Игры Разумов. Восточный ветер.

Когда они перешагнули ограждающие знаки, Шерлока наградили почти испепеляющим взглядом, однако против ничего не сказали – Майкрофт все же был значимой фигурой, и слова его привыкли слушаться, как бы там ни было. Холмс и Ватсон склонились над трупами. Зрелище было жуткое: тела все были в порезах, лица (или, точнее, то, что от них осталось) были сплошь в кровоподтеках так, что личность было установить трудно. Однако при них были паспорта, что значительно облегчало ситуацию. Для обычных людей. Доктор Ватсон осмотрел оба трупа и пришел к выводу, что смерть действительно наступила порядка 4-5 часов назад, люди были жестоко избиты, а порезы нанесены еще наживую. К тому же налицо были признаки истощения – вероятно, людей держали где-то взаперти. Собственно, на этом и кончился скупой анализ. Шерлок стоял рядом, прислонившись спиной к одному из деревьев. Выслушав Джона, он чуть поджал губы и поправил воротник. – Мало. Этого ничтожно мало. Что ж, пойдем, узнаем, что накопала наша любимая полиция. Очень хочется услышать их версии. Лейтенант стоял неподалеку, обсуждая какие-то проблемы, когда к нему подошел Шерлок. – День добрый. – Не уверен. Чем могу служить? – произнес тот с ехидной улыбочкой. – Я бы хотел видеть результаты ваших анализов, улики, теории и факты. Лейтенант гаденько улыбнулся и шумно сглотнул, помедлив с ответом. После чего нарочно размеренно, не спеша произнес. – Мистер Холмс, при всем уважении к вам и вашему брату, мы получили разрешение только на пропуск вас. О фактах и материалах следования никто не говорил. Мы люди серьезные. Вы поймите. А вы лицо гражданское. Сторонний наблюдатель, так сказать, – на последних словах он расплылся в счастливой улыбке и цокнул языком. – Сожалею, но ничем помочь не могу. Посмотрите и идите дальше, займитесь своим делом. Всего доброго, – он демонстративно откланялся. Шерлок и Ватсон чуть отошли. Джон выглядел возмущенным до предела, детектив же напротив довольно расслабленным и спокойным. – Нет, ну ты слышал его?! Каков наглец! Надо звонить Майкрофту, Шерлок, ему так просто это с рук не сойдет, и я… – Замолкни, Джон. Я узнал все, что мне нужно. Ватсон недоуменно взглянул на него. – О чем ты говоришь? Он ведь не сказал ничего! – Именно. Порой молчание говорит больше слов, – Шерлок подмигнул ему. – Ты знаешь меня, ты знаешь мои методы. Если он так яро отбивается, боится показать материалы и говорит «мы люди серьезные», значит, по его мнению, они нашли что-то сверхважное. Что это может быть? Само собой, документы покойных. Полиция в тупике, мой друг, они вновь идут не по той дороге. Все самое важное осталось на своих местах, а они даже не заметили. – Шерлок, прекрати говорить загадками. Что ты знаешь? Холмс закатил глаза. – Ты определил все совершенно правильно. Добавь к этому то, что я сказал тебе в машине. Остается пустяк. Костяшки рук одного из них сбиты в кровь, а в ранках при внимательном рассмотрении можно заметить маленькие занозы. На ногах каждого из них застывшая грязь… – Сейчас осень, грязь – это нормально. Тем более в сквере. – Нееет, – задумчиво протянул Холмс, мотнув головой. – Грязь на твоих ботинках черная. А у него рыжая. Что это значит? В ней содержится железо, мой друг. От кофты пахло не только кровью, но и сыростью – это, собственно, и усиливало запах. Отсюда понятно, почему рыжая грязь – ржавчина! А точнее, ржавая вода. Что нам это дает? Правильно – их держали в старом сыром деревянном подвале, рядом с которым протекает местность, и почва, наиболее вероятно, болотистая. В нашем городе всего два таких места. Однако в одном идет стройка, и старые дома давно снесены. Прятать людей там нелогично и проблематично, какими бы связями ты ни обладал, всегда есть вероятность прокола. Остается одно ¬– к северо-востоку отсюда, недалеко от поселения Хидлексона. Там много старых домов, почти никто не живет. Однако если присмотреться повнимательнее, то можно заметить синяки в районе рук и вен. – Их били? – Нет. Туда нет. Это бессмысленно, да и не особо больно. Вероятно, на них испытывали какие-то препараты. Значит, там должна быть лаборатория. Лаборатория порой издает довольно специфические запахи. Именно поэтому она будет отдалена от людей. – С чего ты взял, что это не наркотики? – Зрачки, Джон, они не расширены. Да и я знаю, как выглядят наркоманы. Это не они. Хотя не отрицаю, что им могли вкалывать что-то, чтобы усыплять, к примеру. Ты отвлек меня. Итак, у нас остается на примете примерно дома три. Именно они находятся на откосе, а один так вообще практически на границе с лесом. Во всех старых домах есть погреба, рядом протекает река и, как нетрудно отследить, почва там болотистая. Вывод: с вероятностью в 98% это то место, что мы ищем. – Восхитительно. – Да нет, всего лишь наблюдения, – однако похвала не прошла мимо. Шерлок стоял и почти светился от счастья. – Думаю, здесь нам больше терять нечего. Пора попрощаться с нашими новыми друзьями и перестать малевать пальцем здесь – дела ждут. Шерлок решительно направился прочь. Ватсон едва поспевал следом, на ходу ощущая, как внутри закипает кровь – в игру, снова в игру! *** – Что? Что ты сказал? Нет, Шерлок, я не буду этого делать! Я не останусь дома, даже не уговаривай! – Ватсон ходил вокруг Шерлока и отчаянно жестикулировал руками, выражая крайнее недовольство. Шерлок сидел в кресле с совершенно скучающим, отсутствующим видом. Пальцами выбивая сонет Баха, он откинул голову и пережидал истерику (а иначе он это не называл) Джона. Позже, вздохнув, он в который раз монотонно начал объяснять. – Джон, здесь ты мне важнее. Ты будешь передавать мне оперативную информацию. Проверять и сверять данные. Если ты пойдешь со мной, то будет больше шансов, что нас засекут. Ты действительно думаешь, что они этого не понимают? Не понимают, что я сорвусь и побегу туда? Джон, это люди, которые так же умны, как я, но в тысячу раз ожесточеннее. Одного меня им не одолеть, но с тобой я становлюсь уязвим. Джон, людей берегут друзья. Прошу тебя. Дай мне тебя уберечь, – на последних словах он обернулся к Джону и заглянул, кажется, в самую душу. Ватсон вздохнул, отводя взгляд. – Надеюсь, ты понимаешь, как сильно я буду волноваться? У тебя 8 часов. После я звоню Майкрофту. Я всегда буду на связи. Будь аккуратен, очень прошу тебя, – последние слова он уже кричал, ибо Шерлок, нацепив на шею шарф, уже захлопнул дверь с той стороны. Лондонский ветер ударил в лицо, моментально разметав полы пальто. Шерлок нахмурился и закутался посильнее, засовывая руки в карманы. Взгляд его упал на крыльцо – черное, с маленькими каплями после дождя, оно блестело под скупым светом уличного фонаря. Вздохнув, Шерлок решил несколько прогуляться, а может, и навестить своих бездомных – мало ли что. Но в целом, он просто боялся признаться себе, что впервые в жизни точно не знает, как именно поступить. Ноги сами вели его по главной улице. Все мысли мужчины были заняты утренним убийством, его возможными мотивами; но в основном, конечно, он думал о самом Мориарти. Вне сомнений, теперь, когда он вернулся, он стал в разы опаснее, коварнее, безумнее. И как бы Шерлок ни старался себя убедить, факт оставался фактом – Мориарти стал по-настоящему серьезной проблемой. Когда он очнулся от мыслей, он понял, что стоит позади здания парламента. Сам того не ведая, он пришел в своеобразную обитель своего брата. Что ж, может, оно и к лучшему. Майкрофт все же оставался умнейшим из ныне живущих людей. И даже сам Шерлок порой не гнушался спрашивать у него совета. Что, собственно, он и собирался сейчас сделать. Вскинув голову, поправив воротник, он с чувством собственного достоинства распахнул двери и шагнул внутрь. *** Девушка на ресепшене (вроде бы Антея, однако Шерлок не утруждал себя запоминанием имен) сообщила, что Майкрофт буквально пять минут назад спустился в кафетерий, и Шерлок при желании может легко перехватить его там. Улыбнувшись, безусловно, своей самой очаровательной улыбкой, она уже была готова и дальше вести беседу, хлопая глазками, но Шерлок лишь сухо кивнул и направился к лифту. От негодования девушка фыркнула, но уже через минуту занималась своими делами, изредка бросая на Шерлока косые взгляды. *** Шерлок нашел своего брата за самым дальним столиком. Майкрофт задумчиво помешивал кофе и внимательно рассматривал часы, наблюдая за движением их стрелок. Кроме него в зале почти никого не было, за исключением, разве что, двух-трех зевак, да рыдающей девушки у окна. Услышав шаги, Холмс старший обернулся и, заметив Шерлока, жестом пригласил присоединиться. Тот занял место напротив. – Времени всегда так много, но и как нам его не хватает! Оно подобно пустыне: когда смотришь в целом, оно кажется необъятным, но стоит взять частичку, как она тут же убежит сквозь пальцы. – Не замечал раньше за тобой любви к философии. Однако в данном случае все зависит от того, как ты используешь время. Именно поэтому оно то пустыня, то песчинка, – тон обоих Холмсов был сдержанный, спокойный и чуть приглушенный. Вполне возможно, что так на них действовала атмосфера, царящая в кафе, либо же они оба просто устали; в любом случае, даже такие люди, как Холмсы, ценили минуты покоя и уединения. – Старею, брат мой. Такая напасть никого не обходит стороной. Я правильно понял, ты ведь пришел поговорить о Сейнт-Джеймс сквер? – Майкрофт подался вперед и сложил руки в замок на столе. – Да, но в данный момент я хотел бы немного расслабиться, – Шерлок же, напротив, отклонился на спинку стула, щелкнув пальцами официантке. Выбрав себе стандартный латте, он вновь обратился к брату: – В конце концов, и мы можем побыть нормальными людьми. – Смотря, что ты понимаешь под понятием «нормальность». Для меня, к примеру, ее давно уже нет. Каждый определяет нормальность сам. Я для себя более чем нормален, о других же думаю, что они идиоты. Другие думают иначе. А большая часть так вообще не думает. Шерлок усмехнулся и посмотрел на брата. – Ну, с такими разговорами нормальными в обычном смысле мы не будем. Хотя это и к лучшему – я никогда не хотел быть тупым стадом. Вот даже она, – Шерлок кивнул на все еще рыдающую девушку. Вся красная, она вечно всхлипывала и нервно теребила салфетку в руках. – Стандартный пример людской глупости. Залет по случайности, разрыв с парнем, который при оповещении решил умыть руки – все это оставило неизгладимый след на ее психике. И сейчас она, что называется, несчастна. Странное существо! Многим в жизни сейчас намного хуже, чем ей, однако она даже не задумывается об этом. Более того, она не думает и как решить ее собственные проблемы, будучи ослепленной эмоциями. – Да, эмоции определенно мешают людям жить. Находясь под их влиянием, они теряют всю свою рассудочную деятельность и превращаются в тупые овощи. А ведь наиболее часто решение их проблем лежит на поверхности, но даже это они не могут увидеть. С другой стороны, они, в том числе, обладают и сильными эмоциями. Чувствами. Они способны любить, быть счастливыми, восторженными. Это, определенно, делает их существование ярче. – В таком случае, мы с тобой подобны двум инвалидам в этом мире, – Шерлок чуть прикрыл глаза, медленно вдыхая аромат кофе. Сладкий, насыщенный, чуть приправленный молоком и корицей, он создавал поистине чудесную композицию. Мужчина медленно открыл глаза. Майкрофт все это время молча наблюдал за ним. – Мы не способны испытывать подобные чувства и ощущения. Мы слишком черствые, и потому логика и разум в нашей жизни почти вытеснили эмоции и чувства. Вот почему, глядя на эту девушку, я думаю лишь о том, что на днях, возможно, в одной из рек найдут ее тело. Однако я никак ее не жалею. Даже не знаю, плохо ли это. Думаю, что все-таки нет, я огражден от радостей, но и разочарования мне не ведомы. Майкрофт откинулся на стул, долго и внимательно наблюдая за Шерлоком, улавливая каждую его эмоцию, движение. На губах Холмса старшего покоилась легкая улыбка. - О нет, братец, ты далеко не такой. Ты прав, однако все это относится лишь к одному из нас – ко мне. Ты другой. Ты можешь испытывать чувства, ты прочувствовал силу дружбы, волнения за другого. Но ты замкнут. Именно поэтому ты ничего не чувствуешь к этой девушке. Но случись что-либо у Джона, я уверен, ты бы не задумываясь пришел на помощь. Знаешь… – он помедлил с ответом. – Оставайся таким. Береги это в себе. Не дай погибнуть этой части тебя. За столиком ненадолго воцарилось молчание. Шерлок задумчиво гладил пальцем пузатую чашку, прокручивая в голове все то, что только что сказал ему брат. От мозговой активности он непроизвольно двигал скулами, то прикусывая, то отпуская губу. Вздохнув, он отодвинул от себя чашку. – Не знаю. Правда, не знаю. Нужно думать об этом. Спасибо за кофе, он и вправду был вкусным. Майк лишь развел руками. – Машина всего лишь. Но мне тоже нравится. Так ты хотел поговорить о деле? Что именно не так? Шерлок так и не смог впоследствии объяснить, почему в тот момент он принял именно это решение. Просто вдруг осознал, что именно так будет нужно. – Нет. Ты знаешь, я передумал. Сам разберусь. Спасибо за вечер. Он был даже лучше, чем кофе. Это то, что было мне нужно. Они оба встали. Шерлок отдернул пиджак и протянул руку. Майкрофт улыбнулся и крепко пожал ее. Оба они знали, что что-то не так, но оба усердно это скрывали. Кто же мог знать, что пройдет совсем мало времени, и этот момент Холмсы вспомнили бы как один из самых прекрасных в их жизни? Однако наперед никогда ничего неизвестно. И уж точно не нам решать: хорошо это или нет. – Шерлок, если хочешь, можешь взять одну из моих машин. На улице уже холодно, а общественный транспорт нынче редко ходит. Шерлок выгнул бровь. – Не откажусь. Всего доброго, Майкрофт. – До встречи, Шерлок. *** Спустившись в гараж, Шерлок понял, что его ждет огромный выбор машин всевозможных марок и моделей. Холмс аж застонал от удовольствия. Как бы там ни было, он был ценителем машин. Погладив нежно багажник одной, он медленно двинулся к другой, чувствуя под рукой прочный, холодный металл. На секунду ему показалось, что он чувствует даже биение сердца – мотора машины. Но видение тут же рассеялось. Внезапно откуда-то сбоку раздался голос. – Мистер Холмс, прошу вас. Машина ждет, – в тени стоял молодой человек в белых перчатках и черном костюме – образец личного водителя. Шерлок улыбнулся и прошел к машине. Перед ним распахнулась дверь, и Холмс попал в мир дорогого дерева и кожи. Запах новой машины еще не выветрился и, смешиваясь с дорогим парфюмом, создавал поистине сказочное сочетание. Темные окна поднялись, как и перегородка между водителем и пассажиром. Шерлок откинулся и засмеялся. – Бейкер-стрит 221В. – Как скажете, сэр. Машина тронулась – мягко, плавно, будто она и не ехала, а плыла вовсе. Шерлок огладил кожу и снова улыбнулся, сделав про себя пометку поблагодарить Майка при случае. За окном замелькали дома, деревья, люди. Еще пара минут, и Бейкер-стрит осталась позади. От Шерлока сей момент не ускользнул, разумеется. Подозревая что-то неладное, он все же спокойно спросил. – Уважаемый, вам не кажется, что мы несколько проехали пункт назначения? – О, нет. Сегодня, мистер Холмс, боюсь, вы не попадете на Бейкер-стрит, – водитель обернулся к Шерлоку, и тот смог рассмотреть его поистине дьявольскую усмешку и безумные глаза. – Мистер Мориарти хотел вас видеть. Пора напомнить о себе, Холмс. Мы слишком долго были в тени.