Спаси меня после смерти...

Вчера где-то посреди ночи, когда огонь в камине практически погас, а глаза начали слипаться, они наконец-то перебрались на кровать – сейчас Гроттер лежала рядом с Бейбарсовым на кровати, положив голову ему на плечо, и прислушивалась к тихому, размеренному дыханию. Ей почему-то было очень хорошо. - Ты ещё спишь? – шёпотом поинтересовалась она у Бейбарсова, опасаясь разбудить его. - Уже нет, - хмыкнул некромаг, вновь проведя ладонью по спине Тани и целуя её в висок. – Ты, как я вижу, тоже? Таня ничего не ответила, только прикоснулась губами к его щеке и вернулась в прежнее положение. - Всё в порядке? – тихо спросила она. - Вполне, - Бейбарсов, наверное, улыбался – Таня не видела, да и не увидела бы даже, подняв голову – неудобно было бы. Гроттер чувствовала, что что-то не так, что-то в их отношениях вдруг немного изменилось - наверное, преграда из потерянной памяти… Опять. Всё снова повторяется. - Ты любила своего Валялкина? – вдруг спросил Бейбарсов. - С чего это ты вдруг о нём вспомнил? – удивилась Таня, немного приподнимаясь и тут же вскрикнув – Бейбарсов толкнул её на подушки, прижимая к кровати всем телом, и вновь скользнул рукой между ног. - Просто так, - прошептал Глеб на ухо рыжеволосой. – И всё же – любила? - Нет, - покачала головой Таня. Пора бы признаться уже себе в том, что на самом деле она всю жизнь любила Бейбарсова, а туда, в тайгу, просто сбежала. От воспоминаний, от Глеба… От всего. Жаль, что он тогда так и не вернулся, а попал в проклятую тюрьму. - Почему ты о нём вспомнил? – чувствуя в себе грубое движение пальцев и не имея возможности вырваться из цепкой хватки Бейбарсова, прошептала Таня. Дыхание упорно сбивалось, но сегодня было что-то не то – в каждом прикосновении вдруг появилась неизвестная прежде жестокость. - Ненавижу делить возлюбленную с кем-либо, - хмыкнул Бейбарсов. Сначала Таня не поняла, о чём он вообще говорил, а после до неё наконец-то дошло. Она же ему так и не рассказала. - Так ты подумал, что я с ним? – Таню почему-то потянуло на смех – она наконец-то вырвалась из рук Бейбарсова и отодвинулась немного подальше, не в силах сдержать хохот. – Ну… В первый раз? - А что, есть ещё кандидаты? Гроттер не хотелось отвечать – она вновь прильнула к Бейбарсову, уже больше не имея возможности сдерживать смех. Это истерика, наверное. - Что случилось? – мрачно поинтересовался Бейбарсов. – В этом есть что-то смешное? Так расскажи, посмеёмся вместе! - Ты ревнивый дурак, - тут же с уверенностью протянула Таня. - Почему? Только не говори мне о том, что то, что было до меня, не считается. Ты… - Бейбарсов так и не успел договорить. - До тебя ничего и не было, - хмыкнула рыжеволосая. – Ну, клянусь. - Твоё тело почему-то с этим не соглашается. Тане вновь захотелось смеяться – но нельзя же хохотать над бедным, потерявшим память человеком. Он что, виноват в этом? Совсем нет. Просто… - Ты просто забыл, - Таня села на кровати, притягивая одеяло к груди и пытаясь хотя бы как-то прикрыться. – Забыл и не можешь вспомнить. - О чём? Таня покраснела – вспоминать об этом не особо-то и хотелось, хотя, впрочем, сама ночь была весьма приятным воспоминанием. А вот то, что было после… - Не было у меня ничего ни с Валялкиным, ни с кем-либо другим, кроме тебя, - вздохнув, промолвила Таня. - Да неужели? - Бейбарсов, ты просто забыл, - прикрыла глаза она. Веселье куда-то отошло на мгновение, словно его и не было. Плохое настроение накатывалось сплошной волной – Таня понятия не имела, откуда оно вдруг столь быстро появилось, но появилось ведь! И плевать, что хозяйка против и не собирается терпеть подобную наглость со стороны отвратительного и вредного настроения – оно тоже не уточняет, что делать. Просто портится и всё. - То есть… - Бейбарсов на мгновение умолк. - Да, ты ревнуешь меня к самому себе, - усмехнулась Таня. - Ну что же, - Глеб улыбнулся, - теперь у меня есть стимул всё вспоминать – к примеру, ещё одну такую ночь. - Не наглей! – почувствовав, что Бейбарсов вновь притянул её к себе, воскликнула Таня. – Да и вообще, ничего такого не было! - Нет, такого – я понимаю, - кивнул Глеб. – Но память можно освежить… - Прекрати! – Таня вновь вырвалась на свободу и едва ли не вскочила на ноги, впрочем, после передумав это делать. - Почему прекращать? - Потому что я не хочу сейчас, - язвительно ответила Таня. – Бейбарсов, не наглей, а то будешь освежать память с Лизой, понял? - А кто такая Лиза? – удивился Бейбарсов. Гроттер почувствовала, что, вопреки всему, она вдруг обрадовалась тому, что Бейбарсов ничего не помнит. Она прекрасно понимала, что что-то с Лизой у него всё-таки было, да и явно не раз – любовь и постель, как выражалась Склепова, часто понятия раздельные. По крайней мере, для мужчины. Бейбарсов мог таскать ей тоннами розы и бояться даже прикоснуться к своей драгоценной Гроттер, не желая её обидеть, а Лиза… Тане даже стало на мгновение жаль Зализину – но только на мгновение, до того момента, когда она вдруг поняла, кого жалеет. Нет, тут уж бедный Бейбарсов. Терпеть это… Чудо столько времени. - Лиза – это твоя бывшая невеста, - промолвила спокойно Таня. – Ты с ней прожил целый год, но под действием заклинания. - Это ж какое должно было быть заклинание?! – возмутился Бейбарсов, но после отмахнулся от дурных мыслей. – Я серьёзно обещал на ней жениться? - Да. Вроде бы вы даже свадьбу планировали. Глеб умолк. Новость его совершенно не порадовала. - Я надеюсь, она хотя бы не… - Можешь не переживать, никаких детей у вас не было и не планировалось, - отмахнулась Таня. – Ты с нею не виделся уже как минимум года три. - Я и с тобой не виделся два с половиной, - промолвил Глеб. Эту дату он помнил. Он вообще хорошо помнил собственные пытки – как назло, потому что человек, который забывает о том, что с ним было на протяжении стольких лет, вдруг прекрасно осознаёт, сколько и как над ним издевались. Остался один открытый вопрос. За что. - И за что меня посадили? – уточнил Бейбарсов, надеясь на то, что хотя бы Таня знает ответ на этот вопрос. Больше некому Можно ещё спросить у той другой, у Склеповой, но она раздражала Бейбарсова до такой степени, что просто уничтожить её хотелось, поэтому Бейбарсов, не желая марать руки, попросту выбросил в сторону мысли о Гробыне. Ну её. Пусть делает всё, что хочет. Вряд ли на особо по ним скучает – а если и да, то ничего страшного, вскоре вся скука пройдёт, как рукой сняло. - Я не знаю, что тебе ещё прицепили. Я узнала, что тебя посадили в Дубодам, за десять минут до того, как мы увидели тебя на улице. - И ты хочешь сказать, что ты всё это время жила с Валялкиным? – уточнил Бейбарсов. - Да. - И у вас ничего не было? – Глеб усмехался настолько язвительно, что Таня сразу же поняла, что некромаг совершенно не верит в то, что он у неё первый, единственный и вечная любовь. Мысли о верности у него в голове так и не появились. Хотя… Может были, а он всё попросту позабыл. - Глеб! Ты понимаешь, что значит обет не прикасаться к невесте до свадьбы? – ударив некромага для приличия по руке, которая опять пробиралась туда, куда не нужно, язвительно поинтересовалась Таня. - Не очень. - Да я заметила! – воскликнула Таня, вновь отталкивая Бейбарсова от себя. – Ты это демонстрируешь своим нынешним поведением. - Таня, ближе к делу, - закатил глаза Бейбарсов. – Ну, что ты имеешь в виду? - Я имею в виду то, - ответила, усмехаясь, Таня, - что на самом-то деле следует учитывать то, что Валялкин – не ты, и что лезть он ко мне не стал. - Даже не пробовал? - У меня в доме под рукой всегда была скалка. Я училась готовить, - хмуро ответила Таня. – Не подозревай меня в том, чего не было! Глеб кивнул. Не было так не было – собственно говоря, ему даже лучше, что Гроттер столько времени попросту пыталась отогнать от себя Ивана. Валялкин Бейбарсову и без близкого знакомства сильно не понравился. Очень сильно. - Значит, у меня была невеста Лиза, какое-то преступление, связанное с артефактом, и куча соперников на твою руку и сердце? – уточнил Бейбарсов, весело улыбаясь и устраиваясь рядом с Таней. - Зато сейчас ни одного, - буркнула девушка. - Точно? - Да точно! Глеб лишь рассмеялся в ответ, утыкаясь носом в густые рыжие волосы и что-то бормоча ей на ухо. Таня не слушала. Вспомнилась Лиза. Ревность уколола сердце тупой иглой, которая, вероятно, теперь впилась в разум и душу Тани, покинув временно Бейбарсова. Пытаясь отогнать дурные мысли жарким поцелуем, Гроттер вновь оказалась в плену у Бейбарсова, понимая, что на сей раз вырваться не получится. Да и хочется ли? Она не против вновь оказаться на всё том же прекрасном и таком мягком ковре, тем более, за ворс весьма удобно цепляться, когда хочется вести себя тихо…