Шесть

Лео покосился на Карам, наблюдающую за ним. Она не делала попыток заговорить, просто смотрела, как он готовит. Смотрела с живым любопытством. Это сбивало с толку. Лео сразу же поставил ей диагноз "антиталант в кулинарии". Она умела лишь варить кофе и делать "холодный" торт. Овощи она резала вместе с собственными пальцами. Скорее всего. Одного раза Лео оказалось достаточно, искушать судьбу ещё хоть раз он не желал. Не тогда, когда Хонбин где-то поблизости, а поблизости он теперь всегда. Ещё Карам едва не ошпарилась кипятком, когда пыталась помочь Лео в первое время, так что подпускать её к плите Лео тоже не собирался. И она могла случайно разбить что-нибудь, задумавшись. В общем, на кухне у Карам сразу же появлялась масса недостатков, поэтому её внимание к тому, как готовил Лео, озадачивало. Вряд ли она решила вдруг научиться тому, что у неё никогда не получалось. Вопросительный взгляд Лео заставил её забеспокоиться. ― Я тебе мешаю? Лео мотнул головой и отвернулся к плите. ― Просто когда я смотрю на тебя... это успокаивает, ― прозвучало за его спиной. ― Ты словно точно знаешь, что и как нужно делать. Сразу появляется уверенность и... Это успокаивает. Знаешь, я тогда не поняла, что значит "плата сердцем и удачей". Не понимаю и сейчас. Это как? Ведь теперь можно же спросить? Это означает, что ты вырвал бы мне сердце? Лео отрицательно качнул головой. ― Но как же тогда? И удача? Вряд ли я удачливая. ― Не в прямом смысле, ― тихо пояснил он. ― Всё равно не понимаю. ― Говорят, что сердце болит или радуется, горячо в сердце или холодно, тяжко или легко... ― То есть... речь о чувствах? ― Нечто похожее, ― пробормотал он и помешал деревянной ложкой лапшу в кастрюле. ― Всё равно. Ты сделала выбор. ― Кажется, он всех расстроил. Почему-то. Почему? ― Не расстроил. Просто плохой выбор. Так считается. ― Я поняла это, но не поняла, почему. ― Это... трудно предсказать. За его спиной скрипнул стул. Когда он обернулся, увидел Карам у окна. Она смотрела на улицу, обхватив себя руками за плечи. ― Трудно предсказать что? Разве Хонбину нужна не только кровь? ― Его проклятье... отличается. Он непредсказуем. Не всегда может контролировать себя. ― Это как тогда, когда я порезала палец? ― Нечто похожее, ― подтвердил Лео, встретив взгляд появившегося на пороге кухни Хонбина. И он намеренно спросил: ― Если бы ты знала раньше, сделала бы другой выбор? Карам по-прежнему смотрела в окно и Хонбина не видела. Она поёжилась и вздохнула. ― Нет. ― Нет? ― Я бы снова выбрала его. ― Почему? Разве ты не испугалась? Или... он красивый, поэтому? ― А? Нет. Когда я делала выбор, вы все были далеки от того, чтобы назвать вас красивыми. ― Она пожала плечами. ― Не знаю. Пока не могу объяснить, но я сделала бы точно такой же выбор. Почему-то он мне кажется самым правильным. В конце концов, я вообще не ожидала ничего подобного. Куклы, проклятия и магия ― это сказки, в которые давно никто не верит. Я до сих пор иногда сомневаюсь, что это реально. Что ж, по крайней мере, реален хотя бы мой выбор ― это единственное, что не вызывает сомнений. ― И ты не боишься? ― Боюсь. И не боюсь... ― она умолкла, а после вдруг тихо договорила: ― ...когда он рядом. Каждый из вас... В каждом есть что-то тёплое. И хотя вы все твердите, что куклы и ничего не помните, мне постоянно кажется, что вы лжёте. Мне кажется, что вы настоящие, только... зачарованные. И каждый из вас что-то ищет. Быть может, я помогу это найти. Каждому из вас. Быть может, не смогу. Но хотя бы попытаюсь. В конце концов, мне тоже уже нечего терять, не так ли? Какой бы ни была плата за это заклинание, в итоге ведь всё равно ничего не останется, да? Лео промолчал, потому что ничего добавить или возразить не мог. Особенно по последнему пункту. А Хонбин сделал шаг назад, растаяв в тени. Вовремя, потому что Карам развернулась, подошла к столу и опустилась на стул. ― Кофе? Она кивнула с немного грустной улыбкой. ― Тебе нравится синий цвет, Лео? ― Э? ― Всегда, когда я вижу тебя, в твоей одежде есть что-нибудь синего цвета. И ножи ты берёшь всегда из синего набора, с синими ручками. И тарелки с голубыми узорами. А ещё носишь при себе синие чётки. Оставалось только удивляться её наблюдательности. ― У Хёка ― зелёный, фиолетовый ― у Рави, Эн предпочитает красный, белый у Кена, а Хонбин носит что-нибудь кремовое, значит, жёлтый. Я люблю чёрный. Получается семь цветов, да? Те цвета, что используют в вуду. И используют при изготовлении кукол. Это ведь что-то значит? Поскольку он не ответил, Карам придвинула к себе ноутбук. Пока он готовил кофе, она что-то искала, а когда он поставил перед ней чашку, она тихо сказала: ― Синий цвет означает любовь. Поэтому сердце? Он вновь промолчал, предоставив ей возможность самой разгадывать эту тайну. ― Зелёный означает деньги и богатство. Фиолетовый ― знания и мудрость. Красный ― это власть. Белый ― радость и смех. А жёлтый... успех. Чёрный включает в себя все шесть цветов и символизирует защиту от злых сил. Злых сил... Что это за силы? И зачем нужна защита от них? И разве я могу это сделать? Хоть кого-то защитить? Если я себя защитить не в силах... Она вздохнула и уронила голову на скрещенные на столе руки. ― Ничего не понимаю... ― Они звонят тебе. На радио. Те, кто ищет защиты. И они находят защиту. Твою защиту. На самом деле, ты спасаешь жизни. Чаще, чем можешь себе представить. И спасаешь не только тех, кто звонит, но и тех, кто просто слушает. Ты чувствуешь людей. Так хорошо чувствуешь, что это похоже на чудо. Может быть, именно поэтому ты выбрала... его. И ты права в том, что каждый из нас был человеком. Когда-то. Очень давно. Но уже... нет. И ты не права, когда ищешь ответы в магии вуду, хотя сходство есть. ― Почему? ― Вуду не для этой земли, а мы были людьми. Вспомни историю. Эту куклу, которой ты теперь обладаешь, сделали здесь. Очень давно. И делали её долгое время. Карам вскинула голову и прищурила глаза. ― Нечто похожее использовали во время эпохи царства Кая. Это... примерно третий век нашей эры. ― Не настолько давно. ― Силла? ― Возможно, ― уклончиво ответил Лео. ― Но с цветами я права? ― Может быть. ― Знаешь, если бы ты играл в покер, тебе бы не было равных, ― хмуро сообщила ему Карам. ― По идее, материалы, из которых сделали куклу, не могут храниться так долго. Лет сто максимум. Но сто лет под твоё "очень давно" не слишком подходит, ведь так? Значит, больше ста лет, да? Он кивнул и вернулся к плите. ― И всё равно... В чём смысл существования куклы? Допустим, был некто, кто сделал куклу и привязал к ней, скажем, шесть душ. Эти души выполняют желания владельца куклы за определённую плату. Когда платить уже нечем, остаётся только кукла. До следующего раза. И всё повторяется снова и снова. Вряд ли некто сделал куклу для себя ― это глупо. Значит, куклу сделали для кого-то. И? Должен же у этого круга быть финал. Прихватив чашку с кофе, Карам встала и принялась ходить вокруг стола. ― Представим, что я захотела бы сделать такую куклу. Для кого-то. Вас шестеро, но ты сказал, что куклу делали долгое время, значит, сначала был один, а вот уже потом добавились остальные. Поскольку речь о шести парнях, то... Скорее всего, куклу сделали для женщины, так? По просьбе женщины? Она не могла обратить на себя внимание кого-то из вас и пожелала получить его в свою собственность? Лео склонился над плитой и помешал на сей раз соус, чтобы тот не пригорел. ― Я ошибаюсь? Он промолчал. ― Если эта версия не верна, то как же тогда? Может быть, кукла была даром? Рука Лео замерла над кастрюлей. ― Ясно. Кукла была даром для женщины, значит, всё было наоборот. Кто-то из вас не мог обратить её внимание на себя, поэтому ради любви пошёл на такую жертву и добровольно стал куклой? Прямо мелодрама... Я права? Лео вновь спокойно помешивал соус в кастрюле и молчал. ― Вас шесть, скорее всего, каждый жил в другое время, но ваши истории чем-то походили, поэтому вы оказались привязаны к этой кукле и этому заклинанию. Раз вы жили давно, и ты сказал, что вы уже больше не люди, то... Когда заклинание не работает, где же вы тогда пребываете? Вряд ли внутри куклы. Кукла просто ключ, так?