Приказ Бледного Всадника

Окрестности Ассирия были погружены в холодную тревожную тишину, в воздухе витал запах костра и скрытой опасности. Ночь поглотила синий небосвод, и струйки серебристого тумана, напоминавшие маленьких песчаных змеек, обвивали полную луну, похожую на древнюю потертую монету. Ветер гонял мертвые, безжизненные листья ресины по земле, забивая их в узкие расщелины гор. Луна вырвалась из цепких объятий дымки и осветила Наальские горы, протянувшиеся на многие мили на восток. Один из лучей коснулся горы Вур, возвышавшейся над мирным, тихо спящим поселением народа Нэ-Нэ, и очертил худую высокую фигуру на самом ее краю. Там стояла женщина в свободном развевающемся платье, доходящем ей до пят. Она внимательно смотрела вниз, где полыхал кроваво-красным огнем большой дом, стоявший на отшибе деревни. Ведьма видела, как от него спешно удаляются три темных сгорбленных силуэта, один из которых крепко сжимал в руках сосуд, внутри него горел белый огонь. На мгновение женщину взяла дрожь, ведь она знала, что это был непростой огонь, а магический, невероятно темный и разрушительный огонь Вервольфа, древнего существа подземного мира. Она отвела взгляд в сторону и тихо вздохнула, сложив руки на груди и опустив голову. В ее голове вспыхнуло воспоминание, то самое, которое ведьма долгие годы прятала от себя в дальние углы сознания, запирала на семь замков и десять печатей. …Ее брат задумчиво ходил по главному залу башни, что-то тихо бормотал себе под нос и делал небольшие пометки в своем дневнике. Так проходил один час, а затем второй, третий. А она… Она терпеливо ждала, когда он закончит свое исследование и поделится с ней долгожданным результатом. Наконец, на исходе четвертого часа, брат остановился у окна, мрачно окинул взглядом открывшийся вид Ассирийских болот, где бродили созданные ими в ходе экспериментов с черной природной магией разные существа. Он убрал со лба прядь белых волос и негромко сказал: — Пламени Вервольфа недостаточно для создания Печати, нам не удастся ее запустить. Необходим еще один ингредиент для обряда, но раздобыть его будет крайне непросто. — И что же нам нужно, брат мой? — она повернула к нему голову. — В Красном Замке хранится кольцо Войны. Это один из мощнейших артефактов, когда-либо существовавших. Сила, которая заключена в нем, неизмерима. Нужно заполучить его. — Ты понимаешь, о чем говоришь? — ее голос прозвучал достаточно резко. — Хочешь украсть кольцо у Бледного Всадника? Он никогда не простит тебе этого. Помни, какими силами и талантами он тебя наделил… — Рана, ты только вообрази, какое могущество мы обретем, став Повелителями Смерти! Мы больше не будем от него зависеть, подчиняться и выполнять его приказы. — Никому еще не довелось обмануть саму Смерть. И ты не сумеешь, это законы мироздания. Прошу тебя, Рейф, брось эту затею, пока не стало слишком поздно. Посмотри, сколького мы добились. Ты стал самым могущественным темным магом на всей земле, Бледный Всадник сделал тебя своей правой рукой в этом мире. Чего же тебе не хватает? — Ты не понимаешь, мы можем достичь большего! Рана встала со стула, подошла к старшему брату и произнесла: — Оставь эти мысли, Рейф. Пока не стало слишком поздно. Останови свое безумие, обуздай жажду всевластия. Она вышла из зала, тихо прикрыв за собой дверь, и отправилась в подземелья башни. Они служили Властителю Красных Земель, Бледному Всаднику, вот уже девятый десяток лет. Рана и Рейф, потомки древнего рода Хэффин, как и их предки, переправляли наиболее влиятельные, с высоким магическим потенциалом души волшебников в Тарнем, являясь некими проводниками между миром живых и миром мертвых. Рана знала, что за непослушание Бледному Всаднику грозит навечно заточение в самых низких подвалах подземного мира. Так, ослушавшись однажды Ангела Смерти, их мать Риу сгинула в тех гиблых местах еще сотни лет назад. Рана знала, что такая же участь ждет и Рейфа, который задумал обмануть Бледного Всадника, решив, что сумеет провести Владыку подземного мира. Это глубоко печалило ее, ведь она знала, что ее брат, добившийся огромных успехов в темной магии, не остановится, не послушает ее. И переубедить его невозможно. Это лишь вопрос времени, когда он предпримет попытку обвести вокруг пальца Смерть. Женщина, стоявшая на краю горы Вур, сделала несколько шагов назад и уже было собралась уходить, как вдруг вновь взглянула вниз, где объятый волшебным пламенем дом начал стремительно рушиться. Вокруг уже собралось много жителей Нэ-Нэ, среди которых были сильные маги, пытавшиеся потушить пожар, но у них ничего не выходило. Горел дом Кармен Мун, дочери пропавшего лекаря Лена Муна, который в далеком прошлом заключил сделку с Бледным Всадником и ныне был главным старейшиной племени Дамианд, кровожадных оборотней, прислуживающих самым низким существам Тарнема — жнецам.

***

— В наших головах сейчас гуляет ветер, в них пусто и уныло, и кучи дохлых мух. Но для знаний место в них всегда найдется, так что научи нас хоть чему-нибудь. Сквозь туманную дымку, заслоняющую сознание, Гермиона услышала чей-то очень знакомый тихий голос. Она чуть приоткрыла глаза и поняла, что лежит на длинной деревянной скамье, а вокруг нее — разбросанные старые вещи, сломанная мебель и много листов пергамента. Гермиона вдохнула сладковатый цветочный запах, витавший в полумраке незнакомого душного помещения, села и повернула голову влево. Она увидела сидящего на столе светловолосого парня в школьной форме Хогвартса, который с легкой, немного грустной улыбкой глядел на нее. Как… как это могло быть возможно? — Се-едрик? — спросила она изумленным голосом. — Привет, Гермиона. Гермиона сжала руками виски, вихрь мыслей закружился в ее голове. Она спит? Что вообще происходит? Где она? Последнее, что Грейнджер помнила: возникший перед ней образ молодого мужчины с книгой в руке. А далее — темнота. — Драко Малфой тоже здесь, если тебе интересно. Она вздрогнула. — Малфой здесь? Хорошо… Седрик, я… я ничего не понимаю, где мы? — пробормотала Гермиона и мутным взглядом обвела комнату. Помещение казалось знакомым, будто она уже здесь когда-то бывала. Покосившиеся старые шкафы с оторванными дверцами, разбитые зеркала, свертки разноцветной ткани, разбросанные повсюду, коробки, из которых торчали поля шляп. Скорее всего, это был какой-то заброшенный магазин одежды. Гермиона вздохнула и провела рукой по лицу. Чувствовала она себя просто отвратительно. Мысли в голове разлетались и отказывались соединяться в одну толковую. — С добрым утром, Грейнджер. Она подняла голову. Драко стоял в дверном проеме и, не мигая, смотрел на нее. Вся его одежда была испачкана, волосы грязные, в саже. В глазах читалось негодование смешанное с беспокойством. — Что ты, черт побери, сделала? И куда притащила нас, позволь спросить? — он медленно подошел к ней. — О чем ты говоришь? — стараясь говорить как можно отчетливее, спросила Гермиона. — Последнее, что я помню: как мы вошли в подземелья башни. Все. Что… что там произошло? Малфой вздохнул и присел рядом с ней. Он сложил руки в замок и бросил быстрый взгляд на Диггори, который с большим интересом смотрел на них и даже не думал никуда исчезать. Гермиона отметила тот факт, что присутствием мертвого Седрика Драко совсем не удивлен. — Думал, ты мне это сама объяснишь, — сказал Малфой. — Я толком не понял, что случилось, но ты будто обезумела. Схватила меня за горло, — на этом Драко ненадолго замолчал, а затем продолжил: — и бросила в горящий магическим пламенем колодец. — Я? — шокировано спросила Гермиона, кашлянув. — Тебе не кажется, что у нас слишком разная весовая категория? — Кажется, я знаю, что произошло, — в разговор вмешался Седрик, который спрыгнул со стола и направился к ним. — В тебя вселилась одна из темных душ, обитающая в Алом вихре. Ты ведь видела их в огне, когда они утащили Рейфа? Гермиона ошеломленно уставилась на Седрика, стоявшего перед ней. — Рейф? О чем ты говоришь? И откуда знаешь об Алом вихре, возникшем из колодца? И ради Мерлина, Седрик, скажи, что ты здесь делаешь? Ты ведь… мертв. — Мы немного поговорили с Драко, пока ты была без сознания, — пробормотал Седрик, чуть наклонив голову. — Я многое ему объяснил. А пока, прошу извинить, мне нужно ненадолго отлучиться и кое-что проверить. Ждите здесь, — с этими словами Диггори направился к входной двери. Малфой повернулся к ней и начал рассказывать все, что он успел узнать за столь недолгое пребывание в этом месте. Как оказалось, они провалились (точнее, «Гермиона» их притащила) в Тарнем, подземный мир, где находились тысячи душ волшебников, которые либо внезапно умерли, не по судьбе, как, например, Седрик, либо были доставлены по приказу Бледного Всадника. — И что же мы теперь будем делать? — в пустоту спросила Гермиона, встав с лавки. Она подошла к решетчатому окну и всмотрелась в происходящее за ним. По улицам слонялись какие-то худые высокие люди в светлых одеждах, над их головами мерцали желтые огоньки. За спиной Грейнджер услышала тихие шаги: Малфой подошел к ней и встал рядом. — Что это за существа? — Седрик сказал, что это неприкаянные души. Их наказание — вечно скитаться по Тарнему. Надеюсь, мы избежим этого веселого времяпрепровождения, — вздохнул Малфой и оперся руками о подоконник. Повисло молчание. Так они и стояли, погруженный каждый в свои мысли, пока Диггори не вернулся в заброшенный магазин. Вид у него был крайне взволнованный и встревоженный. В руке он держал сумку, набитую одеждой. — Все так, как я и предполагал, — захлопнув дверь, пробормотал Седрик. — Они знают, что вы здесь. — Что ты имеешь в виду? — напрягся Драко. — Тени, неприкаянные души. Они чувствуют, что в Красные Земли прибыли новые. Посмотрите в окно — их никогда не бывало здесь так много, — Диггори указал на существ в белых мантиях, столпившихся в их квартале. — Нужно перебить ваш запах, — он протянул Малфою сумку с одеждой. — Это защитит вас. — Мы должны надеть это? — произнесла Гермиона, вытащив бледно-желтое платье, жутко пахнущее чем-то приторно-сладким. — Это необходимо. И еще вот, — Седрик достал из кармана мантии два бутона черных роз, — прицепите себе на грудь, сегодня вы идете на еженедельный… праздник, если, конечно, его можно так назвать. «Алый закат». Бледный Всадник будет там, возможно, вы сумеете узнать что-то. — Я ведь не рассказывал тебе о нем, — с подозрением сказал Малфой, уставившись на Диггори. — Ты, наверное, уже забыл, — отмахнувшись, пробормотал Седрик. — Я проведу вас в Красный Замок, но вы должны вести себя тихо, не привлекая внимание. А сейчас — одевайтесь, у нас немного времени. Седрик вышел из комнаты, оставив Драко и Гермиону наедине. Стряхнув с платья пыль, Грейнджер отошла к покосившемуся шкафу, открыла дверцы, чтобы ее не было видно, и начала медленно снимать с себя зашнурованную до горла кофту, которая местами уже была порвана. Она провела рукой по груди, где находилась незажившая, все еще кровоточащая рана, которую ей нанесли оборотни Дамианд в храме Лунного Чародея. Вот уже во второй раз она подумала о черногоне, который ей дала Рана. Ведь она могла все это закончить, стоило лишь раздавить его. Гермиона коснулась нагрудного кармана, где должен был лежать волшебный амулет. Но… карман был пуст. Неужели потеряла его? Впрочем, Грейнджер тут же подумала, что вряд ли она смогла бы им воспользоваться в подземном мире, где действовали совсем другие, не земные правила. Сейчас важно было лишь одно: найти способ избавиться от проклятия Печати Рейфа, их время уже на исходе. Но как это сделать, учитывая, что теперь они находятся в Тарнеме? Ведь не могут же они заявиться к Бледному Всаднику и попросить его по доброте душевной отменить приказ? Гермиона невольно хмыкнула. Да, уж о таком можно только мечтать. Надев на себя старое, изношенное платье, которое было ей несколько широким в плечах и груди, Гермиона закрыла дверцы шкафа и подошла к столу. Она вытащила из сумки серебристую потрепанную мантию, на полах которой виднелись капли крови, и накинула себе на плечи. — Великолепно выглядишь, — окинув ее взглядом, сказал Малфой, поправляя лацканы на воротнике фрака. — Прямо как Серая Дама, только веера не хватает и унылых завываний. — Тоже мне эксперт нашелся, — фыркнула Гермиона, улыбнувшись. Вид Малфоя в огромном, явно не подходящем ему по размеру, бежевом фраке и рубашке с жабо крайне забавлял. — Был бы ты не такой язвительный и грубый, сошел бы за небесного ангела в этом одеянии. Нимба только не хватает. — Я бы этого не пережил, — Драко закатил глаза и отвернулся к окну. — Ты не видела этот дурацкий цветок? — Он у меня, — Гермиона вытащила бутон розы из широкого кармана. — Приколоть? Приколоть? Я только что предложила Драко Малфою приколоть розу на грудь? Мерлин, кажется, я еще не отошла от вселения в меня темной души. Малфой несколько опешил, а затем сказал: — Ну… хорошо. Гермиона подошла к нему вплотную и, продев часть стебля в петлю кармана, начала крепко закреплять его, чтобы он не выпал. Малфой молча наблюдал за ее действиями, не отрывая взгляда от тонких пальцев, быстро скользящих по его рубашке. Чувствовал он себя довольно странно и даже неловко. К его облегчению, в комнату вернулся Седрик, на мантию которого был так же прикреплен черный бутон. — Готовы? — спросил он, взглянув на Гермиону и Драко. Оба кивнули. — Тогда мы можем идти. Старайтесь никому не смотреть в глаза и ни с кем не говорите. Седрик первым покинул заброшенный магазин одежды, следом на улицу вышла Гермиона, придерживая рукой платье, и Малфой, на ходу надевающий на себя по совету Диггори шляпу, чтобы прикрыть лицо. Они сразу примкнули к толпе существ в белых одеяниях, которые в далеком прошлом были людьми, и медленно двинулись за ними. Впереди их ждал "Алый Закат" и неожиданная встреча со старыми знакомыми, которая принесет немало неприятных сюрпризов.