Потерянный рай

1194 год и далее… Альтаиру и Малику - 30 лет Марии - 35 лет*

      После свадьбы Мария сообщила Альтаиру о своей беременности. Несмотря на то, что все решения были приняты осознанно и подразумевали подобное развитие событий, ассасин был потрясен этой новостью. Оставив Марию, он долгими часами прогуливался по окраинам города, предаваясь размышлениям, потом в бюро, оставшись один перед раскрытым дневником, не мог заставить себя написать ни строчки.       Назад дороги не было, и Альтаир думал о том, как защитить свою, едва созданную, семью. Он вспоминал свое детство, сожалел о том, что не знал заботы матери и редко видел отца. Эти мысли привели к тому, что ассасин решил вопреки всему сделать счастливыми тех, чьи жизни связаны с его жизнью. Поставив точку в своих размышлениях, Альтаир откинулся на спинку стула и подумал о том, как было бы здорово поговорить с Маликом. Аль-Саиф обязательно бы нашел такие слова, которые были нужны ассасину.       - Малик… - прошептал Альтаир в пустоту, - мне тебя сейчас так не хватает.       День клонился к закату, а между Лимассолом и Иерусалимом лежали долгие дни пути.       У входной двери послышались шаги. Пришла Мария.       - Альтаир, тебя не было два дня, мы собирались вместе навестить старых знакомых… - она подошла к стулу, на котором сидел ассасин, и положила руки ему на плечи.       - Прости, Мария, мне надо было о многом подумать.       Альтаир накрыл ее ладони своими. Она засмеялась в ответ.       - Да, уж… я понимаю твои эмоции. В отличие от тебя у меня было достаточно времени на размышления.       Ассасин потянул Марию за руку, усаживая на колени, и внимательно посмотрел в серые глаза.       - Значит, ты давно об этом знала.       Ее улыбка была мягкой, почти ласковой.       - Догадывалась. Не с самого начала, конечно, но и беспокоить тебя понапрасну мне не хотелось. А потом, когда мы придумали свадьбу в Лимассоле, я решила, что это будет идеальный повод. – Мария снова засмеялась, только теперь совсем тихо и немного смущенно. Альтаир обнял ее и, целуя висок, прошептал, - Пойдем отдыхать, завтра нам предстоит наверстать потерянное время.       Вернувшись в Масиаф, Альтаир отправил Малику сообщение с голубем о своем скором визите и занялся текущими делами. Даже непродолжительное отсутствие Мастера всегда давало о себе знать. Нужно было многое сделать: выслушать отчеты о выполненных заданиях, скоординировать текущие действия и составить новые планы. Было и еще кое-что: ассасину предстояло позаботиться о доме, где они с Марией будут жить. Конечно, Мастер жил в крепости, но это было не самое лучшее место для семейной жизни.       Когда с главными делами было покончено, Альтаир отправился в путь. На молодом быстром скакуне, при благоприятном раскладе до Иерусалима можно было добраться за день, и ассасин намеревался не терять времени.       Едва ассасин спрыгнул с крыши бюро внутрь, как Аль-Саиф вышел навстречу.       - Мира и покоя, Малик. Ты меня ждал? – шагнул Альтаир к нему, увлекая Аль-Саифа в свои объятия.       - Ты слишком медлителен, Альтаир, - преувеличенно недовольным тоном ответил Малик, крепче, насколько мог, прижимая к себе ассасина, - новости о тебе достигают меня намного быстрее, чем ты сам. Поздравляю с прошедшей свадьбой!       Альтаир скользнул губами по щеке Малика и остановился на его губах, проводя кончиком языка по их контуру, свойственному восточному типу, который ассасин находил соблазнительным. В следующее мгновение мужчины соединились в долгом поцелуе, поведавшем им о мыслях друг друга больше, чем могли бы рассказать слова.       - Альтаир, ты наверняка устал с дороги и голоден, - оторвавшись от желанных губ, чуть охрипшим голосом проговорил Аль-Саиф, - а я держу тебя на пороге.       - Да, я не прочь отдохнуть в твоей компании и разделить с тобой ужин, особенно если ты предложишь мне свой ароматный травяной чай, - усмехнулся ассасин.       Спустя несколько месяцев Мария родила Альтаиру сына, названного ими – Дарим. А еще через два года у них родился второй сын – Сеф.       Малик искренне радовался счастью Альтаира и Марии, слушая рассказы ассасина. Несколько раз он приезжал в Масиаф посмотреть их сыновей, считая, что, в некотором смысле, это и его дети, но никогда не задерживался надолго. Аль-Саиф считал, что его присутствие, несмотря на все слова и допущения, отнюдь не делает Марию счастливой. Сам же Альтаир старался навестить Малика, каждый раз, когда возникала возможность. А позже, когда подросли сыновья, он часто брал их с собой в Иерусалим.       Иногда Альтаир думал о том, как нуждается в тех людях, которые волей судьбы оказались рядом. О своей страсти и глубокой духовной близости с Маликом, человеком на которого он всегда мог рассчитывать. О своих высоких чувствах, о восхищении и уважении, которые он испытывал к Марии, без которой не представлял свою жизнь. Мастер не мог отказаться ни от того ни от другого и раз за разом давал себе обещание, что никто из них не будет страдать по его вине.