Свобода

      Ли нравилось встречать первые вспышки пробуждения нового дня. Ещё задолго до восхода солнце извещало о своём приходе. Оно гасило звёзды, окрашивая своими лучами ночной небосвод. Из сереющей темноты постепенно проступали неясные очертания окружающего мира — силуэты домов, деревьев. Небо светлело на востоке. Вокруг царила сонная тишина.       Она любила встречать солнце, игру и трепет утренних вспышек его лучей. Сначала на горизонте появлялась багрово-красная полоса. Затем она становилась оранжевой, розовой, а дальше солнцем наполнялось всё вокруг. Светлое пятно на горизонте становилось всё больше и больше. Дул лёгкий ветерок. Утренняя прохлада стелилась над землей. Природа замерла, будто готовясь к чуду. Всё чётче становились окружающие предметы, всё дальше было видно. Ли будто впервые видела зелёный листочек, дерево, которое росло вплоть до её окна, и легкий туман над городом, что пробуждался к новому дню.       Наконец, около самого горизонта вспыхнула ослепительная каёмка солнечного круга. Она ещё совсем маленькая, но уже поразительно яркая. В тот момент, когда она зажглась и загорелась на востоке, проснулись первые птицы. Послышался шорох в кустах и ветвях деревьев, первое несмелое чириканье. А солнце всё больше выглядывало из-за горизонта, вот уже половина его диска была видна над землёй. Зашевелились в траве мурашки, слетела с дерева птица, колыхнув ветку. Где-то залаяла собака, скрипнула дверь, зазвучали голоса людей.       Солнечный диск разгорался всё ярче, поднимался всё выше, рассылая во все стороны свои теплые лучи. Вот уже показался полный круг, и стало до слёз больно на него смотреть. А ещё через несколько мгновений солнце будто оторвалось от земли и поплыло в голубом небе, наполнив всё живое силой и энергией. Наступил новый день. Ли Грет встретила очередной рассвет. Она любила подолгу засиживаться у окна, наблюдая за пробуждением природы.       Любить можно всё, любить можно по-разному. А можно вообще не любить. Это личный выбор каждого. Мы любим родителей, даже если их у нас нет. Мы продолжаем любить друзей, даже если они предают. Мы любим животных, даже если порой они кусаются и шипят. Мы любим мир, несмотря на то, что он так жесток и не справедлив. Мы любим себя, не замечая свои слабости и пороки.       Любила ли кого-нибудь Ли Грет? Конечно, любила. Десять лет назад она без памяти любила своих родителей. Они тоже её любили. Они были счастливы до поры до времени… Ничто не живёт вечно: жизнь угасает, чувства со временем умирают, растворяясь пылью в воспоминаниях. Хотя нет… Не правда! Даже если человек умирает, чувства продолжают жить. Иначе была бы девушка способна продолжать любить умерших родителей? Оплакивала бы она их сейчас? А мечта матери до сих пор живёт в её сердце.       Под действием температур тают лишь предчувствия. Чувства остаются твёрдыми, как скала. Вчера Ли познала, что значило полюбить мужчину. Даже не так. Она всегда это знала, просто не могла признаться самой себе. Учащенное сердцебиение, резкие перепады настроения, когда кровь внезапно приливает к голове и ты забываешь, как дышать — всё это ни что иное, как любовь. Это не просто симпатия, которая прошла бы через месяц, как насморк. Огонёк впервые зажёгся ещё семь лет назад, когда она впервые увидела его там, на крыше.       «Если чувство живёт больше трёх месяцев, значит это любовь».       Ли тяжело вздохнула. Она прекрасно понимала, что допустила огромную ошибку, открывшись ему, но не знала, что из всего этого понял сам Ривай. Он может просто не обратить внимания, как всегда это делал; он может дать от ворот поворот, это тоже входило в его характер; он может принять её чувство, но это был бы уже не Ривай. Девушка знала это уже давно. Поцелуй был всего лишь прощанием. Ли знала, что у неё вряд ли появится время на ещё одну влюблённость, она может до неё не дожить. Ей важно было почувствовать это перед вылазкой, после которой могла не вернуться. Как Ханджи в минуты борьбы представляла лицо той малютки, так и она хотела видеть перед собой лицо Ривая, чувствуя его прикосновения, чтоб было не так больно умирать.       Спросите, а как же свобода, как же великая цель изменить мир? а как его изменишь? Вся гниль мира находится в человеческом сердце. Возможно, через сотни лет, когда человечество всё-таки снимет оковы гигантов, оно научится ценить этот хрупкий мир. А свобода? А свободу уже не нужно искать. Двери открылись сразу после того, как в них постучался Ривай. Он и был её свободой.       Да, сейчас она была свободна. сейчас она чувствовала себя самым счастливым человеком. Она избавилась от огромного груза, висящего на её шее: она призналась самой себе.       В комнату постучали, и на пороге появилась Констанция.       — Доброе утро, Ли. Капрал попросил зайти за тобой, через час мы выезжаем, — улыбнулась девушка. — Ты готова?       — Всегда, — твёрдо ответила Грет. — А ты?       — А я как всегда: мне надо ещё сумку собрать.       «Так может сделать только Констанция. Она, как мать Тереза, помнит про каждого из нас и совсем не беспокоится о себе», — улыбнулась брюнетка своим мыслям. Бел уже хотела уйти, как вдруг остановилась и обернулась.       — Не знаю, кто стал причиной твоего хорошего настроения, но улыбайся чаще: тебе очень идёт улыбка, — Констанция подмигнула и скрылась за порогом комнаты. «Как ураган ворвалась, как ураган распалась», — вспомнила она цитату из одной книги, которую совсем недавно читала.       Забросив рюкзак на плечи, она вышла из комнаты. Она ни о чём не жалела.

***

      Выйдя из комнаты, девушка направилась к месту сбора. Надо было подготовить лошадей, ещё раз проверить провизию на ближайшие несколько дней, наполнить баллоны газом, сменить лезвия. Обдумывая планы своих действий, девушка случайно на кого-то налетела. Извинившись, она попробовала обойти, но была схвачена за руку. Ли подняла голову и встретилась с ним взглядом. Не смотря на то, что она навсегда отказалась от него, сердце ухнуло вниз. «Пожалуй, они правы, помещая любовь в книги. Пожалуй, только там ей и место.»       — Подожди, — тихо проговорил Ривай.       Девушка замерла. По спине пробежали мурашки. Дыхание участилось. Они были близко и далеко одновременно. Между ними пролегала пропасть. Ли просто хотела обнять его, прижаться к его груди, почувствовать себя в безопасности, но ни на что из этого она не имела права.       Ривай хотел что-то сказать, но за поворотом послышался стук сапог. Девушка резко вырвала ладонь из руки парня и убежала. Она уже отпустила свою первую и последнюю любовь ещё тогда, на балконе. Не стоит к ней возвращаться и питать душу бессмысленными надеждами.       — Капрал Ривай, — услышала девушка голос Гюнтера, — все новички почти в сборе. Прикажите раздать им коней и построиться?       — Приказываю.

***

      — О, привет, Ли! — воскликнула Ханджи, как только заметила молодую девушку. Она хотела уже подойти к ней, как была сбита прыгнувшими к ней на шею двумя парнями. Случайный переполох дал девушке фору, и она смогла успокоить быстро бьющееся сердце. Не удержав равновесия, женщина под дружный хохот повалилась на землю.       — Крыша едет — дом стоит, — крякнул Ауруо, пожёвывая травинку в уголке рта. Петра тяжело вздохнула, утомлённая утренними выходками мужчины. Капрал совершил очень большую ошибку, назначив главного на утренней тренировке мистера Ауруо. Объяснив, как правильно выпустить тросы, двигаясь на коне, он решил продемонстрировать все объяснения на практике. Успешно выполнив трюк, он в конечном итоге врезался лбом в низкую ветку и слетел с лошади. Так легко триумф обратился позором. И вот спустя час Петра закончила ему латать раны.       — Уж чья бы корова мычала, Ауруо, — огрызнулась девушка.       — Уж чья бы корова молчала, — парировал старик. — Смотри, Капрал услышит твои грубые разговоры, вообще в твою сторону смотреть не будет.       Ли улыбнулась так легко и непринуждённо, как будто всё это обычная бытовая ссора между отцом и дочерью. Кто-то коснулся её плеча. Девушка вздрогнула: рана ещё давала о себе знать. Она обернулась. Перед ней стоял высокий, смуглый, тёмноволосый парень и протягивал ей руку.       — Привет. Я Ден, а ты та самая Ли Грет?       — Что значит «та самая»?       — А то и значит. Это же ты за одну ночь научилась стрельбе из лука? — парень улыбнулся. — Капрал Ривай всё время нам с Зиком ставил тебя в пример. Только я ожидал увидеть немного другое…       Ден замялся, почесывая затылок. Ли присмотрелась к нему. «Высокий, но умом явно не блещет. На вылазке за ним нужен глаз да глаз», — решила девушка.       — И кого же ты ожидал увидеть?       — Ну, явно не миниатюрную девушку, с трудом держащую лезвия в руках.       Грет вспыхнула. Это она-то с другом держит лезвия? «Не верит, значит. Ну и пусть. Никому не собираюсь ничего доказывать.» Ли развернулась на каблуках и гордо зашагала в сторону конюшен. «Ты чего? Обиделась что ли?» — донеслось до неё.       И снова тяжёлая рука легла ей на шею. На этот раз это была Ханджи.       — Доброе утро, майор, — поприветствовала её девушка.       — Утро добрым не бывает, когда встаёшь в семь утра, — засмеялась женщина. — А если быть серьёзной, то у меня к тебе просьба.       Девушка вопросительно подняла на неё взгляд и остановилась.       — Приказывайте.       — Брось, это не приказ. Это дружеская просьба, — шатенка наклонилась к её уху и медленно зашептала. — Можешь научить парней рукопашному бою? Ривай, конечно, во всём этом бесспорно хорош, но как учитель он никакой.       — Почему я? А как же команда Ривая, то есть Капрала Ривая? — замялась девушка. Ханджи сделала вид, что ничего не заметила.       — Они с нами не поедут. Они должны быть здесь, пока Эрвин не вернётся. А как только он приедет, мы через два-три дня отправимся на вылазку.       — Так значит, совещание прошло успешно? — поинтересовалась Ли, направляясь к конюшням.       — Не совсем. В этот раз мы обязательно должны добыть хоть какую-нибудь информацию, иначе Легион разведки будет расформирован.       Ханджи о чём-то задумалась. Молчание сдавливало. Обычно женщину редко можно было увидеть серьёзной.       — Не будем о грустном, — потрясла головой шатенка. — Ли, а ты чего такая хмурая сегодня с утра? Плохо спалось? О, знаю! Ты… — Зоэ сделала многозначительную паузу, — влюбилась!       У Грет чуть глаза на лоб не полезли. «Всё-то она видит.» Она уже хотела начать оправдываться, как прозвучал тихий и строгий голос.       — Уймись уже, четырёхглазая.       — О, Ривай, и тебе доброго утречка! А тебе что, не интересно?       Парень был готов рвать и метать. Где-то вдалеке сверкнула молния. Скоро грянет гром.       — Всё, поняла, — замахала руками Ханджи. — Когда выезжаем?       — Через пять минут.       Ли и Ривай одновременно развернулись, и каждый из них пошёл своей дорогой. Ханджи только и могла что наблюдать за их удаляющимися друг от друга спинами.       — Ну вот, все разбежались.

***

      Через несколько минут все были в сборе. Небольшая команда, состоящая из восьми человек, уже была на конях. Всё было готово к отъезду. Парни громко шутили, девушки о чём-то тихо перешёптывались, Ханджи снова нашла новые уши, чтобы поведать им о своих экспериментах над гигантами. Кстати, о них. За всё это время никто даже словом не обмолвился о Бронированном и Колоссальном, так в народе прозвали гигантов, разрушивших Стену. Первый был очень быстр, а его тело покрывала броня, чего не наблюдалось у других гигантов. К тому же он был очень силён и с разбегу пробил Стену Мария. Никакие орудия и залпы на него не действовали. Второй же гигант был очень высок. Его рост был более ста метров, хотя нормальный гигант был не более двадцати метров. Это он сделал дыру в Шиганшине, городе за Стеной Мария. Такие города строились по всему периметру внешней Стены, чтобы отвлечь внимание гигантов на более мелкие цели. «Пуская лучше погибнет один город, что все Стены падут разом», — часто говорили Командиры.       Всю информацию Ли узнавала из газет. В штабе никто об этом даже словом не обмолвился. Все упорно молчали. Даже Ханджи пыталась сразу сменить тему. Выглядело странно, но казалось, что все просто боялись вспоминать этот страшный день. Теперь за человечеством осталось только две Стены — Роза и Шина. Сама большая из них — Мария — пала. Множество жизней унесла эта битва. Кто успел — тот спасся. Все пути в сторону спасения были перекрыты. Люди бежали по воде и по суше. Спаслась только половина и то, на неё существенно не хватало продуктов. Многие голодали. Во второй Стене царили хаос и голод. Многие люди уже были не рады своему спасению. Безопасное место всё больше начинало напоминать подземные города, где царили хаос и беспредел, где людей избивали и считали никем.       — Всем держаться в одной куче, никому не отставать и не обгонять. Ослушаетесь приказа и погибните от моей руки быстрее, чем от руки гиганта, — предупредил Ривай.       — Ривай, не стращай детей. Они уже все трясутся, — начала майор, а затем обернулась в сторону новобранцев: — Бояться здесь нечего: гиганты редко забредают в эти места, к тому же мы пройдём через лес. В случае чего, сможем дать отпор.       — Страх заставляет думать, прежде чем что-то делать. Меня все поняли?       Прозвучало громогласное «Так точно.»       — Тогда вперёд.

***

      Вдалеке, словно копья, виднелись чёрные верхушки огромных деревьев. Они казались тёмными и таинственными. Казалось, они могли убить, насквозь проткнуть трепыхавшееся сердце. С каждым шагом лес надвигался, загоняя в свою тьму и пустоту, от которой уже поздно было скрываться. Он становился всё больше и больше. Разрастался с каждой секундой.       За всё время не встретилось ни одного гиганта, хотя новобранцы в страхе смотрели по сторонам, вздрагивали от каждого шороха. Не нужно было лезть к ним в душу, чтобы понять, что лежало на сердце. Всё было в их глазах. Казалось, только Ривай и Ханджи были спокойны. Первый, расслабившись в седле, ехал впереди. Вторая, протирая на ходу очки, скакала позади, наравне с Ли Грет. Все остальные: Лора, Фрост, Констанция, Ден и Зик. Позади Ривая в одну линию были сформированы две девушки и парни, Констанция ехала одна на середине следующей линии, пара Зоэ и Ли завершали конструкцию. Расстояние между каждым из них составляло не более двух метров. Никто не знал, кто был автором такого построения, но оно помогало эффективно маневрировать в случае нападения гигантов. Сильные солдаты находили в первой и четвёртой линиях, во второй и третьей — более слабые.       И только зайдя в лес, ребята немного расслабились. Между Фрост и Лорой завязался разговор. Констанция оглянулась на Ли, а Ханджи что-то весело насвистывала себе под нос. Грет пыталась вспомнить предыдущую свою вылазку. Никто не знал, что девушка уже была за стенами и сталкивалась со страхом перед гигантами. Наученная опытом, она пыталась расслабиться. Именно расслабиться. Да, как говорил Ривай, страх не позволит наделать глупостей, но именно он закуёт в такие цепи, из которых не выберешься. Нужно знать, когда лучше бояться.       Через несколько минут заговорили и парни. «Ден и Зик, значит», — вспомнила Ли о просьбе майора. Наблюдая за ними и не скажешь, что они чего-то не умеют или чего-то бояться. Они смеялись и разговаривали: были обычными солдатами. Правильно. Нужно смеяться, иначе просто сойдёшь с ума от страха. Ханджи постоянно улыбается. Не от того, что она глупая или чего-то не понимает, а потому что сильная.       — Капрал, — нагнала парня Фрост. — Кони уже устали. Не стоит их загонять перед вылазкой. На карте я видела что-то где-то здесь есть заброшенная деревня. Прикажите, найти её?       Все внимательно вслушивались в разговор. Девушка была права: загонишь коней сейчас, и гиганты загонят тебя на вылазке. Потом придётся убегать от титанов на своих двоих.       — Иди, — коротко ответил парень. — Знаешь про сигнальные ракеты?       Девушка кивнула.       — Через десять минут не вернёшься с докладом, и я лично тебя пристрелю. Всем остальным не нарушать строй.       — Поняла, — кивнула девушка и откололась от отряда. Все снова замолкли.       — Ривай, — крикнула Ханджи, — может, не стоило её отпускать одну? Мне сходить за ней?       Капрал продолжал молчать. Лес затих. Ли пыталась вспомнить деревню, про которую говорила девушка.       — Лора, что это за деревня? Ты должна знать.       — Деревня, действительно, существует. Мы с Фрост выросли здесь. Не стоит волноваться, проговорила девушка.       Неожиданно Ривай взмахнул рукой и остановил коня.       — Что случилось? — спросила Ханджи.       — Здесь обрыв, — нахмурился он. — Обходим.       — Лора, почему ты нас не предупредила о нём? Теперь нам придётся крюк давать, — расстроенно проговорила майор. Она ни о чём не волновалась. Как и всегда была в своём репертуаре.       — Его здесь не было, — ответила девушка, со страхом глядя вниз, а затем изо всех сил закричала: — Фрост! Берегись! Здесь обрыв!       — Чёрт, — Ли не стала долго мешкать. Она чувствовала, что здесь что-то не так. Развернувшись влево, она стукнула коня по бокам. Животное, дико заржав, и, встав на дыбы, понеслось за Фрост. Грет знала, как найти девушку. Она хорошо умела читать лес: отец научил. По сломанным ветка, по следам, по звуку копыт она легко определяла, как далеко от неё Фрост.       — Ли, постой! — понёсся за ней вслед окрик Ханджи. Брюнетка не стала отвечать. Слишком мало времени. Фрост, не заметив обрыва, который даже не сразу увидел Ривай, могла оступиться и упасть. Ли надеялась, что шатенка услышала крик подруги и остановилась, но она могла не услышать.       Неожиданно что-то промелькнуло справа от Ли. Девушка обернулась на крик «Помоги!». Вначале она не могла, что происходит.       — Ли, прошу тебя, помоги! — кричала Фрост. — Он не останавливается!       Девушка перевела взгляд на бешеного коня. Он ускорялся и дико ржал, пытаясь скинуть с себя Фрост. Справа мелькнул огромный обрыв. Фрост оказалась зажата как раз между Ли и пропастью. Ветер хлестал в лицо. Трудно было что-то хорошо разглядеть.       — Прыгай!       — Не могу! Нога застряла в стремени! Он меня скинет! Мы упадём!       У Ли не оставалось другого выбора, как увести за собой Фрост. «Надо подойти к ним как можно ближе и схватить уздечку», — планировала девушка. Вдалеке слышались Ханджи и остальные. Она попыталась подойти на расстояние вытянутой руки, но конь вместе с Фрост резко дёрнулся вправо, вплотную подходя к обрыву.       — Перережь лезвием стремя!       — Я не могу! Мне страшно!       — Перережь стремя, иначе упадёшь!       — Девочки, осторожнее, — кричала Ханджи. — Впереди тоже есть обрыв!       Можно было бы воспользоваться УПМ, но тросы не подняли бы коня, да и деревьев в самом обрыве не наблюдалось, так что зацепиться было не за что. Ли обернулась. «Слишком далеко. Они не успеют», — решилась Грет.       — Наклонись и перережь стремя.       —Тогда я точно упаду!       — Не упадёшь! Я тебя поймаю! Верь мне. Итак, на счёт три. Готова?       Фрост слабо кивнула.       — Я считаю: раз, два…       Девушка начала наклоняться вправо. Конь, испугавшись пропасти, резко заржал и дёрнулся в противоположную сторону. Фрост, не удержав равновесия, ещё сильнее накренилась к обрыву.       — Три!       Лезвие блеснуло в воздухе. Стремя замерло в свободном падении. Конь, освободившись от оков, повернул от обрыва. Девушка начала падать. В тот же момент Ли резко оттолкнулась ногами от своего коня и прыгнула к шатенке, хватая её за талию, не давая упасть. Где-то в стороне мелькнул обрыв, а в следующую секунду он оказался под ними. Фрост заверещала и клещами вцепилась в брюнетку. Секунды длились вечностью. Время остановилось. Сломанное стремя так и не коснулось земли, конь так и не убежал глубоко в лес, девушки так и не успели спастись. За секунду до того, как время вновь понеслось с огромной скоростью, Грет вырвала лезвие из дрожащих рук Фрост и успела воткнуть его в землю. Тело налилось свинцом. Было очень трудно одной рукой держать трепыхавшуюся девушку, а другой вцепляться за скользкое лезвие, которое, прорезая дыру в земле, скользило всё ниже и ниже. Держаться больше не было сил. Легче было разжать кулак и свободно падать вниз. Но она не могла так поступить. «Она должна жить.»       Лезвие предательски заскрипело. На голову посыпался песок и камни.       — Помогите! — верещала шатенка.       Держать было всё труднее. По лбу скатилась капелька пота и застряла на ресницах, не давая видеть. «И долго они там будут капаться? Я же не железная!» Лезвие предательски заскрипело, норовясь обломаться.       — Фрост, только не паникуй! Выслушай меня очень внимательно.       — Нет, я не могу умереть! Только не говори мне, что умирать совсем не страшно!       — Не бойся! Ты не умрёшь, — с трудом говорила брюнетка. — Послушай, возьми и крепко сожми мою ладонь.       — Зачем?       — Не задавай лишних вопросов, иначе отпущу! — психанула Ли. Она почувствовала, как мокрая и холодная ладонь Фрост обхватила её руку. Вниз она старалась не смотреть, иначе страх застрянет прямо в горле. Девушка старалась не думать о смерти, о боли, о своей жизни, иначе она бы ничего не смогла сделать.       — Двумя руками. Возьмись двумя руками!       — Но я же сорвусь!       — Два раза не повторяю!       Ли чувствовала, как девушка колебалась. Отпуститься значило для неё, доверить свою жизнь брюнетке, которую она совсем не знала. Холодный ветер обдул горячее лицо, а в следующую секунду Ли почувствовала, как девушка клещами вцепилась в её левую ладонь. Дальше последовал толчок. Грет стоило огромных усилий удержать их двоих. Теперь Фрост висела на одной лишь выдержке Ли. Она зажмурилась и не смотрела вниз. Руки скользили. Грет было больно так, будто ломались пальцы. Руки и запястья горели. Но она старалась не замечать этой боли, скребущегося в груди страха.       — Страх — пустая трата времени!       Сверху послышались голоса. Но Ли уже изо всех сил раскачивала шатенку. Левая ладонь почти соскользнула с лезвия. Она держалась только на пальцах, сильнее раскачивая Фрост.       — Дура! — услышала она рассерженный голос Ривая. — Ничего не делай! Я сейчас вас вытащу.       «Ну и влетит же мне», — пронеслось у неё в голове.       — Остановись! Ты ненормальная! Мы умрём! Зря я тебе доверилась! — кричала Фрост, ещё сильнее обхватывая её руку.       От слов девушки внутри больно защемило. Что переломилось. «Ден не поверил, что я стреляю из лука, Фрост не верит, что я смогу спасти её. Никто в меня не верит.» Ли с ужасом поняла, что ещё секунда, и они упадут, когда пальцы почти соскользнули с рукоятки лезвия. «Нет! Мы все умрём, но не сегодня!»       — Вперёд! — крикнула она во всё горло и, обхватив лезвие кулаком, подтянулась на одной руке и резко закинула орущую Фрост вверх. Она знала, что её поймают. Они уже были там.       И тогда, когда кто-то поймал Фрост, камни резко обвалились и лезвие выскользнуло из углубления. Во второй раз время остановилось. Не понимая, что происходит, девушка зависла в воздухе. Она так волновалась за Фрост, что не заметила того, как лезвие потеряло опору.       — А я сегодня…