Три дня, чтобы влюбиться

Сложив руки в карманы, Флоран вышел со двора его дома злой, как черт, идя вдоль по улице соседних домов. Прогуливаясь по поселку, он все время уворачивался от летающих пчел и шарахался от лая сторожевых собак, бранясь на них, как старый сапожник. Итальянец, не долго думая после очередной не состыковки мнений, пришел с лошадьми к озеру на окраине деревни, решив поплавать в чистой прохладной воде и дать любимцам отдохнуть. Сняв с лошадей первым делом седла, он отпустил их к воде, зная, что далеко кони не уйдут, так, только ноги намочат, да воды попьют. Пейзажи у чистейшего глубокого озера, обрамленного небольшим лесом из лиственниц и разных цветущих и ароматных кустов, были поистине великолепны. Голубое небо с лучистым солнцем отражались в его глади, создавая непередаваемую красоту. А если присмотреться вдаль, вглядеться в побережье противоположного берега, то можно было разглядеть несколько жемчужных лебедей, размеренно плавающих под лучами солнца. Полюбовавшись всей этой красотой, которую он видел уже не первый раз, Микеле, не задумываясь, стал раздеваться. Оголив свой торс, он в одних штанах зашел в воду. Умывшись, Локонте слегка намочил непослушные вьющиеся волосы. Маленькими сверкающими каплями вода падала на светлую, не загорелую кожу груди, что было удивительно, так как он постоянно проводил время на солнце. Только спина была слегка красноватого оттенка. Флоран всю дорогу смотрел себе под ноги, не зная, куда идет, и не думая о том, как будет возвращаться назад. Но минут через пятнадцать своей прогулки, Мот услышал приглушенное ржание лошадей и, свернув на узкую тропинку, увидел озеро и двух жеребцов итальянца. – Одни, что ли?.. Сбежали?.. Фобо… – не договорив, Флоран поблизости заметил итальянца и, хитро ухмыльнувшись, сел на мелкую травку в тени дуба, пристально следя за ним. Полностью намочив волосы, Микеле прошел дальше в воду, ныряя в ее синюю глубь и наслаждаясь прохладой воды в жаркий летний день. Он не заметил, что француз пришел сюда, стоя к нему спиной и радуясь всему так искренне и светло. Наплававшись вдоволь, Локонте вскоре вышел на берег. Весь такой мокрый, сексуальный и соблазнительный... И фигура его никак не могла казаться фигурой тридцатичетырехлетнего мужчины. Прогнувшись в спине и потянувшись, итальянец завел лошадей подальше в озеро, чуть побрызгав на них воды, оставив в итоге одних. Сам же он вышел на берег и улегся на траву, закрыв глаза, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Невольно улыбаясь, Мот сунул в рот травинку, вместо сигареты, и продолжил наблюдать, подползая ближе к берегу, боясь признаться, что он тут. – Микеле... – тихо, почти шепотом позвал его Мот, не вставая с травы, любуясь. Сейчас он в открытую любовался его телом, начиная поистине жалеть, что не может его коснуться. Спустя пару минут он, приподнявшись, на четвереньках пополз к нему, стараясь быть тихим и не нарушать его покоя. Добравшись, француз подполз ближе к его лицу, нависая над ним. – Ми-ке-ле. От испуга Локонте резко раскрыл глаза и поднял голову, столкнувшись с губами француза своими. И все стало, как в замедленном кино. Глаза расширились, а все движения стали жутко медлительными. – Мм... – Флоран довольно улыбнулся уголками губ, почувствовав сладкий вкус, но совладал с собой и вовремя отстранился, сделав ошеломленный вид. – Чего целоваться лезешь? И я это... Извиниться хотел... – Совсем охренел? – возмутился Микеле, выползая из-под него, сразу же натягивая на себя майку и рубашку. – Ты псих... Конченный и ненормальный. Ты что следил что за мной?! – Быстро поднимаясь на ноги, стал спрашивать итальянец, не понимая, как Мот здесь оказался. – О, Боже... Давай не начинай свою шарманку снова, – закатил глаза Флоран, садясь на траву. – Случайно я сюда забрел, смотрю - лошади твои, ты плескаешься. Думаю, дай извинюсь что ли, пока не поздно. А ты снова "псих", "ненормальный"... – недовольно забурчал он, надувшись. – Чего одеваться-то полез сразу? Будто я чего-то не видел - свое все такое же... Промолчав, Микеле вывел лошадей из воды, давая им пару минут, чтобы обсохли на солнце. – Вот на свое тогда и пялься, раз такое же, и нечего за мной наблюдать из кустов. Извращенец… – Да не пялился я, - закатил глаза Мот, которому уже надоело переубеждать упрямца. – Нужен ты мне больно... У меня вообще парень есть. Сидит, там, наверное, переживает, куда я пропал... Но не об этом. Извини. Я лишнего наговорил. Но ты тоже прекрати звать меня "олухом" и подкалывать о моей нетрадиционной ориентации. – Я и не подкалываю тебя, просто сказал, что ты идешь по пути меньшего сопротивления, – объяснил Локонте, не смотря на Мота. – И извинения мне твои не нужны, они все равно не от сердца идут. Так что не бери в голову, еще чуть-чуть и будешь жить в своем дворце. – С чего ты взял? Я, правда, хочу, чтобы ты простил меня... Я не думаю так, как все это высказал, нет. Да и не живу я во дворце, – пожал плечами Мот, состроив щенячью мордочку, внимательно смотря, как итальянец седлает коней, – Обычная холостяцкая квартира в центре Парижа... – вздохнул он, поднимаясь с земли. – Можно прокачусь на Фобосе? Только ты мне помоги. А то упаду куда-нибудь, - хихикнул Флоран. – Чего это ты вдруг? – недоверчиво спросил Микеле, приподняв брови. – И мне все равно где ты живешь, так что мог не говорить, – все же он подвел к Флорану Фобоса, который тут же начал фырчать и перебирать копытами, не желая знакомиться с ним. – Вот ты его обидел... Погладь по гриве, покажи, что ты с добрыми намерениями, расположи его к себе, Фло. – Решил попробовать, – усмехнулся француз, с небольшой опаской подходя к недовольной лошади и протягивая ей свою раскрытую ладонь. – Я, надеюсь, он не укусит? – в шутку спросил Флоран и посмотрел на Микеле, положив ладонь коню на прохладную влажную мордочку. – Не укусит, не бойся, – улыбнулся Микеле, принимаясь только сейчас стирать с губ чувство поцелуя, хмурясь. – Как ты тут вообще очутился? Следил?.. – Говорю же, нет. Гулял просто, а потом тебя увидел, решил подойти, извиниться, – снова начал объяснять Мот, но уже делая это не в нагрузку, улыбаясь коню и поглаживая его по мягкому носику. – А теперь садись, – сказал Микеле спустя пару минут, дав Моту привыкнут к лошади, и заодно поправляя на Фобосе седло, после чего подвернул на своих ногах мокрые штанины. – Хорошо, – кивнул француз, подходя к коню и, подтянувшись на руках, с трудом перекинул ногу через спину коня, удобнее устраиваясь в седле, поставив ноги в стремя. – Высоко, – вздрогнул Флоран, глядя вниз на итальянца. – А ты как думал? – заулыбался Микеле, прикрывая глаза от солнца, стараясь не жмуриться. - Сейчас к лесу поедем, там сейчас воздух чистый-чистый, да и ягод можем собрать. – И быстро забрался на своего коня, легонько пришпорив его, заставив переминаться с ноги на ногу. - Ладно-ладно, куда скажешь туда и поедем, только как ехать-то?.. – француз с недоумением пялился в холку коня, вцепившись руками в седло. – Держи Фобоса за поводья, и аккуратно ногами сожми ему бока - он пойдет, – улыбнулся Микеле, подходя на своей лошади ближе к французу. – Ты только не бойся... – Я постараюсь, – хмыкнул Мот, сжав бока лошади ногами, в панике вцепившись руками в поводья, когда конь тронулся с места. - Господи, вся жизнь перед глазами... – Успокойся, все хорошо же, – улыбнулся Микеле, вплотную подходя к французу, беря его за руку и крепко сжимая ее. – Да-да, – закивал француз, расслабившись и улыбнувшись итальянцу. – Просто... первый раз такое ощущение, но это круто, черт возьми. Я прямо, как ковбой, – хихикнул он. – Ковбой, – коварно усмехнулся Микеле и, отпустив руку француза, шлепнул Фобоса по крупу, заставляя лошадь сорваться на бешеный галоп. – Ноо, мальчик, давай! - А-а-а!! Ты издеваешься?! – Флоран вцепился в гриву жеребца, но и поводьев из рук тоже не выпустил, глядя вперед с неподдельным страхом. – Дурень, коня отпусти, а то он точно тебя скинет!– строго сказал Микеле, дернув Флорана за руку, догнав его на Филиппе. Флоран отпустил мягкую гриву и потянул на себя поводья, останавливая лошадь и чувствуя, как бешено колотится сердце от испуга. – Я умоляю... Давай шагом?.. – Нет, мы не спеша пойдем верхом на лошади, – улыбнулся Микеле, снова беря Мота за руку, будто бы ведя его рядом с собой. – Ладно, но если я умру - это останется на твоей совести, – покачал головой француз, взглянув на ладонь Локонте, крепко держащую его руку. – Не умрешь, никто еще не умирал, – улыбнулся Микеле, облизав губы и щурясь от яркого полуденного солнца. – Наслаждайся днем. Сомневаюсь, что ты еще когда-нибудь сможешь так провести время на природе. – Ну почему же? Буду к тебе в гости приезжать, – хихикнул Флоран, взглянув на Микеле. Но заметив его реакцию, решил больше не испытывать судьбу, смотря по сторонам и наслаждаясь красотой природы и свежим воздухом. – Ну, а что? – невинно улыбнулся Мот, чуть поджав губы. – Да ладно, не переживай. Шучу, конечно. Я вижу, что я тебе противен, так что не буду лишний раз мотать тебе нервы. – Неправда, ты не противен, просто немного заносчив и самолюбив, а так очень даже хороший, – улыбнулся Микеле, желая подбодрить его, закусив губу. – Да, есть такое, – оживившись и горделиво задрав голову, улыбнулся француз. – Ну, хоть немного - это уже радует. А есть вообще несносные, так что я еще не самый плохой. – Ну... Не обязательно же с них пример брать, – сказал с небольшой заминкой Микеле. – И кто же это?.. Кто такой несносный? – Да почти все из моего окружения. Особенно женщины. Так надоедает выслушивать их щебетание по поводу того, сколько стоит платье и маникюр, а их надувные губы и грудь вообще раздражают. Может потому я и переключился на мужской пол, – легко, без принуждения рассказывал Мот, пожав плечами, уверенно сидя в седле. – А зачем девушку искать из своего окружения? – спросил Микеле, притормаживая у кромки леса. – Нашел бы себе девушку из обычных людей. Она бы восхищалась тобой, любила и была бы преданной без всяких там запросов и фальшивой красоты. Флоран только тихо усмехнулся на его слова, так же притормаживая у опушки леса, внимательно разглядывая итальянца. – Легко сказать. Кто же с мной-то быть захочет из обычных девушек? Меня же почти никогда не бывает дома, я все время пропадаю где-нибудь. Вот хоть сейчас. Так до меня еще и дозвониться невозможно. А на ней остается все: дом, ребенок, купить то, купить это, Флоран, нам нужно то и другое, – усмехнулся он, уложив растрепавшуюся челку. – Обычной девушке будет не комфортно со мной жить. – Откуда ты знаешь? Может, она с тобой будет ездить, и вообще, любовь творит чудеса, – улыбнулся Микеле, не представляя как все у них там сложно. – Не будем об этом, – покачал головой Мот, решая закрыть тему. - Вот ты, например, почему еще не женился, мм? – вдруг неожиданно спросил француз, всматриваясь в лицо Локонте. – Я? А кому я такой нужен? – усмехнулся парень, покачав головой. Он ведь всерьез никогда не задумывался о браке, предпочитая свободную жизнь без обязательств. А какая же девушка согласится на такое? Согласится жить, можно сказать, в лесу? Да и особо много желающих тоже не было. – Попробовал бы хотя бы, красавчик, – вздохнул француз, разворачивая коня в сторону дома. Не было у него желания сейчас, ближе к вечеру, шляться по лесу, где насекомых в несколько сотен раз больше, чем на участке у итальянца. – Был бы красавчиком, от девок отбоя бы не было, – с легкой улыбкой ответил Микеле, не желая сейчас идти домой. И, пришпорив коня, понесся дальше вдоль леса. Флоран лишь недовольно помотал головой, продолжая не спеша ехать к дому. – Ты бы хоть раз к девкам вышел, а не к огурцам... Вернувшись к дому минут через пятнадцать, Флоран слез с лошади, заметив, что мышцы болят с непривычки. Пройдясь несколько метров, разминая ноги, он взял коня под уздцы и повел в сторону конюшни, заводя диалог с конем. – Интересно, Фобос, как с тебя снимать все это? – спросил Мот, глядя на седло и уздечку. – Это же снимается?.. Конь на его вопрос только недовольно зафырчал и замотал головой, переступая с ноги на ногу. Все же животное еще не привыкло к новому другу, однако, доверилось ему. – Не нервничай. Ты чего? – снова вполголоса спросил Мот, стараясь не пугать коня, и, протянув ладонь, погладил его по мордочке. – Кстати говоря, ты очень милый... От этих слов Фобос одобрительно заржал и склонил голову, чтобы французу было удобнее гладить его. Он будто бы понимал его, только вот ответить не мог. Радостно вздохнув, Флоран ни с того ни с сего подошел к коню и обнял его, прижимаясь лицом к широкой крепкой шее, закрывая глаза. - Ты такой большой и добрый... – улыбнулся он, продолжая поглаживать его по шее. – Подождем Микеле, он снимет с тебя все это, а то я еще напутаю чего... Вскинув голову, конь и сам не ожидал такого от француза. Виляя хвостом, он чуть переступал с ноги на ногу, прислоняя голову к его плечу. Итальянец около получаса бродил по лесу, собирая немного лесных ягод и трав, решив сделать Моту, да и себе, вкусный и душистый чай, которого он уж точно никогда не пробовал в запыленном городе. И вернувшись с рубашкой в руке, он резко затормозил, как только увидел это… – Привет, а у нас тут обнимашки... Тебя вот ждем, - усмехнулся француз, и, выпустив коня из объятий, поцеловал его в бархатистый носик. Конь недовольно заржал, показывая хозяину, что он тут вовсе не причем. Смотря на Мота, как на идиота, Микеле вскинул брови, вообще не понимая, чего он такой довольный и радостный. – Совсем крыша от жары поехала?.. – и спрыгнув со своего коня, пошел быстро в дом, недоумевая.