Глава 6. Коллективное безумие
23 октября 2014 г., 17:32
— Шизофрения — расстройство психики, а порой и целая группа расстройств. Часто заболевание сопровождается весьма реалистичными галлюцинациями, бредом. Многие больные описывают голоса, что слышны только им, и разговаривают с ними, — голос Карла звучал буднично, будто он читал лекцию студентам в аудитории какого-нибудь института, а не сидел в полумраке в комнате заброшенного дома посреди залитого туманом болота. — Обычно эти видения имеют весьма мрачное содержание. Нечто пугающее или вызывающее отвращение. К примеру, один из пациентов часто жаловался на то, что у него вместо подушки окровавленный кишечник. Я — психиатр, у меня своя клиника, точнее была, пока я не оказался здесь. Долгое время я изучал такой феномен, как сходство, а порой и идентичность, галлюцинаций у пациентов, никоим образом не контактирующих друг с другом. Со временем я стал называть это явление «коллективным безумием».
Разумеется, люди не сходят с ума партиями. У каждого пациента история болезни сугубо индивидуальна и всегда имеет свои особенности. Однако мне довелось лично наблюдать, как несколько пациентов, изолированных друг от друга, ранее не общавшихся между собой, были связаны общей группой галлюцинаций. Каждый из них в точности и деталях описывал одно и то же место, явление или образ. Почти каждый слышал голоса, произносящие схожие фразы.
Оказавшись здесь, полагаю, я увидел нечто схожее с тем, что и любой из вас: нетронутую пыль, запустение, общее ощущение заброшенности, битые грязные стёкла окон. Чуть позже трупы: свежие и давно уже истлевшие. Очнулся я в психиатрической клинике, учреждение такого рода сложно с чем-то спутать. Вот тут и прослеживается первая нелогичность и разрыв с реальностью. Я оказался один в заброшенном здании, явно попал туда не по своей воле, но злоумышленники, доставившие меня туда, не оставили никаких следов, словно по воздуху перемещались.
В первую же ночь мне довелось столкнуться с химерами, не знаю уж, как ещё назвать этих существ, бродящих по улицам. Тут тоже прослеживается некая нелогичность: они появляются только с сумерками и куда-то исчезают с восходом солнца, будто солнечный свет способен помешать им передвигаться. Поведение весьма характерное для вымышленных чудовищ из фольклора.
Первое время я, разумеется, предполагал, что мне снится затяжной кошмар, но пробуждение не спешило наступить. Когда же я встретил Франсуазу, в голову мне пришла другая мысль. А теперь, когда я убедился, что в этом мрачном месте мы не единственные живые люди, я лишь утвердился в этой теории. Коллективное безумие характеризуется привнесением разных деталей в общую картину каждым из затронутых болезнью. Я полагаю, что мы сами создали это место. Возьмём, к примеру, болото. Кому-то из вас доводилось бывать на болотах?
— Допустим, я бывал на болотах, когда служил, — ответил Джерард. — Но эти места и близко не похожи на те болота, в которых мне довелось побывать.
— Допустим, ты и привнёс болото в общую картину нашего коллективного безумия, но есть и другие созерцатели этой галлюцинации. Их разум анализирует увиденное, а подсознание добавляет недостающие, по их мнению, детали. Вполне вероятно, кому-то из нас доводилось видеть фильмы ужасов про болота. Пусть это была совершенно не кассовая картина с монстрами из папье-маше, увиденная в детстве или даже не досмотренная до конца, но в подсознании и памяти осели детали, которые и были неосознанно привнесены в галлюцинацию. Какое-то время я изучал книги по флоре и фауне, меня интересовали болотные газы и их влияние на человека. И хоть на болотах я никогда не бывал, вполне возможно, что это место создано моим подсознанием.
— Хотите сказать, все мы психически нездоровы? — поинтересовалась Эрза. — Никогда не страдала ранее описанными симптомами, уж в этом-то я уверена. И потом, почему мы оказались именно в городе, полном трупов и прочей мерзости, почему не в долине с розовыми навьюченными слонами или в плену у марсиан?
— Вполне могло иметь место экспериментальное вмешательство. Возможно, тематика, если можно так выразиться, общих галлюцинаций задана кем-то извне, — ничуть не смутился Карл.
— Разве эксперименты над людьми не запрещены? — произнесла до сих пор не проявлявшая интереса к разговору Франсуаза.
— Когда бы это останавливало исследователей в любых областях науки? — ответил вопросом на вопрос Карл.
— Если это эксперимент, кто же его затеял? — не удержалась Эрза.
— Полагаю, если б это было моих рук дело, я бы не оказался в составе контрольной группы испытуемых, — пожал плечами Карл.
— Допустим на минуту, что теория верна, как нам прийти в себя или хотя бы на время прервать галлюцинации, чтобы убедиться в нереальности окружающего? — поинтересовался Джерард.
— Самый простой способ — разовое сильное потрясение. Например, приставить пистолет к виску и спустить курок, — Карл улыбнулся, заметив, как побледнела Эрза.
— А не столь кардинальные меры?
— Учитывая объём и качество потрясений, что мы испытываем здесь ежедневно, нужна действительно сильная встряска для подсознания.
— Неоправданный риск, — подвёл итог Джерард. — Есть вероятность, конечно, что это галлюцинация или ещё какая-то шутка нашего же подсознания, но с таким же успехом всё, что нас окружает, может оказаться реальным. Специальные декорации, какой-то эксперимент, шоу, игра на выживание, да что угодно. Прежде, чем принимать опасные для жизни решения, не помешало бы поискать ещё доказательств подтверждения хотя бы одной из теорий.
За болотом с той стороны, откуда мы пришли, город. Кажется мне, что тот огибает лес и затопленную местность кольцом, а значит, мы не отыскали его границы. Этим и стоит заняться. Предлагаю, как рассветёт, вернуться в город по той тропе, по которой мы сюда пришли.
Там, в заброшенном фермерском посёлке, нас дожидается один человек. Потом можно обогнуть лес и изучить вторую часть города. В клинике наверняка найдутся лекарства. Они могут оказаться нам полезны: мало ли какую заразу тут можно подцепить, или какую болезнь мы сами можем выдумать в любой момент, следуя этой теории о безумии.
Когда Джерард замолчал, повисла тишина. Франсуаза рассматривала сцепленные в замок пальцы. Карл слепо упирался взглядом в пол, то ли обдумывал предложение, то ли размышлял о чём-то своём. Эрза повесила мокрое полотенце на торчащий в стене корявый гвоздь и опустилась на стул рядом с Джерардом, который откинулся на спинку и прикрыл глаза.
Тишина давила. Ей чудилось, что темнота сгущается вокруг них. Через какое-то время она различила отчётливый тихий стук. Она оторвала взгляд от мерно горящей свечи на полу, перед внутренним взором заплясали, множась, рыжие и жёлтые огоньки. Эрза моргнула, и тут же на глаза ей попались длинные пальцы Карла. Тот постукивал по колену указательным и средним пальцем, однако источником тревожного звука явно было что-то другое.
Эрза перевела взгляд на чёрный проём двери, ведущей в соседнюю комнату. Мерное постукивание, казалось, звучало у неё в голове.
— В городе опасно, — вдруг прервал тишину Карл.
Эрза вздрогнула и обернулась, стук прекратился. Что-то в том успело измениться за те несколько минут, что она рассматривала черноту дверного проёма. Только что свободно расправленные плечи были теперь ссутулены, испарилась уверенность и спокойствие, сменившись мелкой суетливостью, его взгляд хаотично перемещался по комнате, будто в поисках чего-то, но ни на чём и ни на ком не задерживался.
— А здесь не опасно? — иронично заметил Джерард, не открывая глаз. — Как по мне, что химеры, что подземные твари, что утопленники с болота — все одинаково настроены нами закусить. В городе местами есть электричество, горячая вода, относительно нормальная пища.
— Вы не понимаете, — негромко произнёс Карл, остановив взгляд на ровно вытянувшемся пламени свечи, — в городе повсюду зеркала.
— И что с того? — с недоумением воззрился на того Джерард.
— Оно прячется в зеркалах, таится в полумраке зазеркалья, дробится в резких гранях паутины трещин, — продолжал Карл, в его глазах отражалось пламя свечи, что придавало тому ещё более безумный вид. — Оно куда опаснее всех этих так называемых монстров. Оно таится, выжидает, как истинный хищник. Оно охотится, выслеживает с азартом, не присущим животному. Оно умно, как человек, а быть может, и умнее...
— О чём это он? — спросил Джерард у Франсуазы.
— Не знаю. Он никогда не уточнял, что это за «оно», но всегда говорит об этом, стоит мне заикнуться о том, чтобы вернуться в город. Карл, — она наклонилась и положила руку на его плечо, тот вздрогнул и замолчал, настороженно вглядываясь в подрагивающее пламя. — Мы ведь можем выбросить зеркала из дома, где заночуем, правда?
Его лицо стало напряжённым: лоб прочертили резкие морщины, брови сдвинулись к переносице, глаза слепо глядели в пустоту. Он нервно постукивал по колену длинными пальцами. Франсуаза присела на корточки рядом и взяла его ладонь в свои. Карл замер, словно увидел или услышал что-то, а потом медленно обернулся на чернеющий провал двери, где в темноте стояло полное мутной воды корыто.
— Можем даже замотать их какими-нибудь тряпками и закопать, — торопливо продолжала говорить Франсуаза, сильнее сжав его ладонь. — Пожалуйста, давай уйдём отсюда. В городе могут оказаться другие люди. Возможно, им нужна наша помощь.
Эрза проследила за его взглядом и вздрогнула, услышав тихий стук. Она шумно втянула воздух и сжала пальцы в кулаки. Карл обернулся, их взгляды пересеклись. Тот внимательно посмотрел на неё и вдруг умиротворённо улыбнулся, будто отыскал в её глазах ответ на важный вопрос.
— Да, можем. Только мне нужно будет взять с собой кое-какие вещи.
— Конечно, возьмём, — спешно закивала Франсуаза. — Можешь сложить всё в мою сумку.
Как только жидкие утренние лучи пробились в затопленные полумраком комнаты, Карл ушёл на болото, пообещав скоро вернуться. Франсуаза металась по дому, пребывая в крайне нервном состоянии: она то хватала вещи, укладывая их в сумку, то бросалась искать что-то в другой комнате, то выскакивала за дверь, вглядываясь в зелень болота, высматривая Карла в белёсой дымке утреннего тумана.
За всю ночь Эрза не сомкнула глаз: ей постоянно мерещился тихий стук, доносящийся из соседней комнаты, и не давал покоя буравящий её заинтересованный взгляд Карла. Тот просидел всю ночь на полу, привалившись спиной к стене, наблюдая, казалось, за каждым её движением. Сам же он почти не шевелился, напоминая каменное изваяние, лишь вздрагивали постукивающие по колену длинные пальцы.
Карл вернулся с грязной плоской жестяной коробкой, раньше, вероятно, служившей для хранения чайных листьев. На вопрос о содержимом он лишь загадочно улыбнулся. Замотав коробку в полотенце, отданное ему Франсуазой, он затолкал ту на самое дно спортивной сумки и выказал готовность отправляться в путь.
Первым шёл Джерард, проверяя почву той же сучковатой палкой и отыскивая зарубки на стволах деревьев. Следом шагала Франсуаза. По сторонам та особо не смотрела: старательно ступая по следам, оставленным тяжёлыми ботинками, она комкала в руках потёртый носовой платок. Третьей в этой небольшой колонне оказалась Эрза. Ей так и не удалось уснуть ночью, а потому теперь она клевала носом и постоянно зевала. Убаюкивающая тихая топь утопала в зелёной ряске, покачивающиеся на воде белые лилии то и дело мелькали то справа, то слева от тропы. Усталость давила на виски ноющей болью. Голова гудела, влажный воздух тяжело вливался в лёгкие.
Внезапно тишину нарушил громкий всплеск. Эрза резко обернулась на звук: поблизости от них расходились круги по потревоженной глади небольшого озёрца. Напряжённо рассматривая покачивающуюся на воде ряску, она шагнула на кочку и тут же поскользнулась. Эрза взмахнула руками и завалилась вбок, где щетинились тёмно-зелёными узкими листьями пучки густых трав. Карл, шедший замыкающим, среагировал мгновенно, подхватив её под руки.
— Спасибо.
— Они держатся на глубине днём, — шепнул тот ей в ухо.
Эрза внимательно посмотрела в полные спокойствия глаза Карла. Ей ещё не удавалось определить, кто перед ней сейчас: психиатр, уверяющий, что они затерялись в собственных галлюцинациях, или же тихий псих, верящий в существование монстров и знающий что-то о той твари, что была в доме, где она пришла в себя. Знающий, но не желающий рассказывать.
— Кто «они»? — поинтересовалась Эрза.
— Ты же знаешь, о ком я говорю. От того, что ты будешь активно отрицать существование монстров, они никуда не исчезнут. Им лишь проще будет до тебя добраться, — тихо произнёс тот, удерживая её за локоть. — Другие не видят, другие не слышат, или не хотят видеть и слышать, но мы-то не дадим этой твари подобраться достаточно близко для броска. Мы с тобой...
Эрза отшатнулась, пытаясь высвободить руку, но Карл лишь сильнее сжал её локоть. Она абсолютно не знала, как вести себя, когда тот пребывал в этом странном состоянии. Если подыграть ему сейчас, то потом он явно не оставит её в покое. Если же всё отрицать, не разозлит ли его это, сделав опасным?
— Какие-то проблемы? — произнёс Джерард, опустив ладонь на её плечо.
— Совершенно никаких, — ответил Карл, разжав пальцы. — Пока никаких, — тихо добавил он, пройдя мимо.
Эрза не могла не отметить, что Карл ориентируется в топи, наверное, не хуже здешних обитателей. Он спокойно шагал по топкой тропинке, легко избегая скользких кочек и безошибочно выбирая островки не размытой в жижу почвы среди мха и норовящей затянуть всё вокруг ряски.
— Мне начинает казаться, что брать их с собой было не самой хорошей идеей, — шепнула Эрза, когда Карл отошёл достаточно далеко, чтобы не расслышать её слов.
— Таких людей лучше держать на виду, чем оставлять за спиной. Постарайся лишний раз не провоцировать его. У Франсуазы получается сдерживать его паранойю, не будем подливать масло в огонь лишними вопросами.
К фермерскому посёлку они выбрались к вечеру. Джек, как и обещал, разжёг довольно большой костёр и поддерживал его: дым был заметен издалека. Вопреки ожиданиям тот отнёсся и к Карлу, и к Франсуазе совершенно спокойно. Добродушная улыбка не сходила с его лица.
Джек приготовил неожиданным гостям мясную похлёбку, есть которую отказался лишь Карл. Заявив, что не голоден, тот вышел на улицу, сгрёб в кучу пожухшие осенние листья и, усевшись на них, стал задумчиво рассматривать алеющий закатом горизонт.
Весь день Эрзу клонило в сон, после сытного ужина усталость навалилась на неё с утроенной силой. Прежде чем улечься рядом с задремавшей уже Франсуазой, она выглянула за дверь. Карл сидел на том же месте, что и пару часов назад. В сгущающихся сумерках его фигура чётко вырисовывалась на фоне тлеющих рыжими отливами углей.
Услышав тихий скрип, тот обернулся и, поймав на себе её взгляд, указал пальцем куда-то в сторону. Эрза машинально повернула голову и взглянула туда. Среди серых шкур на рогатинах трепетала бледная розоватая кожа, едва различимая в темноте. Эрза отвернулась, убедив себя в том, что ей лишь померещилось. Когда же она вновь подняла взгляд на Карла, тонкие губы того исказила довольная ухмылка.
Она поспешила вернуться в дом и, подложив под голову рюкзак, привалилась спиной к стене. Эрза поискала взглядом Джерарда, но то ли тот вышел на улицу, то ли устроился на ночь на полатях над печью. Засыпала она с крайне невесёлыми мыслями. Она не могла решить, что пугает её больше: появляющиеся то и дело видения или осведомлённость о тех Карла.
