Королева пустоты

Пока мы шли, я заметила, что вокруг была тишина. Ну, почти. Тишина, прерываемая только свистом ветра. Мне определенно нравилось. В тишине нет лжи. Тишина не соврет и всегда поддержит тебя. Это безмолвное королевство, в котором я стала королевой, в котором стонет ветер и, судя по всему, царит мрак, потому что если здесь и было солнце, то оно явно не собиралось выглядывать из-за бесконечных густых облаков или туч, чем бы эта густая серая масса на небе не была. Снаружи тишина, а на сердце ураган, который хотелось бы сдержать, но я не могла. Мне дали власть, и теперь я уже ничего не боюсь, пусть бушует этот ураган, холод всегда мне был по душе. Страх уже не душит, потому что теперь сама зима мне станет слугой: захочу, призову пургу. И обрету свободу. Уже обрела. Сняла оковы, которые меня ограничивали, больше нет цепей, треснули от холода и льда, разбились как стекло. Теперь здесь мой дом, я не вернусь назад, я должна все забыть. Так тому и быть. Еще я поняла, что вся эта история о том, что нас не убивает, делает нас сильнее – все это полный бред. То, что нас не убивает, делает нас злее и жестче. Это я по себе поняла. Я только укрепилась в мысли, что нужно довершить начатое, либо найти другой способ для успокоения своей уже темной души. Судьба зря второй шанс давать не станет, это уж точно. Может это убьет нас потом, когда все наши добрые дела и не очень будут написаны у нас на лице, и мы станем похожи на монстров. Таких как я. Кажется, я за последние дни натворила больше, чем самый опасный убийца на планете Земля. Скольких я убила? Да я уж и не упомню, хотя их и было не очень много. Вот. Уже немного. Для многих один уже перебор. Я уже не та, что раньше, и незнакомка из зеркала уже прочно поселилась в моем теле и сердце. Бёльторн шел, словно язык проглотив, и я сделала, хоть и поспешный, но, кажется, верный вывод о том, что йотун народ неразговорчивый, слов на ветер они не бросают. С одной стороны это было и неплохо, но хотелось бы мне знать, что я буду делать там, в этой ледяной крепости. Править? Да, это как минимум смешно, а как максимум плакать хочется. Править этим суровым северным народом, примут ли они меня вообще, как говорят Лафей и Бёльторн. Еще у меня сложилось впечатление, что мое второе я мне немножко лукавит, ну, не то чтобы лукавит. Недоговаривает некоторых существенных деталей. Я думаю, что он знал, что за нами следит один из великанов, не мог не знать. «Знал, конечно, своих я чую издалека» - без доли скромности заявил Лафей. -И почему тогда не сказал? – с упреком я спросила его, расценив это как маленькое предательство. Живет во мне и предает. Нонсенс. Мой сопровождающий посмотрел на меня, подумав, что я обращаюсь к нему, но я махнула рукой, и он понял, что я говорю с Лафеем, поэтому великан ускорил свой и без того быстрый шаг, чтобы оставить меня наедине. Мне было неловко, когда я начинала отвечать Лафею вслух, но так же отмечала, что не могу говорить с ним в своих мыслях, потому что воспринимала его за отдельную, цельную личность. И он был таковой, у него свои мысли, свои мотивы, свои секреты. Это несколько меня настораживало, но ведь пока ничего плохого не случилось, ведь так? Я убедила себя, что так. А Лафей тем временем продолжил, говоря резонные вещи: «Не было нужды, да и стала бы ты меня слушать?» -И то верно, - согласилась я с ним. – Ну, а что мне делать сейчас? Чего они от меня ждут? Ведь ждут же, я вижу, как он на меня смотрит, словно вопрошая, как я до сих пор этого не сделала. А чего не сделала, не пойму. Ужасное чувство. На этот вопрос мне ответил не внутренний голос, а сам Бёльторн, который все это время слушал мои односторонние реплики, пытаясь уловить суть разговора с его настоящим повелителем: - Ты не убила Локи. А могла, у тебя было столько возможностей. Он меня, как будто попрекал этим, обвинял меня в этом, словно если бы он заранее знал, что так произойдет, сам бы занялся этим делом, Делов-то. Ведь Локи теперь смертен. «Не говори правду, он не должен в тебе усомниться. Но тебе все равно придется все исправить. Ты должна будешь убить трикстера» Начать свое правление со лжи. Прекрасно. Замечательно, но что поделаешь. - Я была слаба, - сказала я хотя бы отчасти правду. – И поддалась слабостям своей человеческой души, но теперь, здесь, я избавилась от мирских обязательств и ничто не связывает мне руки. И я даю тебе слово, клянусь льдами и бескрайними снегами, что заставлю Локи заплатить за свое предательство. Великан долго и внимательно смотрел на меня, словно хотел просверлить дырку у меня во лбу, но в конце концов сдержанно кивнул, приложил кулак к груди и проговорил не менее торжественно, чем я: -Да будет так, моя повелительница. Плюс один к авторитету. Видимо, он поверил мне. Да, я сама себе поверила, потому что, действительно, очень хотела, чтобы лживый бог заплатил за свои прегрешения перед йотунами и передо мной. Тут мне стало интересно, что сделал Локи йотунам, если Лафей был его биологическим отцом. Этого мне Лафей не рассказывал. И мой спутник удовлетворил мое любопытство. -Он обманул нас, и убил Лафея. О, как все просто. Убил настоящего отца. Не думала, что Локи до такого может опуститься, хотя куда еще ниже. И великан начал жить в своем сыне, каким бы он не был. Говорил с ним… стоп. Он и Локи был советчиком. Значит ли это, что все последующие решения после убийства отца, он принял сообща с Лафеем внутри себя? И все его изуверства были обусловлены этим? «Я лишь отражение, не более того, да, в какой-то степени я Лафей, а в какой-то я это ты, так же как и я был Локи. – голос сразу принялся объяснять столь неприятное обстоятельство. – Я лишь выразитель твоих мыслей, я не могу сказать тебе того, чего ты еще не знаешь, все в твоей голове, Астрид, все в твоей голове» Не сказать, что это сложное, витиеватое объяснение принесло мне облегчение, но меня оно вполне устраивало, я достаточно узнала натуру Локи, чтобы утверждать, какие помыслы им движут или что им движет. Безумие, жажда власти. А все вытекает из желания угодить своему отцу, Одину то бишь, что бы он не говорил, в чем себя не убеждал. Просто обделенный жизнью ребенок, не более того. Хотя и натворивший много ужасных вещей. Но нельзя было в какой-то мере не восхищаться его хитростью и изворотливостью, был он весьма скользким типом, что было его достоинством, а не недостатком. В его случае это не раз, наверно, спасало его шкуру от смерти. Правда в этот раз это ему не поможет. Я уж постараюсь. -Долго нам еще, Бёльторн? – спросила я и одновременно начала привыкать к странному имени великана, боясь попасть впросак и неправильно его произнести, но все обошлось. -Мы уже пришли, моя королева, - хриплым голосом отозвался мой проводник. Я хотела было сказать, чтобы он не называл меня так, но тут мой взгляд поднялся вверх. Сначала я ничего не смогла разглядеть, но потом сквозь снежный ветер стали виднеется очертания ледяной крепости. Выглядело она достаточно мрачно, потому что была чуть ли не единственной постройкой на всю округу и состояла из острых ледяных шпилей, устремленных в небо и прокалывающих эти мутные облака, не пропускающие света. Только от одного взгляда на эту обитель меня передернуло от жути и холода. Но не от холода, царящим снаружи, а внутри, словно это место окончательно затушить маленький огонек внутри меня. Но я ведь все уже решила? Это же Я решила, так? Еще ведь не поздно… “Поздно. Только вперед, Астрид” – жестко проговорил Лафей Да, вперед. Ни шагу назад, позади только мгла. Когда мы подошли к воротам этого сооружения, то сверху донесся голос: -Кто идет? -Бёльторн и королева Йотунхейма. Ворота начали раскрываться, но великан наверху недружелюбно проворчал так, что я смогла услышать: -Это мы еще посмотрим. Все оказалось не так гладко, как предполагалось с самого начала. Я потребовала (именно потребовала, однако быстро вживалась в этот образ) Бёльторна мне объяснить, что это значит. И только теперь, когда я уже ступила на территорию ледяных существ, я узнала, что мне еще придется доказать, что я достойна этого почетного места, так как многие претендовали на честь возглавить йотунов в это непростое для них время. Немного поворчав, что надо было мне сказать об этом раньше, осталась бы там на пустыре и ждала бы голодной смерти, но мой спутник попытался меня успокоить, что мне не придется делать ничего из ряда вон выходящего, может убить парочку неугодных мне великанов, чтобы остальные увидели мой авторитет и силу. Но, уже проходя внутри этой крепости, я поняла, что, чтобы почувствовать себя авторитетом среди них, мне придется подрасти на несколько десятков дюймов, потому так я ощущала себя очень маленькой, словно таракан, среди огромных сапог, норовящих меня раздавить за мою малейшую оплошность. Внимательно ко всему прислушиваясь, я рассматривала все, что попадалось мне на пути: и небольшие домики, сделанные изо льда и снега, укрепления, на самих йотунов и дворец, если можно было таковым назвать постройку, которая была, конечно, больше, чем остальные сооружения вокруг, и именно ее шпили пронзали небо, но все равно здание выглядело со стороны заброшенным. Кажется, жители Йотухейма видели и лучшие дни, потому что если сравнивать его с Асгардом, да, Асгард не обладал такими бескрайними землями, но зато сама территория города была намного больше, чем этого поселения. Прошло время ледяных великанов. Каждый, кто замечал мое присутствие, смотрел на меня с подозрением и недоверием, потому я была не их вида, хоть и с такой же кожей и холодом внутри. Они признавали только доказательство кровью Надо будет убить кого-нибудь. А потом уже не просто кого-нибудь, а Локи. От этого стало не очень хорошо, но я уже приняла свою судьбу. А то напридумывала себе что-то, убедила себя в том, что я… Нет, даже думать об этом не хочу. Это Джейн так думала, не я. Мне это не нужно. С каждым новым шагом, который приближал меня к дворцу, мне становилось дурно, и ком подступал к горлу. Плохая затея. Хотя стоит мне лишь докоснуться до одного из них и … “Не выйдет. Твои силы тебе больше не доступны.” Это еще почему? Что за шутки? Мои силы при мне, иначе бы сила Тора не перешла ко мне. “Нет, теперь когда ты почти преобразилась, ты стала одной из нас, одной из йотунов то, у тебя остался только холод.” Неправда. Я все еще могу. Могу. И чтобы подтвердить это, я, не думая долго, схватила Бёльторна за руку, но ничего не происходило. Совсем ничего. Великан внимательно на меня посмотрел, ожидая моих слов, либо каких-то действий, но я просто отпустила его руку. Она, действительно, ушла. Или была со мной, но запечаталась внутри меня, сковалась льдом этого места. А что сила Одина и Тора? Там же сидит? И как я теперь без нее? Никогда не думала, что почувствую это. Всю жизнь мечтала избавиться от своих проклятых способностей, но сейчас я чувствовала себя опустошенной и разбитой. Все-таки это была часть меня, и мне казалось, что из меня просто вырвали огромный кусок, и теперь на этом месте образовалась сквозная дыра, которая ныла, причиняя множество беспокойств. И это не просто вещь, которую я обронила. У меня ее жестоко отобрали. Украли из под носа, пока я стояла к ней спиной, думая о своем. И теперь, когда мне она больше всего нужна, ее нет. Да, мы не понимаем, что поистине ценно, пока не потеряем. Я посмотрела на свою руку, сжала и разжала пальцы, пытаясь хоть что-то почувствовать, но ничего. Видимо, придется мне с этим смириться. А что если Один и Тор потребуют свои силы назад? Что я буду тогда делать? Что будет делать Один и Тор, когда узнают, что я не смогу им отдать то, что им нужно?