Приказ Бледного Всадника

Парвати Патил нашли ранним пасмурным утром. Полуголая девушка лежала без сознания на каменной дороге, ведущей к Хогвартсу. На ней не было целого места, кожа на шее и груди была изорвана и покрыта темно-фиолетовыми гематомами, левая часть лица опухла, образовывая единое кровавое месиво. Голова Парвати лежала в грязной жиже, из-за чего ее длинные черные волосы были сильно испачканы и буквально перемешаны с землей. Руки были исцарапаны, ногти обломлены под корень. Неподалеку от тела валялись мантия, разорванная блузка и белье. Стало совершенно очевидно, что гриффиндорка отчаянно сопротивлялась и пыталась вырваться из рук неизвестного нападавшего. В Хогвартс Парвати принес молодой мужчина по имени Майкл. Он обнаружил раненую девушку, когда шел на работу в свою лавку в Хогсмид. Завхоз Филч поблагодарил волшебника и отправился в больничное крыло за Мадам Помфри. Та немедленно приказала отнести Парвати в госпиталь, а сама отправилась за деканом Гриффиндора. — Мисс Патил в очень тяжелом состоянии. У нее серьёзная черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга, перелом челюсти и шеи. По всему телу ужасные ссадины и кровоподтеки, есть вероятность потери зрения на одном глазу. Не исключено воспаление легких, — сокрушенно качая головой, сказала она Минерве МакГонагалл. Преподаватель трансфигурации шумно вздохнула и присела на стул. В ее голове не укладывалось, кто мог сотворить такое злодеяние с ее студенткой, всегда приветливой и дружелюбной Парвати. — Директор, — холодно сказала мадам Помфри. МакГонагалл резко встала и обернулась. В больничное крыло вошел Снейп, которому также сообщили о случившемся. Их взгляды встретились: презрительный, острый Минервы и мрачный, усталый Северуса. — Что произошло? — спросил Снейп. Он подошел к постели Парвати. — Ее жестоко избили, — пробормотала лекарь. Она склонилась над Парвати и сунула ей под нос пузырек с зельем. Жидкость сменила цвет с прозрачного на бурый. По лицу Помфри стало ясно, что вердикт неутешительный. — Боюсь, студентку придется отправить в больницу Святого Мунго. Мне не справиться со столь критическими повреждениями. Северус кивнул и уже направился, было, к выходу, незаметно сунув руку в карман за волшебной палочкой, однако его остановил голос Поппи. — Что касается преступника, совершившего нападение… Я думаю, это Пожиратель Смерти. — Да неужели? — тихо спросил Северус. — И с чего вы сделали такой вывод? — Вы понимаете, о чем я говорю, — ровным голосом сказала мадам Помфри, — после смерти Дамблдора все изменилось. Волан-де-Морт окончательно спустил своих псов с поводка. Извините, но может вы… Снейп вплотную подошел к ней и просверлил одним из фирменных своих взглядов «не смейте даже дышать в моем присутствии». — Вы хотите меня в чем-то обвинить? — беспристрастно поинтересовался он, наклоняясь прямо к ее лицу. Мадам Помфри опустила глаза вниз. Снейп продолжал нависать над ней, как коршун над жертвой. Он уже открыл рот, собираясь сказать что-то чрезвычайно неприятное и оскорбительное, когда у них за спиной послышалась покашливание МакГонагалл. — Северус, никто вас ни в чем не обвиняет. Поппи просто не так выразилась. Думаю, она всего лишь хотела сказать, что нам стоит иметь ввиду и темных магов, у которых есть веские основания для причинения тяжкого вреда здоровью студентам Хогвартса. Снейп недовольно поморщился и, взмахнув полами мантии, поспешно покинул госпиталь. — Минерва, — почти шепотом произнесла мадам Помфри, когда дверь за директором захлопнулась, — вчера мисс Патил приходила ко мне за зельем, возвращающем прежнюю внешность. Действие его должно было начаться ближе к полуночи. — Не хочешь ли ты сказать, что преступник вовсе не собирался избивать Парвати? Он думал, что это… — у МакГонагалл расширились глаза. — Верно. Гермиона Грейнджер.

***

В башне гриффиндора царил самый настоящий хаос: весть о зверском избиении Парвати Патил распространилась среди студентов львиного факультета со скоростью света. Вечером было решено устроить собрание для обсуждения этого инцидента. В гостиную набилось около сотни ребят; младшекурсницы держались небольшими группками и грозились покинуть Хогвартс, если виновного в преступление не найдут; юноши предлагали самим найти мерзавца и устроить самосуд, у маглорожденного Денни Найло даже родилась замечательная идея — соорудить эшафот и вздернуть обидчика Парвати по всем правилам средневековья. Дин Томас отвел новоиспеченного палача в сторонку и объяснил четверокурснику, почему этого делать категорически не стоит. Гарри, Гермиона, Джинни и Невилл сидели в углу на небольшом диване и тихо, стараясь не привлекать излишнего внимания, говорили о случившемся. Грейнджер бросила взгляд на часы: почти семь. Ей пора. — Ты куда-то идешь? — вскочил Гарри, увидев, как Гермиона засобиралась. Она взяла со стола сумку, покидала в нее перевязанные лентой свитки, перо, учебник по зельеварению, накинула на шею вязаный шарф и сняла с вешалки плащ. — Да, — спокойно сказала Гермиона — Нужно отнести кое-какие книги в библиотеку. А потом я хочу немного погулять, подышать свежим воздухом. — Может не стоит? — с подозрением спросил Гарри. — Гермиона, это опасно. Она вздохнула. — Все в порядке, Гарри. — Я пойду с тобой, — заявил Поттер. — Сейчас, только оденусь. — НЕТ! — выкрикнула она. — То есть, — Гермиона понизила голос, — этого не нужно делать. Мне бы хотелось побыть немного в одиночестве. Пожалуйста, не волнуйся. Со мной ничего плохого не случится. Успокоив друзей, что «Хогвартский» маньяк не нападет на нее, а если и нападет, то получит на орехи, Гермиона вышла из башни и прямиком направилась к выходу из замка Снаружи оказалось довольно сыро. Гермиона обмотала лицо шарфом до самых глаз; та часть лица, которая осталась не прикрыта, быстро намокла и онемела от холода. Грейнджер застегнула плащ на все пуговицы и отправилась искать Малфоя. Ночью они договорились о встрече, чтобы, как выразился Драко, «безотлагательно обсудить дела минувших дней». Гриффиндорка улыбнулась. Когда к тебе приходит посланник Смерти, нужно называть вещи своими именами. Гермиона обогнула засохший куст роз, свернула за угол и оказалась на широкой еловой аллее. Череда теплиц закончилась, и ветер здесь кружил как сумасшедший, колючие ветки безжалостно хлестали ее по щекам. Гермионе пришла в голову мысль, не лучше бы было сидеть сейчас в уютной теплой гостиной и проводить время с друзьями за интересной беседой, чем бродить по темноте и быть кем-нибудь пойманной. — Грейнджер, — послышался знакомый голос. Гермиона моргнула. Прямо перед ней, за высокой мраморной статуей стоял Малфой. Серые глаза внимательно изучали ее. — Малфой. Я искала тебя. — Я видел, как искала, — усмехнулся он и вышел из тени. — Давай уйдем отсюда подальше. А то мало ли… Гермиона пожала плечами и с маской притворного безразличия последовала за Драко. В глубине души поднялась волна недовольства. Как же, вдруг кто увидит самого Малфоя и ее, грязнокровку. Вместе. Сидящих на одной лавочке и мило болтающих. Идущих бок о бок. Ей было бы плевать, заметь ее кто с ним из Гриффиндора или другого факультета. Ему — нет. Гермиона почувствовала обиду. Малфой невольно обернулся, чтобы проверить, идет ли она за ним. Вид у Грейнджер был довольно подавленный и раздосадованный. — Что-то случилось? — ляпнул он прежде, чем успел подумать. Гриффиндорка уставилась на него с удивлением и отрицательно покачала головой. — Хорошо, — негромко сказал Драко. Он остановился напротив деревянной лавочки под деревом. — Сядем здесь? Прозвучало скорее утвердительно, чем вопросительно. Гермиона кивнула и едва не засмеялась. Похоже, весь вечер она только и будет делать, что крутить головой. Они довольно долго молчали. Драко бросил взгляд на Грейнджер, она на него. Оба отвернулись. Никто не решался первым завязать беседу, и на это была весомая причина. Они не разговаривали. Никогда. За семь лет обучения Драко и Гермиона привыкли друг друга игнорировать, а если сталкивались, то посыпали друг друга проклятиями и оскорблениями. И вот, теперь они находятся в нескольких сантиметрах друг от друга и не знают, каково это. Просто общаться, вести диалог в спокойном, размеренном ключе. Первой не выдержала Грейнджер. — Если бы я знала, что наша встреча окажется настолько интересной, я бы захватила с собой ужин, — нервно выпалила она. Мерлин, что ты несешь… Произошло невообразимое. Малфой посмотрел на нее и… улыбнулся. Гермиона впервые увидела его улыбку. Именно улыбку, а не ухмылку, которая всегда ее раздражала и за которую хотелось окунуть его головой в унитаз. — Согласись, все это довольно странно, — пробормотал Драко и сделал неопределенный жест рукой. — Ты понимаешь, о чем я. — И тем не менее, нам нужно поговорить, — вздохнула она и облокотилась на лавку. Гермиона положила на колени сумку и нервно начала дергать замок туда-сюда. — Может расскажешь, с чего все началось? Драко недовольно поджал губы. Ему до боли не хотелось делиться со всем Грейнджер, несмотря на все ее героические поступки. В какой-то степени он был ей даже благодарен за то, что она вмешалась в ход этих жутких событий, ведь результатом служила его спасенная жизнь. Но… Она дружила с Поттером и Уизли. Знают ли они? Он снова посмотрел на нее. Грейнджер виновато смотрела куда-то вниз, тревожно постукивая ногой о землю. Малфой подумал, что ее дружки ни сном ни духом не ведают о сложившейся ситуации. Вряд ли она бы пришла на встречу одна. Да и вообще пришла. Возможно из-за того, что сама попала в сети жнеца. И умирать ей крайне не хотелось из-за минутного порыва любопытства. Драко решил, что терять ему все равно нечего, поэтому поведал Гермионе всю историю. Он почувствовал странное облегчение, от того, что наконец поделился с кем-то тайной. Пусть это и была… она. Драко даже не знал, как теперь называть Грейнджер. — Мда, — только и смогла выдавить из себя Гермиона. Она затянула шарф потуже. — Ты не думал, что это может быть связано с…э-э… — Волан-де-Мортом? — прямо спросил Малфой. Гермиона кивнула. — Вряд ли. — Ну, я имею ввиду, что ты Пожиратель и у тебя на руке Черная Метка, а… — Это здесь не при чем! — сердито перебил ее Драко. — Дело в другом, но… Я не знаю, где искать зацепки, как понять, из-за чего это вообще происходит, и что ему нужно от меня, — выдохнул он и прикрыл глаза. — Убить. Малфой поднял голову. В глазах читалось полное недоумение. — В запретной секции я нашла древний фолиант «Четыре всадника конца», — заговорила Гермиона несколько потусторонним голосом. — Когда-то давно, еще на пятом курсе я искала там информацию о богах древности и наткнулась на эту книгу. Мельком пролистав ее, я запомнила рисунок одного странного существа, чем-то похожего на дементора. После нашего разговора на мосту я поняла, что твое описание подходит для него. Это жнец. Он служит Бледному Всаднику и забирает души. Может являться во снах, высасывать магию и жизненные силы. В конце концов, когда ты полностью потеряешь способности к сопротивлению, жнец придет за тобой. — И уведет в царство мертвых? — прищурился Малфой. — Тебя — прямиком в ад. — Мне это не подходит, — невесело сказал Драко. Он смахнул с глаз прядь волос. — Что за Бледный Всадник? — Бог Смерти или сама Смерть. Его решения не подлежат обжалованию. К слову сказать, они обычно полностью справедливы. Всадник не олицетворяет зло и не является ни врагом человечества, ни искусителем. — Но я по-прежнему не понимаю, почему он решил забрать меня. По каким критериям он выбирает человека? — Без понятия. Нужно будет сходить в библиотеку и выяснить все детали. Но сейчас это не главное. Меня тревожит твой последний «сон». Почему меня насильно затянуло в этот мир и почему… — Жнеца не было, — закончил за Гермиону Драко и внимательно посмотрел на нее. — Мне тоже показалось это странным. И еще… Что было, пока я находился там без сознания? — В спальне было ужасно холодно, можно даже сказать морозно. Повсюду мерцали какие-то огоньки, в воздухе ощущался запах чего-то сладковато-горького. Когда я подошла к кровати, на которой ты лежал, то подумала, что ты умер. У тебя был очень бледный цвет кожи, темно-синие губы, да и мышцы на теле как-то странно выглядели, будто началось трупное окочение… В общем, все признаки мертвеца, — на этих словах Малфой безрадостно усмехнулся. — Потом я решила это проверить и, к облегчению, нащупала на шее слабый пульс. После моего прикосновения ты как будто бы немного «оттаял», к тебе вернулось ровное дыхание, сердцебиение участилось. Не знаю, что случилось, но после этого ты очнулся. В небе сверкнула молния. Треснул, оглушительно загрохотал первый раскат грома. Закапал слабый, моросящий дождь. — Может по ночам я превращаюсь в Белоснежку? — трагично вопросил Малфой. Он поежился. — Хотя, чем больше ты рассказываешь, тем я все меньше понимаю, что вообще со мной происходит, — признался Драко. Гермиона подняла глаза на тяжелые грозовые тучи, из которых вот-вот грянет самый настоящий ливень. Она встала, накинула на голову капюшон, повесила на плечо сумку и быстрым шагом двинулась к Хогвартсу. — Какого черта, Грейнджер? — догнал ее Малфой. — Мы не договорили. — Ты хочешь, чтобы тебя окатило водичкой? — язвительно буркнула Гермиона. — Идем в замок. — Вместе? — оторопело спросил он, чуть приостанавливаясь. — Разумеется. Тебе же нужно «выяснить все критерии и подробности».

***

В библиотеке почти никого не было, что было на руку и Гермионе, и Драко. Они незаметно проскочили мимо мадам Пинс, отчитывающей первокурсника за порванный корешок книги, быстро прошли в середину помещения, сняли с себя мокрую верхнюю одежду и повесили ее на стулья. — Значит, в Запретную секцию? — спросил Малфой. — Да. Особая секция находилась в самом конце зала. Аккуратно переступив через загородку, отделявшую секцию от остальной части библиотеки, Гермиона подняла волшебную палочку повыше и пробормотала «Люмос», чтобы разглядеть названия стоявших на полках книг. Малфой неслышно шел за ней, разглядывая древние фолианты. Если честно, названия ему ни о чем не говорили. Золотые буквы выцвели и частично облетели, а слова, в которые они складывались, были записаны на каком-то незнакомом языке. Драко понятия не имел, что они означают. — Что мы вообще ищем? — скучающим голосом пробормотал Малфой. — Темно-коричневая большая книга. Серебром написано «Четыре Всадника Конца». Смотри не на нижние, а на верхние полки. Она где-то там… Ты ищешь? Малфой фыркнул. — Разуй глаза, Грейнджер. — В смысле? — возмущенно спросила Гермиона. — Она у тебя перед носом, — Малфой ткнул пальцем в книгу прямо перед лицом гриффиндорки. Гермиона мысленно отругала себя за невнимательность. Все из-за чертового Малфоя, который буквально шел за ней шаг в шаг и дышал в затылок! Она понимала, как абсурдны ее обвинения, ведь сама же притащила его в библиотеку. Просто ее напрягало присутствие Малфоя, и вместо привычного раздражения Гермиона чувствовала непонятное смущение и неловкость. Ей вдруг начало казаться, что все ее движения выглядят смешно и катастрофически неуклюже. — Клади на стол, — продолжая злиться на себя, мрачно сказала Гермиона. Она начала быстро переворачивать тяжелые листы. — Стой! Малфой повернул к себе книгу и вернулся на несколько страниц. С пергамента на них глядел мужчина средних лет с ярко-зелеными глазами. На его голове была необычная шляпа, из-под которой выбивались серебристые волосы. — Смерть (Бледный всадник, Ангел смерти) — старейший и наиболее влиятельный из Четырёх Всадников Конца, древнее первобытное существо, — прочитал Драко, низко склонившись над фолиантом. Он перевел взгляд на соседний лист и узнал существо из своих снов. — А это… оно. — Я уже видела его раньше, — Гермиона сосредоточенно разглядывала рисунок Бледного Всадника. — Только не помню где. Может быть… О, Мерлин! Малфой, смотри! От переизбытка эмоций Гермиона ударила его по плечу. Драко собирался высказать Грейнджер, все, что думает о ее дурных замашках, когда увидел то, что так взбудоражило Гермиону. На шее всадника висели маленькие часы, искрящиеся серебром. Это была точная копия тех, что лежали у слизеринца в кармане.  — Не может быть, — пораженно сказал он. Малфой положил часы рядом с рисунком. — Это они. — Где ты их взял? — почти шепотом спросила Гермиона. — Это долгая история. Я должен был их кое-кому передать, — пробубнил Драко и поспешно перевел разговор в другое русло. — Здесь написано, что тот, кто коснется их, заберет все болезни и проклятия прошлого хозяина. Достаточно одного касания. — И у кого часы хранились до тебя? Глаза у Малфоя потухли. В них больше не плясали дьявольские чертики, не отражалась надежда, появившаяся на некоторое время после разговора с Грейнджер. В них не было ничего, кроме потерянности, которую Гермиона уже привыкла видеть. Ей стало ясно: он не знал, кому принадлежали эти часы в прошлом. И это значительно все усложняло.

***

Шесть месяцев назад — Драко, вы должны отдать это Темному Лорду, — Снейп протянул Малфою небольшой черный сверток. — Вы можете сделать это сами, профессор. К чему мое вмешательство? — Драко сложил на груди руки и с недоверием посмотрел на преподавателя. В кабинете стало несколько душно. — Будет лучше, если именно вы передадите эту вещь Хозяину, — с напором сказал Снейп. — Вы же хотите заслужить его доверие? — Малфой кивнул. — Тогда возьмите. Драко взял в руки сверток, немного покрутил его и начал было развязывать ленту, чтобы посмотреть содержимое, как его остановил голос Снейпа. — Ни в коем случае не берите в руки этот предмет! — со страхом воскликнул зельевар. — Почему? Что это такое? — Не важно. Главное — отдайте как можно скорее Темному Лорду. Эта вещь поможет ему одолеть Избранного. Скажите, что нашли это у него. Вещь очень ценная, поэтому никому ее не показывайте. Ни вашим родителям, ни вашей тетушке, — Снейп скривился. — Об этом должен знать только Он. Советую передать оружие на следующем собрании... — И я вам должен поверить на слово? — перебил его недовольный голос Малфоя. — Придется. Я стараюсь помочь вам. Я обещал вашей матушке защитить вас. Я принес Непреложный Обет, Драко. Малфой молчал, лихорадочно думая, зачем Снейпу понадобилось провернуть с помощью него это дело. В чем был подвох? — Никакого подвоха, — отчеканил Снейп, мгновенно прочитав его мысли. — Вы только вошли в наш круг, поэтому вам необходима помощь. Вы можете отказаться, я вас не заставляю. Но без этого, — он потряс в воздухе свертком, — вам придется очень тяжело. Вы должны доказать свою преданность делом. Это ваш шанс. Снейп поймал напряженный взгляд Малфоя. Было видно, что он все еще колеблется. — Хорошо, — наконец сказал Драко и тяжело вздохнул. — Дайте это сюда. Он забрал у зельевара закрученную в плотную ткань вещь и быстрым шагом покинул кабинет декана Слизерина.