Приказ Бледного Всадника

Улыбка на устах увянувших видна; Могильной пропасти она не слышит зева; Играет на лице еще кровавый цвет. Он жив еще сегодня, завтра нет.

Articulo mortis — «одной ногой в гробу» Dura lex, sed lex — «закон суров, но это закон»

Багровый пол, весь в рваных черных пятнах, и объятая синим пламенем массивная дверь — первое, что увидел Драко в этом незнакомом жутком месте. Он попытался пошевелиться, дернулся, и услышал пронзительный лязг цепей, разрезавший напряженную тишину. Острая боль запульсировала в запястьях, и Малфой тихо застонал. Он взглянул на свои руки: их крепко сковывали железные кольца, внутри которых блестели иглы. Кровь медленно стекала по ладоням и пальцам, с шипением ударяясь о раскаленные, красные камни под ногами Драко. Лодыжки его были крепко связаны кожаными ремнями, горло обнимал узкий ошейник. Малфой, на сколько это было возможно в его положении, огляделся. Он был прикован к огромной каменной плите, которая находилась в центре полутемного помещения, окутанного не то дымом, не то легким туманом, спускающимся откуда-то с потолка. Воздух здесь был сухой, крепкий и обжигал горло, как огневиски. В ушах шумела кровь от страха и отчаяния, и это напомнило ему о ночах, что он проводил на берегу Черного Озера в томительном ожидание появления того, кто дирижировал этой игрой. Жнеца, существа, что исполнял приказ Бледного Всадника. Драко выдохнул и прикрыл глаза. Последнее, что он помнил — короткий разговор с Блейзом и Винсентом. Потом он ушел в свою комнату, не раздеваясь, упал на кровать от усталости и забылся сном. Неужели снова жнец..? — Здесь есть кто-нибудь? Приглушённый голос показался незнакомым. Он не понял, зачем задал этот вопрос, и сейчас готов был отгрызть и сжечь собственный язык. Да, дорогой, мы здесь, готовимся тебе вспороть живот и выпустить кишки. Нож только наточим. — Малфой? Это ты? Драко замер, напряженно вслушиваясь в тишину. Показалось? — Малфой! Для полного счастья только ее не хватало. — Грейнджер? — Спросил Драко с недоверием в пустоту. Будто надеясь, что гриффиндорки здесь нет. Надежды, как всегда, не оправдались. — Да. Ты знаешь, где мы? — Мрачно спросила она и зашлась кашлем. Драко слышал ее настолько близко, что начинало казаться, она стоит, или, в их случае, висит рядом с ним на каменной стене. Но вокруг была лишь пустота. Это настораживало. Может, она по какой-то причине невидима? — Нет. — Я не понимаю, что... — Вы находитесь в Красном Дворце, — в помещении неожиданно раздался незнакомый голос. Женский, с нотками издевки и усмешки. Драко еще не видел говорящую, но уже испытывал к этой дамочке отвращение. Звонкий цокот каблуков, алое развевающееся платье и черная шляпа с плотной вуалью, скрывающая лицо, — все это было похоже на настоящий фарс. Мгновение, вспышка света, — и неестественно высокая и худая женщина уже стояла напротив Малфоя. От нее исходил какой-то тяжелый, болотный запах. — Драко Малфой, — задумчиво пробормотала незнакомка и провела по его щеке пальцем. Мертвый холод обжег кожу и слизеринец вздрогнул. — Мальчик, чье непослушание привело его в загробный мир. — Кто вы? — Хрипло спросил Драко, пристально вглядываясь в черную ткань. Туда, где находились глаза. — Что вам нужно? Женщина покачала головой, показывая, что не станет отвечать на глупые вопросы гостя. Она приподняла поля шляпы, запустила руку в кудрявые волосы и вытащила небольшой нож, светящийся в темноте как факел. Незнакомка дотронулась оружием до левого предплечья Малфоя, где находилась Черная Метка. На глазах у испуганного Драко рукав ночной рубашки исчез, и череп и змея преобразовались в надпись "Articulo mortis". — Зачем вы это делаете? Ответом ему было молчание. — Гермиона Грейнджер, — женщина переместилась куда-то влево. Драко начал понимать, что стена, к которой он прикован, была гранью огромного куба, и на соседней, как оказалось, прикована Грейнджер. — Не трогай меня, — зашипела Гермиона, когда незнакомка занесла над ней нож. — Девочка, которую погубило любопытство, — промурлыкала женщина. — Не бойся, я не собираюсь убивать тебя. Не сегодня. Гермиона напряглась всем телом, когда та провела лезвием от ее локтя до запястья. Такая же надпись, как и у Драко, возникла из неоткуда в воздухе и опустилась на кожу девушки. Послышалось шипение, и Гермиона вскрикнула. Незнакомка в алом залилась хохотом. Видимо, реакция Гермионы на дьявольскую отметку позабавила женщину. — Dura lex, sed lex. Она взмахнула светящимся оружием в воздухе и поспешно убрала его под шляпу. Серебристый туман, что спускался с потолка, превратился в голубое пламя. Зал вспыхнул белым светом, и незнакомка исчезла так же внезапно, как и появилась. Каменные стены зала сотряслись и начали стремительно рушиться, земля пополам треснула, и из нее хлынула черная, как смоль, лава. — Что происходит!? Малфой, что она сделала?... Малфой! Голос Гермионы утонул в оглушительном грохоте. Куб, к которому они были прикованы, накренился, и с бешеной скоростью полетел в раскаленную лаву. Раздался всплеск, рваный крик, и каменная глыба скрылась в бурлящем вязком веществе.

***

— Гермиона! Гермиона, проснись же! Гриффиндорка распахнула глаза и увидела склонившуюся над ней Джинни Уизли. Она села на кровати и прижала к себе подругу. — Что тебе снилось? — Взволнованно спросила Джинни. — Ты кричала. — Я... Я ничего не помню, — потрясла головой Гермиона и сжала виски. Она соврала. Перед глазами отчетливо стояла картина рушащегося зала, полыхавшего ярко-синим огнем, в ушах стоял ужасный грохот. Что это было? Гермиона провела пальцами по левому предплечью и тихо охнула — оно было обожено и покрыто большими волдырями. Значит, это был не сон. Хорошо, что Джинни не включила свет или не использовала "Люмус". Иначе, как бы я ей объяснила, откуда у меня эта отметина. — Джинни, мне нужно выйти, — Гермиона мягко убрала руки Уизли со своих плеч и встала с кровати. Джинни посмотрела на нее с беспокойством. — Я скоро вернусь. — Учитывая, что ты во сне звала Малфоя, тебе и правда стоит пройтись, — зевнув, пробормотала Джинни, когда Гермиона вышла из спальни. Она нырнула под одеяло, закрыла глаза, и через несколько минут заснула. Гермиона осторожно выскользнула из башни Гриффиндора, огляделась и быстро начала спускаться вниз по лестнице. Ей нужно было увидеть Малфоя, нужно было поговорить с ним обо всем случившемся. Немедленно. Конечно, она не знала пароля от гостиной Слизерина, а даже если бы и знала, то вряд ли бы смогла перешагнуть "священную границу". Но у Гермионы откуда-то появилась уверенность, что Малфой сам покинет запретную для нее территорию, и они где-нибудь, да увидятся. Увидятся с Малфоем. Так вот, как ты это теперь называешь Гермиона. Грейнджер усмехнулась своему внутреннему голосу. Звучало, и в правду, ужасно непривычно, даже неправдоподобно. Еще неделю назад она и представить не могла, что будет искать встречи с этим невыносимым человеком. — Ой, Гермиона... Грейнджер удивленно обернулась и, вытащив из кармана волшебную палочку, прошептала "Люмус". Из-за угла, ведущего в подземелья, вышла Падма Патил. Волосы ее были сильно взлохмачены, на лбу капельки пота. Она поправила челку, и Гермиона заметила на ее пальцах запекшуюся кровь. Падма заметила ее взгляд, и еле слышно сказала: — Я споткнулась на ступеньках и счесала кожу на руке. — Нужно бы обработать. — Да, — нервно кивнула Падма. Она оглянулась по сторонам. — Я пойду, пожалуй. — Хорошо, встретимся завтра утром. — Гермиона, — Падма подошла к ней поближе, — пожалуйста, не говори никому, что ты меня здесь видела. Я не хочу неприятностей. Все-таки, уже поздно, а ты была старостой... — Не беспокойся, — сказала Гермиона и улыбнулась. Падма еще раз нервно кивнула и быстрым шагом направилась к лестнице, ведущей в башню Когтеврана. Не придав никакого значения встрече с Патил, Гермиона продолжила путь вниз, размышляя о Красном Дворце и таинственной женщине, появившейся в видении. Малфоя она заметила у каменной колоны в коридоре, который вел в гостиную Слизерина. — Грейнджер, — тяжело вздохнул Драко, — ты как? — Отвратительно, — буркнула Гермиона. Она поежилась. — Пойдем отсюда, иначе наткнемся на Филча или Кэрроу. На сегодня нам и так хватило "незабываемых" встреч. Малфой приподнял уголки губ, и чуть склонил голову, соглашаясь с ее словами. Он свернул в один из коридоров с низкими потолками, Гермиона зашагала следом. Не оборачиваясь, Драко посоветовал гриффиндорке убрать палочку, освещающую пространство, где они находились, чтобы лишний раз не привлекать внимания патрулировавших замок Амикуса и Алекто Кэрроу. Гермиона нехотя засунула палочку в карман. В кромешной темноте они шли минуту-две, и вскоре очутились на небольшой площадке, залитой лунным светом. Гермиона узнала это место. Именно здесь все и началось. Не подойди она тогда к Малфою, балансирующему над пропастью — была бы не втянута во все эти ужасные события. Ну да, и он бы сейчас здесь не стоял. — Покажи, — коротко сказал Малфой, указывая на ее левое предплечье. Гермиона закатала рукав рубашки вверх. Драко осторожно коснулся первых букв "Articulo Mortis". Девушка дернулась и закусила губу от боли. Заметив это, Малфой направил волшебную палочку на ее руку и тихо прошептал заклинание. Волдыри исчезли, осталось легкое покраснение и небольшая царапина. — Спасибо, — медленно проговорила Гермиона, глядя в глаза Малфою. И почему она сама не догадалась применить заживляющее заклинание? — Как думаешь, кто эта женщина? Зачем она к нам приходила и оставила отметки? — Спросил Малфой, облокотившись на перила. — Не имею ни малейшего понятия, — сказала Гермиона, встав около него. Она задумчиво посмотрела вдаль. — Никакой информации мы о ней не читали, так что, остается только гадать, кто она: слуга, коллега, сестра, жена Бледного Всадника. — Думаешь, у него может быть семья? — Усмехнулся Малфой и повернулся к Гермионе. — С трудом верится. Гермиона хмыкнула. Кто знает, что творится в том подземном мире... Она бросила взгляд на татуировку Драко. Почему кожа на его руке не пострадала как у нее? Не было ни ожогов, ни волдырей, даже красноты. Гермиона осторожно дотронулась пальцами до предплечья Драко, обвела по контуру черные буквы. Малфой моментально напрягся и слегка отодвинулся от Гермионы. — Кхм... Извини, — пробормотала Гермиона, отпрянув. Какого черта ты это делала? — Странно, что у тебя нет никакой реакции на нее, — она указала на отметку таинственной женщины. Малфой все еще продолжал молча смотреть на нее. Почувствовав себя несколько неловко, Гермиона сделала несколько шагов от Драко и вдруг наступила на что-то твердое. Направив вниз волшебную палочку, она с удивлением обнаружила на полу мужской ботинок и дорожку крови, ведущую куда-то влево. Гермиона свернула за угол — крови становилось все больше. Что здесь произошло? Она ускорилась и почти перешла на бег. На полу появлялись багровые отпечатки ладоней, смазанные следы стоп. Гермиона побежала вперед и оказалась в тупике. Пробормотав: "Люмус Максима", она осветила все пространство. И сразу же об этом пожалела. — Малфой! — Закричала она и зажала себе рукой рот. Гермиона отвернулась от стены и закрыла глаза, пытаясь прийти в себя после увиденного. — Что случилось? — Спросил Драко, довольно быстро подоспев. — Та-ам, — невнятно проговорила Гермиона и махнула рукой за спину. Малфой, ничего не понимая, вытащил из кармана мантии палочку и подошел к указанному месту. — Твою ж мать... На мраморных плитах лежало голое окровавленное тело студента. С расширенными от ужаса глазами, Малфой присел на корточки и опустил палочку. Ноги были покрыты фиолетовыми ссадинами, на бедрах - несколько рваных глубоких ран. Драко чуть повернул палочку и прикусил губу, чтобы не вскрикнуть. Член парня был наполовину отрезан и лежал между его ног в чем-то коричнево-вязком, оставшаяся часть изливалась кровью. Подавив рвотный рефлекс, Малфой вскочил на ног, и, переведя дыхание, направил волшебную палочку на лицо студента. Из его рта торчал значок факультета Слизерина. Глаза парня были закрыты, но Малфой узнал его. Это был его однокурсник - Джерон Флинт.