Потерянный рай

      Поначалу все шло так, как Альтаир и планировал. Начались похороны Мажд ад-Дина. Среди тамплиеров ассасин без труда отыскал предполагаемую фигуру де Сабле. Дождавшись подходящего момента, убийца нанес удар. Перебив всю стражу магистра тамплиеров Альтаир, наконец, скрестил меч с мечем своей главной цели. Только к его великому разочарованию смешанному с удивлением в доспехах магистра был не Робер, а женщина. Она с вызовом смотрела на Альтаира, парируя его удары и рассказывая шокирующие, неожиданные и в то же время такие очевидные вещи. Для того чтобы понять ситуацию, нужно было просто посмотреть на нее с другой стороны.       Только осознание этого порой приходит слишком поздно. Да и что может изменить один человек, увидевший истину, когда те - кто вокруг не желают приложить даже малейшее усилие, открыть глаза и очнуться от сна своих заблуждений, чтобы посмотреть на правду не искажая ее, подстраиваем под свою систему взглядов.       Альтаира впечатлил пылающий взгляд женщины, готовой принять смерть за идеалы тамплиеров, и ее вера в свою правоту. Это был первый раз, когда ассасин подарил своему противнику жизнь.       Отступив и убедившись, что за ним нет преследователей, Альтаир сразу направился в бюро. Теперь, когда он узнал под какой угрозой находится братство и все те ценности, в которые он верил с детства, ассасин отчаянно искал решение, которое было бы самым правильным и помогло защитить то, во что он верил.       Войдя в бюро Альтаир начал с порога:       - Это была ловушка.       - Я слышал, что похороны окончились дракой, что случилось? - в голосе Малика можно было угадать нотки волнения.       - Робера де Сабле там не было. Он ждал меня и послал вместо себя другого.       - Расскажи Аль-Муалиму.       - Нет времени. Она сказала мне, что задумал Робер. Если я вернусь в Масиаф, он успеет осуществить это и тогда, боюсь, нам придет конец.       - Мы убили большинство его людей. Ему не собрать силу для атаки. - Малик в раздумьях ходил вдоль стола. Внезапно он остановился и, резко развернувшись, серьезно посмотрел на Альтаира. - Погоди… Ты сказал она? - Неприятный холодок пробежал по спине Аль-Саифа.       - Да. Это была женщина. Странно, я знаю. Но это мы отложим на потом. Сейчас наша цель – Робер. Мы ослабили его, но этот человек умен. Он изложит свое дело Ричарду и Салах ад-Дину. Объединит их против общего врага. Против нас.       Малик отмахнулся от мыслей, повисших где-то на краю его сознания, понимая, что сейчас есть дела куда более важные:       - Ты ошибаешься. Это бред. Эти два человека никогда… - Аль-Саиф понимал, какой страшный смысл заложен в словах Альтаира, и отрицал слова ассасина от того, что отчаянно желала, чтобы они оказалось ложью.       - Не ошибаюсь. И в этом наша вина. Те, кого мы убивали, стояли по обе стороны. И были важны для обоих лидеров. План Робера амбициозен, но не лишен смысла. И он может сработать.       Последняя надежда на то, что происходящее лишь чья-то злая шутка разбилась о слова ассасина. Даи ощутил как знакомые ледяные когти страха, страха за чужую жизнь, сжимают грудь, впиваясь между ребрами, парализуя.       - Послушай, брат, кое-что поменялось. Ты должен вернуться в Масиаф. Мы не можем действовать без разрешения повелителя. Это поставит под угрозу братство. - Хозяин бюро, подавляя эмоций, попытался придать словам максимальный вес и серьезность. - Я думал… я думал, ты понял это. - Только на последней фразе Аль-Саиф все же выдал себя.       Альтаир как никогда понимал, какую ответственность берет на себя и ему сейчас очень нужна была поддержка. Ассасин чувствовал, что Малик единственный кто может дать ему то, в чем он нуждается. Слова Альтаира были мягкими и убедительными. Он тщательно взвешивал каждую фразу:       - Сколько слов, Малик… - Хозяин бюро отвернулся и уставился в стену. - Ты прячешься за Кредо, словно за щит. Он что-то скрывает от нас. Что-то важное. Ты сам говорил: мы не можем ничего знать, лишь предполагать. Вот я предполагаю, что дело глубже, чем, кажется. Убив Робера, я отправлюсь в Масиаф за ответами. Но может, ты поедешь туда прямо сейчас?       - Я не уйду из города. - Отрезал Малик, уже не надеясь убедить ассасина, но продолжая сопротивляться.       - Тогда выйди на улицу. – Аль-Саиф, наконец, посмотрел на Альтаира. - Ищи тех, кто служил моим жертвам. Узнай все, что сможешь. Ты проницателен, может, заметишь что-нибудь, что я проглядел.       - Я не знаю. Мне надо подумать. - Малик сказал так, но он уже сдался этому взгляду и словам слетающим с этих губ.       - Делай, как знаешь, друг. Но сейчас я отправляюсь в Арсуф. Каждую секунду, что я медлю, враг становится все дальше от меня. - Ассасин собрался уходить.       - Альтаир, постой. – Аль-Саиф вышел из-за стола и подошел к ассасину. - Есть нечто, что я давно хотел сделать. Кроме того, не хочу оставаться в долгу.       - Малик... О чем ты?       Даи шагнул ближе и положил ладонь на член Альтаира, сжимая пальцы. Он был готов к тому, что ассасин его остановит или даже оттолкнет, но этого не случилось. Несмело продолжая свои действия, Малик ощутил легкое движение бедер ему навстречу. Получив молчаливое одобрение, Аль-Саиф облизал внезапно ставшие сухими губы и опустился на колени, ослабляя шнуровку на штанах ассасина.       Малик не был уверен в том, что следует делать, но когда он обхватил губами член Альтаира, реагирующий на каждое его прикосновение, он отбросил все мысли и последовал за инстинктами. Ассасин запустил пальцы в жесткие, непослушные, черные волосы Малика, перебирая пряди и закрыл глаза, отдаваясь ощущениям. Удовольствие было столь острым, что задав темп и пытаясь сделать контакт теснее, Альтаир неосознанно причинял Малику боль. Хватило нескольких минут и Альтаир, вскрикнув, резко двинул бедрами вперед, цепляясь за плечи Аль-Саифа. Малик едва не подавился. Ресницы стали влажными. Он с трудом сглотнул, переводя дыхание.       В этот момент Альтаир потянул его вверх, прижимая к себе и впиваясь в губы жадным поцелуем. Ассасин ощущал на губах и языке Малика вкус своего желания, и это было потрясающе. Не без усилия заставив себя разомкнуть объятия, Альтаир отступил на полшага, поправляя одежду.       Аль-Саиф смущенно смотрел на ассасина слегка расфокусированным взглядом: «Альтаир, знаешь, тогда - в день посвящения я мечтал оказаться на месте девушки, забравшей твою невинность».       - Ты помнил об этом все эти годы?... - Ассасин выглядел удивленным. Хотя для него тот невинный поцелуй с Маликом был важным опытом, замешанный на его шестом чувстве, ему никогда прежде не приходило в голову посмотреть на это событие глазами Аль-Саифа.       - И ты помнил об этом, Альтаир... Десять лет прошло.       Было достаточно слов.       - Будь осторожен. – Аль-Саиф прижал руку к груди и слегка поклонился ассасину.       - Буду. Обещаю.       Альтаир покинул бюро, а Малик задумался над его словами.