на людей. - Эй, ты! Чёрный боров! Боров? Канкуро на примере своей сестры убедился, что отнюдь не все девушки со светлыми волосами глупы, но вот блондинов на его жизненном пути не попадалось. Этот же экземпляр даже оскорбления нормального придумать не мог. Но отчего-то Собаку это взбесило. А пацан всё продолжал орать: - Не отпустишь его, будешь иметь дело со мной! Жирный придурок! В этот момент его розоволосая подружка заставила этого недоумка заткнуться, захватом перекрыв доступ кислорода. Темари одобрительно кивнула – мысленно, исключительно мысленно – и подумала, что эта будет чуть поумней. - Ты меня уже достал, - досадливо сказал Канкуро, когда Конохомару, болтаясь в метре над землёй, попытался его лягнуть. - Терпеть не могу мелюзгу, а особенно... Мелкий попробовал достать его второй ногой. Кукловод проигнорировал. - ...наглую мелюзгу. Типа они ещё маленькие, их трогать нельзя. А так и хочется прихлопнуть... В его голосе было неподдельное предвкушение, но Темари подозревала, что тут больше игры на публику, чем реального желания всерьёз избить мальца, а потому решила, что лезть не будет – себе дороже. - Эй, ты!!! - Что ж, сначала я разберусь с тобой, малявка, а потом с тем, говорливым, - Канкуро кивнул на выбравшуюся из захвата «блондинку». - Стой!!! Канкуро уже занёс кулак для удара, примерился так, чтобы не было следов и особой боли, так, припугнуть, но в следующее мгновение был вынужден отпустить шарф и одёрнуть руку, уворачиваясь от увесистого булыжника, который кто-то неизвестный с немалой силой и скоростью прицельно в него запустил. Конохомару грузно рухнул на землю. Собаку незаметно посмотрел на камень и вздрогнул, так как снаряд прорыл в достаточно уплотнённой земле неглубокую колею. Этот маленький камушек вполне мог сломать ему руку, а марионеточнику без рук нечего делать на тюнинском экзамене. - Эй, ты! – все повернулись на голос. – Это было предупреждение. На ветке раскидистого дерева, каких к Конохе сотни, сидела девица с длинными косами. После них в глаза бросались ботфорты из плотной чёрно-коричневой кожи, так как ниндзя, если они не с севера, издавна предпочитали лёгкие сандалии, а затем – татуировки на лице и плече. Темари же пришло в голову, что крупные серьги-кольца просто обязаны мешать ей в бою. Девушка подбрасывала второй булыжник и ловила его упрятанной в короткую перчатку без пальцев руку. Канкуро скрипнул зубами. - В следующий раз точно попаду, - весело заявила она. Собаку сделал глубокий вдох, но, как и ожидалось, это не помогло, и он молча дёрнул за бинты. Кукла опустилась на землю с глухим стуком. Темари оживилась – это были уже не игры. - Ты что, собираешься использовать Карасу?! - Отстань... Брата нужно было остановить, немедленно. Несанкционированное нападение в чужой деревне – это же политический конфликт! Впрочем, на колене у этой девчонки был протектор Дождя, а не Листа... Ох, да какая разница! Если она тоже участвует, всю их команду могут банально дисквалифицировать за устранение противника до начала состязаний, и тогда весь их план псу под хвост. Но больше позора Темари боялась реакции отца. Однако оказалось, что девицу отнюдь ненужно было защищать. Бросив в Канкуро второй камень, она спрыгнула вниз и, воспользовавшись выигранным временем, бросилась к нему. Уклонившись от снаряда, Собаку хотел прикрепить к ней нити, так как это был беспроигрышный приём против любителей атаковать в лоб, но не успел; с другой стороны в него метнули два куная, снова целясь в руки. Кажется, противники отлично знали его слабые места. - Осторожней, Сейрам. Собаку но Канкуро – марионеточник. Сейрам скривилась и показала говорившему язык. Этот человек был закутан с ног до головы в чёрную ткань плаща и прятал лицо за маской и тенью широкой шляпы. Судя по голосу, это была всё же женщина или девушка, но сказать наверняка было трудно. Новый противник стоял на верхушке уже другого дерева, легко удерживая равновесие на достаточно тонкой ветви. Темари могла поклясться, что секунду назад там никого не было. «Да она из воздуха возникла... Это далеко от уровня простого геннина». Из всех знакомых Собаку, только её младший жуткий братец Гаара умел исчезать и появляться, где захочет, используя песок. - Ты слишком несерьёзна. - Пф... Я не собираюсь бояться кого-то, кто играет в куколки. А вот это она зря сказала: поутихший было Канкуро мгновенно вспылил. - Куколка, говоришь... – почти прорычал он. – Это марионетка, и она опасней тебя как минимум в десять раз! - Хочешь проверить? В её интонациях не было страха, настороженности и лишнего благоразумия – только азарт и радость близкой драки. Но вдруг обстановка на обычно тихой улице, которая чуть было не стала полем боя, резко поменялась. Канкуро и Темари сразу же почувствовали эту чакру, а вот остальные... - Сейрам, сзади! Девушка без лишних слов отреагировала на оклик: резко затормозив, она прыгнула вертикально вверх, уходя от смертоносного песка, и, перекувыркнувшись над головой Канкуро, приземлилась у него за спиной. Развернувшись, Сейрам враждебно ощетинилась. - Канкуро, ты позор для нашего селения... – негромко, но так, что слышали все, процедил Гаара. То, что он находился вниз головой, смущало его в последнюю очередь: чакра держала надёжно, проблем с вестибулярным аппаратом у него не было, а бутыль с песком давно уже стала его частью и не тяжелила. - Не лезь в чужую драку, безбровый! – огрызнулась на него Сейрам. Темари поморщилась, вспомнив утреннее настроение Гаары, хотя и его обычное состояние не располагало к выяснению отношений с чужаками. Если эта девчонка продолжит орать, то Гаара точно её убьёт. «И не только её», - вдруг пришло в голову. А не пора ли валить? Хотя нет... не успеет же... Собаку дёрнулась вперёд, желая остановить эту психованную, которая сейчас намеренно дразнила её брата-демона, но внезапно ощутила у своей шеи холодное лезвие. - Ты тоже не лезь, - прошелестел негромкий голос у неё за спиной. «Когда она?.. Она же только что была далеко от меня». Темари лихорадочно начала просчитывать расстояние до своего пленителя, расположение лезвия ножа... Скорее всего, это был блеф, рассчитанный на то, что она будет слушаться, а так у неё был реальный шанс вырваться из захвата. Так, ударить головой назад, потом вправо... Царапина будет, ну и фиг с ней. - Дёрнешься – убью. - Это угроза? Кунай вжался в кожу; Собаку поморщилась, ощутив, как вниз по шее потекла струйка крови. Нет, это была не угроза... В случае чего, ей хладнокровно перережут горло. - Предупреждение. Ты должна знать разницу между этими понятиями. О да, Темари знала. Братец Гаара знал только язык предупреждений. Тем временем Сейрам несло всё дальше и бесконтрольней. - И не надоело тебе вверх ногами висеть? – спросила она. Вряд ли Гааре действительно это надоело – ему было всё равно. Скорее всего, ему надоела ухмылка на лице этой раздражающе шумной девчонки, а нападать с земли при привычном угле зрения было удобней, поэтому он, исчезнув на мгновение в вихре песка, спустился вниз, появившись из такого же завихрения. Собаку твёрдо решил, что всё закончится быстро. Как и всегда, в общем-то... - Песчаный гроб! Обычно на этих словах заканчивался каждый второй его бой, но Сейрам успела увернуться и, не осознавая опасности, засмеяться. Старшая Собаку вдруг почувствовала, что холод с её шеи исчез, и через секунду увидела, как девушка в плаще утаскивает того блондинчика-геннина с линии атаки. Кажется, он даже ничего не понял, что происходит, потому что начал возмущаться и требовать, чтобы его отпустили. Девица отпустила и куда-то исчезла, а парень камнем рухнул на землю. Темари не стала растрачивать возвращённую свободу, и, чтобы не попасть под горячую руку Гаары, переместилась на ближайшее дерево, где уже удобно разместился Канкуро. Русая сдула с лица выпавшую из причёски прядь волос, заправила её за ухо и сжала кулаки для контратаки. «Это бесполезно. Песок защитит Гаару от всего», - одновременно промелькнуло в мыслях старших Собаку. Сейрам же решила действовать именно так, как с Гаарой не срабатывало – напрямую. Ловко обойдя все атаки, она шаг за шагом отходила назад, уводя песок как можно дальше от своего хозяина. Ни скорость, ни тактика не были её сильными сторонами. Внезапно Собаку открылся, а намеренно ли, нет – плевать! Другого такого шанса не будет, хотя, может, она и так бы справилась. «Сейчас!» Гаара даже не пытался уйти от удара. Всю свою жизнь полагаясь на песок, парень развил лишь минимальные навыки шиноби и не был слишком быстр, так как у него не было нужды в этом. Сейчас её удар придётся на песчаный щит и завязнет в нём. Тогда она не сбежит, и Собаку просто раздавит её кисть. Сейрам замахнулась и, не сдерживаясь, ударила левой рукой; собственно, руки у неё были одинаково сильны, и она не видела разницы... Кулак с силой врезался в закрывший хозяина песок; Гаара вздрогнул и сделал непроизвольный шаг назад. Случилось именно то единственное, что могло нарушить его невозмутимость – защита подвела, впервые в жизни она дала сбой! «Весь мой песок... Это невозможно!» Девушка с лёту прошибла песок насквозь, и это было настолько неожиданно, что младший Собаку на мгновение растерялся и не сжал её руку тисками, хотя расположение было удачным: кисть – с одной стороны, прямо перед носом Гаары, всё остальное – с другой. Наблюдающий со стороны Канкуро гулко сглотнул; попади она тогда по его руке, было бы очень туго. Но что за нечеловеческая сила! Пальцы выпрямились, и она освободила руку из неудавшейся ловушки. В самый последний момент Гаара опомнился и направил песчинки следом, но было уже поздно, так как девушка отпрыгнула в сторону. Сейрам отбежала достаточно далеко и собиралась атаковать снова, так как первый удар был отнюдь не самым сильным из возможных, а касательно самого Гаары... Нет, Сейрам не имела к нему никаких претензий: он не был выскочкой, не раздражал, в его внешности не было ничего кричаще-яркого, за что можно было бы зацепиться глазу. Нет, Сейрам не считала его врагом. В какой-то мере прямо сейчас ей было на него всё равно, но хотелось боя, хотелось разогнать кровь по жилам после долгого сидения и размять задубевшие мышцы, а Собаку но Гаара подходил как нельзя кстати. Однако Сейрам не удалось сделать ни шагу, так как стена пламени возникла перед нею, преграждая путь. Не любившая огонь девушка отшатнулась и заметила с другой стороны от себя знакомую фигуру. Упершись ногами в землю, чтобы лучше оттолкнуться, она захотела перепрыгнуть полосу огня поверху, но её же сокомандница подняла руку, и рыжие языки, повинуясь, поднялись выше. Хачи скрестила руки на груди и недовольно хмыкнула, но затею свою оставила. - И что здесь происходит? – строго спросила новоприбывшая девушка, которая на вид была старше остальных; возраст скрадывала детская причёска – Темари, к примеру, тоже носила четыре хвостика, чтобы казаться ровесницей своих братьев – и низкий рост. – Эй, Хачи? - Убери это, тогда и поговорим! Шатенка фыркнула и запрокинула голову назад, поленившись повернуться к сокоманднице лицом. - Не-а... Слышь, договорились же, без глупостей, а?! От прицельного броска камнем в голову она лениво уклонилась, после чего вздохнула и сделала стену огня поплотней. Хоть это и могло привлечь какого-нибудь любопытного сенсора, у неё найдётся для него оправдание, а ей было важно произвести должное впечатление на Гаару. Со слабаками у него разговор короткий. - Как ты вообще узнала, что я здесь?! – крикнула Сейрам, которую теперь почти не было видно. - Твой ор слышен по всей Конохе, а ещё меня благоразумно отыскала Юмия, спасибо, Юмия. Упомянутая «Юмия» еле заметно кивнула. До этого момента, вернувшись, она не выдавала себя, и при необходимости без труда могла бы оставаться незамеченной дальше. Девушка с хвостиками повернулась к Гааре и кивнула ему. - Приношу извинения за предоставленные неудобства. Собаку с удовольствием поймал её взгляд. Это была такая игра, и большинство в неё проигрывало, чтобы после шептаться: «Глаза демона, глаза демона...», - но обычная каряя радужка полыхнула вдруг алым, и Гааре померещился вертикальный зрачок. Интересно... Да и чакра у неё была мощная, потрескивала и искрилась, словно гигантский костёр в холодную ночь. - Какие же они все крутые... – сказал Конохомару, уже оправившись. – Не то, что ты, Наруто! - Эй, ты что! Да я... да я бы вмиг с ними разобрался. Сакура закатила глаза. «Как же хорошо, что здесь нет Саске». Эти звуки отвлекли Гаару от бессловесного поединка взглядов и заставили повернуться к этим... детям. - Мы тоже приносим свои извинения, - сухо произнёс он, обращаясь к розоволосой куноичи, которая казалась наиболее здравомыслящей. - Да... Да, конечно... хорошо, - отозвалась она. Оглядев всех присутствующих и заметив, что огненная преграда исчезла, а Сейрам теперь стояла у забора, подпирая его лопатками, и не стремилась нападать, Собаку решил, что больше ему здесь делать нечего, и развернулся, чтобы уйти. - Постойте! - Да? Это оказалась всё та же девочка из Листа. - Судя по вашим повязкам, вы – шиноби из Суны, а вы, - она обратилась трём куноичи из другой группы, - из Аме. Гаара посмотрел на них вопросительно. Дождь? Хм... Действительно – протекторы селения Дождя, но огненный тип чакры весьма нетипичен для этой деревни, да и Собаку слышал, что там идёт вечный ливень, и тренировки с огнём, вероятно, невозможны. Хотя это были только догадки. - Хоть наша деревня и Суна – союзники, - продолжала Сакура, неизвестно где взяв смелость и решительность, - однако это не значит, что вы можете спокойно пересекать границы нашей деревни. С Аме же мы вообще практически не контактируем. Все, вы! Назовите цель вашего визита! Возможно, нам придётся вас задержать. - А силёнок хватит? – насмешливо спросила Сейрам, но пропуск всё же показала, как и все остальные, включая спустившихся вниз Канкуро, Темари и Юмию. Старшая Собаку насмешливо усмехнулась. - Хм... То есть вы совсем не в курсе... – протянула она. - Неужели вы действительно ничего не знаете? Ответом ей было непонимающее молчание. - Ты права, мы генины Песка, и мы пришли к вам, чтобы принять участие в экзамене на звание тюнина, - великодушно начала разъяснять им Темари. - В экзамене на звание Тюнина? - Похоже, вы и вправду ничего не знаете. В этом экзамене принимают участие лучшие генины всех деревень – Песка, Дождя, Листа и так далее. - Что, из всех сразу? Но почему? Кажется, этот шумный блондинчик на самом деле заинтересовался. - Ну, это способствует улучшению добрососедских отношений между странами-союзниками и помогает шиноби повысить свой личный уровень. Таково официальное объяснение. На самом же деле страны пытаются сохранить баланс сил, поэтому... - Конохомару, как думаешь, может, мне тоже попробовать сдать этот экзамен?! Девушка раздражённо дёрнулась: - Эй, придурок, раз спросил, так дослушай! Пока шёл этот разговор, шиноби Аме подошли поближе. Впрочем, ничего нового они не сказали: генины, явились для прохождения экзамена. - Как тебя зовут? – поинтересовался Гаара у той шатенки с хвостиками. Она одна говорила за всю свою команду, была старшей и вошла в число тех немногих людей, которые смогли выдержать его прямой взгляд. Пожалуй, демону бы понравилось её убить. - Чем заслужила такое внимание? - Ты меня заинтересовала, - он немного поразмыслил. - Все вы. Имена двух Собаку уже знал: - Хачи Сейрам, - нахально. - Юмия но Орочи, - тихо. - Шио но Ёко, к твоим услугам, - девушка по-лисьи улыбнулась. - А вот твоё имя, Гаара но Собаку, мне хорошо известно. Ты знаменит. - Неужели? Шио наклонила голову на бок. - За тобой тянется кровавый след, и тянется он дальше, чем ты можешь предположить, - туманно произнесла она. Ёко повела рукой, и вокруг неё закружилось пламя; Гаара знал эту технику, так как пользовался аналогичной песочной. Через долю мгновения она оказалась у него за спиной. Собаку ощутил остаточный жар джитсу, но не чувствовал враждебности с её стороны. - У меня есть кое-что, что может тебя заинтересовать, - зашептала она, склонившись над его плечом, хотя парень был ненамного её ниже. - Информация? - Да, информация. И предложение. Гаара задумался. Пожалуй, он был готов её выслушать... Головную боль вдруг как рукой сняло, и, как бы там ни было, убить он всегда успеет. А сейчас лучше не привлекать лишнего внимания. - Что тебе нужно? - Мне нужно, чтобы ты пришёл в назначенное мной место, если ты, конечно, не боишься. Боится? О, нет, Собаку не знал страха так же, как и не знал боли, разве что нечто забытое, когда он был ребёнком, да глядя в зеркало по полнолуниям Гаара застывал от ужаса перед самим собой. Но это другое. - Глупости. Но если это обман... - Скорее полуправда. Впрочем, ключевую информацию я скажу тебе сейчас, а ты решай, интересно ли тебе остальное. - Говори. Шио склонилась ниже. - Четвёртый Казекаге мёртв. Причём уже довольно давно, пожалуй, до вашего выхода из Суны. «Что?!» Отец не мог быть мёртв... Нет, Казекаге хоть и силён, но не бессмертен, но она точно лжёт, ведь Казекаге, «Тень Ветра», отдавал им приказ лишь четыре дня назад. Хотя никакой горечи по поводу его кончины Гаара не почувствовал. - Почему я должен тебе верить? - А не почему. Единственное доказательство – это его гниющее тело на границе твоей сухой и жаркой родины, - девушка обошла его сбоку. – Мы могли бы сбегать до трупа, туда и обратно, но, боюсь, даже если двигаться быстро, то до начала экзамена мы не успеем добраться до цели. Но ты только не болтай об этом, хорошо? – она воровато оглянулась на Канкуро и Темари, после чего озорно подмигнула. – А то вдруг я вру – экий казус выйдёт... Её ёрничество начинало надоедать, так как было видно, что Шио это специально. - Так ты согласен на встречу? Всего лишь разговор, не более. - Один вопрос. - Да? - Ты замешана в убийстве? В том, что Четвёртый был убит, Собаку не сомневался. - Нет. Ни я, ни кто-либо, связанный со мной. Разве что, затратив немало усилий и времени, я могла это предотвратить, и то не факт. Верить мне или нет - тебе решать. Ну, так что? Гаара не ответил, про себя взвешивая все за и против. У него нет ни одной причины, чтоб ей верить, но чтоб не верить – тоже. Несмотря на то, что вероятность ловушки была довольно велика, верный песок был с ним: Сейрам – единичный случай, хотя понятие «абсолютная защита» теперь и стоило проверки. К тому же, на крайний случай у него есть песчаная броня. - Только не говори, что тебе его жалко... В смысле – жалко Каге. Ты даже не дрогнул, когда я сообщила тебе о его кончине. Или я ошибаюсь? Риторический вопрос не требовал ответа, но в груди у джинчурики неприятно кольнуло. Он и отец, он и Казекаге, он и... Самое точное определение – чужие люди. - Ну? Ты согласен на встречу? - Согласен, - произнёс Гаара после некоторой паузы. - Где, когда? Но Ёко не успела ему ответить, так как помешал посторонний. - Наруто, Сакура! – окликнул генинов Конохи парень в просторной синей футболке с широким воротом. Судя по повязке, что перетягивала через лоб и затылок чёрные топорщащиеся сзади волосы, он тоже был шиноби. На его спине ярко выделался символ клана Учиха. - Что вы здесь делаете? – он казался недовольным. - Мы же договорились встретиться с Какаши-сенсеем пятнадцать минут назад. Я думал, вы уже там. - Саске, да Какаши-сенсей всё равно опоздает. Он ещё ни разу не приходил вовремя. - Саске-кун! А мы как раз шли туда... Саске неопределенно кивнул. Слова сокомандников прошли мимо него, так как пойманный им взгляд девицы в кожаной жилетке ему не понравился. Куноичи из Аме буквально сверлила его, и в её лице, в её позе читались лёгкое презрение вперемешку с простой неприязнью. Заметив, что он на неё смотрит, девушка оскалилась, показывая белые острые зубы. Учиха если и навредил ей как-то на задании, то совсем её не помнил. - Кто вы такие? – обратился Саске к большинству присутствующих, у которых были повязки других селений. – Что здесь делают ниндзя других деревень? Шио неодобрительно цокнула языком. Учиха... Разъяснять всё повторно специально для него никто не собирался, а потому команды Песка и Дождя просто проигнорировали его вопрос. - Сегодня в десять на обзорной крыше возле Скалы Хокаге, и не опаздывай. Сказав это, Ёко отпрыгнула обратно к своим. Резкий взмах рукой в сторону – и возникшее из ничего пламя закружилось, завертелось в водоворот... - До свидания, Собаку но Гаара... - Ну, что ты думаешь, Досу? - Тот, с тыквой, из Суны и куноичи с хвостиками из Аме... За ними стоит приглядывать. Ничего серьёзного, но, похоже, Дождь что-то затевает и пытается втянуть в это Песок. - Не бери в голову, эти девчонки не сравнятся с нами. - Кин права, шиноби Звука сильнее всех других во много раз. Шио вытерла выступившую на лбу испарину. Техники перемещения давались ей нелегко, а уж когда нескольких сразу... - Довыпендривалась? - Отстань... Сейрам фыркнула и дружески подала руку, помогая отлипнуть от забора – Ёко съехала по нему вниз как только они очутились на соседней улице – и подняться. Оставалось надеяться, что Собаку достаточно впечатлился и всё же придёт. Убивать его понапрасну не хотелось. Гаара не знал, зачем шёл на эту встречу. Точная причина этого поступка никак не хотела вырисовываться в голове; в течение всего дня она то внезапно появлялась, то ускользала в белёсый туман, не давая зацепиться и не оставляя следов. Но выносить порядком шумное общество Темари и Канкуро, выслушивать наставления Баки по поводу завтрашнего экзамена, а также ловить на себе настороженные взгляды всех троих он уже не мог. Желание убивать, несколько угасшее ранее, появилось вновь с приближением ночи, напоминая о себе постоянной ноющей пульсацией в висках. С каждой секундой он слышал биение собственной крови всё глуше и громче, и этот ирреальный звук изводил сознание джинчурики, грозясь перейти в более неприятную сильнейшую мигрень, несравнимую с той, что мучила его днём. Это и стало решающим фактором, так как лучше уж он убьёт незнакомую и крайне подозрительную Шио, чем раздражающих, но прочно осевших в его жизни и пока даже нужных брата с сестрой. К тому же, она, судя по первому впечатлению, довольно сильна - если убить её, а заодно и её команду, то его существование будет доказано, да и ближайшее полнолуние пройдёт легче, если однохвостый полакомится через песок свежей кровью. С учётом их миссии это было бы очень кстати, хотя Гааре и был безразличен её исход. Чужие интриги его не интересовали; у него было немало своих проблем, до которых никому в этом мире не было дело. Как бы то ни было, предпочтение было отдано куноичи Аме. Мало ли, что она скажет, а своих прикончить он всегда успеет. Собаку предпочитал передвигаться по крышам, так как в незнакомом селении это было удобней всего. Двигался он медленно, почти шагом, так как до назначенного срока ещё оставалось время. У него за спиной солнце медленно приближалось к горизонту, ярко освещая закатными лучами лики Хокаге, из-за чего камень приобрёл золотистый оттенок, а на скалу легли причудливые изогнутые тени, что было особенно хорошо видно с крыш. Гаара продвигался вперёд, и каменные лица искажались с каждым пройденным шагом. С приближением вечера дневное тепло сменялось прохладой ночи; покрывало темноты постепенно укрывало селение Листа, а вместе с сумерками приходило время тайн, загадок и заказных убийств. В конце концов, лица превратились во всего лишь покорёженную руками человека скалу, а парень спрыгнул на открытую площадку, которая, к слову говоря, тоже являлась крышей какого-то большого здания. Это было круглое пространство, опоясанное по краям перилами. Шио уже ждала его. Девушка сидела на самом краю, свесив ноги вниз, она держалась за вертикальные прутья перед собой и ритмично стукалась об них лбом. Глаза её были закрыты. Когда Собаку подошёл ближе, он услышал, что Ёко бормочет в такт ударам: - Как. Всё. Достало. Ну почему. Нельзя. Всем. Взять. И сдохнуть, – на последнем ударе она стукнулась особенно сильно и поморщилась. Куноичи замерла, прижавшись висками к холодному металлу. Через некоторое время Шио соизволила открыть правый глаз и посмотреть им на Гаару. - Не обращай внимания, - грустно усмехнулась она, - в этой деревеньке нервы ни к чёрту. Джинчурики не хотел всё затягивать надолго. - Зачем я тебе? Ёко закатила глаза. - В политике и приличном обществе принято здороваться, - сделала она неуместное замечание и, ухватившись за перила, рывком поднялась. Бросив задумчивый взгляд на искажённые тьмой лица Каге и поправив сабли на спине, которые Гаара не заметил в их первую встречу, девушка повернулась к нему. – А, ладно... Пошли. - Куда? Пройдя уже несколько шагов, Шио остановилась, но ничего не ответила. - А знаешь, Гаара... Из-за милой Сейрам мы с тобой определённо неправильно начали знакомство. Предлагаю на сегодняшний вечер заключить перемирие, если уж ты счёл меня своим врагом. И Ёко дружелюбно ему улыбнулась и протянула руку. Собаку перевёл взгляд с этой улыбки на самую обычную женскую узкую ладонь, не зная, как на это реагировать. Последний, кто так естественно ему улыбался, без натяжки, без тени страха, был Яшамару, но то было давно и будто не в его жизни. Гаара видел такие улыбки каждый день на улице, но ни одна из них не была адресована ему. И никто никогда не подавал ему руки. - Ну? Парень неуверенно протянул руку в ответ, но Шио его опередила, схватив его ладонь. Её рукопожатие было крепким и тёплым, а ладонь оказалась маленькой и неожиданно нежной для куноичи, без единой мозоли и шрама. Приятно. Опомнившись, Собаку поспешно разорвал контакт. - Так-то лучше... – Ёко усмехнулась. - Только не здесь, ладно? Девушка выдержала паузу и, сочтя его молчание за согласие, развернулась к нему спиной; его предательского нападения она не страшилась. - Ты меня не боишься? – неожиданно для себя спросил Гаара. Этот вопрос вертелся в голове, вертелся на языке, и вдруг как-то сам собой сформировался в слова. Джинчурики не чувствовал даже капли страха. - Нет, - просто и честно ответила Шио. - А должна? - Все боятся. - Я не все, - резонно заметила она. - Не в этом дело. Девушка тяжело вздохнула и оглянулась на него через плечо. - Тебе незачем меня убивать. В смысле, именно тебе, а не однохвостому, что заперт внутри твоего тела и сознания, как в клетке. Ёко развернулась, сунула руки в карманы бридж и направилась к другому краю площадки, а Гаара, замерев, неотрывно смотрел ей в спину. Собаку же собирался ей возразить, или же мысленно воспринять это как глупую болтовню, но... Желания убить не было. Никакого. Пульсация исчезла, будто её и не было, жажда услышать вопли и ощутить солёный запах крови заглохла и затаилась до поры где-то глубоко внутри... И всё это было с того самого момента, как он пожал ей руку. Шио словно ловко дотянулась до какого-то переключателя в его голове, и всё. Гаара в жизни не чувствовал себя таким лёгкими и свободным; это было потрясающе. Но остался один простой вопрос. - И ты считаешь, что Однохвостый Шукаку тоже не позарится на твою жизнь? – довольно скептически спросил он; Собаку привык скрывать настоящего себя, а потому внешне остался неизменен. А Шио вдруг запрокинула голову к тёмному небу и засмеялась. - Шукаку, говоришь? – произнесла она сквозь смех. – Ха... Меня не тронет! И с этими словами девушка понеслась куда-то по крышам. «Что? Не тронет? О чём она вообще...» Но Ёко уже убежала, и Гааре ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.